1 глава
Жизнь семьи Милтонов всегда отличалась легкостью и беззаботностью, словно они жили в некоем идеальном мире, где заботы и тревоги оставались за пределами их поместья. Несмотря на отсутствие прислуги, в их доме всегда царила атмосфера уюта и гармонии. Это было тем удивительным местом, где даже самые простые дела превращались в приятные ритуалы, а каждодневные обязанности не вызывали чувства перегрузки. Возможно, это объяснялось тем, что сэр Питер, глава семьи, большую часть своей жизни провёл в военных походах, и его отсутствие привело к формированию крепких связей и взаимопомощи между членами семьи. Миссис Элизабет, его верная супруга, оставалась оплотом стабильности и уюта в их доме. Она с любовью заботилась о своих дочерях — сначала о Шарлотте, а позже, когда в их жизни появилась еще одна девочка, её забота лишь возросла. Спустя время, Элизабет подарила супругу долгожданного сына, который стал настоящей гордостью семьи. Эти радостные события придавали смысл их жизни и укрепляли семейные узы. Каждое утро в их доме начиналось с нежных улыбок и добрых слов, а вечерние чаепития наполняли их дни содержанием и теплом. Однако последние месяцы принесли неприятные изменения. Сэр Питер, который когда-то был полон сил и энергии, теперь уже не вставал с постели. Элизабет и Шарлотта с тревогой следили за тем, как ухудшается его состояние. Этот процесс был мучительным не только для них, но и для самого сэра Питера, который всю жизнь был привык к активной деятельности и военным подвигам. Теперь он был вынужден смириться с тем, что не может больше быть в центре событий, не может поддерживать свою семью так, как раньше. Это обстоятельство внесло в их жизнь нотку печали, и каждая минута, проведенная рядом с ним, становилась особенно ценной. Миссис Элизабет проявляла невероятное терпение и заботу, стараясь сделать всё возможное для комфортного существования своего супруга. Она понимала, что время, оставшееся им вместе, ограничено, и стремилась наполнить его любовью, теплом и пониманием. Шарлотта, в свою очередь, пыталась быть опорой для матери, поддерживая ее в трудные моменты и наполняя дом смехом и радостью, когда это было возможно. Они все знали, что дни сэра Питера сочтены, и это осознание наполняло их сердца горечью. Тем не менее, они не теряли надежду. В их доме продолжала жить любовь и забота, которые, несмотря на мрачные перспективы, помогали им сохранять человеческое достоинство и тепло. Эта непростая ситуация объединяла членов семьи, заставляла их ценить каждую минуту, проведённую вместе. В такие моменты они понимали, что настоящая сила заключается не в материальных благах или внешнем благополучии, а в тех связях, которые объединяют их. Несмотря на трудности, они старались создать атмосферу, в которой сэр Питер мог бы чувствовать себя любимым и нужным, даже если его физическое состояние оставляло желать лучшего. Таким образом, жизнь семьи Милтонов, насыщенная многими радостями, теперь наполнялась также и моментами глубоких размышлений о жизни, любви и неизбежности утраты. Они научились находить радость в мелочах, и в сердце каждого из них росло понимание ценности каждого мгновения. В такие трудные времена каждый из них стал для другого опорой, а их любовь и забота стали настоящим светом в мраке болезни. Элизабет и Шарлотта знали, что впереди их ждут испытания, но они были готовы встретить их с мужеством и стойкостью. Они понимали, что жизнь продолжается, и что, несмотря на утрату, память о сэру Питере навсегда останется в их сердцах, а уроки любви и заботы, которые они усвоили, будут передаваться из поколения в поколение.
— Может мне стоит поговорить с Рейчел и как-то подготовить её? — Шарлотта разлила чай и села рядом с матерью, поправив каштановые локоны, убранные в прическу.
— Разве можно к такому подготовить? — улыбнулась Элизабет, но в ее голубых глазах блеснули слезы — Когда это случится, нам придется покинуть этот дом.
— Неужели нет другого выхода?
— Дорогая, поместье требует больших вложений. Да к тому же ещё год другой, вы выйдете замуж, а я с Чарли хочу быть поближе к сестре.
Шарлотта встала и обняла мать своими худенькими руками за плечи. Один бог знал как им было страшно. Впереди ждала неизвестность и никто не давал гарантий что она будет счастлива. В коридоре послышался звон колокольчика и Шарлотта выглянула из кухни. Рейчел уже сняла шляпку и вешала её на крючок, позволяя русым кудряшками рассыпаться по плечам. Затем, прижимая книгу к груди, развернулась на цыпочках. Она не была утонченной, как Шарлотта, но это ничуть не портило её. Рейчел была красива и жизнерадостна. За ней бегали молодые люди в попытках завоевать хоть долю внимания. Мысли жизни девушки сейчас занимало лишь здоровье отца. Девушка искренне верила что при хорошем уходе он обязательно поправится.
