Глава 33
Испуганная хозяйка магазина стояла за прилавком и вздрагивала каждый раз, когда я демонстративно грубо швырял обратно на полку ненужный мне товар. Однако она не осмеливалась прокомментировать то, что я делал. Я уже вручил ей свою черную карту, и даже если никто больше не знал, что я химера... хотя бы она знает.
Я раскрыл Геймбой и раздраженно захлопнул его.
- А что, нет последних? Которые с цветным экраном? - огрызнулся я. - Или это дерьмо - все, что у тебя есть?
Телевизор уже достал. Я не мог просто сидеть и смотреть телевизор, ничего не делая руками. Я лез на стену от скуки в собственной квартире.
- Э-эм... - запинаясь, протянула продавщица, крепко вцепившись в край прилавка. - К нам часто приезжают торговцы из Серой Пустоши. Мы можем сделать специальный заказ для вас, принц Сангвин.
Вот, видите? Я, блядь, принц. Меня заебало, что люди не относятся ко мне соответственно моему долбанному положению в обществе. Если бы Вален знал, кто я такой, он бы обоссал свои розовые стринги, но нет... никто не знает.
Я потерял Джека - потерял парня, который мне реально нравился. Который хотел со мной встречаться. И все потому, что я не могу быть химерой, а этот придурок не умеет постоять за себя.
Я заплатил за товары, по моему мнению, очень мне нужные, включая приставку Sega, и вышел из магазина электроники.
Прошло уже больше месяца после инцидента с Джеком, а злое, агрессивное настроение меня так и не покинуло.
Учеба в университете давалась болезненно и изматывала. Джек теперь сидел на первых рядах и начисто меня игнорировал. В первый месяц учебы я обрел и потерял своего первого друга, и каждый раз, когда вспоминал об этом, мое настроение резко падало. Хотя я больше не занимался самоедством. Значительная доля моей ненависти к себе ушла, когда я прогнал Кроу. Теперь она обратилась на Валена и, чуть меньше - на Джека.
Почему? Потому что Джек, будучи химерой, и не простой, а стелс-химерой, позволял Валену издеваться над собой, и этот факт приводил меня в ярость. Не говоря уже о том, что у него хватило наглости наорать на меня за то, что я его защищал. Джеку как будто нравилось быть гребаной жертвой, у меня от этого аж зубы сводило. Для меня это было личным оскорблением - мы, стелсы, созданы превосходить всех.
Но что я мог поделать?
- Я больше не хочу прятаться! - сердито сказал я Илишу больше недели назад и хлопнул ладонью по столу в его кабинете. Я пришел с частным визитом в его кабинет в университете, Мантис в это время молча стоял в углу комнаты.
Илиш бросил на меня равнодушный взгляд.
- Я думал, тебе нравится быть обычным арийцем?
Я рыкнул и начал расхаживать по его кабинету.
- Нет, не нравится. Они должны знать, кто я, - кипел я. - Я хренов принц. Я Сангвин Деккер. Я, блядь, опасен для каждого из них, и меня заебало, что эти мрази не понимают этого!
Илиш улыбнулся, и от его веселья я снова сердито рыкнул.
- Ну, это заняло некоторое время, но в тебе, наконец, просыпается эго химеры. Ты далеко продвинулся.
- Тогда разреши мне! - сказал я, разворачиваясь. - Разреши мне быть Сангвином! Я хочу стереть гребаную самодовольную лыбу с рожи Валена, а заодно Феликса, Рио и Людо.
Я зарычал в третий раз, когда Илиш отрицательно покачал головой.
- Король Силас придет в себя через два месяца, и это не так уж долго. Как только король Силас придет в себя и увидит твой... прогресс, я уверен, он займется твоим знакомством с семьей.
- Почему не сейчас? - настаивал я. - Почему бы не показать ему, когда он проснется, что со мной все в порядке?
Улыбка Илиш превратилась в ухмылку, полную насмешки.
- Сангвин, ты определенно не в порядке. На самом деле, ты на грани высокомерия. Почему ты до сих пор не помирился с Джеком? Я предоставил тебе не одну возможность извиниться.
- Извиниться! - возмутился я. - Он, блядь, послал меня на хуй, когда я пытался защитить его, они попытались трахнуть меня, а он послал меня на хуй. Он разорвал отношения, а не я, почему я должен извиняться? Разве не этим должно заниматься второе поколение? Драться и калечить других, пока один из нас не достигнет вершины?
- Но, судя по докладу, калечили именно тебя.
- Потому что я не мог быть химерой! - взорвался я. Слова Илиша задели меня за живое. - Если бы я мог быть Сангвином, то вел бы себя как долбаная химера. Джек... Джек теперь ненавидит меня.
- Поведение Джека обусловлено исключительно страхом за твое здоровье.
- Потому что я для него сраный пустынник... проблема только в этом.
- Главное - мотив. Джек беспокоится за тебя. Только по этой причине он отдалился от тебя
- За Валена надо беспокоиться, - прорычал я, хлопнув рукой по столу Илиша. - Это розовоглазому ублюдку нужна защита, а не мне.
- У Валена надежная защита. У него есть шайка из нескольких человек, которые ходят за ним по пятам, как малолетние фанатки за участником поп-группы, а еще трое его братьев-химер и его лучших друзей по совместительству, - небрежно парировал Илиш. Он оперся руками о стол и посмотрел на меня. - Но ты упускаешь суть. Химера ты или нет, принц или нет. Джек, видя в тебе всего лишь везучего арийца, защищает тебя, вычеркивая из своей жизни. И, скорее всего, он будет избегать тебя до тех пор, пока Вален не перестанет представлять для тебя угрозу.
