Ева / Wattys2016

Чтобы не зависать в клубе одному, мужчина решил организовать себе компанию. Взяв в руки телефон, он задумался, кому позвонить? Может, своей молодой любовнице? Ему вдруг стало неприятно от мыслей о ней. Молодой человек, словно впервые её увидел. Молодая. Даже слишком. Капризная. Вздорная. Скверный характер. И крайне ограниченная. Что их связывало кроме секса? Да, ничего! Впервые Сергей посмотрел на себя со стороны. И ему не понравилось то, что он увидел. Зачем ему эта девочка, почти ребенок? Что он в ней нашел? Странно, но сейчас Сергей сам себе не мог ответить на этот вопрос. Просто, хотелось адреналина, впечатлений... Прятаться с ней, как в шпионских играх, она же ещё малолетка... кто его знает, с чего вдруг эта девчонка оказалась в его постели. Просто, ему всё надоело, он всем пресытился... а она была чем-то новым, интересным...

Эти отношения были ошибкой. Теперь он это понимал совершенно отчетливо. Молодой человек больше не хотел видеть её в своей постели. Да и видеть её вообще, если уж на то пошло.

Сергей решительно, пока не передумал, стер её номер.

Ему вспомнились серые глаза, которые накануне полностью завладели его вниманием в клубе.

Вот же ж, наваждение! Ведь нет в ней ничего такого особенного... Так почему же она не выходит у него из головы?

Сергей решил задать этот вопрос лучшему другу, по совместительству своему заму, по совместительству, своему собутыльнику ещё со школьной скамьи. Он уже нашел нужный номер в телефонном справочнике. Но вот странное дело... не хотелось Сергею рассказывать ему про Еву. У них давным-давно вошло в привычку пользовать одних и тех же девочек, говорить о них, обо всем. Но Ева совсем другое дело. Ему даже представлять её с другим не хотелось. Это вызывало то жгучее чувство внутри, которое он испытывал глядя на то, как девушка веселиться с друзьями. Кажется, это чувство зовется ревностью. Эти серые глаза... Нет, Сергей хочет, что бы они смотрели только на него. И улыбаться девушка должна только ему.

Он найдет её. Плевать, если у неё кто-то есть. Это его не остановит. Но эта девушка будет принадлежать только ему, и никому больше!

Сергей завел мотор машины. Нет, в клуб сегодня он не поедет. Домой, и спать. Завтра, на свежую голову, придумает, как её найти. Если придется, то пройдет по всем домам, постучит в каждую дверь. В конце концов, не такой и большой у них город, философски отметил он про себя, выруливая на главную улицу.

В это самое время Ева как раз заканчивала свою смену. Сегодня она была только официанткой, и это обстоятельство радовало несказанно. Оставалось немного, потом домой и спать. Завтрашний день будет долгим. С огромным трудом девушка нашла-таки себе подработку. Промоутером. Работа не сложная, оплата почасовая, график свободный. Что ещё нужно?

Правда, Аня как всегда была недовольна. Но, и Ева с этим смирилась, ведь нельзя иметь все и сразу. Чем-то приходиться жертвовать. Так и тут. С одной стороны, деньги лишними не будут. У неё квартира и учеба. Одной справляться очень тяжело. С другой стороны — остается не так и много времени на друзей. Это бесспорно минус, но взвесив все за и против, пришлось признать, что вторая работа сейчас в списке приоритетов.

Но два момента в новой работе просто с ума её сводили. Первое — это то, что рекламировать нужно было пиво. Справедливости ради следует отметить, что с самого детства Ева совершенно не переносила даже запах этого напитка. А тут нужно будет расхваливать его совершенно незнакомым людям. Что можно сказать хорошего о том, чего в жизни не пробовала? Какие качества расхваливать?

Второе — форма одежды. По условиям работодателя, все девушки должны быть одеты в тематический костюм. Ева даже и не удивилась когда ей принесли костюм состоящий из корсета чисто символически прикрывающего верх, и коротенькой пышной юбчонки, которая едва-едва прикрывала стратегически важные места.

Самое обидное то, что Аня была категорически против второй работы ровно до того момента, как узнала про костюм. После этого напарница чуть ли не сама ей шариковую ручку в руки сунула на подпись контракта. Дескать, это для твоего же блага. Станешь более раскрепощенной. Ну и Вова с Антоном абсолютно прогнозируемо с ней согласились.

