Прода 21.07
Повествование выходило сумбурным и в меру сумасшедшим! Самое то, для моих подружек!
'Ага! Боевая тройка очумелых фрейлин!' ‒ оживилась шиза, ‒ 'Кстати, смотри, как у Фисочки глазки горят! И с Кристиной что-то не так. Чую скоро надо будет готовить огнетушители, хотя не уверена, что в этом мире они уже изобретены!'
К своему дару я уже начинала прислушиваться со всей серьезностью, ерунды он мне не подсказывал, а, значит и сейчас намекал на что-то действительно важное.
К Анфисе я присмотрелась внимательнее, никаких огоньков в ее глазах я не замечала. Глаза, как глаза, разве что не выспавшиеся и растертые до красноты руками ‒ еще бы, полночи за мной по академии бегать.
‒ Фиса, а ты себя нормально чувствуешь? ‒ решила поинтересоваться я.
Герцог, уловив мои обеспокоенные нотки, вскинул удивленный и в то же время очень недоверчивый взгляд, а потом перевел его на блондинку.
Анфиса обеспокоенно заерзала на диване, Кристина тоже начала чувствовать себя неуютно.
‒ Эм-м. Я в порядке, а что? ‒ блондинке захотелось вжаться в мебельную обивку.
Вот откуда я знаю что, а вот Эридан судя по его реакции, похоже, знал, а раз так, то надо бы поинтересоваться.
‒ Герцог, может быть, расскажете уже, что такое пробуждение?
Эридан уже привычным движением сел на стол. Странные герцоги ныне пошли, на столах как на стульях восседают, никакого приличия.
‒ Тебе расскажу, а им, ‒ он кивнул на подруг, ‒ незачем. Лет пять-десять подождут!
Мне захотелось зашипеть и стукнуть его чем-нибудь тяжелым, поэтому я не выдержала и вскочила на ноги.
‒ Нет, вы расскажите! Будущим 'обезьянам с гранатами' необходимо знать, что их ожидает!
Блондин такого наглого поведения от меня все же не ожидал, но я взорвалась и чувствовала себя вполне вправе это сделать.
‒ Вам Агата прямым текстом сказала, что проснутся еще двое! Так вот! Путем нехитрой логики и заверениями моего проснувшегося дара, заявляю: второй будет ‒ Анфиса, а следом и Кристина! Хотите вы этого или нет!
Кажется, до герцога после моих слов все же стало доходить. Потому что он обошел стол и, взяв стоящий за ним стул, вытащил тот на площадку перед диваном, уселся на нем и спокойно попросил:
‒ Эля, сядь, пожалуйста! ‒ блондин глубоко вздохнул, обвел нас троих взглядом и все же решился на рассказ. ‒ Если быть до конца откровенным, то о пробуждении я и сам знаю лишь теоретически. Этим вопросом всегда занималась Троя, она была главным специалистом. И сейчас, в ее отсутствии все возникающие с этим проблемы ложатся именно на мои плечи.
Меня сейчас мало волновало на чьи плечи все это ляжет, но узнать что за голос поселился в моей голове мне хотелось очень сильно.
‒ Начать, наверное, стоит с исторического экскурса... Иномирян в наш мир привозят не только потому, что вы станете очень верными королям и заинтересованными в службе. Главная причина в другом.
‒ И в чем же? ‒ не выдержала я.
‒ Пробуждение. ‒ герцог откинулся на спинку. ‒ Примерно через три-пять лет нахождения в нашем мире у иномирян начинают просыпаться некие магические способности. Это не банальный телекинез, который встречается сплошь и рядом у местных, обычно это что-то более редкое и непредсказуемое. Приобретаемые способности, чаще всего зависят от сотен обстоятельств, но суть не в этом. Главное, что они могут стать невероятным преимуществом при защите королевской семьи, а если понадобится, то оружием.
‒ Забавно, ‒ Крис перебила герцога, судя по интонации, она начинала медленно звереть. ‒ А почему мы об этом узнаем только сейчас? Может быть, стоило говорить об этом на этапе поступления в академию?
‒ Пару тысяч лет назад и говорили. Вот только не всегда из вашего мира сюда приходили адекватные люди! Академия не только образовательное учреждение, но и своеобразный карантин для вашей братии. Наша история знает случаи, когда иномиряне, узнавшие о своих способностях, не спешили о них рассказывать преподавателям и учиться их контролировать, а проникались мыслями, едва ли, не завоевания мира. Пара таких идиотов принесла когда-то огромные проблемы.
Мне вдруг стало любопытно, Горгулий ни о чем таком нам раньше не рассказывал.
‒ А что было?
‒ Климатическая катастрофа около тысячи лет назад. Весь мир на протяжении нескольких месяцев пронизывало невероятным холодом, а на следующий день адской жарой. Пропал весь урожай, погибли тысячи людей, наступил голод. А виной оказались двое: парень и девушка. Оба учились в Академии на аналитиков. Любили друг друга и в один момент проснулись со способностями управлять погодой. В их одаренные головы не пришло ничего лучше, чем перекроить мир на свой лад, и главной целью они поставили, ни много, ни мало, соединить Двадцать королевств в одно. Под своим чутким руководством! Притащить сюда еще больше иномирян и состряпать из них свою маленькую, суперсильную, высшую армию.
‒ Мда! Оказывается, идеи Гитлера жили гораздо раньше, чем он сам! ‒ слушавшая до этого молча Анфиса, наконец, высказалась.
