Аромат лимона

Остаток дня Джейн и Ронда бродили по городу, заходя в лавки и опрашивая людей. Второй день над ними кружил Бобо, но результатов не было. Джейн начала впадать в депрессию и апатию, с грустью понимая, что стоит сворачивать поиски и отправляться назад в больницу.

— Мне... Будет вас не хватать, — печально сказала она Ронде, когда они возвращались в её дом. — Пожалуйста, приезжайте к нам на горнолыжный курорт. Если я переживу переливание крови, мне бы хотелось ещё раз с вами встретиться...

— Не забудь отослать мне денег, если хочешь нас увидеть, — усмехнулась Ронда. — Ты точно не хочешь ещё попытаться?..

Джейн вяло помотала головой.

— Донор крови, наверное, уже приехал, — уныло сказала она. — Мне... Нужно возвращаться...

— Тогда Мона тебя отвезёт, когда вернётся с рейса, — бодро сказала Ронда. — Не раскисай,  звезда Джейн. Ты вернёшься домой, и будешь жить долгую счастливую жизнь. А если мы встретим твоих девочек, то обязательно дадим знать.

— Спасибо, Ронда, за всё, — пробормотала Джейн, тяжело вздыхая. — Ты настоящий друг...

Потом Джейн сидела на матрасе, с грустью глядя в окно на чердаке у хламовщицы, и не хотела покидать этот пропахший пылью городок. Она так и не узнала о тайной жизни Химика в тюрьме, не смогла залезть в трусики к Моне, и даже не смогла найти Селесту и Жанет.

«Не все усилия вознаграждаются, — уныло думала она. — Но, я хотя бы смогла влюбиться... Значит, не такая уж и бессердечная...»

Вечером вся компания собралась в любимом кафе, чтобы выпить и попрощаться с Джейн. Звезда была снова одета в кожаный наряд, и даже уложила волосы, чтобы потребно выглядеть по возвращению в больницу. Мона была чернее тучи, и постоянно уходила курить. Химик была всё ещё радостной и возбуждённой, а Ронда просто обнадеживающе улыбалась, глядя на совсем поникшую Джейн.

Наконец рок-звезда погрузилась на переднее пассажирское сидение джипа, помахала друзьям в окно, и отправилась в город.

Ехали молча. Мона безостановочно курила в окно, а Джейн хотелось повернуть назад. Ей стало страшно. Впереди маячило опасное переливание крови, которое могло закончиться трагически, а та беззаботная жизнь, полная развлечений, осталась позади.

— Прости за... Моё дурное поведение, — выдавила она, глядя в окно, в темноту. — Если... Я могу что-то для тебя сделать...

— Можешь, — бросила Мона, остановив машину и заглушив двигатель. — Трахни меня.

Она перелезла со своего сидения и села на колени опешившей Джейн.

— Не надо себя заставлять, Мона! — запротестовала та.

Мона нажала на кнопку в основании сидения и спинка поехала вниз.

— Твою мать! Что ты делаешь?! — прохрипела Джейн, чувствуя как ускоряется ритм сердца и становится жарко.

В следующее мгновение горячая девушка нагнулась и коснулась влажными губами губ ошалевшей звезды. Нежный неопознанный аромат Моны, смешанный с терпким запахом сигарет вскружил голову, а лёгкое касание раздвоенного язычка ввергло распалённый мозг Джейн в состояние экстаза. Через несколько минут горячих поцелуев, в голове звезды взорвались сотни салютов, на пару мгновений отключив её сознание от внешнего мира.

— Эй, ты чего? — Мона испуганно хлопала ладонью по щекам отключившейся Джейн, пытаясь привести её в чувство. — Тебе плохо?!

— Салюты... — слабо прохрипела звезда.

— Салюты?! Ты че от поцелуя кончила?!

— Я тебя люблю...

— Как теперь с тобой спать?!

— Давай ещё попробуем...

Через несколько минут Джейн снова очнулась от чувствительных ударов по щекам.

— Ну ты вообще, конечно, — рассмеялась Мона в темноте. — Ты чë ни с кем не целуешься во время секса?!

— Это потому что люблю тебя...

Мона помолчала, а потом собиралась перелезть обратно на своё сиденье, но Джейн крепко прижала её к себе.

— Никуда не пойдёшь, — прошептала она, гладя её по спине. — Буду тебя любить... До самого утра...

— Полезли тогда на заднее сиденье, здесь не удобно...

— Можно... Перейти черту?.. — хрипло спросила Джейн, вжимая в себя вздрагивающее тело девушки. — Очень... Хочется...

Мона помолчала какое-то время, а потом сказала:

— Ладно... Только не смотри!

— Почему?.. У тебя там член что-ли?.. Был?..

— Чего?! Нет!

— Что с тобой произошло, милая?.. — Джейн давно догадалась, о том, что Мона пережила какой-то травмирующий опыт, но та не хотела  об этом говорить.

— Ничего... Просто шрам. Уродский. Не смотри и всё!

— Хорошо...

— И лицом не лезь!

