Живое серебро

Ролан Алед. Я снова и снова просматривал его дело, которое лежало передо мной на столе. Теперь я занял кабинет отца, но на время, пока целители его не вылечат. Пару часов назад мы с Арием снова допросили Ролана, но он не рассказал нам ничего нового. Его показания оставались точно такими же. Он совершенно ничего не помнил про день покушения, что никак нам не помогало, а лишь тормозило.

На улице была уже глубокая ночь, но я все еще сидел в кабинете, не собираясь идти спать. Я пытался не вспоминать про отца, бессознательно лежащего в своих покоях. Поэтому я полностью сосредоточился на работе, но сколько бы я не изучал дело Ролана Аледа, все было впустую. В нем не было ничего примечательного. Абсолютно. Все, что связывало его с Нисоном, это то, что совсем недавно он ездил к неметаллам. Я опустил голову на руки, пытаясь сосредоточиться и побороть сонливость.

На этот раз я взял письма, которые присылали Арию. Все, как и говорили гвардейцы, в них Ария обвиняли в предательстве и обещали расправиться с ним при первой же возможности. Как только я все это прочитал, тут же приказал найти всех неметаллов причастных к этим угрозам, арестовать их и изгнать из страны. Мало того, что они нападали на наших жителей и в открытую высказывались против нас. Угрозы же Арию стали последней каплей, поэтому я и решил изгнать их, правда не всех, таких как Илиана – мама Ария, не коснется мой приказ.

На сегодняшнее утро я назначил заседание с советниками, чтобы обсудить отмену приказа отца. Правда я не знал, стоит ли рассказывать про отравление императора народу. Мне не хотелось, чтобы ситуация в стране усугубилась еще больше. Ведь в таком случае уже металлы могли нападать на неметаллы, чего мне сейчас было не нужно. Поэтому про отравление никто не узнает, я уверен, что целители найдут противоядие. Кроме того, я приказал Арию и Милию узнать, как и кто смог отравить императора, когда он постоянно находится во дворце, но для этого нужно было дождаться ответа целителей о времени отравления. Если мой отец не выживет, ни один причастный к этому, не уйдет от моего правосудия. А пока, Милий уже усилил охрану во дворце, теперь гвардейцы буквально были на каждом шагу.

Письмо с угрозой, которое я читал, стало расплываться перед глазами, сонливость все-таки поборола меня, и я уснул, положив голову на стол.

Утром проснулся от звука открывшейся двери. В кабинет вошел Арий, я медленно поднял голову и отодрал от лица бумагу, прилипшую к щеке. Посмотрел на часы, которые показывали шесть утра. Из-за навалившегося вчера, я проспал всего часа три, и теперь определенно выглядел не слишком бодро.

– Ты что, работал до поздней ночи? – спросил Арий, закрывая дверь и садясь на стул напротив меня.

– Да, – ответил я, потирая глаза. – Хорошо, что разбудил меня, иначе я бы опоздал на совет.

– Я предполагал, что ты всю ночь будешь торчать здесь, – ухмыльнулся он.

– Что с отцом? Есть новости?

– Нет, – улыбка спала с лица Ария. – Целители пока не могут ничего сказать. Его состояние не поменялось.

– Плохо, – вздохнул я. – Пошли, у нас скоро совет.

– Может для начала приведешь себя в порядок? – ответил Арий, осматривая меня с головы до ног.

– А что не так? – удивился я, поправляя руками волосы.

– Ну, – он посмотрел на мое лицо. – Тебе следует оттереть с лица надпись.

– Какую надпись? – я подошел к зеркалу, висевшему на стене.

– Ты спал на письме, поэтому на щеке отпечатались слова.

Я тут же начал тереть ладонью щеку, на которой действительно отпечатались некоторые слова из угроз Арию. Я был благодарен гвардейцам, рассказавшим мне о них. И пусть Арий не показывал, что переживает, но я видел, что его это действительно волновало. Я конечно понимал его стремление не нагружать меня этим, но не простил бы себе, если бы эти угрозы осуществились.

Наконец приведя себя в более-менее опрятный вид, мы направились в зал совета, где уже собрались советники. Они, увидев меня, встали со своих мест и поклонились. Я же прошел к месту во главе стола, которое всегда занимал отец. Советники опустились на свои места вместе со мной. Арий же остался стоять у входа.

