Открой глаза и узри любовь
Нацизм стоял на балконе, затягиваясь сигаретой. Плохая привычка, но очень помогающая в размышлениях. За его спиной в комнате на мягкой кровати спала Коммунизм, утомившаяся от переживаний и совершенно новых ощущений. Она немного улыбалась во сне, окрылëнная мыслью о том что скоро она сможет вновь увидеть мир и свет, а также перестать бояться всего вокруг и взять ответственность за саму себя на свои плечи, дабы не докучать Наци со своей беспомощностью. Еë дыхание было тихим и ровным, могло показаться что она даже спокойнее мертвеца.
Нацизм потушил сигарету о пепельницу, усаживаясь в кресло, оборудованное им на балконе для любования прекрасным видом, который открывался с Генштаба этого захваченного города. Отдых на балконе мог бы показаться абсурдным занятием для захватчика, который находится в среде порабощëнных, но самонадеянность частично объяснялась мыслью о том что никто не посмеет поднять руку на ария, а если и осмелится то получит по заслугам.
Немец замер, вдруг зацепившись за эту мысль. Взгляд сдвинулся в сторону комнаты и замер на спящей русской, которая закинула руки на подушку над головой на небрежно разбросанные волосы, тихо посапывая через слегка приоткрытый ротик. Она выглядела невинно, как ангел, утомившийся после своей работы и помощи людям.
Нацизм почувствовал как краснеет, смотря на щёчки и шею девушки. Немец тут же отвернулся, немного мотнув головой как бы отмахиваясь от мысли о том чтобы оставить ещё несколько укусов на шее русской. Как назло его мозг уцепился за эту заманчивую фантазию и теперь немец не мог избавиться от представлений следов своих клыков на шее и плечах девушки. Наци встал, начав ходить из стороны в сторону по балкону, заложив руки за спину.
Русская только перестала вздрагивать от его прикосновений и бояться его присутствия, хотя и подскакивала каждый раз когда он снова появлялся рядом, а сейчас он может одним неверным действием снова загнать еë в исходное состояние недоверия и страха.
"С какой стати я вообще забочусь о еë состоянии? Она - игрушка и ничего более."- отдернул себя немец, закуривая вторую сигарету, чтобы успокоить голову. Плевать что Рейх потом будет ворчать о том что от Нацизма пахнет табачным дымом, сейчас ему нужно остудить голову.
Мысли снова переключились на пленницу, заставляя Наци краснеть лишь от идеи о том что ему очень хочется сейчас поцеловать и нежно потискать свою подопечную. Ариец повëл взглядом в сторону, безусловно странные порывы. А если она испугается?
- Beschissen...(Дерьмово....) - пробормотал Нацизм, кладя бычок в пепельницу и делая глубокий вдох, закрывая глаза. Он постоял так какое то время а затем развернулся заходя в комнату и подходя к кровати. Он сел рядом с девушкой, поглядывая на еë реакцию и снимая с себя сапоги. Как только парень разобрался с обувью, фуражкой и кителем, оставшись в штанах и в рубашке, он улёгся на постели, повернувшись на бок, лицом к спящей.
Коммунизм, будто почувствовав что рядом кто то лег, позволила себе скатиться и прижаться к телу подошедшего, уткнувшись носом в его грудь. Тепло чужой плоти приятным током прошлось от макушки до пят, вызывая улыбку. Она тихо замурчала, как кошка, пригреваясь к своему пленителю. Русская подняла на него свою мордочку, улыбаясь.
Нацизм замер, пытаясь понять почему девушка себя так ведёт, а затем неожиданно для самого себя опустил голову и поцеловал губы коммунистки, покусывая их и тихо немного хищно засопев от удовольствия. Коммунизм замерла, но не разомкнула ресниц, шокированная таким поворотом событий, брови непроизвольно поднялись в изумлении. Разум покинул еë на мгновение, заставляя поддаться немцу.
Нацизм ещё немного покусал губки девушки, перейдя на еë щеки, а от них к шее, оставляя засосы.
Пленница залилась краской, смущëнно улыбаясь, но не переча действиям немца. Арий улыбнулся, оставляя свои метки и вскоре плечи и шею русской украшали следы его любви и страсти. Только убедившись что на еë открытых местах больше нет некоснувшегося его ласки места, Нацизм успокоился, прижав девушку к своей груди с довольной улыбкой. Внутри что то хищное радостно клокотало будто утолив своë желание чужого страха таким образом.
Немец закрыл глаза, уткнувшись носом в золотистые волосы Коммунизм, отправляясь в сладостную дрëму. Вскоре он притих, видя впервые в своей жизни в качестве помощника фюрера спокойный сон о чем то хорошем. Девушка, уморившаяся от столь непривычного уюта, проследовала вслед за ним в царство Морфея.
Комната погрязла в тишине и только стук колёс подъезжающих и уезжающих машин был слышен за окном. Спокойствие и тишина.
🌼
Коммунизм проснулась от звука переливающейся воды рядом с собой. Она пошевелилась, потянувшись и открыв глаза. Свет снова яркой вспышкой заполнил всë возможное пространство для обзора.
- Уже проснулась? - раздался откуда слева голос Нацизма.
-
Да. А что ты делаешь с водой? - заинтересованно спросила Коммунизм. - И сколько сейчас времени?
- Так значит я тебя разбудил? Извини. Я собирался дождаться когда ты проснëшься. Сейчас шесть утра. - пояснил Нацизм, выжимая повязку.
- Не совсем. Так что ты делаешь? - русская приняла состояние полулëжа.
- Мне нужно проверить твои глаза, вытащить осколки и обработать, если ты позволишь мне, конечно. - арий потянулся к щипчикам, дезинфецируя их.
Девушка кивнула в знак согласия, повернув голову к немцу. Помощник фюрера улыбнулся, принявшись внимательно осматривать глаза своей красавицы на наличие осколков. К его счастью он нашёл лишь два небольших кусочка от вылетевшего машинного окна и несколько камушков, которые видимо попали вместе со стеклом. Как только с мешающимеся предметами всë было решено, он обработал глаза своей красавицы, заодно чмокнув еë в носик для поднятия настроения. Вскоре с этой процедурой было закончено, а глаза девушки завязаны бинтами для лучшего усиления эффекта.
- Ты чего нибудь хочешь? - улыбнулся Нацизм своей красавице.
- Разве что перекусить что нибудь если можно. - мурлыкнула в ответ девушка.
- Ты ещё и спрашиваешь. - усмехнулся фриц, поднимая красавицу на руки и двинувшись с ней в столовую.
🏵
День сменяется вечером, вечер ночью, а ночь следующим утром. Время движется вперёд, неумолимо продолжая свой бег.
Минутная стрелка на больших настенных часах перемещается на пятнадцать минут шестого. Девушка щурится, смотря на часы и на мгновение перестав расчёсывать волосы. Цифры сливаются в один чёрный круг перед еë взором, что заставляет еë встать с места и подойти вплотную чтобы посмотреть время.
- Время ещё есть. - улыбается она, возвращаясь на своё место и продолжая наводить марафет, едва ли не носом касаясь зеркала.
Краситься в таком положении не очень удобно, но по другому еë лицо расплывëтся в отражении и лëгкая для любой девушки процедура превратится в ещё более жуткий ад чем сейчас.
Дверь за еë спиной скрипит, вызывая непроизвольную улыбку. Наконец-то.