75. Механическое сердце.
На следующее утро Моника улетела заниматься бизнесом, который перешёл в её руки, а Кира ещё долго «переваривала» их разговор, случившийся на крыше ресторана в Ночном районе.
— Любопытно, ты непростая девушка, — сказала женщина-механик, хитро прищурившись, когда они расселись в креслах за столом и подозвали официанта. — Я заинтригована. Расскажешь о себе?
— Вообще-то, я надеялась узнать о тебе, — хмыкнула Кира.
— Ты тоже это чувствуешь? — ухмыльнулась в ответ Моника, сверкнув глазами. — Ты такая же, как я... Что тебя интересует?
— Ты тоже социопат? — спросила Кира, внимательно глядя в глаза сумасшедшему механику.
Моника сделала вид, что задумалась, а потом хохотнула:
— Там, где я родилась и прожила жизнь не было таких диагнозов, — сказала она. — И тебе не стоит вешать на себя ярлыки.
— Ты же не любишь людей, — сказала Кира. — Почему помогаешь им?
Моника перестала благодушно улыбаться, и внезапно её улыбка стала дьявольски хитрой.
— По-моему это очевидно, — усмехнулась она, откинувшись на спинку кресла. — Просто так!
Кира задумчиво закурила, не спуская взгляда с Моники.
— Я — механик, помешанный на механизмах, — продолжила говорить Моника. — Если кому-то требуется моя помощь, и создав новый протез я получу удовольствие, что в этом плохого?
— Фетишистка, — хмыкнула Кира.
— Кто бы говорил, — рассмеялась механик. — Осмелюсь предположить, что ты тоже не от скуки занимаешься своим делом.
— Обожаю химию, — прорычала Кира, сверкнув глазами.
— Что ты создаешь?
— Наркотики!
— Оу...
Моника нахмурилась, но улыбаться не перестала, от чего её лицо стало казаться жутким.
— Мою девушку убил наркотик, — помедлив сказала она.
— Мне нужно извиниться?! — хмыкнула Кира.
— Ничуть! Если копнуть поглубже, можно понять, что на самом деле её убил человек, — усмехнулась Моника. — В чем твоя боль? Что с тобой случилось? Расскажи мне.
Кира стерла с лица самодовольное выражение, и серьезно взглянула в глаза женщине-механику.
— Я своими руками уничтожила весь свой клан, — призналась она. — Я — убийца.
Моника удивлённо вскинула брови, но не успела ничего ответить, потому что принесли вино и ужин. Она попросила паузу в диалоге, чтобы насладиться приёмом пищи. Когда они доели, Моника взяла в руку бокал с вином, и откинувшись на спинку кресла, вновь подняла взгляд на Киру. Она внимательно осмотрела главаря Ночного района, одетого в дерзкий мужской наряд, и расплылась в ухмылке.
— Все говорили, что мою Линду унёс наркотик, — задумчиво сказала она. — Все проклинали это вещество и тех, кто принёс его в наш город... Но, почему-то, никто в упор не хотел замечать того, что её жестоко убил человек.
Кира вытянула из пачки сигарету и зажав в зубах, меланхолично прикурила, после чего предложила Монике, но та отказалась.
— Её убили из-за протеза, — продолжила рассказ Моника. — Это было моё первое изобретение — механическая кисть, которая работала не хуже настоящей. Я сделала её для Линды, и благодаря ей открыла в себе талант к изобретательству...
Моника отпила вино и уставилась на бокал в своей руке невидящим взглядом.
— Тот убийца... Лишил меня и девушки, и моего детища, — задумчиво сказала она. — Он украл протез, отравив Линду смертельным ядом против её воли... А потом копии моего изобретения появились в свободной продаже по всей стране... Это событие меня сильно подкосило тогда. Я озлобилась, возненавидела весь тот мир, в котором была вынуждена жить, и приняла решение уйти и создать свой. И создала...
Она прервалась, чтобы сделать глоток вина, а Кира села поудобнее, не в силах оторвать заинтересованный взгляд от Моники.
— Знаешь, как меня называли в подземном городе? — ухмыльнулась Моника, обратив хитрый взгляд в сторону Киры. — Техно-Моника. А город мой называли Техно-городом. И жили в нём, как ты догадываешься, механические люди.