— Госпожа Бовари? — Шарлотта изогнула тонкую бровь — Ей Богу, за последние месяцы наша библиотека существенно пополнилась.
— Отцу нравится как я декламирую, а мне нравится проводить с ним время, — девушка пожала плечами — Да у нас и не так много книг, как например, в британской библиотеке.
— Рейчел, ты неисправима, — усмехнулась Шарлотта.
— А зачем притворяться и скрывать свои желания, если это будет неискренне? — тихонько засмеялась Рейчел и побежала наверх.
— Беда будет тому человеку, который женится на тебе! — крикнула старшая сестра, но ее губы тронула нежная улыбка.
Никто не догадывался что за улыбкой и смехом, Рейчел скрывала свой страх потерять отца, которого она любила всем сердцем. Стоя перед его спальней, она вдруг почувствовала как по щеке потекла слеза. Девушка быстро вытерла ее ладонью и тихонько приоткрыла дверь. Питер лежал в постели и хрипло дышал. Его кожа была болезненно бледной, некогда прекрасные черные волосы лежали спутанными на подушке, а капельки пота осыпали его лицо. Многочисленные бутылочки на столике и окровавленный платок говорили о том, что конец генерала ближе, чем наступление лета. А ведь сейчас конец апреля. Рейчел подошла к кровати и аккуратно села рядом с отцом.
— Я принесла новую книгу, если хотите почитаем. — полушёпотом произнесла она.
— Устал... — только и смог выдавить Питер и снова закашлялся.
Рейчел налила воды в стакан и осторожно приподняла голову отцу. Она хотела хоть немного облегчить его страдания, но отец медленно и мучительно уходил. Его жизнь таяла на глазах.
— Ты выросла настоящей красавицей и умницей, а я и не заметил, — шёпот мужчины был едва слышен, а дрожащая рука ласково коснулась волос дочери — Я прошу тебя не доверяй людям без оглядки. Человек по своей натуре слаб и не может удержаться от соблазнов. Слушай своё сердце, но никогда не пренебрегай голосом разума, тогда ты будешь поступать правильно.
Мистер Питер тяжело вздохнул и девушка крепко обняла его. Почему-то именно сейчас Рейчел отчётливо поняла что отец уходит. Он не увидит как она полюбит, не услышит как она будет приносить клятву перед алтарем, не понянчится с внуками. Хрустальные слезинки побежали по щекам и девушка уже не могла сдержать их. Ее детство неизбежно подошло к концу.
В ту самую тёмную и тяжелую ночь в своей жизни, Рейчел проснулась от звуков шагов в коридоре. За окном шёл дождь, омывая деревья каплями, отчего казалось что листья плачут. Девушка свесила ноги и зажгла свечу. Осторожными шагами она прошла по комнате и вышла в коридор. Увидев бледное лицо Шарлотты, Рейчел замерла. У сестры дрожали губы, а глаза застилала пелена слез. Девушка прикрыла рот рукой чтобы сдержать крик. Не сейчас. Только не в последние минуты жизни отца. Он должен спокойно уйти.
— Чарли спит, не нужно его будить сейчас, — полушёпотом произнесла Шарлотта.
Рейчел кивнула и они, взявшись за руки, пошли в спальню к отцу. В последний раз...
***
Следующие две недели прошли словно в тумане. В скорби, слезах, в неизвестности и сборах. Лишь Рейчел не проронила ни слезинки. Всю боль она держала внутри, не позволяя себе и толику слабости. Она помогла собирать вещи, но ходила по дому словно призрак, который не мог найти покой своей душе. Совсем скоро она покинет дом, где появилась на свет, друзей, с которыми росла.
— Возможно, не все так плохо как тебе кажется, — проговорила Ребекка, поправив рыжую прядь волос, когда подруги прогуливались у озера — Ты там многих знаешь...О! Помнишь мистера Роберта? Ты у него постоянно воровала яблоки.
— Я искренне надеюсь что уже давно уехал, иначе мне будет ужасно стыдно, — вздохнула девушка — Хотя он скорее всего и не помнит меня. Уже семь лет назад он был очень взрослым, в два раза старше меня.
— Если что ты просто извинишься, — подруга пожала плечами — Все мы когда-то были детьми.
