Зависть

На большой перемене мы с Машей пошли на обед.

Чтобы попасть в университетскую столовую, нужно выйти через главный вход и обогнуть здание с правой стороны. Потом пройти по дорожке через небольшой сквер. И сразу за ним - столовая. Идти туда, особенно в плохую погоду далековато, но такой маршрут давал еще одну возможность увидеть ЕГО.

Просить подругу притормозить и покрутиться на крыльце не приходилось. Маша без подсказки понимала меня. От нее я свою влюбленность не скрывала. Но в этот раз и у нее появился повод потоптаться на месте. Внизу у ступеней, в компании Радима и его друзей, стоял ее бывший.

Поскольку Радим популярный, то с ним многие хотели завести дружбу, и Антон не был исключением. Но общался Валевский в университете, в основном, только с четырьмя парнями: Максом Ильиным, Захаром Беловым, Валентином Лысенко и Иваном Литвиным. Все они причислялись девушками из моего общежития к богатеньким мажорам. Ходили также довольно странные слухи, что эта четверка во главе с Валевским состояла в неком тайном университетском обществе, названия которого никто не знал. Зато все знали, что участие в нем открывает путь в мир богатых и влиятельных.

Чего только люди не придумывают.

-... давно не участвую в гонках, - донесся голос Радима и в моей груди приятно защекотало. Обдало жаром щеки. Тон голоса Радима звучал слегка насмешливо, но не грубо. Он никогда ни с кем грубо не разговаривал.

Я попятилась и спряталась за Машей и выглядывала из-за ее спины как из засады. Она этого даже не заметила. Все ее внимание сосредоточилось на её бывшем.

-... У Захара попроси машину, - говорил Радим Антону. - У него их несколько, а у меня теперь одна. Если я её, хотя бы, поцарапаю, то мне пешком придется ходить.

Захар отреагировал на предложение Радима презрительной ухмылкой:

- Только лузер может просить чужую машину, чтобы покатать свою девушку, - сказал он.

- А она у него, вообще, есть? - ехидно поинтересовался Ильин. - Мне почему-то кажется, что он не свою девушку потрахать в крутой тачке хочет, а чью-то очередную тетушку.

Антон сделал вид, что не понимает насмешек:

- Есть у меня девушка, - он продолжал чуть ли не умоляюще смотреть на Радима. - Ты ведь раньше всем свою машину давал. Для тебя это такое пустяковое дело. Только на один вечер, верну без единой царапинки.

Мне за него стало стыдно. Представляю, каково Маше было слышать такое.

А он без стеснения клянчил дальше:

- Моя девушка, зашибись, какая красотка, знает себе цену. Я не могу за ней на такси приехать и просить секса на лавочке в парке. Номер в гостинице снять для меня дорого, а в общаге она не хочет. К ней домой тоже нельзя, там её папаша, что пес дурной кидается, если на его дочь не так глянешь. Помоги, Радим, будь другом...

Литвин резко вскинул голову, оторвавшись от телефона. Раздраженно сощурился на Антона:

- Другом?! Размечтался! - перебил он его. - Хватит уже лезть в нашу компанию, придумывая разные нелепые поводы. Достал уже! Как в жопу без смазки сунешься раз за разом. То, что ты с Захаром на одном курсе, не причина нам тебя принимать. Знай свое место, Заливацкий!

Радим, с едва уловимой насмешливой улыбкой, развел руками. Мол, видишь, моим друзьям ты не интересен, ничего поделать нельзя. Не быть тебе шестым членом нашего элитного клуба.

Сильнее унизиться пред ними, у Антона вряд ли бы получилось. Это было дно. Ощутил ли он себя полным ничтожеством под их презрительными взглядами?

Думаю, что да.

Даже равнодушный ко всему Лысенко, молча слушавший все это, с глумливой жалостью посмотрел на него. Как на идиота. Потом, якобы, ободряя похлопал Антона по плечу:

- Не вешай нос. Топай в свою общагу и там тусуйся на здоровье. Только, уволь, без нас, - сказал он ему. Чем и развеселил остальных.

Маша, едва сдерживалась. Ее шумное, полное возмущения дыхание, грозило перерасти в гневный всплеск.

- Как ты можешь такого любить? - зашипела я ей, надеясь, что она, наконец, прозрела на своего Антона.

- Ты не знаешь его, - ответила мне подруга. - Он просто притворяется дурачком. Ему просто что-то нужно от них, и он это добивается. Если таким способом не выйдет, он применит другую тактику.

- Тем более, как его можно тогда любить?!

- Потому, что я дура, - простодушно ответила Маша.

А тем временем Радим с друзьями, продолжая посмеиваться над Антоном, направились к своим машинам.

Первым уехал Радим с Литвиным, следом Ильин и Лысенко. Машина Захара с минуту газовала на месте, словно дразня Заливацкого, а потом умчалась.

- Ты еще пожалеешь об этом, пидар, - процедил сквозь зубы Заливацкий, злым прищуром, провожая красный спорткар. Когда машина скрылась из виду, он зашагал в сторону общежития.

Маша поспешила за ним:

- Антон!

Заливацкий оглянулся и досадливо чертыхнулся, рявкнул на нее:

- Опять ты! Отстань от меня уже, Машка!

Маша побежала за ним следом. Если перед ней вставал выбор - я или Антон, то Маша, не задумываясь, выбирала его.

Сидеть в столовой мне пришлось одной.

Перед глазами все еще стоял образ Радима. Ментально он постоянно был рядом со мной. Так что одиночества я не чувствовала.

Он же с друзьями уехал на обед вне университета, а когда он вернется, то я уже буду на лекции.

"Но мне на сегодня ЕГО достаточно" - размышляла я.

Потому что если всё-таки дождаться его, то можно увидеть, как на крыльце его встречает Морозова. У них по пятницам после обеда совместная пара. И Радим будет идти рядом с ней, а она вести прямую трансляцию для Влога на Ютубе, хвастаясь подписчикам своим великолепным парнем. Или держать его под руку, когда замечает, что другие девушки на него смотрят.

И я совсем не ревную, нет.

Просто не хочу этого видеть.

Насмотрелась уже на них вдвоем. Хватит!