39. Хочу в Дунъин
— Вэй Ин? — Лань Чжань подошел к дивану, Усянь поднял на него взгляд, для чего пришлось запрокинуть голову.
— Да, эр гэгэ? — на лице тут же расцвели довольство и хитрая улыбка.
— Мгм. Как долго ты собираешься держать госпожу Цзянши голой? — уши гусулановца алели, но лицо оставалось серьезным.
— Оу. Ха-ха. Прости, — Усянь сложил ладони у груди и пару раз поклонился супругу, извиняясь, — Госпожа Цзянши, а ну-ка марш в душ. Лань Чжань, милый, ты не дашь ей одежду, пожалуйста?
Усянь состроил самую милую просящую мордашку и щенячьи глазки. Ванцзы на это неопределенно фыркнул и помог лютому мертвецу подняться на ноги. Затем оба скрылись в спальне. Темный заклинатель развернулся к лису и, подвернув ногу под себя, подпер подбородок флейтой, окидывая оборотня взглядом.
От того, какими глазами Усянь смотрел на него, у Хоу Же по спине пробежал холодок, вздыбливая волосы на загривке. Не было в серых глазах ни жалости, ни, кажется, человечности. Они смотрели на ху-яо как на сломанную вещь, решая выбросить ее или починить.
Оборотень хотел спросить, что тот задумал, но слова застряли в горле, а язык прилип к небу. Он смотрел, как мужчина медленно наклонился к нему и протянул руку, положив ее ему на голову. Губы напротив что-то шептали, но Хоу Же не мог разобрать, что именно. Все, что он слышал — размеренный гул. Тихий и спокойный, убаюкивающий.
Рука, лежащая на голове, становилась все тяжелее и скоро давила так сильно, что казалось, будто кости черепа прогнутся под ее тяжестью. Не сломаются, а именно прогнутся. Но голос отвлекал от неприятных ощущений.
Спустя несколько минут Хоу Же смотрел на Вэй Усяня со знанием, что это его хозяин. Он должен слушать его и делать, что тот говорит, ибо это есть благо для хозяина, а значит и для него, Хоу Же, тоже. Где-то на задворках разума блуждали какие-то мысли, но уловить их суть было невозможно. Да, собственно, и не надо. К чему вся суета и лишние заботы? Хозяин позаботится о нем, ему виднее, что нужно его верному лису.
— Какой хороший мальчик, — Усянь отнял руку от головы оборотня и ласково тому улыбнулся.
Новоиспечённая марионетка расплылась в счастливой улыбке, заискивающе взирая на темного заклинателя. Тот усмехнулся и погладил Хуо Же по волосам. Ему почудилось, что хули-цзин сейчас замашет хвостом, как собака, принимая ласку хозяина.
— Теперь ты можешь вернуться к своей обычной жизни, — Усянь откинулся на спинку дивана и, закрыв глаза, тяжело вздохнул, — Занимайся своими делами, как и раньше. Только забудь о желании навредить мне или моим близким. Твоя задача — узнать, кто стоит за всем этим безобразием. Понятное дело, что это не госпожа Ин Ян все придумала и уж тем более организовала. Она, без сомнения, умная лисица, но не настолько спокойна и организована. Я прав?
— Да, хозяин, не госпожа Ин главная. Но Хоу Же не знает, кто это, — лис сидел прямо, положив руки на колени.
— Так не пойдет, — Усянь фыркнул и снова обернулся к оборотню, — Я же сказал, веди себя как обычно. Я не твой хозяин, а кто?
— Долбанный господин Илин, — тон лиса изменился на злорадный, на лице появился хищный оскал, а глаза опасно заблестели.
— Вот. Можешь же, — лицо темного заклинателя расползлось в довольной усмешке, — Так и продолжай. Никаких слуг, господ.
— Раз я свободен, то пойду. И так задержался, — Хоу Же поднялся с дивана, стряхнул одежду и вышел в прихожую.
Там он некоторое время смотрелся в зеркало и недовольно цокал языком, обнаружив грязь на штанах. И негромко бурчал себе под нос, надевая кроссовки покрытые слоем глины и пыли. Громко попрощавшись и сказав, что провожать не надо, лис покинул квартиру, громко хлопнув дверью.
Сразу после из спальни вышел Лань Чжань и подошел к спинке дивана. Усянь с закрытыми глазами откинул голову назад, расслабленные руки лежали по бокам. Из обессиленных пальцев правой грозилась выпасть Чэньцин.
— Ты уверен, что отпустить его было верным решением? — Ванцзы склонился над лицом супруга.
— Моя первая марионетка из живого существа, — Усянь слабо улыбнулся и открыл глаза, — Он под моим контролем, пусть делает что хочет как и раньше. Главное, не будет вставлять мне палки в колеса и узнает, кто там всем заправляет.
— Ты устал, — Лань Чжань склонился ниже и поцеловал темного заклинателя, — Пошли, я уложу тебя спать.