– Перейдем сразу к делу, – начал я. – Я собрал вас, чтобы обсудить приказ моего отца, о котором вы наверняка слышали. Сегодня же мы составим указ и снова разрешим всех принимать в гвардейцы. Есть возражения? – советники промолчали. – Если нет, тогда продолжу. Ваша задача состоит в том, чтобы вы лично проследили осуществление моего указа в своих областях.

– Ваше высочество, – обратился ко мне Свер. Советники не смотрели мне в глаза, видимо, до сих пор помнили мои последние слова, сказанные им после отравления отца. – После стольких лет, не думаете, что, если начать принимать всех желающих, произойдет давка? Я думаю, желающих будет много, неужели нам принимать всех?

Остальные советники закивали, соглашаясь со Свером. Конечно, я прекрасно понимал, что опасения Свера не беспочвенны, но отступаться не собирался.

– Конечно всех подряд мы принимать не будем, – поддержал его я. – Основания приема те же, что были раньше, они не поменяются. Понимаю, что желающих будет много, поэтому мы должны составить список элементов и дни, в которые они могут приходить. При этом они также должны проходить отбор и обучение. Вы же понимаете, что в гвардейцы не следует брать кого попало.

– Конечно, ваше высочество.

Советники переглянулись, после чего снова заговорил Свер:

– Ваше высочество, позвольте узнать, вы запретили рассказывать нам про состояние императора?

– Да, – спокойно ответил я.

– Почему? Мы можем узнать, каково его состояние?

– Потому что я не уверен, действительно ли вы не причастны к его отравлению, – ответил я, а потом, подумав, добавил. – Его состояние все то же, ничего не поменялось.

– Вы нам не доверяете? – я промолчал на это, конечно я им не доверял. – Что мы можем сделать, чтобы вы поверили, что мы не виновны?

– Ничего, я сам все узнаю и решу, стоит ли мне верить вам.

Я не хотел, чтобы они что-то пытались доказать. Этим меня все равно не убедить, но пока я не знал, как мне проверить их невиновность.

– Вы же понимаете, что если император не выживет, то…

– Нет, не смейте даже заикаться об этом, – перебил я Свера. – Несмотря на то, что вы были советником еще про моем деде, не прибавляет моего доверия к вам. Вы знаете, каково положение советников в нашей стране, поэтому не следует говорить мне очевидных вещей. Не волнуйтесь, я не отступлюсь от своих обязанностей. И не думайте, что вам удастся заставить меня следовать вашим указам. Ваше положение никак не меняется.

Советники тут же потупили взгляды. Если они вздумали, в силу моего возраста, указывать мне, что делать, то этого добиться не получится. Несмотря на то, что их должность до сих пор называлась «советник», она уже давно утратила свою силу. Теперь советники не имели права голоса, и я собирался оставить все так, как есть.

– Ваше высочество, – вступился второй советник. – Мы не собирались предпринимать что-либо против вас.

– Вот и прекрасно, – я встал со своего места, давая понять, что совет окончен. – На этом…

Но не успел я договорить, как в зал совета, не постучавшись, вошел Милий. И снова он пришел с плохими новостями, я видел это по его глазам. Я уже дал обещание себе, что, если еще хоть кто-нибудь заявиться ко мне с плохими новостями, я запущу в него чем-нибудь. В последнее время не было ни одной хорошей новости и это уже начинало раздражать.

– Ваше высочество, – поклонился он, понимая, что прервал меня. – К дворцу идет толпа людей, но мы пока не выяснили, чего они хотят. Что прикажете предпринять?

– Ничего, послушаем, что же они нам расскажут, – я перевел взгляд на советников. – Совет окончен, можете приступать к своим обязанностям.

Я вышел вслед за Милием, за мной по пятам шел Арий. После отравления отца ему приходилось практически везде таскаться за мной, из-за чего он не успевал выполнять свои обязанности полковника. Я конечно мог нанять себе другого телохранителя, но не смог бы доверять ему так же, как Арию.

– Они предъявили какие-нибудь требования? – спросил я, обращаясь к Милию.

– Нет, но я предполагаю, что это люди, недовольные приказом вашего отца.

– Но почему они решили взбунтоваться только сейчас?