— Ладно...

— И это... Понежней...

— Конечно...

— Имей в виду, Джейн... Ты первая... Кому я доверилась...

А Джейн в этот момент подумала, что жизнь — неимоверно странная, непредсказуемая и несправедливая штука. Месяц назад она была одинокой фригидной рок-звездой, которой никто не нравился, в чьей жизни не было ничего кроме песен и концертов, а теперь она женатая озабоченная изменщица-насильница, которая по уши влюбилась в Нимфу-недотрогу и собирается заниматься крышесносной любовью в джипе на дороге в ночном лесу.

«Вот это я, конечно, повернула... — пронеслось у неё в голове, пока она переползала на заднее сиденье автомобиля, на котором её возлюбленная уже скинула с себя почти всю одежду. — На все 180 градусов...»

***

— Чëрт! Твою мать!.. Всë! Остановись!.. Ух...

— Просто песня... Ругайся еще!..

— Уже рассвело... Надо... Ехать...

— Ещё чуть-чуть...

Джейн совсем не хотелось выпускать из рук свою любимую, и не хотелось никуда уезжать. Ей хотелось остаться в этой машине лет на сто, и безостановочно слушать сладкие, страстные стоны и брань своей возлюбленной.

Над лесом поднималось солнце, и Джейн наконец смогла рассмотреть смущенное лицо Моны, которая стала прятать его под ладонями.

— Хватит на меня пялиться!

— Хочу посмотреть, какая ты, когда кайфуешь...

— Вот уж хрен тебе!

— А так?..

— Чëрт... Прекрати...

— Один раз и я отстану...

— Ух... Твою мать... Что за стыдоба...

— Ты красивая... А теперь ещё красивее...

— Грёбанная террористка!..

Наконец Мона, крепко выругавшись, вознеслась на пик блаженства, и оттолкнула неуëмную рок-звезду.

— Давай ещё разок! — прорычала Джейн, распаленная блаженным видом своей возлюбленной.

— Нет уж, теперь ты полежи! — возразила Мона оттолкав Джейн к двери. — Подарю тебе напоследок феноменальный нижний поцелуй!

В это время к джипу, который стоял посередине дороги, подъехала машина и робко посигналила.

— Сигнал?! — Мона встрепенулась, намереваясь поднять голову.

— Не отвлекайся! Это птицы поют! — заявила Джейн, протянув руку и вернув голову благоверной к процессу доставления удовольствия.

Нимфы в машине спешили на работу и не собирались ждать, пока водитель джипа проспится и соизволит убрать свой транспорт с дороги.

— Пойду настучу по голове этой соне, — заявила подвыпившая Мэл, выбравшись из задней двери машины.

Водительница тоже вышла и сделала несколько шагов к джипу с напрочь запотевшими окнами.

— А это не тачка Моны? — удивлённо спросила она, с подозрением оглядев мутные стекла.

— Мона! — обрадовалась Мэл и направилась к водительской двери. — Зачем она здесь поспать решила?

Она дёрнула дверь, но та не поддалась.

— Изнутри закрылась, — уныло протянула она.

— Или в машине никого нет, — предположила водительница.

Они обошли вокруг джипа, пытаясь хоть что-то разглядеть в окнах, покрытых испариной.

— А что если и правда никого? Как мы их объедем?

Водительница уже собиралась требовательно постучать кулаком по стеклу, а Мэл, на удачу, дёрнула за ручку заднюю пассажирскую дверь. И та поддалась.

***

Джейн полулежала на сидении, оперевшись спиной на дверь, и в исступлении подёргивалась, будто получая лёгкие разряды тока, пока искуссная мастерица оральных ласк демонстрировала своё мастерство. Ей непременно хотелось за что-нибудь подержаться, и найдя под рукой подголовник сиденья, со всей страстью в него вцепилась. Наконец волна блаженства накрыла её с головой, и дернувшись в последний раз, она задела спиной блокиратор двери. В следующее мгновение дверь распахнулась, и звезда наполовину вывалилась из машины, на свежий воздух, крепко сжимая в руке вырванный подголовник, и сверкая голым плоским торсом.

— О Боже! Мона! — взвизгнула Мэл, отвернувшись. — Я думала, что ты лесбиянка!

— Что там? — спросила водительница, повернувшись в еë сторону.

— Мона трахается с парнем!

— Да ладно?!

— Вашу мать! — заистерила Мона, одной рукой пытаясь натянуть бельё, а второй прикрыться курткой Джейн. — Закройте дверь!

— Не закрывайте, — запротестовала Джейн, свисая вниз головой из дверного проема, едва не собирая длинной чёлкой свежую росу с редкой травы, растущей на просёлочной дороге. — Я сама!

Она выдохнула, и резко подняв верхнюю часть тела, внесла её салон, после чего захлопнула дверь и оперевшись на неё спиной, расхохоталась.

— Че ржешь, террористка?! Смешно тебе?! — гневно рычала Мона, натягивая штаны на причитающееся место. — Вот это позорище, просто жесть!

