46-глава
Пак! Да ладно? Когда увидела твой номер, подумала, что с ума сошла и меня глюки накрыли. – Подхожу к окну и плюхаюсь на мягкий стул. – Чего желаете? Что-то не договорила и решила продолжить? Я вся во внимании.
- Прости меня.
Э-э-э. Что?
Я не поняла, меня сейчас не будут обвинять во всех смертных грехах?
Пф-ф-ф.
Скукота.
- Дженни, я дура. Самая настоящая идиотка.
- Даже поспорить с тобой не могу. Чеён, а ты зачем звонишь? Баран в курсе? – повторяю я свой вопрос, высматривая в зале Тэху.
- Его сейчас нет рядом. У него дела с мамой, а я не вытерпела и позвонила тебе. Дженни, пойми, я не хочу с тобой ругаться. Ты моя единственная подруга, которая всегда рядом была, а сейчас... Знаю, я виновата. Как дура себя повела и наговорила бреда. – Слышу всхлип, и желание кольнуть подругу тут же исчезает. – Но я так не могу. Давай забудем. Пожалуйста. Вернемся к тому, что было.
- А Баран? Не хочется быть третьим колесом на вашем розовом самокате.
- Мин - мой парень. Ты - моя лучшая подруга. Я не хочу выбирать. Понимаешь? Я знаю, что у меня не получится сделать так, чтобы вы нашли общий язык. Но мы с тобой ведь можем общаться.
Надежда на то, что Пак что-то поняла, откинулась первая. Вера и Любовь живы, но и они уже на грани и видят свет в конце тоннеля.
- Чеён, до тебя реально ничего не дошло? Даже мыслишка не проскочила, что твой Мие – гад редкостный?
- Он не ...
- Гад он. Мне можешь не доказывать обратное. Хотя нет, скажи, чем он тебя зацепил?
Не сказать, что мне это сильно интересно, но для постановки диагноза не помешает узнать немного общей информации.
- Не знаю. Дженни, сложно сказать, за что ты полюбила человека.
Да ладно?
Сложно?
Да проще не бывает. Как только ты начинаешь узнавать человека, ты сразу смотришь на него другими глазами. Внешность - одно. Человек может быть красивым снаружи и уродом внутри. Может быть и наоборот. В Киме идеально все. Он красивый, как Джэнсен Эклс, даже лучше, и душа у него светлая. Тэхен будет рядом, когда плохо. Не испугается и не свалит, как сделали бы многие. Он веселый. А еще он заставляет мое сердце биться, будто в последний раз. Про мурашки и бабочек в животе и вспоминать не надо.
Черт.
Есть миллион слов, чтобы сказать.
- Да, Пак. – Встречаюсь взглядом с Тэ и улыбаюсь. – Наверно, и правда сложно.
Особенно когда ты не влюблена.
Встаю и подхожу к окну.
- Мы же сможем остаться подругами? Мне Мин рассказал все. Я знаю, что это Тэхен тебя против него настроил. Но я не сужу. Правда. Пусть парни между собой разбираются, а мы останемся в стороне.
- Давай встретимся и поговорим.
- Сегодня? Давай. Мин сказал, что повез маму за город и приедет только завтра. Куда ехать...
- Завтра. Сегодня я не смогу.
- В кафе?
- В парке.
Не то я опять начну возмущаться по поводу цен на воду. А я начну. Без денег-то осталась.
- Хорошо, как скажешь. Можно только...
- Шикарно выглядишь, Дженни, - гремит за спиной мужской голос, и я резко оборачиваюсь.
Хван.
- Привет.
- Скорее, пока. Еще лучше: проваливай. – Смотрю по сторонам, но Тэхена не вижу. А еще Пак продолжает висеть на линии. Ох, надеюсь, связь не подведет.
- Это не твой отель, и ты не можешь меня выгнать. А вообще, я хотел с тобой поговорить.
Я на секунду замираю, а потом считаю до десяти, чтобы успокоиться и врезать Барану стулом по башке.
- О чем?
- О нас с тобой. О наших отношениях.
- Хван, ты пьяный, что ли? Или головой ударился? Или тебя головой стукнули при родах? Ты чего несешь? Какие к черту отношения?
- Тэхен тебе уже рассказал свою любимую сказку, да? О том, как злой Мин вечно путается у него под ногами и все за ним повторяет. Дженни, он так всем девушкам говорит, которые мне нравятся.
Это розыгрыш? Где Пельш с букетом цветом в одной руке и камерой в другой? Когда появится, я ему этот букет засуну в...
- Честно, мне надоело. Надоело молчать и делать все, чтобы другу было хорошо. Когда я узнал, что вы вместе, решил для себя, что пора заканчивать.
- А Розэ? Про нее не забыл?