– В городе неспокойно. Особенно после ареста всех с элементом ртути.

Я вздохнул, перебирая в голове варианты решения проблемы. Иронично, что последствия отцовских решения приходится решать мне. Хотя, это было справедливо, ведь именно из-за меня отец стал так сомневаться в ядовитых элементах.

Мы вышли во внутренний двор дворца, к главным воротам. Здесь уже собралось множество гвардейцев, готовых в любой момент дать отпор восставшим.

– Ваше высочество, – подбежал ко мне один из гвардейцев. – Они все ближе, но без оружия, кажется, не собираются нападать.

– Думаю, если они захотят напасть, оружие им не понадобиться, – ответил я, уже уверенный, что это именно ядовитые металлы. – Ничего не предпринимайте против, но будьте наготове, если они все-таки захотят напасть.

Гвардеец кивнул и побежал к остальным.

– Что ты…, – начал Арий, но его прервал голос матери.

– Касций? Что тут происходит?

Мама с Ирвином быстро продвигались к нам. На ее лице отражалось искреннее беспокойство.

– Что ты собираешься делать?

– Поговорю с ними.

– Что? Но…

– Мама, – твердо перебил ее я. – Если бы вы рассказали мне все сразу, а не скрывали, всего этого бы не произошло. А теперь, позволь мне всё исправить.

Я не дождался ее ответа и направился к воротам. Гвардейцы открыли их передо мной, сразу за мной следовали Арий и Милий. Но и гвардейцы не оставляли меня, готовые защитить в любой момент. Уже неподалеку я заметил ту толпу народа, о которой мне говорили. Их было около полусотни, большинство были мужчинами. Кажется они и правда не собирались нападать, но перестраховаться все же было необходимо. Арий с Милием обступили меня с обеих сторон.

Когда толпа приблизилась, они остановились в нескольких метрах от меня. Мужчина лет сорока вышел вперёд.

– Ваше высочество, – поклонился он, вокруг было очень тихо, из-за чего его слова были слышны всем. – Меня зовут Никс Солар. Мы бы хотели видеть императора.

– Я вас не устраиваю?

– Что вы, у нас есть вопрос к императору. Мы уже пытались посылать прошения, но не добились никакого результата, поэтому пришли сюда лично.

– Что именно вы хотите от императора? – спросил я, понимая, что уже не смогу скрыть отравление отца.

– Мы хотим, чтобы его величество отменил приказ о запрете приема ядовитых элементов в гвардейцы. Уже семь лет мы практически выживаем, у многих из нас служба была единственным заработком. А после того, как людей с элементом ртути стали арестовывать прямо на улице…, – он замялся, подбирая слова. – У многих это вызвало негодование.

– Но вы же понимаете, из-за чего происходили аресты?

– Конечно, ваше высочество, но все же могли бы мы поговорить с императором? – продолжал настаивать он.

– Нет, – ответил я, из-за чего он резко поднял на меня взгляд, хотя до этого смотрел в землю. – Императора отравили, сейчас я занял этот пост.

По толпе пробежались вздохи, кто-то стал перешептываться.

– Отравили? Неметаллы?

– Пока ничего не могу сказать, мы это выясняем, – попытался ответить я так, чтобы не усугубить отношения между металлами и неметаллами ещё больше.

– Но… тогда, – замялся Никс, не зная, что сказать. – Ваше высочество, я сожалею.

– Я уже отменил приказ императора, – перешёл я к делу, чтобы не напоминать себе лишний раз об отце и его незавидном положении. – С сегодняшнего дня вы снова можете записываться в гвардейцы.

Он застыл в ступоре, снова потеряв дар речи. Кажется, не думал, что все будет настолько просто.

– Спасибо, ваше высочество, – он опустился на колени. – Для нас это очень важно.

– Конечно, я понимаю. Надеюсь, на этом вопросов больше нет?

– Нет, ваше высочество, – он поднялся с колен и снова поклонился. – Мы все будем молиться за здоровье императора.

Я кивнул в знак благодарности и пошел обратно во внутренний двор дворца. Гвардейцы закрыли за нами ворота, а люди стали расходиться.

– Ваше высочество, – обратился ко мне Милий. – Я так понимаю, нам не стоит их арестовывать?