‒ Обычно эту историю об захватчиках-иномирянах рассказывает проснувшимся Троя. Но, видимо, сегодня настал мой черед.
‒ Выходит, мы опасны? ‒ спросила я у герцога, хотя сама своей опасности не осознавала.
Вот чем может быть опасно пророчество? Подумаешь, хожу и как цыганка всем будущее предсказываю.
Представила себя на вокзале в цветастой юбке, пристающую к прохожим, с просьбой 'Позолоти ручку, дорогой!'
‒ Все не так просто, Элла! Иномиряне со способностями становятся очень лакомым кусочком! Например, ты! ‒ он внимательно посмотрел на меня голубым артефактом, его второй глаз при этом был устало прикрыт. ‒ Я не слышал раньше о проснувшихся пророках. Хотя обязательно поищу упоминания о подобном в старых свитках, но знание истории в твоем случае не самое важное. Элла, ты только представь, какая за тобой начнется охота, едва все узнают, что ты маленькая, хрупкая, девушка, которая умеет заглядывать в будущее!
‒ Так я им не скажу! Я глупая, что ли? Всем подряд их будущее предсказывать!
Эридан посмотрел на меня еще внимательнее.
‒ Видимо, тебе стоит срочно поспать - ты думаешь совсем не в тех направлениях! Тебя поймают, девочка, посадят либо в золотую клетку, либо в сырую темницу, а дальше возможны варианты - либо подарками, либо пытками, но способы тебя разговорить и заставить сотрудничать найдутся!
'О-оу!' ‒ кажется, подсознание проснулось и не на шутку испугалось обрисованной перспективы. ‒ 'Я в клетку не хочу! Скажи Эриданчику, что мы будем молчать и никому даже не пикнем о способностях!'
‒ А если никому не говорить о том, что во мне проснулся дар? Ведь вы сами сказали ‒ месяц пребывания в этом мире, слишком маленький для этого срок!
Кристина и Анфиса на наш разговор смотрели квадратными глазами, ничего не понимая. Сидят тут двое, о каких-то пророчествах, пробуждениях, опасностях говорят.
‒ Эм-м, ‒ протянула Крис. ‒Может, все же объясните, с чего вдруг такой разговор зашел? Что случилось?
'С чего бы начать?!' ‒ самостоятельная шиза опять решила похозяйничать. ‒ 'Начни, пожалуй, с того момента как ты спасала Трою в больничной палате, а потом плавно перейди, как нас носили на ручках и поили коньяком!'
'Изыди, а! Ты со мной всего полночи, а уже порядком меня задолбала!'
'Бу-бу‒бу! Может, я двадцать пять лет спала и у меня дефицит общения?!'
'Если бы я сюда не попала, тебя бы, вообще, не существовало! Интересно, а дар он у всех такой доставучий и говорящий?'
'Неа! ‒ в интонациях шизы послышались самодовольные нотки. ‒ Я у тебя уникальное!'
'Так 'уникакальное'! А с родом ты, когда определишься? Девочка, ты, или мальчик, или что ты там такое? Меня, знаешь ли, бесит, когда в голове сидит нечто непонятное? Попахивает съехавшей крышей'.
'Когда определюсь ‒ сразу скажу!'
Из мыслей выдернула Анфиса, которая трясла меня за плечо:
‒ Земля ‒ Эльке! Прием! Ты где витаешь?
Следующие полчаса я рассказывала девчонкам, не вдаваясь в детали, что же всё-таки произошло. Сейчас в присутствии герцога в основу моего повествования ложилась очень цензурная версия, без подробностей, особенно про покатушки на ручках некоторых блондинов. Про это я подружкам попозже расскажу, когда ничьих лишних ушей рядом не будет.
Надо отметить, где-то в середине повествования, когда я начала рассказывать о Великих Горах и драконах, в герцоге опять проснулся джентльмен, и он наколдовал три пледа, которые тут же нам вручил, пробурчав что-то в духе:
‒ Я потом еще двоих от простуды лечить не собираюсь!
Все остальное время, пока я вела рассказ, он изучал какие-то свитки, которые телепортировал из академической библиотеки. Мужчина торопливо пробегал по строчкам документов взглядом и раскладывал на две стопки.
Первая пополнялась ежеминутно, ее высота росла едва ли не в геометрической прогрессии, вторую же и стопкой-то назвать было нельзя. Так, пять-шесть свитков, на которых герцогский взгляд задержался гораздо дольше, чем на их менее удачливых соседях. По всей видимости, блондин искал какую-то информацию, и выловить ее крупицы было не таким легким делом, как казалось злыдне раньше. Мужчина хмурился и сжимал старинные бумаги так сильно, что даже костяшки на пальцах побелели.
‒ Вы закончили болтать? ‒ наконец, не выдержал он.
Я как раз подходила к той части, когда Агата выпустила меня из-под крыла, поэтому с натяжкой, да, можно сказать закончили. Я торопливо закивала.
‒ Сейчас почти семь утра, ‒ констатировал он наипечальнейший факт. ‒ Вы немедленно отправитесь в свою в комнату и никому не расскажете о сегодняшней ночи. Ни о пробуждении, ни о драконах, ни об этом кабинете! Не думаю, что вам сходу начнут задавать какие-либо вопросы, и все же - никому ни слова!
‒ Даже Глебу? ‒ неожиданно вырвалось у меня.
Блондина едва не перекосило при упоминании зельевара.