— А как же госпожа Цзянши? — Усянь хитро усмехнулся и развернулся к супругу, положив руки на спинку.
— И чем же она может помешать? — бесстрастно поинтересовался Ванцзы, обходя диван.
— Попытке уложить меня спать, — темный заклинатель расплылся в широкой довольной улыбке, прищурив глаза, чем стал походить на кота, отведавшего хозяйской сметаны.
— Ты сидеть-то уже устал, что там еще придумал? — Ванцзы встал над Усянем и, наклонившись, погладил его волосы, собранные в неаккуратный пучок, сдерживаемый карандашом, который так вовремя оказался на прикроватной тумбочке.
— Все равно. Посиди со мной, давай поговорим, — Усянь перехватил руку супруга и, дернув на себя, заставил того сесть рядом.
— Мы могли бы поговорить и в спальне, пока ты лежишь в постели, — ворчал Ванцзы, но в голосе его слышалась теплота и забота. Он развернулся к Усяню, положил руку на спинку дивана, а одну ногу подвернул под себя, — Так о чем со мной хочет поговорить Вэй Ин?
— Если я буду разговаривать пока я лежу, но отключусь моментально, — буркнул недовольно Усянь. В ответ на это Ванцзы неопределенно хмыкнул, губы темного заклинателя дернулись в ухмылке — видимо первоначальный замысел гусулановца и был в том, чтобы усыпить мужа, — А ты хитрец, — Усянь отзеркалил позу Лань Чжаня, — Я хочу в Дунъин.
— Поедем прямо сейчас? — усмехнулся Ванцзы, наклонив голову, уложив ее на руку лежащую на спинке дивана.
— Было бы отлично, но сперва надо закончить тут. Не знаю, чем я думал, когда ввязывался в это приключение, — Усянь мечтательно улыбнулся и положил голову на руки.
— Ты никогда не мог пройти мимо людей, находящихся в беде, — свободная рука Лань Чжаня дотронулась до руки темного заклинателя и провела вдоль, к запястью, обхватывая ладонь, переплетая пальцы.
— Отчего большинство моих бед и случилось, — криво усмехнулся Усянь.
Не сводя глаз следя за рукой супруга. Он не препятствовал, но и не прилагал сам усилий. Только когда Лань Чжань переплел пальцы и сжал ладонь супруга, Усянь сжал его. Не сильно, только как ответ, принимая поддержку.
Они еще некоторое время обсуждали Дунъин. Усянь рассказывал, что хочет посмотреть на демонов других стран. А так как в том времени, откуда они перенеслись, известно было о Дунъине, как о загадочной стране, где создавалось много темных и злых мелодий, логичным было желание темного посетить именно его в первую очередь.
Уже прожив какое-то время в 21 веке, освоив интернет, Усянь полез искать информацию об интересующей его стране. И обнаружил, что сейчас она зовется Японией, но продолжал называть по старинке.
Само собой, он почитал и про нечисть, что там водилась. На вид она отличалась от местной. Но, углубившись, понял, что суть у них такая же, как и в Поднебесной. Впрочем, были там и те, кто в корне отличался от ханьских* тварей. Пытался темный заклинатель найти информацию, как бороться с ними, но поиски не увенчались успехом. Данных было по минимуму и все в общих чертах. Усянь так понял, что спустя тысячи лет Дунъин не стал более открытым.
Лань Ванцзы же выразил желание попасть в Америку. Его поразил хули-цзин, что смог забраться по стене дома, да еще и плевался ядовитыми иглами. Как там его Хуо Же назвал? Кугуар? Гусулановец поискал информацию об этом животном в паучьей сети, и, оказалось, он также называется пума или горный лев. Внешне очень похожий на тигра или даже на короля снежных гор*, но уступающий в размерах. Что не отменяло того факта, что пума является опасным хищником.
Вторым фактором, который тянул в Америку, было оружие, используемое оборотнем. Оба заклинателя видели, как его создал Хоу Же. И это явно было темное искусство. Оно один в один напоминало то, как Усянь создавал с помощью темной ци предметы и восстанавливал живые ткани при лечении.
И этот факт говорил о том, что не темный заклинатель изобрел эту технику. Как минимум не один год о ней знают в Америке. Кто знает, о чем еще известно заклинателям той страны. Ванцзы, как человеку жадному до знаний, было очень интересно это узнать.
Конечно, желание мужа разделял и Усянь. Он хоть и предпочитал сам изобретать, но факт, что где-то это использовали до него, удивлял и заставлял желать узнать, а не придумали ли там что-то еще занимательное.
Следующим моментом, что принялись обсуждать супруги, оказался ученик Вэй Усяня — Лань Синъюй. Ванцзы пытался убедить Вэй Ина, чтобы тот не давал парню ложную надежду и разорвал их отношения учитель-ученик. Руководствовался он тем, что юноше следует не только закончить школу, но и получить высшее образование.
