Глава 1
Кто ты, тело умалчивает.
Кто ты, девочка или мальчик?
Ты тот, кто ты есть - непонятен другим;
Андрогин, а-а-андрогин!
Treya, Андрогин©
- Да! Так!
Джерри поднял одну из крыс выше к лицу, почти приложил к скуле. Прямо посмотрел снизу в камеру: наповал, как безжалостный прицел; грызун вёл себя примерно, шевелил усатым носом и не дёргался. Камера щёлкала, жадно ловя кадры его, сидящего на полу в потоках света мощных, жарящих ламп и с периодичностью в пять секунд плавно меняющего положение.
- Превосходно! Только не моргай!
«Минуту? Две?» - с ледяной иронией отвечал пылающему в работе мужчине внутренний голос, а выражение лица и глаз не менялось.
Фотограф, Карлос Монти, был в ударе, скакал кузнечиком, ловя моменты и эмоционально выкрикивая то команды, то слова восхищения. В принципе, как и всегда: и сам по себе был таков – эмоционален и надрывен, словно извергающийся вулкан, и Джерри его вдохновлял.
И разве можно было не вдохновиться? Платиновые локоны в стиле голливудских кинодив длиной чуть выше плеч. Большие и выразительные карие глаза, смотрящиеся благодаря наращенным ресницам и чёрному дымчатому макияжу и вовсе на пол-лица. И на контрасте с этой яркостью и агрессией невинный нюдовый цвет на губах. Алебастровая кожа – словно у лучшей фарфоровой куклы, и французский маникюр на квадратных ногтях, но с чёрной полосой вместо белой – дополнение к образу специально для данной фотосессии. Не мальчик и не девочка, возвышенное эфемерное создание. Белокурый ангел.
«Всего лишь образ, ничего личного» - Джерри не скрывал этого, но и никогда не говорил прямым текстом, оставляя таинственной загадкой, пуще распаляющей интерес к его персоне.
Ещё в юные пятнадцать он понял, что правильнее не скрывать свою нестандартную для молодого человека внешность, а подчёркивать её. Но если раньше он красил глаза и ногти больше назло ограниченным другим и именно по той причине на потеху себе, то теперь это был образ, за который ему платили весьма неплохие деньги. Он сумел свою необычность не просто монетизировать, но и возвести в ранг искусства.
И помогли ему в этом, как ни странно, его увечья. Контраст красивого и даже совершенного, находящегося вне границ пола, лица и покрытого жуткими шрамами тела разрывал сознание смотрящего и запоминался навсегда вместе с именем их обладателя. Шрамы делали его не просто милым личиком, коих тысячи, а уникальным и потому незаменимым.
Стрелять глазами на поражение, в самое сердце микросхем. Камера выдержит. Людям, которые способны оценить, понравится.
Коротенькие джинсовые шорты и рваные колготки в мелкую сетку не могли скрыть рубцов. Фотограф остановился, нахмурился, смотря на его левую ногу, и накинулся на своего помощника:
- Почему дырка такая маленькая?! Нужно больше!
Помощник покивал, быстро подошёл к Джерри и, опустившись на корточки, стал разрывать колготки на бедре. Джерри промолчал о том, что и сам бы справился с этой задачей, это не его работа. Пока помощник управлялся, он снял крысу с плеча и опустил рядом с собой, а двух других посадил на колени, наконец-то сведя их вместе.
- Ты чего копаешься?! – снова разошёлся Карлос. – Перерыв внеплановый решил себе сделать? – всплеснул руками так, что если бы рядом кто-то стоял, мог бы и убить ненароком. – Перерыв будет потом! А сейчас – работа! Отойди!
Он быстро приблизился, также присел на корточки и взялся за края дырки:
- Сетку нужно рвать аккуратно, не тянуть, а то форму потеряет. Но резко, понимаешь? И быстро!
Джерри не обращал внимания на случайные прикосновения юрких горячих пальцев к своей коже. Одна из белых крыс попыталась бежать, он остановил её, накрыв ладонью, и посадил обратно на колени. Она тотчас предприняла новую попытку к бегству – самая непослушная из трёх.
Вновь поймав её, удерживая в ладонях, Джерри поднёс её к лицу и заглянул в глаза-бусинки:
- Куда же ты бежишь, малышка? Мы ещё не закончили. А потом вернёшься в свою уютную клетку.
- Всё! – известил фотограф, который так и не доверил криворукому помощнику доведение облика модели до идеала и всё сделал сам.
Он поднялся и обратился к помощнику:
- Уйди с глаз моих! – и добавил, когда сутулый парнишка послушался: – Не в прямом смысле этого слова «уйди»! Подальше стань! – махнул рукой, указывая направление.
Когда помощник встал куда надо, фотограф вернулся к Джерри, вновь присел перед ним на корточки и ласково проговорил:
- Ты готов продолжать, радость моя?
- Всегда готов, - отозвался парень и вернул крысу на плечо, а вторую белую посадил на голову.
- Да! Да! – вдохновившись сочетанием почти белых волос и белой же крысы, мужчина схватился за фотоаппарат.