‒ Пока не стоит! Я не уверен, что смогу доказать до конца его невиновность, особенно если учесть все последние события! Лишние знания могут ему повредить...
Правоту герцога пришлось признать. На Глеба кто-то точит зуб, и если магистра, не дай бог, заключат под стражу, которая, судя по слухам, пыток для добывания информации не чуралась, то ничем хорошим это не закончится...
Боль, может сломать всех...
Для себя же я решила, как только угроза минует, Глебу я обязательно все расскажу...
Герцог же продолжал, обращаясь уже к Анфисе и Кристине:
‒ Если поймете, что с вами что-то не так - предметы начнут по комнате летать, у вас изменится цвет кожи, наступит седьмое пришествие, Савойкина начнет ходить по потолку - вы, немедленно, в любое время дня и ночи вызываете меня! Все понятно?
Девчонки торопливо закивали.
Ну как тут не понять! Тем более, если за вечер тебя предупредили, что ты в течение двух недель, станешь едва ли не суперменом!
‒ А какой у Трои дар? ‒ любопытная Анфиса все же не выдержала, и задала вопрос, который долгое время крутился у нее на языке.
Эридан призадумался, будто бы взвешивал, стоит ли нам рассказывать.
‒ Троя ‒ один из примеров, когда пробуждение приносит владельцу больше несчастья, чем пользы! Я не уверен, что имею право говорить об этом. Надеюсь, когда она очнётся, сама все расскажет!
'Ну вот, одни загадки! Эй, подсознание, ‒ позвала я, ‒ Троя ведь проснется?'.
'Пока не вижу!' ‒ в интонации мелькнула грусть, ‒ 'Если увижу - скажу!'
***
Мужчина не спал уже третьи сутки, а его организм уже устал требовать от хозяина хотя бы какое-то подобие сна. Все, благодаря чему еще держался Глеб, можно было описать тремя словами ‒ упрямство и взбадривающие микстуры. Последние в лошадиных дозах.
Уже несколько раз за брюнетом пытался прийти Арвенариус и уговорить того поспать хотя бы пару часов, но где там.
Магистр плотно оккупировал библиотечную территорию, окопался в сотне свитков, книг, фолиантов, и все это ради одной цели ‒ понять, что же произошло с Троей.
Ее лечащий врач еще при самом первом осмотре верно подметил ‒ ни на одну более или менее известную болезнь симптомы преподавательницы физкультуры не походили. Признаться, у Глеба была догадка, но он старательно выметал её из своих мыслей... Ибо ничего хорошего она принести не могла... Если зельевар, не приведи Господи, прав... То Трое уже ничего не поможет.
И поэтому Глеб искал, рыл носом, перелопачивал тонны литературы, исследований, научных трудов, все ради того, чтобы найти хоть крупицу информации, малейшую отгадку, которая прольет долгожданный свет...
Но все без толку!
Очередной свиток был отброшен к дальнему краю стола.
Может быть, он не там ищет? Может быть, поиски следует продолжить где-то еще?
Тряхнув головой, магистр вновь скинул с себя оковы упрямого сна. Десять минут назад он выпил очередной флакончик с микстурой, и она вот-вот подействует ‒ подарит зельевару еще восемь часов бодрствования.
Надо сказать, вид у мужчины был не из лучших. Если бы сейчас его увидела Эля, ей бы стоило немалых трудов опознать в этом осунувшемся, резко похудевшем и обросшем щетиной человеке ‒ своего преподавателя.
От образа идеального Аполлона, коим зельевара окрестили курсантки академии, осталась лишь память... Теперь магистр напоминал в равной степени как сумасшедшего ученого, так и обычного, среднестатистического, московского бомжа. Разве что серебристый плащ немного разрушал образ последнего.
Но Мурзу, прокравшемуся в библиотеку, было плевать, как выглядит магистр. Рыжий кот смог бы опознать любимого Обладателя Всея Белладонны Академии в любом состоянии.
Едва животное увидело сидящего в дальнем углу читательского зала, сгорбившегося преподавателя, то немедленно поспешило приспустить к нему со всех ног.
Еще бы! Сегодня на Мурза была возложена, важнейшая миссия ‒ он нес любовное послание!
О чем именно писала Эля рыжей бестии известно не было, но судя по глазам хозяйки там в записке, что-то очень важное, чувственное, волнительное... Наверняка, не хуже тех стихов, которые Мурз решил посвятить своей любимой Бусинке:
Ты белое чудо в ночной тишине,
Ты страсти огонь поселила во мне!
О милая, нежная, чуткая Киса!
Тебя я спасу, уведу за кулисы!
Сбежим мы со сцены твоей золотой,
Туда где наступит уютный покой!
И наша с тобою кошачья семья
Тогда заживет: котята, ты, я!
Эти стихи Мурз собирался прочесть Крокониальде при их следующей встрече. Кошак надеялся и верил, что когда-нибудь она обязательно произойдет, надо лишь немного подождать.
А пока, он спешил к Глебу.
Привязанное к лапке послание неприятно натирало место, которое человек назвал бы коленом, но Мурз мужественно терпел такие тяготы и лишения. Ради Великой любви можно и не такое пережить!
‒ Мяу! ‒ протяжно издал он, едва добежал до зельевара и тут же принялся ластиться о ноги преподавателя.
За три прошедших дня, запах химикатов и прочих ядов, успел выветриться из одежды Глеба. Коту это не нравилось ‒ он считал эти ароматы божественными, однако даже их отсутствие не могло испортить рыжей морде настроения ‒ видеть магистра он был по-настоящему рад. Соскучился.
