По осколкам твоего сердца

- У Андрея ведь уже есть сын, - раздался смущенный голос мамы.
И что? - ответила Фаина Ивановна. - Ему нужен настоящий наследник! С таким ж железным характером, как у моего сына! А Руслан... Избалованный мальчишка! Скверный наглый. Хамит, дерзит, взрослых не почитает. Родной отец ему не указ! Гонками занимается! Позор какой! Гонки, батюшки святе
- Это все переходный возраст, - осторожно сказала мама.
- Это все воспитание их матери! Я была против их свадьбы, Дана! Против! Разбалованная хабалка! И что мой интеллигентный Андрюша в ней нашел?
Деньги. Вот что нашел в ней твой Андрюша.
Я механически раздевалась, все еще не понимая, как такое возможно. У мамы будет ребенок от Андрея?
- Но ты сына воспитаешь отлично, Даночка! - прощебетала Фаина Ивановна. - Ты моему Андрюше под стать. Умная, интеллигентная. К тому же и любит он тебя уже сколько лет...
Вот увидишь, у вас родится мальчик! Я сон вещий видела! У нас вся семья так рада! Все поздравляют!
- Присоединяюсь к поздравлением, - вошла я в гостиную, и мама вздрогнула, увидев меня.
Тотчас вскочила и улыбнулась, но как-то натянуто. Она чувствовала себя виноватой.
- Я и не думала, что ты так рано придешь, Полинкин!
- К репетитору не пошла, - ответила я. - А я не думала, что ты будешь от меня скрывать такие вещи.
Мама опустила глаза.
- Я не хотела тебя беспокоить.
- Спасибо за заботу, - хмыкнула я, чувствуя холод - не от нее, а от себя. - А, да, здравствуйте, Фаина Ивановна. Рада вас видеть.
Пожилая женщина одарила меня нелестным взглядом, но ее губы растянулись в улыбочке.
- А что, Полиночка не знала? - прощебетала она. - Полиночка, у тебя братик родится скоро, да! Ты теперь у мамы не одна будешь! Ой, Даночка, как хорошо, что у тебя дочь взрослая есть! Помощница! Будет с ребенком сидеть, и няню даже нанимать не нужно! Ночью чередоваться можно - ночь ты с ребеночком, ночь она!
Я не собираюсь быть нянькой, - неожиданно для самой себя сказала я. Вышло резко. Фаит вановна состроила такую гримасу, будто бы я оскорбила ее последними словам
- Полин, ты чего? - растерянно сказала мама. - Я и не прошу. Понимаешь, мы с Андреем...
Я не дала ей договорить. Оборвала.
- Мне пора уроки делать.
И пошла прочь из гостиной, все еще не понимая, почему от меня скрыли такую важную новость.
- Что-то она у тебя распустилась, Даночка, - услышала я нарочито громкий шепот Фаины Ивановны. - Дерзит. Ты бы построже с ней!
- Я сама знаю, как обращаться со своей дочерью, - ответила мама.
Больше слушать я не стала. Ушла в свою полутемную комнату. Растерянно села на кровать.
Что вообще происходит? Почему о том, что у мамы и отчима будет ребенок знает вся его родня, а я-нет?