Но не успел он сделать и один кадр, как крыса соскользнула на плечо и дальше по рукаву – на пол, и бросилась наутёк.
- Кто-нибудь, сделайте так, чтобы она не двигалась! Мне, что, дикую подсунули? Недрессированную?
Помощник притворялся в сторонке тенью, потому что он точно знал, что крысы дрессированные специально для съёмок, он сам занимался их подбором, но разве его станут сейчас слушать? Он, хоть и не было такой команды, поймал грызуна и вернул Джерри.
- Стой рядом, за пределами кадра, - распорядился фотограф, - будешь ловить этих маленьких красивых тварей. Джерри, радость моя, продолжаем. Стоп, где третья? – он упёр руки в бока, свёл густые брови. – Где это животное?!
Джерри обернулся и достал спрятавшуюся у него за спиной крысу:
- Она здесь. Думаю, они устали. Нам лучше поторопиться, скоро они могут стать совсем неуправляемыми.
В этот раз он не отпустил её, а оставил в руке, снова поднял повыше. Крыса крутилась, пытаясь вывернуться из крепко удерживающей ладони, начала пищать.
- Кота на тебя нет, чтобы вела себя тихо и смирно, да, мышка? – практически одними губами проговорил Джерри, мимолётно посмотрев в глаза грызуну, и снова перевёл взгляд в камеру.
«Хотя далеко не все коты опасны...» - добавил в мыслях, склонил голову набок.
Камера щёлкала. Джерри менял позы, разворачивался и боком, и задом, и снова передом. Откинулся назад, опёршись на руки, широко развёл колени, а ступни поставил вместе, подошва к подошве; две крысы в это время сидели на бёдрах, третья сползала с плеча на грудь – как мелкая меховая оторочка драной тёмной джинсовой куртки.
- Раздвинь ноги шире, - командовал Карлос. – Ещё шире! Нет, слишком широко, это почти шпагат. Подожди... - задумался на мгновение. – Сейчас попробую снизу!
Он оперативно лёг на живот. Джерри развёл ноги максимально широко, насколько позволили неразогретые мышцы, практически на сто восемьдесят градусов. Посадил крыс между ног и опустил по бокам от них расслабленные руки.
- Превосходно! А теперь немного согни колени и упрись пятками в пол. Носки подними. Шикарно! Я люблю тебя!
Продемонстрировав достаточно вариантов в этом положении, Джерри сел ровно, вытянув прямые ноги, запрокинул голову и, закрыв глаза, посадил крысу на лицо. А затем снял её и, метнув взгляд в объектив, лизнул.
Монти выпал в осадок, даже камеру опустил и замер впервые за последние три часа.
- Это... Фу, отвратительно! – воскликнул он. – Но потрясающе! Ты же можешь повторить? Я не успел снять!
- Могу. Но попроси принести воды, мне потребуется прополоскать рот.
Карлос послал другого помощника за водой и снова припал к камере. Джерри взял крысу удобнее и снова лизнул, хорошо так, медленно прошёлся языком по шкурке.
- Потрясающе!
Через сорок минут съёмки наконец-то закончились. Джерри наконец-то поднялся с пола; Карлос, зачехлив свой аппарат, подошёл к нему, раскрыл руки:
- Это было божественно! Джерри, ты лучший! Ты знаешь об этом?
- Твоими стараниями, - с лёгкой улыбкой и кокетливой уклончивостью ответил Джерри.
- Не льсти мне, - посмеялся мужчина. - Сомневаюсь, что я единственный, кто тебе об этом говорит. Даже иначе – я уверен, что это не так.
- Ты действительно не единственный, но один из первых. А первые всегда запоминаются.
- О нет, не проводи параллели с сексом! А то я покраснею, а мне это не идёт.
- Лёгкий румянец идёт всем, - вновь чуть улыбнулся Джерри, скользнул взглядом по скулам собеседника.
- Прекрати, - беззлобно потребовал тот. – Когда ты так говоришь и делаешь, в тебе слишком много секса.
- Разве ты меня не за это любишь?
- За это в том числе. Но это хорошо, когда между нами камера, а без неё становится слишком жарко. А ты шикарен, конечно, но ты не в моём вкусе, ты же ещё совсем юный, и я верный.
- И я очень этому рад, не хотелось бы портить наши с тобой отношения постелью. Но, к слову, я совершеннолетний уже по всем законам мира.
- Демон, - расплылся в улыбке Карлос. – Иди сюда, радость моя, обниму тебя на прощание.
Он обнял Джерри, похлопал по спине и, отстранившись, добавил:
- Как только появятся новые идеи – я сразу к тебе. Будь на связи, - ещё раз обнял, расцеловал в обе щеки. – Пока, до новых встреч.
Распрощавшись с ним, Джерри ушёл в просторную, пустующую сейчас гримёрную. Встал перед трельяжём с большими поворачивающимися зеркалами и, опершись на него, вгляделся в отражение. Постояв так немного, задумчиво посмотрев на себя, он вздохнул и взял тоник для снятия макияжа, чтобы не ехать в отель с толстым слоем грима.