Брюнет не сразу отреагировал на внезапное появление под своими ногами пушистого пройдохи, организм мужчины все же устал и даже простейшие реакции теперь притупились. Вначале Глеб дернулся от неожиданности мурчащего прикосновения, а затем, опомнившись, едва взглянул на крутящегося под ногами рыжика, приветливо улыбнулся.
‒ Здравствуй, друг! ‒ мужчина аккуратно потрепал кота по голове ладонью. ‒ Какими судьбами? Я надеюсь, местный библиотекарь тебя не видел? Боюсь, он не обрадуется, присутствию кота в этом царстве пыли и бумаги...
Будь Мурз человеком, он бы обязательно самодовольно хмыкнул в этот момент. Чтобы какой-то там библиотекарь указывал самому грозному коту Академии, где ему ходить? Пф‒ф‒ф! Да никогда!
В знак твердости своих намерений и убеждений, Мурз гордо выгнул спину, задрал хвост трубой и в довершение - пригрозил пустоте передней лапой с вытянутыми в боевое положение когтями...
'Берегитесь, библиотекари! Если книги не помечу то, как минимум морду расцарапаю!' ‒ говорил всем своим видом Мурз.
Глеб, видя такую пафосную стойку, лишь снисходительно улыбнулся.
‒ Что, тоже пришел уговорить меня немного поспать?
Отрицательно мотать головой рыжий не умел, хотя даже его кошачьего ума хватало, чтобы понять ‒ магистру срочно требуется сон. И непросто сон, а правильный. Часов двадцать, на теплом подоконнике, свернувшись мягким клубком и укрывшись хвостом. Где именно Глеб возьмет хвост, Мурза сейчас не волновало, а вот немедленно отдать зельевару послание ‒ требовала честь.
Поэтому, долго не церемонясь, оттолкнувшись задними лапами, кошак ловко запрыгнул прямо на Глебовские колени. Там, совершив нехитрый манёвр с круговым вытаптыванием для себя места под лежанку, и наконец, умостившись, кот вытянул прямо в лицо магистра свою заднюю лапу. Именно к ней была привязана записка от Эли.
На этот раз мужчина долго тупить не стал, сразу понял, что к чему, и принялся отвязывать от Мурза письмо.
‒ Знаешь, друг, ‒ бормотал брюнет, распутывая тонкие узлы, ‒ Почтовых голубей видел, магические конверты видел, даже ящик-телепортатор для корреспонденции был, а вот посыльных котов до тебя еще ни разу! Можешь гордиться!
Кот в очередной раз фыркнул и принялся надменно вылизывать лапу. Вот еще, нашли чем гордиться... Это по мнению людишек быть посыльным почетная работа, а он гордый кот ‒ охотник, гроза горных крыс, воин, в конце-то концов! И уж точно не почтальон! Максимум, скорый гонец, рыжий купидон, несущий на лапах любви благие вести от возлюбленной!
Но вот судя по лицу Глеба, который развернул записку и прочел вожделенные строки, благими вестями там и не пахло. Лицо брюнета стало мрачным и грустным.
‒ Мурз, а Мурз! Скажи, я полный козел?
Рыжий поставленного вопроса не понял, потому что в его кошачьем сознании случился когнитивный диссонанс.
Вот перед ним сидит человек - большой, черношёрстный, наверное, даже породистый, правда потрепанный. Но ничего! И не таких отхаживали при правильном уходе. И спрашивает человек, а не козел ли он часом? Однозначно, нет!
‒ Стопроцентно ‒ козел! Три дня прошло, а я ведь ей даже слова не сказал!
Глеб дураком не был и не зря писал дипломную работу по человеческим страстям... Прекрасно осознавал он ход девичьих мыслей в сложившейся ситуации.
Поматросил и бросил! Еще и обещания, какие-то пел на пьяную голову!
А ведь он действительно забыл! За всеми этими событиями, за горячкой поиска ответов!
Все эти три дня слились для магистра в одно сплошное мгновение, когда он не замечал никого и ничего вокруг, а лишь упрямо искал... А ведь иначе он тоже поступить не мог!
Грош цена была бы их дружбе с физкультурницей, если бы он ничего не сделал ради помощи блондинке.
Хотя ведь мог забить и оставить это на плечах врачей!
Терция и Арвенариус тоже искали, тоже приходили в библиотеку, изучали книги, но едва время их стандартного рабочего дня подходило к концу ‒ испарялись в неизвестном направлении.
Магистр их не осуждал. У Академии сейчас сложные времена.
Ректор Милонский в больничном крыле ‒ оправляется от инфаркта. Эридан, на плечи которого свалилась вся академия, поддерживает статус-кво и еще умудряется вести расследование случившегося. Остальные ищут ответы, как помочь Трое. Но пока, увы, безрезультатно.
Магистр еще раз скользнул по единственной строчке записки.
В ближайшее время ему надо обязательно встретиться с Элей и объясниться. Она должна его понять. Сейчас же, все что он может, это написать ответное послание и отправить ответ вместе с котом к адресату.
Вытащив из воздуха карандаш и лист бумаги, магистр принялся торопливо что-то строчить. Письмена быстро покрывали белоснежную бумагу десятками слов, вот только перечитывая, магистру все они не понравились. Скомкав лист и превратив его заклинанием в пепел, Глеб предпринял вторую попытку, но и она не увенчалась успехом. Так же как третья и четвертая.