— Это самая нелепая ситуация, которая случалась в моей жизни, — рыдала от смеха Джейн, вытирая слезы.

— Ты то сейчас уедешь, а как мне потом Нимфам в глаза смотреть?! Эти девки всем расстрещат, что я шалава какая-то! Да ещё с человеческим парнем сплю!

— Но ты и правда спишь с человеком...

— Это другое, не сравнивай, — бросила Мона, перелезая на водительское кресло и открывая окно, чтобы проветрить салон автомобиля.

В окно она увидела, что возле машины стоит Мэл, скрестив на груди руки, выжидающе глядя в сторону водительской двери джипа.

— Одевайся давай, — вздохнула Мона, достав из бардачка пачку сигарет, и взявшись за ручку двери. — Пойду поговорю с Мэл...

***

— Ну так... — Мэл прищуренными глазами взирала на Мону, которая подошла к ней и молча засунула сигарету в зубы. — Там один парень или несколько? Выглядишь так, как будто тебя сразу впятером драли, шлюшка!

— Чего?!

— Того! Лицо румяное, губы стертые, тут укус, тут синяк...

— Думаешь, так выглядят после пятерых?

— Разве нет?

— Нет. Так выглядят после секс-террористки, — ухмыльнулась Мона. — Это Джейн.

Мэл с удивлением наблюдала за тем, как рок-звезда закончила одеваться и выползла из машины, чтобы пересесть на переднее сиденье. Она остановилась возле двери и приветливо помахала рукой, широко улыбнувшись.

— Это что, та секси девка, с которой ты нас тогда согнала?! — Мэл возмущённо уставилась на Мону, которая вдруг покраснела. — Так ты не активная лесбиянка что-ли!? Поэтому не хочешь со мной переспать?!

— Наверное, я универсал, — пробормотала Мона, выбросив докуренную сигарету и достав следующую.

— Или рогатка!

— Прекрати меня так называть! Это было один раз. Джейн сейчас уедет навсегда... Так что не болтай в городе. Все будет так, как раньше.

— Как раньше уже не будет, Мона, — вздохнула Мэл, отправившись к своей машине. — Ты же это знаешь...

Мона, посмурнев, смотрела на свою машину, и на то, как за лобовым стеклом, Джейн пыталась поправить растрёпанные волосы, развернув зеркало заднего вида к себе. Она вымученно улыбнулась, и выбросив дотлевшую до фильтра сигарету, нехотя вернулась за руль.

Когда джип тронулся с места, в салоне вновь повисла тишина. Мона не хотела увозить Джейн, а Джейн не хотела уезжать, но все понимали, что так будет лучше.

— Чем займёшься, когда приедем в больницу? — выдавила Мона, стараясь, чтобы голос звучал бодро.

— Сначала получу по лицу от Незабудки, — предположила Джейн, глядя в окно на мелькающие деревья. — Потом, наверное, будут к переливанию готовить...

— Так сразу?..

— У меня нет времени, милая... — ответила Джейн дрогнувшим голосом.

Повисла давящая тишина, прерываемая только рокотом двигателя и шумом колёс по земле. Мона погрузилась в свои мысли, а Джейн напряглась, борясь в душе между желанием продолжить поездку и прервать её.

Раньше всё было просто. Она хотела писать песни, быть услышанной, и безустанно шла к своей цели. Цель была прозрачной и понятной, всё вокруг благоволило её исполнению. Потом она приняла решение найти Селесту и Жанет, и с тем же рвением бросилась выполнять поставленную задачу. Задача не выполнялась, что выбивало её из колеи, но в конечном итоге, она решила свернуть поиски и заняться своим лечением. Она не отступала от своих решений, как бы тяжело не было, и какие бы сомнения не разрывали её душу. Нужно было ещё одно решение, которое перечеркнуло бы предыдущее.

Она бросила взгляд на Мону, которая меланхолично курила в окно, держа руль твёрдой рукой, и откинувшись на подголовник, снова отвернулась и закрыла глаза.

Всё было правильно. Она женатая рок-звезда, которая должна выжить. Ради новых песен, ради возможности всё же найти свою жену и Жанет. Влюблённость была безответной, и возможно, стала бы её новым вдохновением.

— Теперь ты будешь моей музой, — хрипло пробормотала она куда-то в сторону. — Посвящу тебе новый альбом... Пришлю, как будет готово...

— Больно нужен мне твой альбом, — пробубнила Мона, глядя перед собой на дорогу. — Заедем в государственное учреждение, напишешь заявление на развод.

— Зачем?

— Если в течении пяти лет твоя семья не объявится, снова будешь свободной, — ответила Мона, севшим голосом. — Найдешь потом себе кого-нибудь...

Она вынула из пачки сигарету и прикурила. Джейн посмотрела на неё печальным взглядом, а потом спросила:

— Я тебе совсем не нравлюсь?..

Мона не ответила, продолжая медленно пускать дым в открытое окно.

— Нет, — наконец сказала она, прежде чем выбросить докуренную сигарету. — Совсем...