Эпилог
Бледный свет лился через высокие арочные окна, пробиваясь сквозь белоснежные занавеси, колыхавшиеся от легкого ветерка. Воздух был наполнен запахом ладана и озона, как перед грозой. Небесный собор, величественный и непоколебимый, возвышался над облаками, словно символ вечного порядка.
Михаил стоял в центре зала, его крылья были сложены за спиной, а руки сжаты в кулаки. Тишина, висевшая в воздухе, казалась напряжённой, будто сама ткань реальности ожидала его слов.
— Они вернулись и изменились, — его голос прозвучал ровно, но с едва уловимой ноткой тревоги. — Люцифер больше не тот, кого мы помним.
Великие Архангелы выстроились полукругом, наблюдая за ним. Гавриил слегка наклонил голову, задумчиво оглядывая Михаила, Рафаил скрестил руки на груди, а Уриил прищурился, словно пытаясь заглянуть в самое сердце его мыслей.
— Демоны всегда были сильны, но сейчас... — Михаил сделал паузу, и его взгляд вспыхнул леденящим огнем, — они объединились.
— Это невозможно, — тихо, но твёрдо сказал Гавриил. — Демоны по своей природе не могут действовать как единое целое. Они ведомы хаосом и гордыней.
— Люцифер изменил их, — ответил Михаил. — И если он действительно решил разорвать эту вечную битву, то нам стоит задуматься, что он задумал взамен.
Рафаил шагнул вперёд, его золотые глаза вспыхнули холодным светом.
— Значит, ты не веришь, что он может искренне отказаться от войны?
Михаил сжал челюсти.
— Я знаю его слишком хорошо, — ответил он. — Он не отказался от битвы, он просто изменил её правила.
Зал содрогнулся от этих слов, словно само небо отозвалось на их смысл.
— Тогда мы должны быть готовы, — голос Уриила прозвучал сурово. — Если Ад больше не действует в привычном нам хаосе, то, возможно, он уже ведёт войну, о которой мы даже не подозреваем.
Гавриил провёл рукой по воздуху, и перед ними вспыхнула золотая проекция. В ней застыло изображение Люцифера, сидящего на своём троне, с холодной уверенностью в глазах.
— Посмотрите на него, — Гавриил перевёл взгляд на остальных Архангелов. — Он не сомневается. Он не боится. Он знает, что делает.
— Он хочет свободы, — задумчиво проговорил Рафаил. — Но свободы от чего?
— От нас, — Михаил сжал кулак. — От наших законов. От самого порядка, на котором держится этот мир.
Архангелы замерли, осознавая всю глубину этих слов.
— Тогда у нас нет выбора, — наконец заговорил Уриил, и в его голосе прозвучала сталь. — Мы должны готовиться к новой войне.
— Войне, которая ещё не началась, но уже ведётся, — кивнул Михаил.
Он взглянул на проекцию Люцифера и на мгновение ему показалось, что тот смотрит прямо на него, словно чувствуя этот момент. Их война всегда была личной.
Теперь она станет ещё более сложной.
Ангелы начали подготовку.