‒ Видимо, я вселенски устал, ‒ констатировал мужчина и так очевидный факт.
‒ Мя-я-яв! ‒ поддакнул кот.
‒ Ты прав, мой друг! Мне необходимо поспать... Но вначале я допишу!
Пятый лист бумаги возник перед зельеваром. На этот раз брюнет не стал тратиться на сотни красивых фраз, написав лишь шесть слов: 'Прости меня. Я все объясню позже'.
Эля ‒ девушка умная сумеет все понять.
Уже приматывая записку к лапке Мурза, Глеба вдруг посетила неожиданная мысль.
‒ Мой друг, ‒ обратился он к коту. ‒ Ты ведь сможешь аккуратно отнести ей маленький подарок?
Весь вид Мурза говорил, что такими вопросами Глеб его обижает, и если он раньше сумел отволочь целую бутыль белладонны Горгулию, не разбив, то какой-то там презент, вообще, без проблем. Тем более что магистр всегда обращался к коту не иначе как 'мой друг', а такие слова Мурзу льстили, а раз так, то ради зельевара он тонну подарков Эльке притащит.
‒ Я на тебя надеюсь, ‒ Глеб закрыл глаза и произнес длинную, замысловатую формулу заклинания.
Обычно для призыва цветов магистр использовал более простое колдовство, но сейчас ему хотелось для Элли чего-то особенного.
На столе возник длинный стебель незнакомого растения. Магистр с опаской поднял цветок и внимательно пригляделся к нему. Таких растений он раньше никогда не встречал, еще не хватало, чтобы ядовитым оказалось.
Но, чем бы оно ни было - цветок оказался прекрасен.
Тонкий стебель растения практически по всей длине, словно нежные колокольчики, украшали бело-розовые цветы. Каждый разного размера, начиная с крупного мясистого цветка ближе к середине стебелька и, заканчивая маленьким, нежным соцветием рядом с верхушкой. Два длинных, похожие на острые мечи древних воинов, листа обвивали растение начиная с того места, где раньше предположительно был корень.
Ароматом цветок не обладал.
Еще раз с опаской осмотрев цветок и придя к выводу, что он безопасен, Глеб аккуратно наложил на подарок заклинание сохранности.
В Мурза магистр, конечно, верил, но лучше перестраховаться. Все же почтовые коты в Двадцати королевствах пока еще редкость.
Рыжий на цветок смотрел без опаски, видел он в нем что-то знакомое, только вспомнить пока не мог, что именно. А когда брюнет протянул растение кошаку, Мурз аккуратно перехватил зубами ценнейший подарок для хозяйки за середину стебля, и с чувством великой ответственности, балансируя хвостом для равновесия, унесся на лапах Вечной любви исполнять Великие дела.
***
Велидор сидел в одиночестве в своем кабинете и со всей тщательностью изучал только что принесенные бумаги.
В последние несколько лет молодой король Пятого Радужного предпочитал изучать все документы исключительно в одиночестве. Тишина позволяла сосредоточиться, выделить из тонн информации самые важные крупицы, и главное - надоедливые советники не жужжали над ухом, склоняя правителя к тому или иному решению, а последние Велидор предпочитал принимать исключительно сам. После смерти своей несчастной супруги два года назад, он, вообще, старался не прислушиваться ни к чьему мнению. Ибо в случае неудачного исхода событий, он не будет винить в этом кого-то. Во всем будет виноват только он сам. И как король примет на себя полную ответственность за произошедшее!
В сегодняшних документах, высокой стопкой сложенных на рабочем столе короля, содержались важные сведения из других королевств: кулуарные сплетни, призраки готовящихся заговоров, шпионские донесения.
Мнимая дружба между Двадцатью Королевствами никогда не могла обмануть Велидора. Каждый из правителей мог улыбаться ему в глаза, а за спиной держать пару отравленных ножей.
Это шесть тысяч лет назад все двадцать королей и королев были братьями и сестрами, а их добрососедские отношения строились на уважении и родственных узах. Сейчас же, по прошествии сотен лет, статус-кво сохранялся лишь благоразумием правителей, их тонкой игрой с оппонентами, Магической Академией, которая незримым оком следила за порядком, и призрачной драконьей армией, скрывающейся где-то в Нейтральных Землях. Последняя была грозной силой, которую в прошлый раз использовали почти сотню лет назад. Такой грубой демонстрации силы, как штурм замка герцога Шнардского, тогда хватило, чтобы показать двадцати правителям - если что-то случится - драконы сумеют навести порядок!
Тем более в истории уже были прецеденты...
Сам Велидор был молод - всего сто пятьдесят лет, но умен не по годам. Он прекрасно понимал, что некоторые признаки надвигающегося будущего стоит искать в глубоком прошлом.
Его предок Армонд взошел на трон около трех тысяч лет назад и не был потомком Великой королевской династии Артаксаров, правившей испокон веков в этих землях.
Армонда выбрал народ, когда настоящий 'наследный' монарх Крорк сначала развалил страну, а потом еще и решил совершить парочку государственных переворотов в соседних королевствах. Планы недокороля провалились, едва о них прознали в Академии. Дворец Крорка был сожжен дотла армией драконов, а сам правитель казнен на главной площади перед всем честным людом.
Ибо так завещал основатель всех Двадцати Королевств - Великий Артаксар. Нарушил мир - Освободи трон для достойного!