- Туда нельзя! – послышался высокий крик его личной помощницы, секретарши – он сам не определился до конца, кто она: она отвечала за всё возможное. И собирался её уволить, но не с руки было искать более подходящую кандидатуру. – Нельзя! Мистер, я к вам обращаюсь! Подождите! Дайте я хотя бы предупрежу...
Ещё кто-то жаждет его, просто чудесно, только этого для счастья и не хватало. Судя по тому, что дверь открылась, Бо не удалось уговорить незваного гостя подождать, пока она спросит разрешения на его визит.
- Джерри, к тебе пришли! – запоздало сообщила она, заскочив следом за не понимающим отказа мужчиной.
- Да, я слышу.
- Можно?
- Мисс, позвольте, мы поговорим наедине? – обратился к девушке незнакомец.
Она открыла рот, чтобы возразить и объяснить всё, но Джерри опередил её:
- Бо, всё в порядке, я поговорю, можешь быть свободна, - он развернулся к ним и прислонился к трельяжу, перекрестив и руки, и ноги.
Бо бросила на мужчину ещё один нервно-недоверчивый взгляд, сделавшись ещё больше похожей на ёжика: тоще-угловатого, плохо одетого и в толстых очках.
- Спасибо, - сказал незнакомец, когда девушка закрыла дверь с обратной стороны.
- Пожалуйста. Кто вы и по какому вопросу ко мне?
По тому, как изменилось выражение лица мужчины, можно было понять, что он удивлён тем, что Джерри его не узнаёт.
- Я Адам Керри, - представился он.
- Приятно познакомиться, - нейтрально ответил Джерри.
- Я режиссер, - уточнил Адам.
- Буду знать. И прошу прощения за свою неосведомленность, у меня не так много свободного времени, чтобы в должной мере разбираться в кино и его творцах.
- Ничего страшного. Джерри, я перейду к делу: я хочу предложить тебе главную роль в своём новом фильме.
Джерри повёл бровями, выражая удивление, и ответил:
- Я не актёр.
- Я знаю. Но чтобы им быть, совсем не обязательно иметь соответствующее образование или опыт, достаточно артистичности. И твоя фактура идеально подходит для данной роли, взяв в руки сценарий, я сразу подумал о тебе.
- Наверное, я должен сказать, что польщён. Это ваш особый подход, лично приглашать кандидатов на роли, или чему я обязан такой чести?
- Нет, обычно я так не делаю. Но я не смог найти никаких твоих контактов, потому я здесь.
Немного дежа-вю. И по-прежнему, хоть уже медийная личность, найти выход на него было не так просто.
Джерри облизнул губы, пряча в этом рвущуюся из души ухмылку, и произнёс:
- Я не поклонник социальный сетей. И мне жаль, что вам пришлось срываться ради встречи со мной.
- Я расскажу о фильме и роли, которую тебе предлагаю?
- Расскажите, - Джерри говорил вежливо, но холодно, не притворялся, что ему интересен их разговор. – Но, если вы не против, я продолжу собираться.
Он быстро пересёк комнату, подойдя к вешалке, снял куртку, а за ней майку. Мистер Керри выдержал паузу, наблюдая за ним. А затем, когда Джерри избавился и от остальной одежды, оставшись в одном белье, замер, с ошарашенным восторгом изучая взглядом то, что было скрыто от глаз: острые лопатки – почти настоящие крылья, дуги рёбер, проступающие под кожей при каждом маломальском движении; Джерри не торопился вновь прикрыться одеждой, не оглядывался, спокойно переодевался, как если бы был один.
Тонкий и хрупкий, как изысканный фарфор, бело-возвышенный – он безусловно был идеален для этой роли!
Прочистив горло, Адам заговорил:
- Это будет драма с социальными элементами. Основанная на реальных событиях история балерины-трансгендера, блиставшей на лучших сценах в восьмидесятых годах.
- И из кого в кого она перевоплощалась? – спросил Джерри, застёгивая джинсы.
- Из мужчины в женщину.
- То есть вы предлагаете мне играть женщину? Извините, но это противоречит моим принципам, я не изображаю женский пол.
- Не спеши отказываться, Джерри. Почитай сценарий, мои условия, подумай и дай мне свой ответ.
Адам вопросительно, ожидающе посмотрел на Джерри и, получив его согласие, достал из портфеля плотную папку, протянул ему:
- Здесь печатный отрывок для ознакомления, флешка с полной версией и мои контакты.
- Хорошо, я ознакомлюсь и сообщу вам своё решение. Но имейте в виду, что я сегодня уезжаю.
- Если мы договоримся о сотрудничестве, на что я очень надеюсь, то обговорим и уладим все нюансы.
Попрощавшись с Адамом, Джерри провёл его взглядом и, убрав папку в сумку, также покинул студию. На улице догорал закат; он сел в машину, и вспыхнул ещё один огонёк, на конце сигареты. От первой затяжки сладко закружилась голова: слишком много времени прошло с последней.