Глава 1. Песок, который не забывает
Аэропорт был слишком стерильным для страны, которую она представляла иначе. Лея Воронцова стояла у окна, наблюдая, как золотой свет рассвета медленно пробирается сквозь стеклянные стены. Где-то вдалеке, за линией горизонта, начиналась пустыня - великая, древняя, равнодушная.
В руке - паспорт, на шее - кулон, который она не снимала с детства. Единственное, что связывало с домом.
- Мисс Воронцова? - голос был вежлив, но с металлической нотой контроля.
Она обернулась. Перед ней стоял мужчина в традиционном белом дисhdаше и с серьёзным, почти безликим выражением лица.
- Я Ахмед. Представитель Совета. Мы отвезём вас в резиденцию. Принц ждёт.
- Принц? - переспросила она. - Я думала, я приехала переводить для научной группы.
Ахмед едва заметно кивнул:
- Принц Салем лично курирует проект. Все, кто участвует, проходят через его резиденцию.
Он не добавил «по протоколу», но это чувствовалось в каждом его слове.
Дорога тянулась сквозь город - роскошный и суровый одновременно. Высотки из стекла и стали соседствовали с древними мечетями, а у обочин играли дети в ярких одеждах.
Когда машина свернула за кованые ворота, сердце Леи сжалось. Это была не просто резиденция - это был дворец. Белый камень, пальмы, фонтаны, цветы, которых она даже не знала по названию.
Словно чужая сказка, в которую её пустили по ошибке.
Внутри всё было слишком - слишком просторно, слишком тихо, слишком дорого. Мраморный пол отражал потолок с росписью, а за высокими арками начинались сады - живые, настоящие, и одновременно - ловушка.
- Вас проводят в покои. Принц примет вас позже, - сообщил Ахмед.
Лея хотела спросить, можно ли просто посидеть в тени. Просто перевести дух. Но она знала - здесь ничего не делается «просто».
Комната была оформлена в песочных и золотых тонах. Никакой показной роскоши - только вкус, тишина і аромат пряностей, что плыл откуда-то со двора. Лея прошлась до окна, отдернула занавес и увидела сад - ухоженный, будто вырезанный из другой реальности.
И в этом саду - он.
Стоял, не шевелясь, в традиционном наряде, с тёмным шарфом на плечах. Даже на расстоянии она почувствовала, что это он. Его спина - прямая, как клинок. Его присутствие - не требующее слов.
Он не повернулся. Не пошёл к ней. Но знал, что она смотрит.
Она не знала, почему - но не могла отвести взгляда.
Словно между ними уже было что-то. Словно он - тот, кого она боялась встретить.
Позже, когда её пригласили на встречу, она уже не удивилась, что он вошёл в зал первым.
Салем аль-Райхан был не просто красив. Он был настоящим - не глянцевым, не театральным. Его красота была в том, как он двигался. Как молчал. Как смотрел - не на неё, а в неё.
- Мисс Воронцова, - сказал он на безупречном английском, с едва заметным акцентом, - у меня к вам только один вопрос.
- Я слушаю.
- Что вы боитесь перевести неправильно - слова... или тишину?
Она не сразу нашла ответ.
А он уже знал, что именно её и хотел услышать.