И три тысячи лет назад народ, тогда еще Кристании, а ныне Пятого радужного, выбрал пра-пра-пра-прадеда Вилидора - Армонда своим правителем. Под его руководством королевство расцвело, восстановилось после упадка и разрухи, стало еще богаче, чем было. С тех самых пор потомки Армонда достойно правили королевством, приумножая богатства и делая родной дом сильней и прекраснее.
Велидор с раннего детства рос умным мальчишкой с пытливым умом. Отец и мать никогда не баловали его излишним вниманием и роскошью. Как раз наоборот, с четырех лет мальчика отдали на воспитание в простую крестьянскую семью, где ребенка приучали к ручному труду, не чураться грязной работы, общаться с простолюдинами. А с двенадцати забрали обратно во дворец, где и обучали наукам, этикету и другим важным вещам.
В результате уже к двадцати годам наследный принц Велидор был одним из самых образованных молодых людей в королевстве. Родители по праву гордились таким сыном, а отец уже тогда заявил, что на Велидора в случае чего можно будет оставить королевство.
Так и вышло, правда, почти век спустя после произнесения тех слов...
Десять лет назад от старости умерла мать кронпринца, а через три года и отец.
Процедура коронации принца была грустной церемонией - никто не хлопал в ладоши, не пускал салюты, в стране был объявлен семидневный траур.
Велидор вышел отличным королем, справедливым, с цепким взглядом в будущее. Но одно ему никогда не нравилось, а в чем-то даже и пугало... Глупые правила, которые должен был выполнять каждый правитель.
Через год после коронации за Велидором толпой начали ходить капающие на мозг советники, с нудными наставлениями о том, что он, как король, обязан жениться. Ибо время-деньги, случиться может всякое, а наследник у Пятого Радужного должен быть!
Тем более что жениться именно на принцессе или другой знатной даме было вовсе необязательно. Еще шесть тысяч лет назад сам Великий Артаксар разрешил своим сыновьям и дочерям выбирать жен и мужей из всех возможных вариантов. Боялся старый, мудрый король близкородственных связей, которые могли бы возникнуть через пару поколений, и был в этом стопроцентно прав.
Вот и пользовались такой вседозволенностью толпы красавиц, преследуя молодого короля. Подстраивали каверзные ситуации, пытались опоить приворотным зельем. Сотни подданных приводили своих дочерей и пытались устроить ненавязчивые смотрины. Из дальних королевств ехали знатные дамы на короля посмотреть и себя показать.
Когда Велидору надоел этот цирк, и он понял, что добром от него не отстанут, то поступил самодурно и по-царски, о чем до сих пор жалел.
Позвал замуж дочь простых крестьян, тех самых, у которых воспитывался в раннем детстве.
Милейшая Анита была прекрасна. Не избалованная, простая, добрая и в то же время по-настоящему любящая Велидора.
Для самого короля же она была не более чем другом детства. Поэтому по тайной договоренности с ее родителями и самой Анитой - девушке был жалован дворянский титул, подарены огромные земли, и заключен фиктивный брак.
Аните эти богатства были не нужны - ей хотелось лишь находиться рядом с любимым мужчиной, а на каких условиях это произойдет, было не так важно. Сам Велидор поклялся охранять девушку, лелеять, оберегать и, если понадобится, сдувать пылинки, но сразу сказал - любви между ними нет и речи о ней быть не может.
Молодой король не был глупцом и понимал, что рано или поздно у них с Анитой должны родиться наследники. Королю нужен сын и они с женой когда-нибудь обязательно сойдутся друг с другом, тем более что детская дружба располагала к дальнейшему развитию отношений. Но о вселенской страсти и потере головы речи никогда не шло.
Сразу после свадьбы к Аните были приставлены охраняющие ее сон и покой фрейлины - свежий выпуск прославленной Академии. Девушки выполняли работу добросовестно, тем более что молодая королева, как девушка из народа, никогда не задирала перед ними нос, не обращалась с ними как со слугами, наоборот, постаралась подружиться с каждой.
И фрейлины охраняли. Дважды находили яды, трижды пришибали каблуками неудавшихся убийц, не углядели лишь однажды... И то, это была не их вина.
Несчастный случай.
Анита всегда любила лошадей и конные прогулки. Вот и в тот вечер она решилась на обычный вечерний променад. Самолично выбрала жеребца из королевской конюшни, своими руками сумела его запрячь. Как девушка из крестьян она делала это в совершенстве.
Только лошадь животное не всегда спокойное. Резкий звук испугал животное, и конь понесся.
Анита не удержалась в седле.
Уже позже королевский врач при осмотре тела женщины констатировал - ее смерть была быстрой. Несколько переломов шейных позвонков и сильный удар о землю - отправили девушку на тот свет.
Король горевал. Искренне. По-настоящему. Чувствовал свою вину в произошедшем. Не женился бы, и Анита осталась жива!
Год он провел в трауре. А уже на следующий началась старая, заезженная песня. Новое паломничество к королю на предмет: 'Посмотрите, какая я красивая!'.
На этот раз Велидор терпел, и всех соискательниц легкого счастья отправлял восвояси при первом же удобном случае.
Удивительное дело, но в этой тяжелой миссии ему помогли те самые фрейлины, которые остались во дворце после смерти Аниты. Так как контракт у девушек еще не подошел к концу, Велидор не имел права выгнать их из Пятого радужного, но и просто так без дела ходить по дворцу не позволил.