Ева вздохнула. Теперь Аня практически поселилась у неё дома. Не то, что бы она была против... Девушка очень любила, ценила и уважала свою подругу. Просто... Когда эти трое сходились она чувствовала себя пятым колесом в телеге. Они понимали друг друга, говорили об одних и трех же вещах на одном и том же языке. Но Ева-то его не понимала. Сказывались годы, которые она провела вдали от развлечений сверстников. Поэтому приходилось много улыбаться и делать вид, что все понимает и хихикать, когда хихикают все. Хуже всего, что ребята говорили о каких-то смешных историях, произошедших с ними. А ей приходилось отмалчиваться. Появлялось чувство, что она им не ровня, что она лишняя. С другой стороны, Аня готовила, когда приходила. И даже мыла посуду. А это скажем так, большой и жирный плюс с лихвой перекрывающий все минусы. Опять же, взвесив все за и против...

Её размышления прервал звук разбившегося бокала. Ева оглянулась. Чего не хватало, так это проблем в конце смены. Если бокал разбил посетитель, то платить за него придется ему. Не все гости ресторана с такой постановкой вопроса соглашаются. Иногда приходится прибегать к услугам охранников.

Но каково же было удивление, когда она увидела кто разбил бокал.

Алекса!

Её младшая сестра сидела за столом, в вульгарном красном платье, открытом по максимуму. Линия декольте была настолько низкой, что Ева без проблем рассмотрела свой подарок. Лицо было разрисовано, как у последней портовой шалавы. Выделенные почти черным глаза, много румян на щеках, и яркая красная помада...

Первым порывом было схватить её за шиворот, увести подальше, чтобы никто не видел её в таком виде и умыть хорошенько. С мылом, а лучше с хлоркой, чтобы наверняка смыть с этой дуры все.

Но затем Ева вдруг поняла, что это вряд ли поможет. Это не косметика, это суть её младшей сестры.

Алекса тоже увидела Еву и теперь смотрела на неё испуганными глазами.

— Я в туалет! — тоненько пискнула она и, схватив сумочку, выбежала. Ева посмотрела на того, с кем отдыхала Алекса. Тучный мужчина, особенно живот, на котором едва сходились пуговицы, ближе к пятидесяти, на руке кольцо, явно женат. Правда не прячется. Значит, либо жена в курсе, либо, не боится что узнает. Видала она таких. Жена для него скорее как атрибут, соответствующий статусу. Как дорого обставленный дом, большая шикарная машина, дорогой костюм... Чаще всего, машине достается больше внимания, чем той несчастной, которую он взял в жены. А в женах у них как правило или молодая профурсетка, которой ничего кроме денег не нужно, и в таком случае, если девушка не тратит слишком много, и игнорирует то, что муж гуляет, брак можно назвать даже удачным. В таком случае каждая сторона получает желаемое. Хуже всего приходится тем, кто прожил в браке всю жизнь. Такие женщины отдают семье всю себя. Но к сорока годам их мужья теряют интерес к бедняжкам и идут гулять. Не многие находят в себе силы, что бы уйти. Страх, что их осудят, страх, что им некуда пойти, что после этого их жизнь рухнет, потому, что они не знают, что могут делать, кроме того, что бы быть женой богатого мужа. Такие женщины и подавно будут молчать. Из страха, что потеряют тот ад, в котором сами себя заперли.

Ева представила это нечто, на своей сестре, на Алексе, которую в детстве забирала из садика. Ей стало плохо. К горлу поступила тошнота. Девушка понимала, что если останется рядом, то не сдержится. Поэтому, расталкивая тех, кто становился у неё на пути бросилась в туалет. Она едва успела добежать. Практически пинком открыв дверь, Ева бросилась к раковине. Так плохо ей давно не было.

Только когда её основательно вырвало, и она умылась Ева подняла голову вверх. В зеркале слева позади неё возле входа в кабинку, стояла бледная от испуга Алекса. Её трясло, и она побелевшими от напряжения пальцами держалась за свою сумочку, как за якорь. Сейчас младшая сестра не была похожа на саму себя. Возможно поэтому Ева не чувствовала к ней ничего, кроме отвращения и тихой ярости.

— Я не знала, что ты тут работаешь, — извиняющимся тоном начала она.

— Уходи, — глухим голосом приказала Ева. Осознание того, что это правда, что все наяву, а не во сне, больно врезало по ней. Эта девушка не её сестра, не может быть ею. Ушло все — и ярость, и омерзение... Осталась только пустота.

— У меня не было другого выбора... — попыталась оправдаться Алекса.

— Не было другого выбора?! — зашипела Ева, отражению сестры. Ей вдруг стало нестерпимо больно и обидно. А ещё она разозлилась.