- Вален не представляет угрозы! - воскликнул я, но пока кричал, слова Илиша просочились сквозь пелену гнева.
Илиш, видимо, почувствовал это, - он ничего не сказал в ответ, только побарабанил пальцами по столу.
- Мне надоело притворяться... - медленно произнес я. - Я готов.
- Ты не готов, ты всего лишь хочешь отомстить Валену за унижение.
Я проглотил рык, вызванный словами Илиша.
- Он не унижал меня. Я просто готов стать Сангвином.
Илиш молчал, но заговорил Мантис:
- Ты уверен, что хочешь стать именно Сангвином? Потому что, судя по твоему агрессивному поведению, я бы предположил, что ты больше стремишься стать Кроу.
- Кроу ушел, - сухо ответил я. - Я прогнал его в кладовке уборщика больше двух месяцев назад, и с тех пор он не появлялся.
- Или он понял, что ты перестал подчиняться прямым командам, - прокомментировал Мантис.
Мои глаза сузились, и я повернулся к нему лицом.
- Он ушел.
Мантис склонил голову набок, давая понять, что сомневается.
- Я думаю, Кроу и Барри руководили тобой, потому что ты был испуганным маленьким мальчиком, отчаянно нуждающимся в руководстве. Теперь ты подросток, бунтующий против единственного авторитета в своей жизни. Но я подозреваю, что скрывающегося в тебе демона нельзя изгнать простым криком, Сангвин. Я бы поостерегся и присмотрелся, кому ты сейчас отдаешь управление.
- Никому! - огрызнулся я на Мантиса. - Единственный человек, который меня контролирует, - я сам. Кроу, блядь, ушел, как и Барри.
- Все, что я хочу сказать, - будь осторожен, - сказал Мантис. Он взял кружку с чаем, остывающим на подоконнике, и сделал глоток. - Кроу - это не физическая личность. Он - воплощение всей боли и несчастий, через которые ты прошел в Серой Пустоши. Он может принимать разные обличья и влиять на тебя другими способами, помимо криков и подначивания. Будь осторожен, он кажется умнее, чем обычные химерьи галлюцинации.
Я фыркнул и отвернулся от психолога. Он хоть и бессмертный, но не химера. Что он понимает?
- Даже если ты готов стать Сангвином, приказ остается в силе, - сказал Илиш. - И пусть второе поколение грызется за крупицы власти, первое поколение определило свою власть давным-давно. Я - король и заместитель Силаса, потом Неро и Гаррет. И это все, что сейчас важно для тебя, Сангвин. Я предлагаю тебе попытаться помириться с Джеком и попытаться возродить романтические отношения, вместо того чтобы пыжиться и злиться, что все вокруг тебя не кудахчут из-за того, что ты химера. Потребность во внимании и восхищении принадлежности семье Деккер довольно нелицеприятна, посмотри на Валена. Советую тебе не приобретать подобных склонностей. Силас будет крайне разочарован, обнаружив после пробуждения, что ты стал раздражающим эгоистом-зазнайкой.
- Я не собираюсь им становиться, - холодно ответил я.
Илиш развел руками.
- Тогда в чем же проблема?
С хмурым лицом я зашагал по улице. Начался сезон дождей, и капли уже пятнали сухой тротуар. На улице похолодало, и Неро сказал мне, что скоро может выпасть снег. На ферме Джаспера иногда шел снег, но я всегда его ненавидел. Не потому, что мне он не нравился, а потому, что зимой я много раз чуть не замерз насмерть, и теперь он вызывал у меня неприятные ассоциации.
Но этой зимой я буду наслаждаться. Я приму ее и полюблю, потому что я - химера, и не боюсь никого, ничего и никакой погоды. В любом случае, отопление в Скайлендинге уже оплачено, так какого хрена я должен бояться? Нахуй все и всех!
Я пнул ногой брошенную кем-то пластиковую бутылку и наблюдал, как она отскочила от тротуара и приземлилась возле почтового ящика. Я пнул почтовый ящик, проходя мимо, просто потому, что у меня было отвратительное настроение.
Они должны радоваться, что я больше не трус. Они должны быть счастливы, что я не прячусь под кроватью, что не блюю от переедания и не впадаю в психозы приходов Кроу. Но мою семью, видимо, устраивает, что я просто Сами-пустынник, и меня это неимоверно бесит.
Я толкнул стеклянные двери Скайлендинга и взглянул на Яна, смотревшего шоу на маленьком телевизоре. Он уже немного попривык ко мне, поэтому улыбнулся, но страх так и не покинул его глаз.
- Пришли ко мне Касса, - бросил я ему. - Передай ему, что я хочу еды из паба, какого-нибудь жирного дерьма. Пусть принесет объедков для Джетта и бутылку водки захватит.
Ян кивнул и сразу же потянулся за телефоном. Я поднялся на лифте на свой этаж и запер за собой дверь квартиры.
Мой почти взрослый котенок подбежал ко мне, сверкая желтыми глазами. Я поднял его на руки и, поскольку рядом никого не было, улыбнулся и закатил глаза.
- Ну как с тобой, таким балбесом, быть в плохом настроении, - я понес его на кухню. Кот замурлыкал и остался у меня на руках, внимательно наблюдая за тем, как я открываю холодильник и достаю полпалки пепперони из крысятины. Это поможет мне и Джетту продержаться до прихода Касса. У кота был свой сухой корм, но и не меньше вредных привычек, чем у меня. И он так же не стремился избавиться от этих вредных привычек, как и я.
