Без названия 51
Вова понимающе кивнул, и встал. Антон последовал его примеру.
Уже в машине Антон спросил:
- Как там Ева?
Вова, который в этот момент как раз о ней думал, и не ожидал вопроса, на несколько мгновений потерял управление и машина вильнула. Позади послышался скрип тормозов и громкий сигнал. Но к счастью, на полупустой ночной дороге обошлось без последствий.
- Что прости? - спросил Вова, стараясь говорить как можно спокойнее.
- Спрашиваю, как там Ева? - переводя дыхание повторил Антон.
- Нормально, - Вова украдкой посмотрел на друга. - А почему ты спрашиваешь?
- Как это почему? - удивился он.- Я беспокоюсь о её здоровье, все ли нормально с ней и с ребенком...
- Да, - ответ прозвучал немного резче, чем Вове хотелось бы, и молодой человек ещё удивленнее посмотрел на него:
- Что с тобой?
- Ничего, - сухо, сквозь зубы процедил Вова и сильнее вдавил педаль газа в пол. Он начинал злиться: на Антона, с его глупыми расспросами, на себя, за свою несдержанность... На всё вокруг!
Антон какое-то время молча наблюдал за другом, а после начал осторожно задавать вопросы:
- Аня говорила вы были на узи?
- Да, - Вова охотно вцепился в нейтральную тему. - Мы видели ребенка. Представляешь он совсем малюсенький! Ева расплакалась, когда его увидела. Она в последнее время вообще ужасно слезливая. Плачет по поводу и без повода. Недавно расплакалась потому, что я принес конфеты не с молочным, а горьким шоколадом. Потом успокоилась и вспомнила, что с самого начала хотела горький шоколад. И опять расплакалась.
Вова не заметил, что все время пока он говорил, с его губ не сходила улыбка.
- Тебе наверное с ней сейчас очень трудно, - не сводя с товарища пристального взгляда спросил Антон.
- Что ты, Ева даже когда плачет очаровательна, - улыбнулся ему тот. - Один из соседских ребят обозвал её кавайнойняшечкой.
- Кем? - брови жениха удивленно взметнулись вверх.
- Кавайнойняшечкой, - рассмеялся шафер, видя его реакцию.
- Ты это выдумал!
- Ничего подобного! - чуть возмутился Вова. - Мы даже минут пятнадцать погуглили, выясняя это была похвала или такой неординарный молодежный посыл.
- И?
- Как выяснилось, - молодой человек притормозил на перекрестке. Хоть дорога и была свободной, но он решил не нарушать лишний раз. - Он назвал Еву классной милашкой. Ну, мы так подумали и решили, что устами младенца глаголит истина.
Антон усмехнулся и покачал головой.
- Ох. Уж эти современные дети... Скоро мы совсем перестанем их понимать...
- И не говори, как будто на другом языке говорят, - поддакнул ему собеседник.
- Говорят, - осторожно вернулся к интересующей его теме Антон. - У беременных меняется цвет глаз?
- А тебе зачем? - искоса посмотрел на него Вова.
- Ну, - чуть потянул Антон, которого вопрос застал врасплох и он лихорадочно придумывал что ответить. - Аня когда-то тоже будет беременной. Хочу знать, что меня ждет.
- Ну, - рассмеялся его товарищ. - Приготовься много бегать. И часто. А ещё она будет плохо спать по ночам. Так что в загулы лучше не уходи. А ещё постоянно будет просить почесать ей животик. А глаза... - он на несколько секунд задумался. - Ну, насколько я мог заметить в них ничего не изменилось. На солнце и когда смеется они у неё почти голубые, а когда злиться внутри отчетливо видно коричневые искорки. Когда она спокойна или вечером, в квартире они такого красивого, глубокого серого цвета, а когда злится - становятся мутно зеленого цвета...
Вова резко осекся, увидев, каким взглядом смотрит на него Антон.
- И давно? - спросил он.
Несмотря на то, что в его тоне не было ни тени насмешки или злости, Вова почувствовал себя так, словно что-то украл, а его на этом поймали. Он не стал увиливать от ответа, врать или косить под дурачка, что бы потянуть время. По интонации, по взгляду... Вова сразу понял, о чём спрашивает Антон - о его чувствах к Еве - и честно признался:
- Несколько месяцев.
Машина достигла пункта назначения и притормозила у обочины. Молодые люди внутри не торопились покидать салон. Молчание, которое хранили оба, становилось гнетущим. Первым не выдержал Антон:
- Ева знает?
- Она никогда не узнает, - тихо, но уверенно ответил молодой человек.
Друг только вопросительно посмотрел на него.
- Ева меня не любит, и никогда не сможет полюбить по-настоящему, - горько улыбнулся Вова. - Если я ей признаюсь, то ничего уже не будет как прежде. Любовь я скорее всего не смогу получить, а дружбу потеряю точно.
- Но как же ты так живешь? - почти возмущенно воскликнул Антон. - Она рядом. И вместо того, что бы сделать шаг вперед, ты запираешь свои чувства внутри!
- Лучше я буду молча страдать рядом с нею, чем так же молча страдать вдали от неё...
- Какой в этом смысл? - фыркнул его товарищ.
- Смысл... - Вова, кажется, всерьез задумался. - Смысл... Сейчас я могу быть рядом, она улыбается, просит купить ей мороженное. Иногда ночью я вставал и смотрел на неё. Ты знал, что Ева спит с приоткрытым ртом? Она смешная... Это мелочи. Я столько всего могу назвать... Антон, я хочу и дальше быть рядом, видеть эти мелочи, подавать руку, если она споткнется... Мне этого достаточно, просто быть рядом.
Антон немного помолчал, после сказал:
- Возможно, ты и прав...
Вова положил ему руку на плечо:
- Хватит, не думай об этом. Завтра твой большой день!
Молодые люди, наконец, покинули машину. Ночная прохлада тут же окутала их, а легкий ветерок подул в лицо, унося с собой проблемы и плохое настроение, оставляя после себя только приятное волнение перед будущим торжеством.
^_PR