Алекса не привыкла видеть сестру злой, поэтому посчитала, что это вопрос и постаралась объясниться:

- Я оказалась в сложной ситуации... Катька заняла мне денег на платье, и я решила разочек поработать, чтоб должок вернуть...

Услышанное потрясло Еву до глубины души:

— Ты оказалась в сложной ситуации?! Это я оказалась в сложной ситуации! Это меня родители выгнали из дому, за то, что меня сбила машина! Это меня они никогда не любили и не скрывали этого. Но ты! — девушка резко повернулась и схватила сестру за руку чуть выше локтя. Завтра в этом месте будет синяк, но Еве было плевать на это. Так же как и на вскрик сестры и слабую попытку освободится. Она была зла, нет, в этот момент она ненавидела Алексу. — Ты их любимица! Тебе не стоит беспокоиться о том, что завтра есть и где ты будешь спать. У тебя есть кров над головой, еда и одежда. Так, что тебе такого в жизни нужно было, что у тебя не было другого выхода кроме как стать проституткой?

— Ты ничего про меня не знаешь... — попыталась разозлиться Алекса, но видно было, что слова сестры достигают цели. Она едва сдерживала слезы.

— Я все про тебя знаю! — зло зашипела Ева. — Знаю, что ты маленькая эгоистичная себялюбивая дрянь! Для тебя нет других людей их чувств, бед и проблем! Ты же пуп земли!

Ева ещё крепче вцепилась в руку, не замечая, как перекосило от боли и страха лицо младшей сестры:

— Слушай сюда, маленькая сволочь! Бери своего Карлсона, и проваливайте отсюда по-хорошему! И что бы больше я тебя не видела. Никогда!

Она резко отбросила руку сестры, и повернулась, чтобы уходить. Но Алекса не хотела так закончить этот разговор:

— Ты не имеешь права меня судить...

Ева с шумом вдохнула воздух. Вот, теперь она в бешенстве.

— Я водила тебя в садик и в школу. Отдавала тебе свои обеды, носила, водила тебя по врачам, когда родители на тебя забивали, готовила тебе поесть, стирала твою одежду и убирала за тобой практически всю твою жизнь. Я имею полное право тебя судить. Я едва свожу концы с концами, иногда сижу голодной, иногда работаю по двое суток, с завтрашнего дня буду работать на двух работах... Но никогда, как бы плохо не было, у меня даже мысли не возникло выбрать легкий путь. Ты проститутка, это лучшее, что ты можешь, лучшее, на что способна. Хотя я даже не уверенна, что ты хотя бы это делаешь хорошо. Сегодня ты в последний раз со мной заговорила! Запомни, у тебя больше нет сестры!

Ева повернулась и порывисто вышла из туалета. Она прошла мимо охранника, явно прибежавшего на шум.

Выйдя в зал, Ева увидела администратора.

— На сегодня я закончила! — зло бросила девушка, и пошла за своими вещами. Все равно, даже если её уволят. Она больше не останется в одном с ними помещении ни секунды.

Практически выбежав на улицу, Ева глубоко вдохнула свежий воздух. Ночная прохлада помогала остыть и успокоить бешено бьющееся сердце. Злость, вот что она сейчас чувствовала. Словно её обманул самый родной в мире человек, словно её предали... Иллюзия, которую она себе создала, в которую так хотелось верить, рухнула в одночасье. Все мечты о совместном отпуске и как дети Евы и Алексы будут расти вместе, вдруг показались такими смешными и наивными...

Даже несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, девушка не могла унять бушующие внутри чувства. Злость на себя, злость на свою глупость, на собственное бессилие... Как она могла быть такой слепой! Нет. Как она могла закрывать на все глаза? Ведь Алекса явно не первый раз так промышляла. Еве вспомнился подарок который та заказала на день рождения, вспомнились старушки, плюющие вслед Александры... А ведь она ей тогда ещё сказала о себе правду. Может, тогда Алекса ещё и занималась проституцией так откровенно, но уже тогда искала выгоду от отношений с мужчинами. И к такому вот финалу все и шло.

Возможно, если бы Ева узнала о происходящем как-нибудь по-другому, то отреагировала бы иначе. Хотя... справедливости ради, если бы не увидела своими глазами, не поверила бы никому и ни за что.

И ладно бы Александре было стыдно или она раскаивалась в содеянном. Но девушка всерьез считала, что то, что она делает вполне нормально, что так и нужно: хочу – беру, родители не дают – значит найду того, кто даст. И не важно, чем за это нужно платить.

Нет, нет у Евы больше сестры. И матери... И семьи...

Если бы она только осознала это раньше, то возможно сейчас было бы не так больно.