— Чокнутая фетишистка, — восторженно усмехнулась Кира. — Признавайся, зачем тебе бизнес на самом деле! Ты хочешь весь мир сделать механическим?!
Моника удивилась, и задумчиво отвела взгляд.
— Ты подаёшь здоровские идеи, — хохотнула она, вернув взгляд на Киру. — Вот что значит, родственная душа!
— Колись!
— Всё не так масштабно, дорогая, — улыбнулась Моника. — Я уже давно не такая злая и отчаянная, какой была десять лет назад. Я просто хочу изобретать, не задумываясь о мелочах.
Потом она махнула рукой официанту и заказала кофе.
— Теперь твоя очередь делиться сокровенным, — сказала она, вернув себе доброжелательный настрой. — Я готова тебя выслушать.
— Я уже сказала, что я убийца...
— Ой да брось, никакая ты не убийца! — отмахнулась Моника. — Тебя кто-то обидел когда-то давно, да так, что ты до сих пор не можешь оправиться. Давай, копни поглубже, и выложи на блюдечке. Вместе мы разберёмся, кто и в чем виноват.
В тот момент её слова до глубины души тронули сердце бездушного Химика, и она рассказала Монике всю свою невеселую историю, впервые в жизни безоговорочно доверившись чужому человеку. Кира предполагала, что всему виной был коктейль с эмоциями, который она приняла утром, но в конечном итоге ей стало гораздо легче.
— Она убила меня в тот день, когда ввела мне «любовь», — пробубнила заплетающимся языком Кира, перебрав с алкоголем. — Ненавижу суку...
— Теперь ты понимаешь, кто настоящий убийца, — невесело улыбнулась Моника, отобрав у Киры из рук бутылку виски, к которой та норовила накрепко присосаться. — Тебе нужно научиться жить с этим, дорогая...
— Я не могу! — в отчаянии воскликнула Кира. — Моника! Я постоянно хочу умереть...
Потом она лежала головой на столе, закрыв плачущее лицо руками, а Моника вызывала такси и руководила её амбалами, чтобы вернуть несчастного главаря Ночного района обратно в особняк.
Утром, когда они прощались, стоя возле самолёта, Моника сняла с головы свои странные гогглы и надела их на Киру.
— У меня с собой ничего нет, кроме этих очков и протеза. Но не думаю, что тебе так необходима механическая рука, — пошутила она. — Дарю тебе свои любимые увеличительные очки. Когда-нибудь ты продашь их за бешеные деньги, поэтому не потеряй.
С тех пор Кира не расставалась с очками, а Злата умирала от ревности, считая что Химик умудрилась влюбиться в Монику. Кира игнорировала её ворчание, в глубине души переживая приятные тёплые чувства к человеку, которого она могла бы назвать самым настоящим другом...
Кире нравилась Моника, и она чувствовала, что симпатия была не безответной. Но была совсем не такой, какую она чувствовала к Мине. Моника была для Киры чем-то совершенным и захватывающим, будто она смотрела фильм, затрагивающий самые тонкие струны души, заставляющий испытывать чувство бескрайнего восторга от сюжетных поворотов. Моника была загадкой, которую не хотелось разгадывать, и оставить её личность за завесой тайны. А ещё, после откровенного разговора с ней, Киру перестали мучить мысли о самоубийстве, что явилось приятным открытием, давшим ей возможность снова пожить нормальную жизнь, без употребления наркотических препаратов.
***
Через год Моника вернулась в Мегаполис, чтобы встретиться с Кирой и предложить ей совместную работу над её новым проектом. За прошедший год Моника достигла устойчивых высот в развитии собственной компании, и выкупила половину акций компании клана Моны, перестав быть простым арендатором.
Целую неделю до встречи Химик ходила воодушевлённая, а Злата психовала, чем вынудила еë перенести рабочий процесс в Ночной район.
В назначенный день и час на крышу здания, где располагалась лаборатория, приземлился вертолёт и выгрузил директора компании «Моник-Технолоджи», её помощников и большой ящик, размером с гроб.
— А вот и моя любимая плакса! — хохотнула Моника встретив главаря Ночного района с распростёртыми объятиями.
— Не знаю о ком ты, но явно не обо мне, — хмыкнула Кира закрывая лицо дерзким респиратором, но сверкающий взгляд выдавал её с головой.