— Не буду я ничего разрывать, — цокал языком Усянь. Он лежал головой на коленях Ванцзы и в знак протеста повернулся на бок, — Когда ты успел нахвататься этой современной «истины»?
— Вэй Ин, не будь капризным. Нужно думать, что лучше для молодого поколения, — на губах Лань Чжаня наметилась снисходительная улыбка.
— Он заклинатель! — Усянь вскочил с коленей и уселся, развернувшись лицом к супругу. Его глаза горели азартом, — И это его жизнь. Пусть сам решает. Хочет он быть заклинателем или же протирать колени в бумене*. Я дал ему время до окончания школы — это обязательная часть. Если судить о том, кто присутствовал на совете кланов — заклинатели вымирают и количеством и качеством. Вспомни тех, что управляют тут. В наше время даже самый мелкий деревенский клан был сильнее их. Честно, мне больно это видеть. А тебе разве нет, Лань Чжань?
— Мгм. Мне тоже тягостно, — согласился гусулановец. Он взял ладонь супруга и легонько сжал ее в знак согласия и поддержки, — Но именно потому что идет деградация, лучше иметь в запасе умения, которые востребованы в данное время. Думается мне, причина подобного положения заклинательства как ремесла, в том, что простые люди не заинтересованы в нем. Не знаю, что случилось за все время, что мы перескочили, но люди перестали верить в демонов и нечисть. А раз не верят, то и прибегать к помощи заклинателей нет смысла.
— Вот из-за таких мыслей заклинатели и пропадут вовсе, — Усянь фыркнул и вырвал руку, чтобы поставить ее на спинку дивана и умастить на нее подбородок, уставившись в стену.
— У всех заклинателей сейчас есть высшее образование, — спокойно парировал Ванцзы. Спорить с супругом он не желал, но высказать свою точку зрения считал правильным, — У главы Лань есть и у главы Не тоже.
— Мне плевать, у кого и что там есть, — раздраженно бросил Усянь, а затем повернулся к Ванцзы, — Я сказал уже. Пусть Лань Синъюй решает сам, что он хочет в жизни. А пока он не решил, предавать его доверия не буду.
Ванцзы обреченно вздохнул, но ничего не сказал. В конце концов, Вэй Ин прав — это и правда жизнь юноши, и ему решать. Светлый заклинатель предполагал, что Усянь видит в парнишке своего потерянного племянника. Лань Синъюй, подобно Цзинь Лину, потерял родителей, и это заставляет темного заклинателя желать взять на себя его воспитание, пусть тот уже достаточно взрослый. Только вот к воспитанию Цзинь Лина темного заклинателя не подпустили бы даже на ли*.
Ванцзы перевел разговор с юноши на тему их насущных задач, предполагая, что после завершения задания с оборотнями они еще вернутся к этому разговору. Но уже в компании с самим его предметом — Лань Синъюем. А пока стоило обсудить уже произошедшее. После отравления Усяня кураре супруги так и не поговорили о той ситуации.
Кроме этого, следовало встретиться с главой Не и узнать, как у них идут дела. О том, что произошло, ему еще не успели рассказать. Да и Лань Лина попросили не распространяться о визите четы. Лучше пока все держать в тайне, чтобы не вызывать излишнюю панику в рядах заклинателей. Все знают, чем это может закончиться.
В какой-то момент разговора Усянь начал клевать носом, а еще чуть погодя и вовсе заснул, откинувшись на спинку дивана. Ванцзы мягко улыбнулся уголками губ и, осторожно подняв супруга на руки, перенес того на кровать. Не спеша, он снял с него одежду и закутал одеялом.
Темный заклинатель, судя по всему, исчерпал свой лимит, потому как на все действия гусулановца не реагировал, разве что изредка бормотал, что-то типа: «Лань Чжань, отстань, хватит пихать в меня эту гадость». Для Ванцзы не было секретом, что тот говорил о мочегонном отваре, который он для него готовил, по рекомендации лекаря из Облачных глубин. Лань Лин говорил, что это поможет быстрее вывести яд из организма.
Уложив Вэй Ина, светлый заклинатель проверил, чем занимается госпожа Цзянши и обнаружил, что та все еще сидит в ванной и играется с пузырями. Когда она залезала в ванну, то опрокинула шампунь, стоявший на ее краю, забытый Усянем, это и послужило появлению обильной пены. Ванцзы помог нежити домыться и вылезти, а затем и переодеться в чистую одежду. Отправив ее в гостиную, светлый заклинатель присоединился к супругу в спальне.
________________________________
*Хань — крупнейшая народность в Китае и в мире. Самоназвание китайцев. Происходит от названия Ханьской династии, которая объединила страну.
*Король снежных гор, так называют в Китае снежного барса, ирбиса
*部门 — bùmén — учреждение, орган, ведомство. Во времена, когда предположительно происходят события Магистра чиновники сидели за низкими столиками на пятках или в позе лотоса.
*1 ли = 500 м, в древности он равнялся 300-360 м. В данном случае имеется ввиду древнее значение.