Мы уселись за стол с пепперони, и я включил портативную приставку. Среди заводов-городков только в одном производили батарейки, и они стоили дохрена денег. А раз обычные арийцы не могли себе их позволить, такие устройства как Геймгирс или бумбоксы переделали, чтобы их можно было подключать к сети. Геймбой мне больше нравился, но я не хотел старый, я хотел цветной Геймбой Адванс.
Я запустил Соника и бросил коту кусочек пепперони. Соник немного поднял мне настроение, но я все равно бесился от всего происходящего и с нетерпением ждал, когда выпью немного водки, чтобы успокоиться, и когда Касс составит мне компанию, пока тоже не начнет меня бесить.
Я устроился поудобнее, включил обогреватель и снял цветные контактные линзы. Я уже привык к ним, но если носил их дольше пяти-шести часов, мои глаза начинали чесаться и раздражаться, так что только приходя домой я мог почувствовать облегчение и расслабиться.
Раздался стук в дверь. Догадавшись, что это Касс, я отпер несколько засовов и открыл ее.
Касс улыбнулся мне и протянул еду. Я заметил у него в руке что-то разноцветное и резиновое. С довольным смехом портье надел на голову то, что, как я понял, оказалось резиновой маской клоуна.
- Уууу!! Я съем твой член!
Я закатил глаза. Маска выглядела довольно жутковато. В широко раскрытых глазах вырезали зрачки, через которые можно было смотреть, а в растянутом на полмаски оскале нарисовали острые зубы. На белом лице выделялись голубые круги вокруг глаз, а на голове торчали рыжие пушистые волосы.
- Сегодня на киношном канале показывают «Оно». Посмотрим? - спросил Касс. - По этому случаю я купил хэллоуинскую старую маску. Если что и пережило Фоллокост в идеальном состоянии, так это гребаные резиновые маски для Хэллоуина.
Я с улыбкой покачал головой и взял у него пакет, жестом приглашая зайти.
- Да, я видел его в программе, потом можно посмотреть «Людей в черном», если домой не захочешь, - ответил я.
- Давай, все равно больше нечем заняться, - пожал плечами Касс, поставил на журнальный столик водку и пошел на кухню звенеть стаканами. Я бросил маску на стол и сел.
- Насколько веселый коктейль тебе сделать? - крикнул Касс.
Это была наша кодовая фраза, обозначавшая, сколько спиртного мне налить. С тех пор, как Джек съебал, Касс остался единственным другом, приходившим ко мне в гости, кроме Неро, так что мы уже начали общаться на своем языке.
- Нормально веселый. Для начала. Сегодня я просто в бешенстве.
- Ты в бешенстве последние шесть недель, - ответил Касс и чмокнул Джетта в нос. Котенок не то мявкунул, не то муркнул, и бросился через кухню за брошенным куском мяса. Джетту нравился Касс, и мне он тоже нравился. Привыкнув к моей естественной внешности, он относился ко мне нормально, хотя не принадлежал семейству химер.
- Джек все еще игнорирует меня, - раздраженно сказал я. - А Илиш все еще не позволяет мне стать Сангвином.
Касс принес мне еду, завернутую в газету, всю в пятнах пропитавшего бумагу жира, как и положено во всех приличных пабах. В нашем пабе еду на вынос либо заворачивали в газету, либо, если вы могли позволить себе внести залог, накладывали в пластиковые контейнеры.
Я развернул газету и принялся читать ее, поглощая свой бургер с котлетой из босена, сыром и беконом. Персонал паба хорошо обучили, химеры часто заходили к ним, и им всегда готовили из лучших продуктов. Мне никогда не клали крысятину, и, будучи мальчиком, выросшим на вяленом мясе, я очень ценил их предусмотрительность.
Самому мне, в целях конспирологии, было запрещено появляться там и светить своей черной картой, так что Касс делал всю работу за меня. Теоретически, у меня могут возникнуть проблемы из-за покупки игровых устройств, но если у Илиша столько свободного времени, чтобы выяснить, что это я, ему стоит найти себе хобби.
- Повстанцы из Железных Башен по-прежнему отказываются комментировать скандал с сексуальным рабством детей? - прочитал я вслух газетный заголовок и усмехнулся, отправляя в рот картошку фри. - С чего они решили, что чего-то добьются молчанием? Оно только подтвердит их вину.
Касс наклонился ко мне и потянулся к картошке фри, но я на него зарычал. Хотя, увидев, что он отдернул руку, словно коснулся кислоты, я подтолкнул к нему пакет. Если что, ему же идти за добавкой, так что какая мне разница?
- Довольно хитрый ход. Хотя тебе не кажется, что именно из-за этого они сбили самолет Силаса? - спросил Касс. Я рассказал ему все подробности об инциденте с Силасом и своей семье. Ну, а кому мне еще рассказывать, к тому же, он знал, что окажется в моем следующем бургере, если осмелится предать меня.
- Возможно... - сказал я, но прищурился. - Я все еще думаю, что это Илиш подстроил.
Каждый раз, когда я упоминал Илиша, Касс заметно вздрагивал. Как будто одно это имя приносило в комнату зимний холод. Вполне ожидаемо: этот человек был глыбой льда и холоден, как комета.
Но, несмотря на это, я все равно уважал его. Почему я уважал его, считая, что именно он стоит за крушением самолета короля Силаса? Потому что продолжать проявлять к нему враждебность глупо - у него есть много возможностей убить меня, и моя смерть будет допустимой жертвой, если он нацелился на короля Силаса.