- Не думай о ней. – Черт, я даже на расстоянии слышу «о-о-хх» Пак. – Сам не знаю, что на меня нашло, когда я предложил ей выйти за меня. Наверно, надеялся, что с ее помощью смогу выкинуть тебя из головы. Не получилось. Потом еще Тэхен... Он когда узнал, что я в тебя с первого взгляда влюбился, сразу же начал к тебе клеиться. Представляешь, я...
- Стоп! Баран, у меня на лбу написано «тупая дура»? Не написано. Поэтому прекращай позориться и вали отсюда.
- Но это правда. Тэхен специально с тобой общается, чтобы меня позлить. Он такой. Всегда таким был. Каждую девушку, которая у меня появлялась, он отбивал. Всеми способами настраивал их против меня, а потом выбрасывал как мусор. Ему постоянно нужно доказывать, что он лучше. Только ради этого он всегда за мной повторяет. Дженни, ты же умная девчонка. Должна понимать, из-за чего он резко на тебя переключился. Откуда взялась любовь, если вы виделись всего пару раз, и только тогда, когда я был рядом?
Первую часть его нытья я уже где-то слышала.
Только в тот раз поверила, а сейчас не собираюсь.
Мин ошибся в одном: с Тэхеном мы виделись и без него.
- Розэ, ты все слышала? Теперь понимаешь, с какой сволочью ты общалась? – говорю в трубку и улыбаюсь от вида выражения лица Мина.
Если я скажу, что он офигел, значит, я ничего не скажу.
Пак не ответила. Связь прервалась, но я даже этому рада. Она не стала снова защищать его. Может, дошло?
- Она должна была узнать. – Он будто берет себя в руки и продолжает: – Так же, как и ты. Дженни, давай уйдем отсюда, и я тебе все объясню.
- Не получится, Мин.
- Почему? Из-за Тэхена? Не нужна ты ему. Он и не заметит, что ты ушла. Забудет сразу же, как только на горизонте появится другая девчонка.
- Думаешь?
Ну он и идиот. Мог бы хоть что-нибудь поинтереснее придумать. А то... Бред пятиклассника. Я могла бы и лучше.
- Не думаю, а знаю. Ты бы только слышала, что он рассказывает о медсестре своей. Да они больше года спят вместе. Она ему все прощает, а он звонит ей, когда становится скучно. Дженни, не глупи. Пойдем.
- Баран? Ты плохо слышишь. Говорю же, не получится. Мой парень против.
- Какой еще парень?
- Который у тебя за спиной стоит. Предупреждаю, он злой. Глаза красные, а из носа дым валит. Хочешь совет? Беги.
«Из этого города», - хотела добавить, но договорить мне не дали. Потому что Мина развернули и четким ударом снесли с ног.
- Хван, как же ты меня достал, – орал мой некогда спокойный парень, схватив вруна за воротник рубашки. – Какого хрена?
- Да пошел ты.
Бум!
Еще один удар.
А я стою, не зная, что делать.
- Мой сын, – слышу чей-то голос, полный гордости, и разворачиваюсь. – Наконец-то он перестал подтирать этому сопли.
Оказывается, не я одна была свидетелем этих разборок. Чуть дальше стояли все. Чета Кимовских, баба Кан и моя мама.
Последняя ничего не понимала и, схватив дядю Ли за руку, ладонью прикрывала рот.
- Доченька... что? Как? Из-за чего?
- Так из-за нее, наверно, – вставляет баба Кан. – Ким, зря мы с тобой старались их свести. Вот взяли и просто так выгнали рабочих из квартиры. Наши-то сами нашли друг друга.
Потом придется прижать их к стенке. Но это потом...
Хван засмеялся.
- Старались они. Дружище, спорим, она тебе через неделю надоест? Вы ее мама, да? Похожи. Знайте, мама, с вашей дочерью поиграются и забудут.
Я видела, как Тэхен уже занес руку для нового удара, поэтому и подскочила к нему, прижимаясь всем телом.
- Тетя-танк от нас мокрого месте не оставит потом.
- Плевать.
- Мне нет. Пусть проваливает.
Тэхен тяжело дышит, не отпуская Мина.
- ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ? Минхен, сына.
О, стоило только вспомнить про Хван, так она тут как тут. Бежит, спотыкается и громко орет.
- Еще раз увижу, ты пожалеешь. Понял? Мин, ты понял?
- Да понял. Отвали от меня. С радостью уйду, чтобы морду твою счастливую больше не видеть. Ты мне всю жизнь испортил, дружище.
- Я?
- А кто еще? Мам, да подожди. – Отталкивает от себя женщину, вытирая кровь с губы. – Весь такой идеальный Тэхее. Минхен, бери пример с Тэхена. Минхен, а Тэхен это... Тэхен то... Тэхен, Тэхен, Тэхен... Ненавижу. Вас всех ненавижу.
Ого. Походу, надо вызывать санитаров.
Сыночка, что ты такое говоришь?