К каждой кандидатке на теплое местечко королевы Велидор личным указом приставлял одну из фрейлин. Милая боевая выпускница Академии таскалась по пятам за соискательницей, улыбалась ей во все тридцать два зуба, шпионила за дамочкой днем и ночью, и самое главное устраивала 'голубушке' сладкую жизнь.
Еще ни одна из горе-невест не продержалась в Пятом Радужном больше недели.
Милашки-фрейлины, в каком-то смысле, делали для королевства одно из самых важный дел - отгоняли от короля назойливых дамочек, которые очень желали окольцевать Велидора.
Но в этом году контракт девушек подходил к концу и это беспокоило правителя. Задерживать их он не имел права.
Да! Он уже предложил каждой работу во дворце... Но из девяти, согласилась лишь одна. Остальные же - кто-то был помолвлен и готовился к свадьбе, кто-то собирался уехать путешествовать, кто-то начать новую жизнь. Каждую из девушек теперь ждала их собственная судьба. А, значит, перед Велидором стояла кадровая проблема.
'Как пригласить на работу в Пятое Радужное новых выпускниц Академии, если в царстве нет королевы, а охранять им по сути придеться мой брачный конверт, в который я не собираюсь вписывать ничьих имен в ближайшие триста лет?'
Разгадка в голову упорно не приходила, хотя ее поиску король с каждым днем уделял все больше времени.
Сейчас же он был занят абсолютно другим делом - изучал шпионские доклады.
Большинство из прочитанного Велидору не понравилось.
Вот, например, в Никидонии был убит глава совета безопасности. Труп обнаружили в одном их примыкающих к спальне королевы коридоров.
Что именно делал в ночи у спальни первой дамы королевства советник, было не ясно, а вот бдительная фрейлина, дежурившая той ночью, отреагировала на шорох по-военному четко. Не стала разбираться, кто шляется по ночам в неположенных коридорах и прицельно запустила в главу совета отравленной шпилькой.
Смерть благородного мужа была медленной и мучительной. Яд, попавший к нему в кровь, убивал изощренно, заставляя несчастного испытывать весь спектр боли, биться в конвульсиях и предсмертных судорогах. Местные лекари не смогли принести несчастному противоядие - оно элементарно не было у них заготовлено заранее, а позвать специалиста из Академии никто не решился. Видите ли, магистра ядоведения Глеба обвиняют в покушении на убийство и теперь он не кто иной, как опальный специалист, скрывающийся за толстыми стенами Академии от справедливого правосудия. И попросить помощи у такого все посчитали ниже собственного достоинства.
Стоило Керенийской делегации вернуться на свою родину, и новость, о том что произошло в Академии на присяге у Ризеллы, разнеслась по Двадцати королевствам за считанные часы. А уже через полсуток почти каждый из правящих королей вызывал своих фрейлин и телохранителей на дополнительные допросы. Искали возможных лазутчиков и предателей. Перестраховывались.
Брошенная Ризеллой в истерике фраза: 'О какой защите королевских семей может быть речь, когда вы не можете защитить самих себя!', теперь путешествовала из письма в письмо, цитировалась в кулуарах и застенках, перевиралась, обрастала немыслимыми подробностями, и пробуждала в остальных правителях нервную паранойю.
Развернув очередной доклад уже из Валентарии, молодой король скривился еще больше. По королевскому двору одной из самых могущественных стран бродили небывалые слухи. Правящая королева Маринда планирует отказаться в будущем от услуг Академических фрейлин. Вроде как последние себя дурно зарекомендовали. Да и, мол, руководство в Академии нынче не то. Герцог Эридан - самодур, то драконью армию ради бабы пробудит, то преступников покрывает. А значит, в королевстве разберутся без посторонней помощи! Хорошо подготовленный отряд вышколенных бойцов, которых, как говорилось в донесении, уже начали тренировать, с успехом заменит девять-двенадцать свежеиспеченных фрейлин.
С одной стороны, Велидор понимал королеву. Еще бы, та история, когда на королеву Ризеллу покушалась ее собственная телохранительница Мадлен, на некоторое время всколыхнула нервы всех обладателей 'голубой крови'. Невиданное дело, в Академию пробрались лазутчики, которых не то что не заметили, так еще и обучили, вдолбили им в голову кучу секретных сведений, умений, навыков, и в довершении всего, пристроили поближе к будущей жертве.
Потом история забылась, но о ней мгновенно вспомнили, едва в огонь было подлито новое масло. И вновь прозвучало то же имя - магистр зельеварения Глеб.
Велидор задумчиво отложил отчет в сторону. Что-то в этой истории ему решительно не нравилось, уж слишком массовой выходила происходящая истерия, словно по нотам разыгрывалась чья-то партитура.
Зельевара Глеба Велидор видел за свою жизнь единожды, не походил брюнет на злодея мирового масштаба, да и герцог Эридан - не стал бы прикрывать чью-то спину не будь он уверен в невиновности своего коллеги.
Эридана Велидор знал гораздо лучше, не единожды молодой король консультировался с герцогом по поводу магического оружия и редких артефактов. По мнению короля - Эридан походил на колючий кактус, сделанный из закаленной стали, с которого где сядешь, там и слезешь...
Да и от своих фрейлин король был наслышан об одноглазом блондине - козел, урод и женоненавистник. Что в переводе на человеческий означало - мужик вполне нормальный.
К слову, своих сотрудниц, в отличие от других королей, Велидор не допрашивал. Считал глупым... После смерти жены, он провел настолько тщательное расследование, что о подноготной каждой из девушек знал все, начиная от сорта их любимых яблок и заканчивая суммой личных сбережений под подушкой.