Может, я всего лишь пустынник и подросток... но не глупец. Илиш сейчас король, и ему ничего не стоит убить меня и не сильно пострадать от последствий, когда Силас проснется.
Поэтому я вел себя с ним нормально. Никаких лишних эмоций... абсолютно ровно.
- Знаешь... до того, как ты пришел сюда, мы, простые горожане, по очевидным причинам ожидали, что король Силас и Илиш когда-нибудь вступят в отношения. Они же просто идеальная пара, - сказал Касс.
Я сухо фыркнул.
- Я нравлюсь Силасу, а Илиш ревнует.
Касс хихикнул, но замолчал, наткнувшись на мой пристальный взгляд. Чтобы сгладить неловкость, он взял пару палочек картошки и потянулся за кетчупом.
- Твоя семья - это нечто, но я вроде как понимаю. На самом деле, я нихрена не понимаю, но, возможно, это и не мое дело.
- Возможно, - сказал я и продолжил читать газету. - Надеюсь, Силас наконец решит, что добился общественной поддержки, и разбомбит Железные Башни. Меня они уже подбешивают.
- Химеры реально собираются их бомбить? Они хотя бы знают, в какой части города засели повстанцы? Железные Башни охуенно большой город.
Да, у них есть ракетные установки. Но Кассу об этом не стоит знать. Поэтому я отрицательно покачал головой.
- Я не секу в военных делах химер. Неро этим занимается.
Я взял пульт и нашел канал с фильмами, история про клоуна-убийцу как раз началась.
- Почему люди так боятся клоунов? - размышлял я вслух. - В Серой Пустоши встречаются вещи пострашнее людей с разрисованными лицами.
- А Неро тебе ничего не рассказывал? - спросил Касс, наблюдая, как я откидываюсь на спинку дивана и запихиваю в рот последний кусок своего бургера.
Я покачал головой.
- Нет, мы обычно болтаем ни о чем, а потом, когда он приговорит пару стаканчиков, он неизменно говорит о сексе, - пробубнил я с набитым ртом. - В основном, я отвечаю: «Нет, я еще ни с кем не трахался. Нет, я еще не трогал себя. И нет, ты не можешь снять штаны».
Касс расхохотался и хлопнул себя по колену.
- Все еще не могу поверить, что ты никогда даже не дрочил. Чувак, тебе почти двадцать. Удивительно, как ты еще не взорвался.
- Угу, - вздохнул я. Эта тема меня уже достала. - Пожалуй, я всю жизнь не буду этого делать, просто чтобы продолжать разочаровывать и бесить всех вас.
- Слуушай... - Касса что-то озарило. - Может, если ты подрочишь или потрахаешься с кем-нибудь пару часов... ты не будешь таким напряженным.
- Я не напряженный! - рявкнул я, хватая бутылку водки. Касс на это лишь усмехнулся, а я решил все-таки плеснуть себе водки в стакан, подавив желание разбить бутылку ему о голову.
- У тебя есть на то свои причины, да?
Я напрягся и бросил на Касса предупреждающий взгляд, медленно покачав головой. В ответ Касс сглотнул и кивнул, а затем переключил свое внимание на телевизор.
Когда «Оно» закончилось и начались «Люди в черном», я взял сигарету из пачки и зажал пальцами кончик. Вспыхнул красный уголек, и я глубоко затянулся.
- А ты можешь поджигать что-нибудь еще, кроме сигарет? - спросил Касс, сидевший рядом со мной.
Я подержал дым в легких, на выдохе протянул руку и коснулся голой руки любопытного парня.
Мой друг взвизгнул и отшатнулся, а на его коже образовалось и набухло красное пятно размером с мой палец. Касс выругался на меня вполголоса и приложил к ожогу стакан с водкой и хиколой.
- А ты можешь сделать так, чтобы... твои пальцы загорелись?
Да я бы сам на это с удовольствием посмотрел. Я усмехнулся и покачал головой.
- Нет, но, по словам Силаса, мы можем изменять температуру тела. Еще мы можем пускать электрические разряды, но я не умею, могу только поджигать.
Я на секунду задумался о другом варианте применения этой способности с электричеством, о котором слышал от Неро, и подумал, стоит ли рассказать о нем Кассу, но он никогда не домогался меня, поэтому я решил, что это нормально.
- Есть еще одно... - медленно начал я.
К моему удивлению, глаза Касса загорелись, а губы изогнулись в лукавой ухмылке.
- Рабское прикосновение?
Я приподнял бровь.
- Это так называется?
Улыбка Касса стала еще шире, и он энергично закивал.
- Потому что тот, кого химера так касается, становится ее рабом на всю жизнь. Добровольно... потому что это, видимо, охуенно умопомрачительно.
- Хм... - я посмотрел на свои пальцы и пошевелил ими. - Может быть, но я не умею. Неро говорил, что это похоже на вибрацию статических разрядов, и в нужных местах...
- Дрожь от продолжительных оргазмом, которые ставят тебя на колени, - мечтательно выдохнул Касс. - Жалко, что я слишком уродлив для кикаро, слишком своенравный для сенгила и слишком грязный даже для скайлендерца.
Я провел ладонью по руке, пытаясь превратить свое обжигающее прикосновение во что-то другое, но ничего не менялось. Только волосы подпалил, кстати, интересный запах.
- Ладно, давай-ка кое-что попробуем... - Касс наклонился за своей сумкой, с которой почти никогда не расставался. Заинтригованный, я наблюдал, как он роется в ней, и, к моему полнейшему недоумению, вытаскивает желтую бутылку с синей крышкой.