— Папа называл меня обезьянкой, — прошептала Рейчел и отвернулась к озеру, обнимая себя за плечи — Иногда мне кажется что он просто снова уехал и нужно ждать его возвращения. А потом вспоминаю что его больше...больше нет и так больно становится.
Ребекка бесшумно подошла и обняла подругу, которая впервые заплакала после смерти отца. Не навзрыд и беззвучно, но эти слезы были самые горькие. Рейчел всегда казалась всем легкомысленной, и только близкие знали как остро она все переживает...
Когда Рейчел вернулась домой, она увидела Чарли. Темноволосый, худощавый мальчик сидел на ступеньках и вращал камешек между пальцами. Когда он узнал о произошедшем, проплакал весь день, выплакал горе в отличии от сестры.
— Мама сказала что уезжаем завтра утром, — проговорил мальчик — Как думаешь мы вернемся сюда?
— Не думай об этом, — выдохнула девушка и села рядом с братом.
— Я не могу не думать об этом, я теперь единственный мужчина в семье и должен заботиться о вас, — серьёзно сказал Чарли, наблюдая за тем как быстро по небу пробегают облака.
Рейчел ничего не ответила, чувствуя ком слёз в горле, лишь нежно погладила мальчика по волосам, на что он, конечно, отмахнулся. Девушка встала и направилась в дом, помогать собирать последние вещи. После всего произошедшего, этот дом казался пустым и холодным. Как будто из него ушла вся душа и радость. Даже рояль, на котором Рейчел часто играла, стоял не тронутым. Девушка кончиками пальцев дотронулась до клавиш, которые печально зазвучали. Печальная мелодия окутала все вокруг, будто Рейчел хотела скрыть свою боль под каждой нотой. Она играла так сосредоточено, что перестала думать о чем либо. Даже не заметила как к роялю подошла Шарлотта, одетая в скромное серое платье. Она держалась стойко и смиренно, как будто смерть отца не была для нее ударом.
— Поговори со мной, — тихо произнесла Шарлотта.
— О чем? О том, что мы уезжаем отсюда и предаем отца? — Рейчел закрыла крышку рояля — Мне нечего сказать, вы с мамой решили все сами.
— Решение переехать поближе к тёте Мэри приняла только мама, я тут не причём. Думаешь мне легко? Жизнь, Дорогая моя, не может состоять только из наших желаний. Только если ты не эгоистка.
— Ах вот как! Хорошо... — Рейчел встала и быстрым шагом направилась к лестнице.
Шарлотта прекрасно понимала чувства сестры. Несмотря на своенравный характер, Рейчел была очень ранимая. Про таких говорят; ненавидят так всей душой, влюбляются так без остатка.
На следующий день рано утром карета Милтонов отправилась в путь. Было очень тяжело покидать родные края, где каждая тропинка хранила воспоминания детства и юности. Кто-то наверняка купит это поместье, но кто и когда неизвестно. Денег хватит на несколько месяцев, а потом придётся искать способы заработка. Но ни Шарлотта, ни Рейчел не боялись трудностей. Если понадобится будут работать. Шарлотта могла преподавать, а Рейчел занималась медициной. Правда на врача нужно было еще доучиться, но ухаживать за больными девушка умела и отлично справлялась. Девушка почувствовала как сестра взяла ее за руку в знак примирения.
— Мэри подобрала нам небольшой коттедж недалеко от них, думаю нам будет удобно, — сообщила Элизабет.
— Не думаю что там будет также хорошо, как дома, — пожала плечами Рейчел, наблюдая за тем как меняются пейзажи за окном.
— Я правда не понимаю тебя, — вздохнула женщина — Дочка, ты же в детстве так любила проводить лето в гостях у тёти вместе с кузенами, почему ты так против переезда?
— Потому что я раньше знала что осенью вернусь домой. К друзьям, в свою комнату. Знала что...папа за нами приедет, а теперь все иначе, — тихо ответила Рейчел.
Элизабет перевела взгляд на Шарлотту, которая незаметно вытерла слезы на щеках шёлковым платком. Всем было страшно начинать новую жизнь, оставалось лишь надеяться что на пути встретятся хорошие и понимающие люди.
Путь до Дербишира занял три дня. Бесконечных три дня, которые были наполнены лишь дорогой, дождём и мрачными мыслями. Но вот засияло солнце и до конца пути оставалось несколько миль. Здесь была особенная атмосфера. Все соседи знали друг друга, прямо на улице продавали цветы и разные вкусности. В Дербишире время текло медленно и неспешно. Несмотря ни на что, Рейчел все же была рада увидеть знакомую улицу, людей, которых знала. Даже воздух здесь был наполнен цветочным ароматом. В этом месте были только счастливые воспоминания. Карета проехала через всю деревню и остановилась у одного дома. Пожилые супруги встретили дорогих гостей грустными улыбками и теплыми объятиями.