Она кивнула своим амбалам, чтобы они взяли ящик и отнесли в лабораторию, а сама, сдерживая волнение, всё же утонула в тёплых объятиях.
— Готова поработать? — усмехнулась Моника, потрепав химическую коллегу по голове. — Это просто улетный проект, ты не пожалеешь!
— Это мой первый раз, будь понежнее, — хитро сказала Кира, и повела хохочущего технического гения по своим владениям.
Помощницы главы крупной корпорации обескураженно наблюдали за ними, и только Аксель был невозмутим.
— Чего вылупились, — хмыкнул он, обратив свой взор на них. — У директора тоже могут быть друзья. Она же живой человек!
***
— Охренеть! Ты по настоящему чокнутая!
Кира стояла в лаборатории перед вскрытым ящиком, и не сводила ошалевший взгляд с его содержимого. Моника вальяжно развалилась на диване, наблюдая за реакцией Химика с хитрой улыбкой на губах.
Сказать, что Кира была шокирована, это ничего не сказать. В ящике находился контейнер, наполненный синеватой желеобразной субстанцией, в которую было погружено тело незнакомой девушки.
— Что за нахер?! — восхищённо промямлила Кира, когда смогла внятно изъясняться. — Что мы будем с ней делать?!
— Познакомься, её зовут Лита, — сказала Моника, встав с дивана и подойдя к ящику. — Она попала в автокатастрофу, и сильно пострадала. Левая часть её тела парализована. А нам с тобой нужно вернуть ей полноценную жизнь.
Кира перевела взволнованный взгляд на Монику:
— Ты хочешь сделать её киборгом?!
— О да!
— Твою мать! Но чем я могу помочь?!
Моника расплылась в довольной улыбке, и опустив руку в «желе», взяла немного вещества в руку и помяла пальцами.
— Это консервант, — пояснила она. — И это самое крутое, что смогли создать химические учёные по моему запросу. Они бесполезны!
Кира тоже опустила руку в контейнер и взяв немного консерванта в ладонь, понюхала его и попробовала на язык.
— Могу повторить, — кивнула она, прикинув в уме примерный состав загадочного вещества.
— Не сомневаюсь, — хохотнула Моника. — Но от тебя мне нужно нечто посерьёзнее, дорогая. Ты должна создать искусственную кровь!
Кира почувствовала, как губы сами поползли в стороны, расплываясь во взволнованной улыбке. Моника тоже хищно улыбнулась и продолжила описывать задачу.
— Я работаю над созданием полного аналога человеческого организма. Но само собой, он будет механическим. Лита будет наполовину человеком, а значит, в её живой половине должна циркулировать живая кровь. Мне нужно, чтобы ты создала такую кровь, которая будет одинаково стабильна как в живой части организма, так и в механической.
— Это сумасшествие, — хмыкнула Кира, чувствуя, как запускаются неутомимые мыслительные процессы в голове.
— Поэтому я здесь. Ты в деле? — спросила Моника, сверкнув глазами.
— Чëрт возьми, да!
***
Кира никогда не работала в связке с другими учёными, а в компании с сумасшедшими механиками тем более, но тот месяц, который они провели погрузившись в один общий проект, вызвал в её холодной душе неописуемый восторг.
Днями они без устали работали над задачей, а ночами валялись на горизонтальных поверхностях в лаборатории и делились идеями и теориями, под утро засыпая от усталости в самых разных местах и позах. Так Кира умудрилась поспать на столе, под столом, вверх ногами в кресле и на полу, с закинутыми на диван ногами в кроссовках. В конце концов она распорядилась, чтобы в лаборатории положили матрас, и сменили диван на более вместительный.
— С комфортного матраса не захочется вставать, — со знанием дела шутила Моника, наблюдая за тем, как Кира пыталась размять затекшие конечности, кряхтя поднимаясь с жёсткого пола. — Но рабочий процесс нельзя прерывать надолго!
Ели там же, в лаборатории или в мастерской, которую оборудовала Моника в соседней комнате. Её помощники обеспечивали учёную и механика необходимыми химикатами и запчастями в режиме нон-стоп, и к концу многострадального месяца готовы были умереть от усталости.