- Это жидкость для розжига? - моргнул я. - Ты носишь с собой... жидкость для розжига?
- Ой, кто бы говорил, химера, - сказал Касс. Он схватил меня за кисть и развернул ее ладонью к себе. - Дейверс устроился на полставки поджигать бочки в закрытом приюте для диких кошек на набережной. Иногда, по дороге на работу, я зажигаю их за него, раз уж мне по пути. Вы, химеры, помешаны на кошках, так что можешь не скупиться мне на чаевые.
Я смотрел, как он смазывает мне пальцы горючей жидкостью, убирает свои руки и кивает.
- Вот так, давай, зажигай, дружище.
Я еще раз пошевелил пальцами, просто для виду, и сосредоточился на том, что в моем теле вызывает жар. Действительно, к нашему с Кассом восторгу, на кончиках пальцев вспыхнули оранжевые язычки пламени.
Что удивительно, они не обжигали меня. Я недоуменно посмотрел на Касса и потянулся к его футболке, чтобы поджечь. Портье со смехом отпрыгнул подальше и поводил ладонью над пламенем на моих пальцах.
- Тебе не больно? - спросил Касс.
Я помотал головой и пустил энергию в кончики пальцев, чтобы погасить пламя.
И тут начало жечь. Я взвизгнул под веселый смех Касса и затряс кистью. Как только пламя погасло, я сунул обожженные кончики в рот, ощущая кроме вкуса обгоревшей кожи кислый, холодящий язык вкус жидкости для розжига.
- Как только я выключил огонь, они начали подгорать, - сказал я, вынув пальцы изо рта. Касс встал и направился на кухню, и я услышал, как полилась вода из крана. - Надо будет как-нибудь поговорить с Перишем, может, он придумает, как я могу бросаться огненными шарами или что-нибудь такое же крутое.
Касс протянул мне стакан ледяной воды и сел.
- Ну, химеры же сами по себе оружие, разве нет? Я удивлен, что он до сих пор не додумался до чего-то подобного.
- Видимо, второе поколение - экспериментальная партия, - ответил я. - Результаты варьируются от частичного успеха, как мы с Джеком, до полного провала, мистера Валентина.
- Вален... - буркнул Касс. Его овальное лицо ожесточилось, и он рассеянно почесал колючие волосы на лице. Похоже, он пытался отрастить бороду, но у него плохо получалось. - Гребаный Вален и его дружки. Он сидел в пабе, когда я ходил за едой, понимаешь? Выебывался, как обычно.
- Вален - кусок дерьма, - сказал я. - Я выбью ему зубы, если когда-нибудь застану без его братьев-химер. Он жалкое гребаное дерьмо.
- Все это знают. У Джека хорошая репутация в Скайфолле, как и у серебряных близнецов, и у Рио. Людо - наркоман, но безобидный, а Феликс - говнюк. Сефа боятся из-за того, что они творят с Неро, но все знают, что Вален - паршивая овца. Знаешь, что он делал в том гребаном пабе, чувак? - Касс покачал головой. - Он со своими гопниками ходят по барам, выбирают трех самых смазливых парней, не важно, геев или нет, затаскивают их в заброшенные здания неподалеку от Корморанта и насилуют до смерти.
Кровь отхлынула от моего лица. Касса это, похоже, шокировало - он бросил на меня вопросительный взгляд.
- Он их насилует? - я запнулся. Вален и другие химеры определенно пытались сделать это со мной, но я думал, что они разозлись, что я посмел заявиться к ним в квартиру. - Невинных людей? Не только... не только тех, кто... - я не знал, как это правильно назвать. - ...мог сам нарваться?
Касс буравил меня глазами несколько секунд, потом поджал губы и... к моему негодованию, расхохотался.
- А чему ты удивляешься?! - Касс отмахнулся от меня. - Химеры насилуют невинных людей? Конечно, каждый из вас. Уверен, даже Джек так делает. Это общеизвестный факт нашей жизни здесь.
Моя кровь как будто воспламенилась от той же жидкости для розжига, что еще жгла мои пальцы, я в гневе вскочил на ноги и скрипнул зубами. Касс тут же отшатнулся, уставившись на меня в ужасе, все веселье из него испарилось.
- Моя семья не занимается подобным дерьмом, - огрызнулся я. - Чего бы ты там ни наслушался, это неправда, и я не хочу больше слышать этой хуйни от тебя. Моя семья не поступает так с невинными людьми.
Касс примирительно поднял руки, но, к своему еще большему гневу, я заметил на его лице сочувствующую ухмылку. Парень осмелел под алкоголем, но я сотру это пренебрежение с его рожи навсегда.
- Тебе ничего не говорили, или лгали, или все сразу, Сангвин. Всем известно, что твоя семья может подцепить и трахнуть любого мужчину, независимо от того, согласен тот или нет. Только в прошлом году Гаррет затащил Дейверса к себе домой, а брата Челси трахнули Неро и Сеф вд...
Я ударил Касса в нос, кулаком. Голова портье откинулась назад.
Все тело затряслось от ярости, темная сущность, которую я когда-то приписывал Кроу, всплывала из тьмы и покрывала меня с головой. Я чувствовал, как она медленно ползет по конечностям, груди, шее, и скапливается перед глазами. Я слышал, как кровь с шумом приливает к голове, и когда она смешалась с тьмой, зрение затуманилось.
- Неро - мой лучший друг, - угрожающе зарычал я. - Он знает обо мне, он никогда бы не сделал ничего подобного.
Касс быстро вскочил на ноги, пролетел мимо меня и схватил свою куртку.