- Правду, мама. Ты с детства мне это твердила. Постоянно вдалбливала, какой Тэхен хороший, а я фиговый. Прости, что я не такой. Не дотягиваю до нашего великого Тэхена. А ты...
Я?
- Даже не смотрела на меня. Дура. И я дурак. Ошибся. Не понял, на кого таращился Тэхен, и подцепил идиотку Пак. Такой план провалился. Не могла подыграть?
Честно, я не хотела.
Рука сама потянулась и влепила гаду звонкую пощечину.
- И даже не думайте на меня орать, – сказала, когда тетя-танк открыла рот. – Он сам напросился.
- Хена, - заговорила мама моего Кима. – Забирай сына, и уходите. Нечего ему здесь делать.
Полностью согласна с этой женщиной, которая стала поближе к моей родительнице.
Тэхен не сразу, но все же посмотрел на меня.
- Дженни, прости, охрана не доглядела, и он вошел. Я не услышал все, что он наговорил, но...
- Я ТЕБЕ верю, – перебиваю его. – Иначе побитым уходил бы ты.
- Я тебя люблю, Дженни. И с того дня, когда я первый раз увидел тебя в кафе, у меня никого не было. Поклялся себе, что обязательно найду эту наглую девчонку. И нашел. Теперь не отпущу.
- Кто-нибудь объяснит мне, что здесь произошло?
Ох, мама. Как же не вовремя ты решила заговорить.
- Мису, любовь у нас тут, – отвечает ей баба Кан и берет ее под руку. – Пойдем, с будущими родственниками познакомлю. Породнимся мы с тобой, Мису. Менсу, знакомься...
Наверно, моя улыбка освещала весь город. А блеск в глазах был виден из космоса. Взявшись за руки, мы с Тэхеном вышли на улицу. Он рассказывал про Хвана, про их так называемую дружбу, и знаете... Мне было жаль Мина. Он не виноват в своих поступках. Его просто таким воспитали. Его мать во всем виновата. Она с детства ставила его на второе место, а он всеми силами пытался взобраться наверх.
- Как там Пак? Может, позвонить?
- Дай ей время. Завтра вместе встретимся с ней и поговорим.
- Ты тоже?
- Я плохо о ней думал. Хочется извиниться.
- С чего ты вообще взял, что она была с Бараном из-за денег?
- Тогда я не понимал, что влюбиться в человека можно за такой короткий срок.
- Сейчас понимаешь?
Легкий поцелуй в висок, и я чувствую, как руки Тэхена обнимают меня.
- Сейчас понимаю. Ты даже не представляешь, как я испугался, когда подумал, что ты сможешь поверить Мину. Уже начал перебирать в голове все слова, чтобы переубедить. Потом решил, что запру тебя в номере и не выпущу, пока не выслушаешь.
- Когда успел-то? Ты же почти сразу ему врезал? Кстати, больно?
- Не больно, – рычит он, еще сильнее прижимая меня к себе. – Вот перед тем, как врезать, тогда и решил. Я тебя никому не отдам. Прямо сегодня поедем к теть Кан и перевезем все вещи.
- В отель? Чтобы мне не пришло в голову снова громить твою кухню в попытках испечь торт?
- Я согласен каждый день есть твои горелые торты.
Смотрела на парня и не верила своим ушам. Это вообще законно, быть таким классным? Если нет, то я готова взять его под стражу.
- Теперь ты. Ничего не хочешь мне сказать?
- Я? Вроде нет.
- Точно?
- А-а-а. Обещаю научиться готовить.
- Я не про это.
Смеюсь, утыкаясь лицом в его грудь.
- Ты же и так все знаешь. Зачем вслух говорить?
- Хочу услышать. Давай, Дженни, порадуй своего парня. Услышать он хочет. Вот же...
Вдох. Выдох.
На счет три.
Раз.
Два.
Три.
- Люблю тебя, Карлсон. Больше, чем малиновое варенье. Больше, чем устриц. Больше, чем...
Нежный поцелуй заставил меня замолчать. От него закружилась голова, и ослабли ноги. Появилось такое ощущение, что мы не стоим на улице, а парим где-то над землей. Теперь я очень хорошо понимала Пак: когда любишь человека, не замечаешь ничего вокруг.
Мы не замечали.
И с трудом оторвались друг от друга.
- Пойдем?
- В смысле? Куда?
Тэхен засмеялся и снова обнял меня.
- Знакомиться с родителями и смотреть фотографии.
О, нет.
- Позвони тете-танку и попроси забрать меня отсюда, - ворчу в ответ, скрещивая руки на груди. -Какие фотки? Мама шутила. Не верь ей. Вообще не верь, что бы она ни говорила.
- Не бойся. Чем раньше начнем, тем быстрее закончим и останемся наедине.
-Тогда чего мы стоим? Побежали!