— Всё, перерыв! — заявила Моника через две недели ударной работы, войдя в лабораторию и упав на матрас. — Я слишком стара для таких марафонов.
— Ещё пара часов, и кажется, я закончу «буфер», — зевнула Кира, сосредоточенно глядя в экран компьютера. — Последний образец на тесте. Если прокатит, начнём опыты.
— О да! — радостно воскликнула Моника и через минуту размеренно засопела.
Кира оставила процесс тестирования на совесть компьютера, доползла до дивана и с облегчением на него упала. Она чувствовала себя до смерти уставшей, но невероятно счастливой, после стольких часов, проведённых за любимой работой в компании с человеком, который разделял её образ жизни и страсть к разработкам новых продуктов.
— Моника, я тебя люблю, — промямлила она, прежде чем провалиться в сон.
— Я тебя тоже, чокнутая химичка, — отозвалась Моника. — Просто обожаю!
***
Потом Кира тестировала «буфер» на животных, а через пару дней Моника принесла в лабораторию отрезанную человеческую руку, с другой стороны к которой была была прирощена такая же механическая конечность.
— Ты отрезала Лите руку? — отрешённо произнесла Кира, не веря своим глазам.
— Лита мертва, ей она ни к чему, — хмыкнула Моника, вогнав Киру в ещё большее удивление.
Заметив её недоумевающий, подозрительный взгляд, она вздохнула, и пояснила:
— Лита — наш опытный образец. Я не могу проводить опыты подобного рода на живых людях, это бесчеловечно.
— Поэтому тебе нужна химическая кровь? Потому что её давно свернулась?
— Не совсем, но в этом есть доля правды, — кивнула Моника. — Её мозг и сердце мертвы, осталась только оболочка, которая неплохо сохранилась.
— Лита будет зомби?..
— Нет конечно, — прыснула Моника. — Ей пересадят живой мозг, а сердце будет механическое, оно уже готово.
— Когда она умерла?
— Три года назад. Я нашла её в Чёрном Банке органов. Её удерживали в коматозном состоянии, чтобы подпольно продавать внутренние органы в другие страны.
— Твою мать! И много продали?
— Почти всë, — вздохнула Моника. — Но у меня есть деньги и связи, поэтому я подобрала ей другие «запчасти». А некоторые органы сделала сама. Хотя мне ещё предстоит изучить биологию получше, но это крайне интересно!
Кире показалось, что она в каком-то сюрреалистическом сне, где два чокнутых психа, повернутые на экспериментах, пытались оживить труп давно почившего человека.
— Если это дело выгорит, я хочу стать твоим киборгом после смерти, — сказала она Монике, закончив вводить «буфер» в подопытную конечность.
— Это что, предложение? — хохотнула та, вперив взгляд в экран карманного компьютера, к которому была подключена рука.
— Хочу завещать тебе свой труп, — хмыкнула Кира.
— Это очень серьёзное предложение, мне нужно подумать!
— Ты так заботишься о чужих трупах, а мне откажешь?!
— Я бы предпочла, чтобы ты оставалась среди живых, — серьёзно сказала Моника, оторвав взгляд от экрана и переведя его на Химика. — Твой мозг может послужить хорошую службу человечеству... Ты могла бы спасти сотни жизней, если бы занялась разработкой лекарств, например...
— Я нужна здесь, — бесцветно сказала Кира. — У меня есть незаконченное дело...
— У меня есть встречное предложение, — перебила её Моника. — Заканчивай с делом и переезжай ко мне.
— Воу! Как быстро!
— «Моник-Технолоджи» в состоянии дать тебе безграничную свободу для разработок и экспериментов любого рода, — серьёзно сказала Моника. — Ты многое пережила, дорогая, и заслужила совсем другой жизни.
Кира молча смотрела перед собой, переваривая услышанное. Предложение было крайне заманчивым, и приятно грело душу, но один немаловажный факт всё же заставил её отказаться.
— «Моник-Технолоджи» — это твой мир, Моника, — сказала она, пристально посмотрев в глаза своего друга. — Ты создала его для себя, и тебе в нём комфортно. А здесь — мой мир. Я вложила много сил, чтобы получить то, что я имею сейчас.
Моника слушала Киру, вызывающе скрестив руки на груди. Она размеренно барабанила пальцами по плечу, погрузившись в размышления.