- Братан... ты мой друг... но... - он надел ботинки. - Тебя наебали.
- Я сказал - не смей! - закричал я, резко развернувшись к нему. - Все эта хуйня - слухи, слухи, которые распускаете вы, гребаные простолюдины. Моя семья подобным дерьмом не занимается.
Касс обернулся, крайне рассерженный.
- А нахуя мне тебе врать? Спроси любого, Сангвин. Кого угодно. Сколько ты в этой семье? А я родился и вырос в Никсе. Это происходило на моих глазах, все это принимают и игнорируют. Таковы порядки в королевской семье Деккеров.
- Убирайся нахуй, - тихо сказал я. - Это тебя наебали. Силас никогда бы этого не допустил. Он хороший человек и хороший король.
Касс рассмеялся, а я схватил свой стакан с водкой и запустил ему в голову. Парень успел увернуться и направился к двери.
- Силас - ебаный тиран, как и вся твоя семья, - холодно сказал Касс. - Ты казался другим, и поэтому мне нравился, но я уже вижу, как ты превращаешься в одного из них, по изменившемуся поведению.
- Ты не имеешь права разговаривать со мной в таком тоне. Я...
- Гребаная химера, я знаю, - огрызнулся Касс. - Мы все знаем. Понятно? Нам всем приходится ходить группами и спасаться бегством каждый раз, когда тень химеры падает на нашу. Мы все живем в страхе... потому что ты - химера, а мы всего лишь гребаные муравьи под ботинками твоей семьи. Спокойной ночи, Сангвин.
Дверь захлопнулась, и еще один стакан разбился о стену.
Я резко обернулся и уставился на темно-коричневые шторы на раздвижной стеклянной двери, меня охватила такая ярость, что хотелось либо орать, либо рвать на себе волосы до последнего клочка, либо то и другое сразу. Вместо этого я сделал единственное, что пришло в голову... Я взял свой мобильный телефон и набрал номер Неро.
После нескольких гудков вызов приняли.
- В чем дело, щеночек? - голос у Неро был пьяный, и я слышал на фоне хихикающего Сефа.
- Это правда? - закричал я, не в силах контролировать громкость голоса. Я почувствовал, как сжались мои челюсти, и мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не швырнуть телефон в стену. Маленькие, но сильные электрические разряды обжигали и взрывали все мышцы и кровь.
- Ч-что? - переспросил Неро. Послышался шорох. - Что правда?
- Ты.... ТЫ! Ты... ты когда-нибудь насиловал кого-то? А семья? Так вот чем занимается эта гребаная семейка? Это правда?
В трубке воцарилась тишина. Гробовая тишина.
- Щеночек...
- ПРАВДА?! - орал я в трубку, голос срывался не только от громкости, но и от тяжести осознания.
- Сангвин... - Неро говорил медленно, слова звучали скомкано. - Это не телефонный разговор. Об этом дерьме тебе Силас должен рассказывать.
Силас должен рассказывать? Голова закружилась, я с глухим стуком упал на колени.
- Я рассказал тебе, что Джаспер сделал со мной, и ты мне, блядь, сочувствовал. Ты хочешь сказать, что делаешь то же самое, блядь?
- НЕТ, БЛЯДЬ! - рявкнул Неро. - Я бы никогда не тронул ребенка, идиота ты кусок. Никогда!
- Мне девятнадцать! - закричал я. - Значит, в глазах этой гребаной семейки все, блядь, стало нормально, как только мне исполнилось пятнадцать? Ты это хочешь сказать?
- НЕТ! - крикнул в ответ Неро. - Перестань цепляться к словам. Я, блядь, не гребаный умник, чтобы успокоить тебя, и я бухой в гавно. Я не знаю мудреных слов, как остальные и не могу объяснить это правильно, просто... ты химера, так что никто не смеет тебя трогать, засранец. Это не недопустимо ни к детям, ни ко взрослым.
У меня сжались челюсти. Не в силах сдержать бушующую ярость, я закричал от злости и стиснул телефон в руке.
- Вы все кучка гребаных лицемеров! - закричал я. - И лжецов, кучка гребаных лжецов! Я... я... рассказывал... Я... Силас знает об этом?
В трубке снова воцарилось молчание.
- Щеночек... Не стоит орать на меня за ту ложь, что нагородил тебе Силас. Он защищал тебя от многих вещей, к которым ты пока не готов. Смотри, он скоро поправится...
- Заткнись! - я уже не кричал, но голос еще дрожал. - И... не ищи меня некоторое время.
Телефон упал на пол, ударился о ковер так, что аккумулятор выскочил из корпуса. Я смотрел, как он отскочил и ударился о журнальный столик, после чего замер в тишине.
Ту ложь, что нагородил мне Силас? Я уставился на мобильный телефон без батареи, и несколько секунд мог только дышать.
Так это все правда? Касс прав? Силас скрывал от меня, как на самом деле устроена эта семья? Мы все - кучка гребаных насильников, и для всех это нормально?
Пустым взглядом я обвел свою квартиру. Все в этом месте внезапно показалось мне грязным, загаженным, мерзким, как мое тело после того, как Джаспер с него слазил. Грязная квартира, купленная на грязные деньги семьи тиранов, к которой я принадлежу.
Я - химера, и всего час назад очень гордился этим фактом.
А сейчас?
Сейчас я хотел снова стать мальчиком из подвала. По крайней мере, тогда мой мир был понятен, я хотя бы знал, кто я такой... Сами. Даже не Самюэль Лэндон Фэллон... просто Сами, домовой.