– Конечно нет, – облегчённо выдохнул я, наконец расслабившись от того, что все закончилось благополучно. Хорошо, что жители решили сначала поговорить, а не настаивать на исполнении их требований силой. Полномасштабное восстание испортило бы все, я надеялся, что люди действительно понимали это.

Я огляделся. Гвардейцы все ещё стояли у ворот, но некоторые уже стали расходиться на свои посты. Неподалеку стояла мама, Ирвина же уже не было видно. Мама пристально смотрела на меня, давая понять, что хочет поговорить. Я понимал, что не смогу долго избегать ее, поэтому направился прямиком к ней. Ария с Милием оставил разбираться со своими делами.

Я подошёл к маме, она указала мне ладонью на брусчатую дорогу, предлагая прогуляться. Мы медленным шагом стали идти по территории дворца.

– Как ты? – спросила она, я же не понимал, о чем именно она меня спрашивала. Об отравлении отца или внезапно взвалившихся на меня обязанностей, либо же обо всем сразу.

– В порядке.

– Я горжусь тобой, – неожиданно сказала она через несколько минут.

– Нечем гордиться, – усмехнулся я, ее слова действительно рассмешили меня.

– А я думаю есть чем. Ты взял на себя обязанности императора, усмирил народ.

– Я не усмирял, а просто поговорил. Если бы не приказ отца…

– Он боялся, – перебила она меня. – После того, что случилось с тобой в детстве, он стал перебирать такие случаи по всей стране. Его напугало, что таких срывов оказалось не так мало, как он предполагал. Я пыталась его отговорить, но не удалось.

– Видимо, отец боялся слишком многого, – предположил я, опустив взгляд.

– Да, ты прав.

Некоторое время мама шла молча, лишь оглядывалась по сторонам, любуясь пейзажами.

– Ты уже подходил к Милию насчёт разведки? – спросила она.

– Пока нет, времени не было.

– Можешь не ходить к нему за этим. Разведку возглавляет не он, а я.

Я резко остановился после слов матери и внимательно всматривался в нее.

– Ты сейчас серьезно? – спросил я, оглядывая ее с головы до ног, словно ища подтверждения ее словам.

– Абсолютно, – улыбнулась она.

– Но… я думал это Милий…

– Хорошо, что ты так думал. Значит мы делаем все правильно. Нам необходимо скрывать, что я к этому причастна, чтобы все думали, что глава разведки Милий. Кто может заподозрить беззащитную женщину? – мама невинно посмотрела на меня. – Вижу, тебе нужны объяснения. О том, что я возглавляю разведку знают только твой отец, Милий и мои люди. Но раз теперь временный император ты, то тебе тоже следует об этом знать. Меня учил мой отец. В молодости он был лучшим шпионом, но позже стал генералом, а так как у него не было сына, он решил обучить этому меня.

Я раскрыл глаза от удивления. Теперь я понял, почему мама всегда знала все и обо всех. Я бы никогда не заподозрил ее в этом, поэтому мог признать, что она хороший шпион.

– Мама, ты удивляешь меня все больше и больше, – единственное, что смог сказать я.

Она тихо посмеялась.

– Спасибо, приму это за комплимент.

– Значит, по этим вопросам я могу обращаться к тебе.

– Да, – подтвердила она.

– Хорошо, – ответил я, все ещё находясь в лёгком шоке. – Тогда я пойду, у меня ещё есть дела. Не ходи одна.

– Не волнуйся, я смогу себя защитить.

Я улыбнулся, понимая, что мама самый загадочный человек, которого я только встречал.

Сейчас же я пошел искать Ария, чтобы обсудить с ним его угрозы. Нужно было найти тех, кто это писал. Я думал, что он будет находиться где-то неподалеку, но нет. Я поискал Ария в его кабинете, но там его не оказалось. Я спросил и у гвардейцев, постоянно находившихся в коридоре, но и они его не видели. Что же опять случилось? Как можно было так быстро исчезнуть и куда?

– Касций, – услышал я голос брата, который размашистым шагом направлялся ко мне.

– Подожди, – остановил его я, выставив вперёд ладонь.

Сейчас мне было не до очередных плохих новостей. Мой телохранитель и по совместительству полковник пропал и это все, что волновало меня в данный момент.

– Помоги найти Ария, он пропал.