— Хорошо, договорились, — задумчиво кивнула она наконец. — Если ты не сможешь справиться со своей пагубной тягой к самоуничтожению... Я тебя заберу.
— Буду премного благодарна...
— Но хочу, чтобы ты знала: мне будет не хватать тебя, даже если ты будешь киборгом в моём отряде...
— Мне уже тебя не хватает, Моника, — вздохнула Кира, ткнув пальцем в экран её карманного компьютера. — Посмотри на показатели, «буфер» работает... Я закончила со своей частью работы, теперь дело только за тобой...
К концу месяца всë закончилось. Искусственная кровь была разлита в контейнеры и погружена в вертолет. Литу снова упаковали, чтобы отправить её на пересадку внутренних органов и сращивание оставшейся половины тела с готовым механическим скелетом, над которым безустанно трудилась Моника.
Кира и Моника вновь прощались, стоя возле летательной машины.
— Я позвоню тебе по видеосвязи, когда начну эксперимент, — бодро сказала Моника, бросив взгляд на часы. — Ты точно не хочешь присутствовать?
— Вдруг я не захочу улетать обратно, после посещения твоего мира, — хмыкнула Кира. — Я была счастлива поработать с тобой, это был поистине уникальный опыт. Спасибо.
— Да, давненько я ни с кем не пила кофе из одной кружки, — хохотнула Моника. — Подобные мероприятия здорово сближают!
— Даже слишком, — ухмыльнулась Кира. — Приезжай в любое время, если соскучишься. Мои двери всегда открыты для тебя.
Помощники Моники с обескураженными лицами слушали их диалог.
— Я не пойму, они любовники, или друзья? — выдавила одна из девушек.
— Моника с 25 лет ни с кем не встречалась, конечно друзья! — ответила другая.
— А по-моему эта беловолосая атлетка к ней клеится...
Перед тем как забраться в вертолет, Моника спохватилась, и вернувшись к Кире, протянула ей маленькую черную коробочку с бархатным покрытием.
— Это датчик сердечного ритма, — серьёзно сказала она, когда Кира с удивлением на лице взяла подарок в руки. — Вшей его под кожу в районе сердца, и я всегда буду знать, жива ли ты, и как себя чувствуешь.
Кира коротко кивнула, улыбнувшись уголком рта, и убрала коробочку в карман.
— Тушите свет, — выдохнула помощница Моники. — Моника ей кольцо подарила!
— Это не кольцо, а особо чувствительный датчик сердечного ритма, — Аксель нахмурился и попытался осадить болтливых девушек. — Поэтому в мягком футляре...
— Наша директор — нечто, — выдавила другая помощница. — Это же так романтично, датчик сердцебиения подарить...
Аксель устало закатил глаза и поспешил в вертолёт за Моникой. Когда летательная машина поднялась в небо, и через несколько минут превратилась в еле заметную точку на горизонте, Кира вернулась в лабораторию и подготовилась к операции по вживлению датчика.
Она стянула с себя футболку, вколола обезболивающее, и сделав небольшой разрез под грудью, ввела под кожу тонкую квадратную пластину размером не больше сантиметра. Потом она зашила разрез и наконец смогла выдохнуть. Вместе с обречённым вздохом, из её сердца ушло чувство радости, сменившись ощущением беспросветной печали. Чувство одиночества навалилось на плечи, заставив бездушного Химика без сил облокотиться на стол.
«Прощай, Моника, — горько подумала она. — Увидимся после смерти...»
Как бы ей не хотелось бросить всë и уехать жить лучшую жизнь, было страшно слишком близко подходить к человеку, заставившему её снова испытать ощущение счастья. Двое уже погибли, и она знала, что не выдержит боли от потери ещё одного.
«Если эксперимент пройдёт удачно, я обязательно стану твоим киборгом, — подумала Кира, вводя себе в вену «убийцу эмоций». — Надеюсь, ты сделаешь мне механическое сердце...»
В гробовой тишине, повисшей в лаборатории, после того, как её покинула шумная Техно-Моника, раздался звук телефона, сообщивший о входящем уведомлении. Кира с равнодушным лицом взяла его в руки и прочитала текст сообщения:
«Я слышу твоё сердце. Плакса, не грусти...»