Я поднялся на ноги, продолжая осматривать квартиру. Никогда не думал, что восприятие может так меняться. Я смотрел на все теми же глазами, но... все изменилось.
Взгляд зацепился за желтую бутылку с синей крышкой. Я взял жидкость для розжига и открыл крышку.
Безэмоционально, почти механическими движениями, я обрызгал ее содержимым журнальный столик, ковер, диван и оба кресла. Затем облил кисло воняющей жидкостью стены и выдавил остатки на шторы.
В такие моменты обычно Кроу нашептывал бы мне идеи в голову. Безумие бы владело мной настолько, что позже я бы сожалел о своих поступках... но я был собой. Здесь, в этот момент... я был самим собой и в полном сознании.
Я больше не хочу быть химерой. Они могут дать мне образование, обучение, любовь и семью... но я отказываюсь быть частью семьи, члены которой лишь немногим лучше человека, гниющего в тюрьме на Мертвых островах. Лучше сгинуть в подвале, чем править с человеком, живущим наверху.
Поджав губы, я осмотрел квартиру, пока запах ацетона проникал через ноздри в мозг. Не хотелось этого признавать, но я чувствовал больше обиду, чем злость. Обиду, потому что Неро говорил, что они всё поняли о моей прошлой судьбе, а оказалось, что они ничем не отличаются. Это семья насильников и лжецов, и Силас, похоже, обо всем этом знал и лгал мне.
Сборище лицемеров.
Я зашел в свою спальню и взял на руки Джетта, дремавшего на моей кровати. Он еще не подрос настолько, чтобы не поместился в мой рюкзак с книгами, рядом с ним я засунул Барри. Две самые дорогие мне вещи в этом мире.
Потом я прошел в гостиную, спрятал в карман остатки жидкости для розжига и, сам не зная почему, прихватил маску клоуна.
Я наклонился и коснулся пятна маслянистой жидкости, впитавшейся в диван...
... и поджег его.
- С-Сами?
Я бессознательно оглянулся в каком-то полунервозном состоянии. Меня окликнули, когда я пересекал вестибюль к двери из Скайлендинга, снимая один за другим виниры с зубов и пряча их в карман. Передние я начал снимать еще в лифте, зная, что с коренными придется повозиться.
Но мне и передних хватит.
Касс пристально смотрел на меня. До моего появления он разговаривал с Яном, сидевшим на своем обычном месте за стойкой.
- Касс... - я подошел к стойке и протянул ему шевелящийся рюкзак, потом сунул пальцы в рот и снял еще один винир. Когда язык прошелся по естественно заостренным зубам, у меня возникло ощущение, что я приветствую старых друзей. - Присмотришь за моим котом, ладно?
Касс моргнул, но, увидев, что рюкзак шевельнулся, быстро взял его и открыл. Наружу вылезла мохнатая голова Джетта, котенок прижимал уши и озирался по сторонам желтыми глазами с расширенными зрачками, но в целом он был в порядке.
Я вытащил Барри из рюкзака и прижал его к себе.
- Хорошо?
Касс бросил на меня растерянный и настороженный взгляд.
- Сангвин... ты выглядишь очень... нестабильным. Мне кажется, тебе стоит позвонить одному из своих братьев.
'Я уже позвонил...'
- Ты присмотришь за Джеттом? - повторил я, не осознавая, насколько механически звучит мой голос, пока Касс не указал на мое состояние. Каждым моим движением с тех пор, как я схватил жидкость для розжига, словно руководил какой-то кукловод. Я чувствовал себя марионеткой на ниточках, и все же ясно осознавал, что хозяин - я, и только я. Не Кроу, шипящий мне гадости, и не Барри, улыбающийся своей острозубой улыбкой. Здесь только я.
Мой единственный честный друг медленно кивнул и осторожно положил руку мне на плечо.
- Конечно, чувак. Куда пойдешь?
Внезапно вокруг нас завыла сигнализация. Касс и Ян начали ругаться, а я засунул голову Джетта обратно в рюкзак и снял последний винир.
- Пойду убью парочку насильников, - я натянул на лицо маску клоуна и, держа Барри под мышкой, вышел из многоквартирника.
- Сангвин! - позвал Касс, перекрикивая сирену. - Сангвин... береги себя, блядь.
- Пожар у меня в квартире, - крикнул я ему и вышел из стеклянных дверей Скайлендинга, может быть, в последний раз.
Горячее дыхание вырывалось облачком пара в морозном ночном воздухе. Несмотря на поздний час, вокруг все еще бродили люди. Бросив на меня один-единственный взгляд, они поспешно скрывались в тени или переулках. Сообразительные. Подобно насекомым, использующим яркие цвета, чтобы предупредить об опасности, моя маска несла то же предостережение.
Я проковырял в глазах клоунской маски дырки побольше, пока проходил по переулку мимо старого антикварного магазина - по самому короткому пути до паба, в который я посылал Касса за едой. До того самого паба, где Касс видел Валена, и, поскольку завтра выходной, я знал, что розовый засранец не собирается встать пораньше, чтобы идти в университет. Если мне повезет, я найду его сидящим в кабинке со своей бандой, а если нет...
Тогда я поднимусь на лифте на восьмой этаж.
Я схвачу его за яркую рубашку и... сожму его шею, пока не увижу, как кровь окрашивает идеально чистые белки его глаз. Как распускающийся цветок, готов поспорить, красный цвет очень подойдет розовому.
Интересно, какой он на вкус?
На мгновение я закрыл глаза, и мне захотелось, чтобы Кроу шел рядом со мной. Барри под мышкой, но он просто медведь... просто медведь с песней внутри.
