Глава 1
Гэндальф внимательно разглядывал представшего перед ним хоббита.
На первый взгляд он не отличался от остальных. Он был среднего роста и комплекции, свойственных его расе, то есть невысокий и пухлый. Как и полагается порядочному хоббиту, одет он был в простую рубашку на пуговицах, коричневые штаны, а обуви вовсе не носил. Его густые волосы были аккуратно подстрижены, а пах он мылом и свежеиспеченным хлебом. Если судить исходя из внешнего вида, то Бильбо Бэггинс производил впечатление весьма уважаемого степенного хоббита.
Вот только Гэндальф не привык судить по обложке.
- С добрым утром, - поздоровался он дружелюбно, опираясь на свой посох.
Хоббит поднял на него взгляд из-под спадающих на лоб густых каштановых кудрей. Пару секунд он глядел на него своими светло-ореховыми глазами - глазами Белладонны, отметил волшебник про себя - и вдруг расплылся в широкой улыбке.
- С добрым утром, Мастер Гэндальф, - поздоровался в ответ Бильбо, поднимая свою трубку в дружеском приветствии.
Кустистые брови Гэндальфа поползли вверх. Он совсем не ожидал, что здесь о нем еще помнят, и уж тем более выбранный им хоббит.
- Вы знаете меня, мой юный друг?
- Разумеется. Моя матушка очень тепло о вас говорила вплоть до самых ее последних дней, - хоббит затянулся и выпустил ленивое дымное колечко, - Мы, Бэггинсы, никогда не забываем своих друзей, чтобы вы знали. Даже тех, кого не видели многие годы.
- В самом деле, - он не знал, радоваться ему, гордиться или удивляться такому повороту событий. Смятение чувств едва не вызвало у него улыбку. Да уж, давненько его так не развлекали, - Раз уж вы так много обо мне знаете, могу ли я задать вам вопрос?
Бильбо лениво махнул рукой:
- Спрашивайте все, что вам угодно.
Он наклонился вперед и сдвинул шляпу на затылок, чтобы заглянуть прямо в глаза молодого хоббита:
- Я ищу кого-то, кто согласится отправиться со мной в приключение. Не хотите ли стать тем самым?
Вежливое выражение на лице Бильбо не изменилось, но он отложил свою трубку.
- Вполне возможно. Но сначала, будьте так любезны, расскажите мне подробнее об этом вашем... приключении.
На этот раз Гэндальф не сдержал улыбки.
***
Когда Гэндальф ушел, пообещав вернуться к ужину, Бильбо спокойно встал и прошел домой, захлопнул за собой дверь и запер ее, и только затем позволил себе поддаться рвущимся наружу эмоциям.
О великий Эру, поверить не могу, что я только что это сделал, думал он, прислонившись спиной к двери и медленно сползая на пол. Ему пришлось приложить все усилия, чтобы не поддаться порыву и не выложить волшебнику все подробности грядущего путешествия, не рассказать про Торина и его спутников, про Фродо и кольцо, даже про Сарумана и его предательство. Смотреть в лицо дорогого друга и лгать... Бильбо не мог представить себе, как он собирается встретить всех своих (мертвых) друзей, если едва выдержал пять минут наедине с Гэндальфом.
Прекрати, Бильбо Бэггинс. Ты справишься. Просто помни, ради чего ты все это затеял, - напомнил он себе строго. У тебя есть план, так следуй же ему!
Осознав, какая уникальная возможность ему представилась - и едва не обезумев от волнения - Бильбо придумал план. План был весьма прост и сводился к одному: в этот раз никто не умрет. План оставался простым, поскольку изменить всех деталей, пусть они его и не устраивали - как, к примеру, сражение Торина с Азогом - он не мог.
Хотя, он еще не принял окончательного решения по поводу троллей. Послужить одному из них носовым платком было не самым лучшим событием в его жизни.
Разумеется, главная проблема не придумать план, а держаться его. Бильбо понимал, что легко рассуждать, как он поступит тут и там, когда настанет время, но главным испытанием будет прожить заново все эти дни в кругу тех, кем дорожил больше всего на свете, но для кого он теперь лишь чужак.
Как ему снова взглянуть в лица дорогих друзей, с которых годы и смерть еще не взяли свою дань, и притвориться незнакомцем? Как ему смеяться и радоваться вместе с ними, зная, что троим из них не суждено узреть их дом возрожденным к его былому великолепию?
Как ему врать и притворяться, что он не провел целую вечность, скорбя по их предводителю?...
- Бильбо, старый ты баран, а ну-ка прекрати. Не время разводить нюни, - отругал он сам себя, встряхнув головой. Отвесив себе легкую пощечину, он заставил себя подняться на ноги и пройти на кухню.
У него нет времени купаться в неуверенности и сомнениях. Ему нужно приготовить ужин для тринадцати голодных гномов.
***
Если память ему не изменяет, первым придет Двалин.