Злость сменилась непониманием. Я гладила мурлыкающего Обеда и все не могла понять, почему? Изредка я кидала взгляды в сторону окна. Глупая привычка искать глазами окна Димы. Но теперь шторы в моей комнате всегда были закрытыми - так я пыталась отучить себя от этого.
Мама пришла спустя полчаса - после того, как выпроводила Фаину Ивановну.
- Полина, - тихо сказала она, постучавшись в дверь. - Можно к тебе?
- Что? - подняла я голову.
- Хочу поговорить.
Мама села рядом со мной и взяла за руку, и мне почему-то захотелось скорее вырвать ладонь из ее пальцев.
- Прости, что не сказала раньше, - вздохнула она. - Просто мы с Андреем решили, что тебе рано об этом знать.
- Рано? - подняла я бровь. - В смысле?
- Ты была так подавлена из-за смерти Димы, что мы не стали ничего говорить. Решили, что скажем потом, - ответила мама.
- Потом - это когда скрывать уже будет нельзя? - с иронией спросила я.
- Потом - это когда тебе станет лучше.
- Мне никогда не станет лучше, мам, - прошептала я.
Ты еще полюбишь, - проговорила она, сведя брови к переносице. - Найдешь свое еловека. Сейчас только кажется, что мир рухнул. И что никого другого больше не будет Поверь...
- Не суди по себе, - ответила я. — Я ведь не ты. Через несколько лет не стану рожать от другого.
Да, это было грубо. Да, я должна была сдерживать себя.
Но нет, я не могла. Слишком больно стало. Эта боль обвилась вокруг моей шеи - будто невидимая удавка.
- Так и знала. Ты будешь ревновать! - воскликнула мама. В ее голосе слышались нотки
раздражения.
- Мама. Это не ревность, - вспыхнула я. - Очнись! Это другое! Это совсем другое! Я узнала о том, что ты беремена, от другого человека, не от тебя!
Но она меня не слышала.
- Я буду любить тебя не меньше, чем малыша. Понимаешь? С его появлением ничего не изменится! Ничего! Ты все так же останешься моей девочкой!
- Да не в ревности дело! Я не понимаю, почему ты не сказала раньше? Почему скрывала? Я ведь несколько раз спрашивала, что с тобой не так? Мне обидно, что мой самый близкий человек все скрывал, - прошептала я.
- Это ради твоего блага, Полина.
- Абсурд! Мама, я поверить в это не могу! Ты родишь ребенка от этого урода... Боже!
- Ты ревнуешь, Андрей был прав... Прошу тебя, не надо. И не говори так о нем. Он твой отчим.
Снова Андрей. Мне захотелось разорвать его на части. Он внушил маме, что я буду ревновать. Что я плохая дочь. Ну разве не урод?!
- Я хочу этого ребенка, Полина, - мама отпустила мою руку и прижала ее к своему животу. - Это мой шанс начать новую жизнь, понимаешь? Забыть обо всем, что было, и идти дальше.
Для меня это важно. Знаю, что ты против. Но тебе придется смирится с тем, что вскоре у тебя появится братик или сестренка.

Она будто повторяла заученные слова. И, кажется, была уверена, что я действительно против рождения брата или сестры. Но это было не так. Я была против Андрея, только против этого козла, не больше!
- Я буду одинаково вас любить.
- Хорошо, - прикрыла я глаза. — Я тебя поняла. Теперь можешь идти. Я хочу отдохнуть.
- Полина, это звучит эгоистично, - со слезами на глазах сказала мама. - Мне хотелось, чтобы ты обрадовалась за нас. А ты...
- А я плохая дочь, да, - дернула я плечом. - Сойдемся на этом.
Мне хотелось спросить у нее - а ты не думаешь, что раз Андрей так равнодушен к своим старшим детям, он будет любить твоего? Но промолчала. Иначе она точно будет считать меня законченной мразью.
- Я не говорила этого! Не передергивай!
- Но ты имела это в виду. Ты скрывала, что ждешь ребенка.
- Потому что ты была сама не своя! Я хотела тебя защитить!
- От чего? - холодно улыбнулась я. - Рождение ребенка - это всегда радость. Почему ты решила защищать меня от этого? Потому что считала - я не приму эту новость. Мне это не понравится. Ты решила за меня. Или Андрей решил и внушил тебе. Это неприятно, мама. Я думала, ты мой самый близкий человек.
- Это ревность, - повторила мама снова. - Полинкин, я же сказала - ты всегда будешь моей дочкой. Моей малышкой.
В ответ я лишь кивнула. Мне хотелось спросить у нее - а ты не думаешь, что раз Андрей так равнодушен к своим старшим детям, он будет любить твоего? Но промолчала. Иначе она точно будет считать меня законченной мразью.
Я промолчала, все еще пытаюсь переварить услышанное.
У меня будет брат или сестра. Это хорошо. Но... Почему я чувствую себя преданной?
- Обещаю, имя придумаешь ты, - зачем-то пообещала мама.
- Как думаешь, он согласиться назвать сына в честь папы? - вырвался смешок из моей груди.
Мама так тоскливо вздохнула, что я замолчала. А, плевать. На все плевать.