— Соболезную, — тихо сказала Мэри, обнимая сестру.
Несмотря на свой возраст, Мэри выглядела изящно и утонченно. Лишь легкая серебряная седина покрывала ее черные волосы. А вот Альберт походил на полного, но энергичного старика. Впрочем, несмотря ни на что он всегда был добр и весел. Из дома выскочила молодая хрупкая брюнетка и побежала на встречу к Рейчел. Рейчел и Кейт дружили с самого детства и были ровесницами. Кузина обнимала девушку и понимала как ей сейчас нелегко. Они обязательно обо всем поговорят, только позже. Дорога отняла много сил, поэтому Мэри пригласила всех в дом отдохнуть. Слуги уже подготовили три гостевые комнаты. Элизабет хотела сразу поехать в коттедж, но Мэри отговорила её. Вечером приедут Эдвард и Пол, которые тоже хотели повидаться.
— Подумай о детях, особенно о Рейчел, — вздохнула женщина — Она угасает, ей нужно с кем-то поговорить о том, что произошло.
— Думаешь, Пол сможет ее разговорить? — покачала головой вдова.
— По крайней мере это горе мы должны пережить все вместе.
Вечером, когда наступила темнота и мир окутался спокойствием, в уютной обстановке своего дома семейство собрало свои мысли и эмоции за столом, усыпанным мягким светом свечей. Ароматное освещение, создаваемое плавными движениями фитилей, наполняло пространство теплотой и уютом, превращая вечер в настоящую церемонию общения и единения. Каждый член семьи занял свое место, как будто собираясь на важное заседание, где обсуждаются не только повседневные дела, но и более глубокие, значимые темы. За столом царила атмосфера доверия и понимания, ведь здесь собирались не просто родственники, а люди, которые разделяют радости и горести, поддерживают друг друга в самых сложных ситуациях. На столе красовались не только традиционные блюда, но и необычные кулинарные изыски, которые слуги приготовили с душой. Это был не просто ужин — это была настоящая феерия вкусов и ароматов, способствующая созданию незабываемых моментов. Зажженные свечи, словно хранители этих мгновений, мерцали, подчеркивая уникальность каждого слова, произнесенного за столом. Они не просто освещали пространство, но и создавали атмосферу уюта и безопасности, позволяя каждому ощутить себя частью чего-то большего — семейного единства. Порой, в суете дней, мы забываем о важности таких встреч, но именно они наполняют нашу жизнь смыслом и гармонией. Таким образом, вечернее собрание за столом, освещенное мягким светом свечей, стало символом семьи, любви и взаимопонимания. Это был не просто ужин, а время, когда сердца открываются друг другу, создавая невидимую связь, которая будет поддерживать и укреплять отношения на протяжении долгих лет. Каждый момент, проведенный вместе, запечатлевается в памяти как драгоценный камень, придающий жизни яркие оттенки и глубокий смысл.
— Думаю Шарлотту возьмут в школу учительницей, — усмехнулся Эдвард, зачесывая пальцами назад черные волосы — Она же у нас умная и трудолюбивая.
— Спасибо за комплимент, но самое главное чтобы Рейчел продолжала учиться, — отозвалась Шарлотта — Мы сорвались с места в конце года. Боюсь у Рейчел могут возникнуть трудности или вообще придется осенью снова идти на первый курс.
— Думаю можно договориться с профессорами, чтобы сдать экзамены, — кивнул Пол.
Рейчел молчала, понимая что ее слова и желания уже не имеют значения. Да, она хотела стать врачом, лечить людей, но все это было до. До потери отца. Теперь же хотелось одного; спрятаться от всех и поплакать. Сильно, не стыдясь своих чувств. За разговором о будущем никто и не заметил как девушка встала и подошла к роялю. Однако, все погрузились в молчание, как только тоненькие пальцы Рейчел коснулись клавиш и прекрасная грустная мелодия заполнило все пространство вокруг. Ах, если бы музыка была способна излечить сердце. В коридоре послышались едва различимые голоса и через несколько секунд служанка приоткрыла дверь, приглашая гостя. Высокий джентльмен в чёрном костюме так и замер. Он даже не заметил как служанка забрала шляпу и перчатки из его рук, которые были в мелких рубцах. Мужчина даже не увидел лёгкой улыбки на лице служанки, он был полностью погружен в прекрасную мелодию. Рейчел в темно синем платье показалась ему такой маленькой и хрупкой, как хрусталь. Ее русые пряди аккуратно касались плеч, а длинные ресницы слегка вздрагивали. Девушка подняла глаза и сразу узнала мужчину. Это был Роберт. Он практически не изменился за семь лет что они не виделись. Разве что в его каштановых, аккуратно причесанных волосах, поселилась седина и на лице появилось несколько грубых морщин. Рейчел отпустила взгляд на клавиши, продолжая играть. Какие-то минуты этой прекрасной музыки несомненно затрагивала в душе Роберта какие-то невидимые ниточки, заставляя застыть и слушать только прекрасную мелодию. Если в жизни была бы возможность остановить время, он бы хотел остаться в этой минуте. Когда девушка убрала пальцы с клавиш, домочадцы зааплодировали, а Альберт перевёл взгляд на дверь.