Впервые встретив могучего и грубого гнома, Бильбо вполне оправданно испугался. Высокий для своего народа и в той же мере широкоплечий, Двалин определенно был самым пугающим гномом из всех им когда-либо виденных. Во власти этого ужаса, Бильбо опасливо избегал подходить к гному на протяжении всего того времени, что они провели вдвоем. Лишь впоследствии - когда он лучше узнал Двалина - он понял, что своей трусостью не только пал в глазах гнома, но и укрепил недоверие того к незнакомцам.
Поэтому сейчас он поступит немного по-другому. Этим вечером, когда прозвенел дверной звонок, Бильбо спокойно встал и пошел открывать дверь. На пороге он обнаружил гнома в том самом зеленом плаще с золотым поясом, которые помнил с тех давних пор.
- Добрый вечер, - поздоровался он, одаривая Двалина широкой улыбкой, - Должно быть, вы один из тех гномов, о которых упоминал Гэндальф. Меня зовут Бильбо Бэггинс, и я рад приветствовать вас в своем доме. Добро пожаловать.
Двалин на мгновение уставился на него, подняв темные брови, а затем коротко кивнул и, пригнувшись, вошел.
- Мое почтение. Я Двалин, сын Фундина. Где кухня?
- Я уже позаботился об ужине. Прошу, проходите, - Бильбо развернулся и пошел назад в столовую, зная, что гном последует за ним. Зайдя в комнату, он набрал в грудь побольше воздуха и самодовольно ухмыльнулся.
- Надеюсь, этого хватит, чтобы накормить вас и ваших соратников. Не очень представляю, сколько обычно едят гномы, но мы, хоббиты, очень любим хорошенько поесть, - сказал он будничным тоном, поворачивая голову, чтобы получше рассмотреть выражение лица Двалина.
Гном стоял, широко распахнув глаза и приоткрыв рот. И у него были все поводы поражаться. Каждый дюйм стола ломился от еды. От тушеной баранины до прожаренных над огнем сосисок - Бильбо ничего не утаил. Он поступил так, поскольку прекрасно помнил, сколько поглощают его друзья за один заход. Так что, не дожидаясь захвата кладовой, он заранее достал всю имеющуюся еду, а также зашел на рынок и приготовил ужин на целую армию.
Ну, или в данном конкретном случае, на тринадцать гномов и волшебника.
- Должен сказать... Выглядит аппетитно. Полагаю, все оценят ваши старания, - наконец выдавил Двалин, оторвав взгляд от стола и подозрительно скосив глаза на хоббита, - Зачем вы так расстарались? Должно быть, на это ушло несколько часов.
- Вы же мои гости! Не знаю, какие обычаи у гномов, но мы, хоббиты, относимся к гостям с величайшим почтением. А в нашем случае, это означает накормить до отвала, - пояснил он ворчливо, укоризненно глядя на гнома.
На самом деле, он не принял вопрос близко к сердцу, ведь это было так в духе Двалина - подозревать подвох в хорошем ужине. Но он искренне наслаждался виноватым видом гнома, усомнившегося в его добрых намерениях.
Бильбо отметил, что с возрастом стал вредным старым хоббитом.
- Примите мои извинения. Просто... Я не ожидал, что нам накроют пир, - Двалин склонил голову на бок и поглядел на него честно и открыто, - Неужели все хоббиты такие гостеприимные?
- Ну, не совсем. Встречаются и на редкость неприятные экземпляры, - заметил он, вспоминая собственных (очень далеких) кузенов Саквиль-Бэггинсов, - Но я не имею к ним никакого отношения. Теперь проходите, устраивайтесь и угощайтесь. Уверен, остальные скоро будут здесь.
Двалин еще раз вопросительно на него посмотрел, но снял плащ и занял место у стены. Он взял себе прожаренную рыбину, быстро обнюхал, пожал плечами и приступил к трапезе.
Бильбо наблюдал за ним, прислонившись к стене. Двалин был ему дорог, но они не сдружились так же крепко, как с Балином и Бофуром. Вместо этого, Двалин был правой рукой и близким другом Торина во всех их похождениях. Он никогда не завидовал их тесной связи, но жалел о том, что сам не смог построить с Двалином близких отношений.
К слову, это была одна из многих вещей, о которых он сожалел в этой жизни.
- Ты будешь есть или собираешься пялиться на меня? - рыкнул воин, не отрываясь от куриной ножки.
Бильбо слегка подпрыгнул и неловко рассмеялся:
- Прошу прощения, мне просто любопытно. Никогда прежде не видел гнома.
Двалин хмыкнул:
- Хах. Скоро налюбуешься всласть.
О да, очень скоро.
Стук в дверь разнесся по коридорам и заставил его вздрогнуть. Он отвлекся и совсем забыл, что остальные тоже не заставят себя долго ждать.
Пойду открою, а вы продолжайте, ни в чем себе не отказывайте.
Двалин что-то буркнул, не переставая жевать.