Сангвин, Сангвин.
Отдай свое сердце мне.
Кто же я?
Я вышел из переулка на улицу, машины уже не ездили, но фонари над головой осветили вывеску «Паб Попкина».
И мне стало резко наплевать, кто я.
Ботинки хрустнули, когда я ступил на бордюр тротуара, сквозь тонированные стекла бара я увидел размытые лица, освещенные тусклым светом свечей на столах. Когда я толкнул распашные деревянные двери, меня приветствовал низкий гул голосов, запах пива и жареных закусок, а из динамиков разносилась гребаная песня Джона Денвера «Слава Богу, я деревенский парень».
В баре воцарилась мертвая тишина.
«Жизнь - не что иное, как веселая, забавная загадка... Слава богу, я деревенский парень»
Почти мертвая.
- Кто знает Валена Деккера? - спросил я, и мой голос громом разнесся по залу.
На меня уставилось море лиц, белых и смуглых, женских и мужских, все с широко раскрытыми глазами и застывшими телами. Ни одно из них не пошевелилось, ни посетители, ни персонал, все еще державший подносы с напитками.
- Кто знает Валентина Деккера? - повторил я, повысив голос. Жаль, что они не видели мои зубы через жуткую клоунскую маску, хотя на самой маске хватало длинных острых зубов для устрашения.
Взгляд сразу же метнулись к первому возникшему движению. Круглолицый бородатый мужик в черном фартуке и с бейджиком с именем переступил с ноги на ногу. На его лбу блеснули капельки пота, отразившие освещение тусклых ламп.
Я направился к нему, все еще держа Барри в руке. При моем приближении, он отшатнулся в ужасе и быстро зашел за столик, единственное препятствие меду нами.
- Особые приметы перечислять не буду, бармен, - негромко сказал я. - Где розовая химера?
Мужчина выдохнул и вытер рот рукой.
- Эти химеры убьют тебя, ты... тебе не стоит связываться с химерами, ариец. Ты...
Послышался общий вздох и несколько вскриков, когда я отшвырнул стол в сторону. Он врезался в другой стол поменьше, и оба они завалились на бок. Я преодолел расстояние в полметра и схватил его за фартук.
Я стянул маску с лица. Когда мужчина увидел мои глаза и оскаленные зубы, он охнул в том же ужасе, который я вижу с тех пор, как себя помню.
- Я что, похожа на арийца? - прошептал я.
Позади меня открылась дверь. Я повернул голову в сторону шума, натягивая маску обратно на лицо.
- Задержите их! - прорычал я, обводя зал красными глазами. И когда ни один из посетителей не двинулся с места, я зарычал и повалил бородача на пол.
- Я сказал, ЗАДЕРЖИТЕ ИХ! - закричал я, схватил бутылку с алкоголем и швырнул ее в дверь, зацепив одного из человек за ногу. Я тут же схватил еще одну бутылку, и несколько мужчин вскочили на ноги и выбежали за ними.
Словно лемминги, как только поднялся один, остальные последовали за ним. Вскоре все мужчины и несколько женщин выбежали на улицу, а несколько мгновений спустя послышалась возня драки.
Выйдя из паба, я увидел, как несколько мужчин удерживают трех пытавшихся сбежать посетителей.
Троица трепыхалась, бросая на меня злобные взгляды. Едва взглянув на них, я понял, что это фанатки Валена: все в ярких шмотках, с крашенными волосами и высокомерными рожами.
- Ты кто такой, блядь? - спросил один из них, пытаясь высвободить руку. - Да кем ты, блядь, вообще себя возомнил? Вален убьет тебя нахуй.
Я отвинтил крышку с бутылки спиртного с черной этикеткой и серебряной полной луной на ней, вылил содержимое на голову орущего парня, потом на головы двух его друзей. С их губ срывались потоки ругательств и угроз, но державшие их мужчины не ослабили хватки.
- В следующий раз, когда Вален зайдет в этот бар... - начал я, повышая голос. Холодный, мертвый ночной воздух разносил мои слова даже отчетливее, чем внутри здания. - Передайте ему, что если он еще раз изнасилует какого-нибудь мужчину, я сожгу его заживо и трахну его дымящийся труп. Скажите Валентину Деккеру... что это сказал Сами Фэллон.
- Сами Фэллон? - фыркнул один из них. Он посмотрел на меня, смазливый коротышка с крашенными синими волосами и неудачно выщипанными бровями. - Парень из университета, который кричит на себя? Которому надрали задницу в «Красном Короле» и в Алегрии? Жизнь тебя ничему не учит, да? Он трахнет тебя до кровавого месива.
Я усмехнулся и поднес руку к его щеке, он дерзко дернул головой в сторону. Да, он определенно симпатичный. Интересно, пойдет ли его красивой мордашке еще немного других красок.
Я улыбнулся и нежно погладил его по щеке.
- Тогда я принимаю его вызов.
Из моей руки вырвалось сине-фиолетовое пламя, быстро охватившее лицо парня. Он закричал пронзительным, отчаянным воплем, ласкающим и щекочущим мне уши. Державшие его мужчины тут же отскочили в стороны, когда я повернулся и провел ладонью по лицам двух других парней, оставляя за собой след красивого голубого пламени, словно кистью для рисования.
Вся улица погрузилась в хаос: трое парней вопили в страхе за свою жизнь и от боли, а наблюдавшие за этим зрелищем кричали в шоке и ужасе. Я оставил их всех позади, уходя по тускло освещенной улице, морозная ночь охлаждала пылающее лицо под маской клоуна.