— А, Роберт, вот и вы, — мужчина поднялся со стула и они пожали руки — Я уже думал что вы к нам не зайдете.
— Прошу прощения за опоздание, но я вернулся в Дербишир всего лишь пару часов назад, — вежливо ответил Роберт и аккуратно пожал руку Мэри, которая подошла к ним — Вижу вы, миссис Элизабет, в добром здравии.
— Благодарю вас, Роберт, я в порядке, — женщина слабо улыбнулась — Что ж, вы наверно помните моих дочерей, а это мой сын Чарли. Он впервые здесь.
— Добрый вечер, — мальчик вышел из-за стола и вежливо поздоровался.
Шарлотта поздоровалась с Робертом, искоса глядя на Рейчел, которая медленно встала и мягко поклонилась. Принесли приборы и ужин продолжился. Шли оживленные разговоры о политике и о войне. Спустя несколько часов, когда Альберт изрядно выпил, а в гостиной остались лишь Шарлотта с матерью, Роберт засобирался домой. На улице ждала лошадь и он уже натянул перчатки и хотел сесть на лошадь. Однако, призрачная тень среди деревьев остановила его. Маленькая, изящная и печальная тень. Посреди ужина Рейчел покинула гостиную и уже больше часа бродила по саду одна. За ужином они обменялись лишь несколькими фразами и Роберт уже хотел уехать, но поймал себя на мысли что его что-то держит здесь. Не выдержав, мужчина пошел в глубь сада, не понимая до конца для чего.
— Мисс Рейчел, — когда он окликнул её, девушка обернулась, посмотрев на него своими большими зелёными глазами — С вами все в порядке?
— Да, просто... — она покачала головой, опустив взгляд — Не получается у меня жить так, как до смерти отца.
— Понимаю, со смертью близкого человека смириться непросто, — выдохнул Роберт — Время лечит поверьте мне.
— Неужели со временем я забуду что его больше нет? — горько усмехнулась девушка, прислонившись спиной о ствол яблони — Я не смогу забыть его и то, что он угас у меня на глазах.
Ее голос понизился до полушёпота, а по щеке скатилась слеза, которую Рейчел вытерла тыльной стороной ладони. Как она могла проявлять слабость при постороннем человеке? С другой стороны где ещё она могла позволить себе слабость чтобы не навредить своей семье? Только сейчас в этом саду под яблоней. Роберт подошёл на несколько шагов ближе и протянул девушке бежевый платок. Кончики их пальцев едва соприкоснулись и через несколько мгновений Рейчел уже вытерла слезы.
— Спасибо вам. Простите меня за слабость и за... — она помедлила — Простите за то, что я таскала яблоки из вашего сада.
Между ними повисла тишина, а после чего мужчина негромко рассмеялся. От смеха и улыбки лицо мужчины стало светлее и каким-то нежным. У Рейчел внутри все замерло. Именно так когда-то давно смеялся ее отец.
— Это дело прошлое, — Роберт пожал плечами — Все мы когда-то были детьми.
— Я хотела вас кое о чем спросить, но не знаю могу ли... — девушка развернулась и стала нервно теребить пальцами кору дерева — Вы когда-нибудь служили рядом с моим отцом? Просто он редко бывал дома, а мне очень хочется знать чем он жил там...
— Я хорошо знал вашего отца, но поверьте там на фронте все иначе, — Роберт горько улыбнулся — Там нет жизни, только долг и смерть. Единственное напоминание о жизни — письма родных. Хотя в последние годы мне такие письма не приходят.
У Рейчел вертелось много вопросов на языке, ведь она хорошо помнила что было семь лет назад, но предпочла держать язык за зубами.
— Мне пора, — негромко произнесла девушка, слегка поклонившись — Доброй ночи.
Рейчел направилась к дому, с каждым шагом все больше отдаляясь от Роберта. Но мужчина чувствовал что вскоре они встретятся вновь...