В глубине души король пытался найти виноватых в случившемся, но где там. Несчастный случай был действительно трагическим стечением обстоятельств.
Что же касалось собственных телохранителей, то их у Велидора по сути не было. Едва в его распоряжение поступили эти образчики молодых воинов, король решил, что таким ребятам нечего пять лет сидеть во дворце, и распределил каждого по провинциям Пятого радужного - обучать подрастающее поколение военному делу. Пусть всех знаний они передать и не смогут, но вымуштровать за пять лет небольшие отряды Эридановские выпускники сумели.
С аналитиками дела складывались проще - знания король ценил превыше всего, поэтому весь штат этих специалистов держал как можно ближе к себе, едва ли не в соседнем кабинете. Они могли понадобиться в любой момент.
Глубоко вдохнув, правитель Пятого радужного принял решение, которое могло бы помочь в его кадровой проблеме.
Выудив из ящика стола чистый лист бумаги, мужчина принялся составлять письмо герцогу Эридану.
- Что же попробуем сыграть на опережение событий, - пробурчал он себе под нос и приступил к написанию витиеватого послания.
Среди тучи фраз король грамотно расставлял акценты на нужные ему слова и словосочетания, как бы невзначай упомянул о ситуации в Валентарии, о гуляющих сплетнях, и в конце послания грамотно перевел тему на то, что в случае непредвиденного развития ситуаций, Пятое радужное с радостью примет выпускников академии на службу. Аналитиков примут с распростертыми объятиями, телохранителей тем более,да и от фрейлин не откажутся. Ибо обязанности короля склоняют его к браку, и иметь такие кадры под рукой, на всякий случай, будет нелишним.
Перечитав написанное дважды, мужчина остался доволен результатом. Теперь осталось лишь запечатать послание, поставить личный королевский оттиск на конверт и попросить одного из аналитиков телепортировать письмо в Академию вместе с другой магической корреспонденцией.
Сам Велидор магией фактически не обладал, его талантов хватало лишь на мелкие бытовые фокусы. Но король по этому поводу комплексов не испытывал. Своей главной силой он считал блестящий ум и дальновидность. Без фейерверка из рук прожить на свете можно, а без сообразительности навряд ли.
В отсутствии выдающихся магических способностей у короля не было ничего удивительного. Все же его род не принадлежал первородной королевской династии, а как раз наоборот, происходил из выбившихся наверх обычных людей. А среди таких сильные магические способности встречались исключительно редко.
Это у потомков величайшего мага - Артаксара, можно было насчитать целый букет различных сил и талантов. Начиная от высшего телекинеза, заканчивая тонким манипулированием материй. Иномиряне также хватали магические звезды с неба. У коренных же жителей Двадцати королевств со способностями было не все так радужно, хотя и среди простолюдинов иногда проклевывались те или иные дарования.
Например, тот же сирота по происхождению Глеб - был уникальным самородком, мало того, что абсолютно не восприимчив к яду, так еще и высший телекинез подвластен.
При этих мыслях Велидора опять обуяли неприятные мысли. Десятки одаренных магией девиц бегали за ним и пытались спекулировать на своих способностях.
Одна особенно наглая дамочка, пытаясь затащить короля в темную подсобку, даже жарко нашептывала на ушко, что у их потенциальных детей будет огромный магический потенциал! Мол, она сможет своею наследственностью подправить неудачные, обделенные магией, Велидоровские гены.
Ту мадемуазель король вышвыривал из дворца собственноручно и со скандалом.
Только племенным жеребцом ему не хватало себя почувствовать, а точнее, далеко не племенным.
Ничего против магии у своих потенциальных детей он не имел, но не в таком же контексте!
Закончив с письмом и отложив то в сторону, Велидор решительно вернулся к чтению бумаг. Он еще прошелся не по всем сплетням королевств. И едва взял следующий документ, искренне расхохотался.
Керенийский балбес Даррий - баловень судьбы и чересчур занятых родителей, опять сумел отличиться. На этот раз наследный принц засветился в одном из публичных домов королевства. То, что Даррий туда частенько захаживал, и так все знали, но сейчас он сумел переплюнуть самого себя.
По пьяни в качестве оплаты очередной жрице любви кронпринц оставил не пару золотых монет, а королевский династийный артефакт.
Небольшое такое колечко, с камушком - которое являлось ключом от королевской сокровищницы. Владелец такой магической побрякушки имел свободный доступ в королевскую казну в любое время дня и ночи.
- Как же она тебя обслужила, что ты решил ей все королевство подарить? - по лицу Велидора плясала ехиднейшая из улыбок.
Самодовольного Даррия он терпеть не мог, а по долгу службы иногда приходилось это делать.
- Надеюсь, после этого папочка выпорет тебя по твоей царской заднице, - пожелал мужчина королевскому отпрыску и взялся за следующий документ.
Уважаемые читатели!
Данный сайт для меня является побочным в плане выкладки проды!
К сожалению, иногда я о нем просто забываю!
Поэтому прошу обратить внимание, что ежедневная и регулярная прода бывает ТОЛЬКО ТУТ: http://samlib.ru/s/subach_i_d/freilina2.shtml (т.к. ссылка не работает ищите меня в Яндексе-Гугле, Самиздат моей страницы на первой позиции поисковиков)
Спасибо за понимание!С любовью, Молка!