Бильбо направился к двери, силясь вспомнить, кто бы это мог быть. Кроме того, что Двалин пришел первым, а Торин последним, он не очень помнил, что происходило между. Пожав плечами, он открыл дверь и обнаружил за ней высокого гнома с боевым топором за спиной.
Это был Балин.
в последний раз он видел Балина перед тем, как тот отправился в Морию. Его старый друг горит решимостью отправиться в новое приключение и зовет Бильбо с собой, но тот отклоняет предложение, ведь ему нужно присматривать за малышом Фродо. Так что они просто сидят всю ночь напролет, вспоминая былые времена, смеясь над забавными историями и предпочитая не вспоминать про менее веселые
- Кажется, скоро пойдет дождь, - отметил Балин, поднимая глаза к небу.
- В самом деле? Тогда, смею надеяться, к утру успеет просветлеть, - ответил Бильбо не задумываясь, чувствуя, как сжимается горло от звука такого знакомого голоса.
Балин рассмеялся и повернулся к нему. Он был в точности таким же, каким Бильбо его запомнил, с преждевременно поседевшими волосами, блестящими темными глазами и добродушной улыбкой. При виде старого друга зияющая пустота внутри стала еще шире.
- Было бы неплохо. Не хотелось бы выступать в путь под проливным дождем, верно? - согласился гном, входя внутрь и закрывая за собой дверь.
- Я Бильбо Бэггинс, - представился хоббит, стараясь скрыть дрожь в голосе, - Прошу, будьте как дома.
- Благодарю, благодарю. Я - Балин, сын Фундина. Прекрасный у вас дом. Очень теплый и уютный, - сказал Балин жизнерадостно, развязывая тесемки своего красного плаща, - Никогда прежде не бывал внутри хоббичьей норы. Признаться, ожидал чего-то более сырого...
- Балин!
Очевидно, Двалин услышал голос брата и отправился на поиски. Бильбо смотрел, как братья приветствуют друг друга, со всей силой сходясь лбами, и внезапно осознал, что эти двое, наверное, не виделись несколько лет. Хватаясь за любую подвернувшуюся работу, они разделились и пошли разными дорогами, чтобы прокормиться. Это было еще одно напоминание о том, через что его друзьям пришлось пройти благодаря Смаугу.
- Пошли, нас ждет ужин, - позвал Двалин брата, удаляясь в сторону столовой.
- О, прекрасно! Я все гадал, будет ли здесь еда, - ответил Балин радостно.
Бильбо проводил их взглядом, подумывая о том, чтобы присоединиться, но отказался от этой идеи. Пусть пообщаются, не беспокоясь о греющем уши хоббите. К тому же, ему нужна была передышка, чтобы собраться с мыслями. Если одна встреча с Балином выбила его из колеи, то страшно представить, как он встретит остальных.
Он потер лоб и похлопал себя по щекам, приводя себя в порядок, и как раз вовремя. Снова раздался стук в дверь, в этот раз сильнее и громче, будто по нему колотили несколько кулаков.
Несколько кулаков. Это могло означать только одно...
С тяжелым сердцем, Бильбо отворил двум молодым гномам. Один был явно старше и имел золотистые волосы, уложенные назад в несколько кос, и бороду, едва отросшую достаточно, чтобы ее можно было заплести. Второй был выше и обладал темной шевелюрой и едва различимой щетиной на подбородке. Оба были вооружены и одинаково коварно улыбались.
- Фили... - начал блондин.
- ... и Кили... - подхватил второй.
- ... к вашим услугам! - закончили они хором и одновременно поклонились.
когда он, наконец, отыскал братьев, он увидел то, что преследовало его всю оставшуюся жизнь. Мертвенно-бледный Кили лежит на спине с закрытыми глазами. Из его груди торчат стрелы, а вокруг океан его собственной крови. Фили лежит рядом, в его спину воткнуты меч и кинжал. Одной рукой он тянется к темным волосам, лицо и пустые глаза все еще обращены к Кили. До самого конца он пытался защитить младшего брата
- Бильбо Бэггинс, - тихо проговорил он в ответ, дыра его в сердце уже разверзлась до размеров пропасти, - Рад с вами познакомиться. Прошу, входите и присоединяйтесь к ужину.
- Здесь есть еда? Восхитительно, умираю с голоду! - Кили протиснулся мимо него без промедления, буквально заскакивая в дом как нетерпеливый энергичный щенок. Он стянул с себя оружие и бросил в кресло, которое Бильбо заблаговременно принес в прихожую.
Фили последовал за братом в более сдержанном темпе, но все с той же уверенностью и грацией, свойственной юности. Он тоже начал снимать с себя оружие и складывать в кресло, попутно рассматривая обстановку своими до боли знакомыми голубыми глазами.
- Здесь просторнее, чем я думал, - отметил Фили, принимаясь доставать арсенал многочисленных ножей.
- Конечно, ты же думал, что хоббиты живут в подземных норах с грязью и червями, - подколол его Кили, протягивая руку, чтобы снять со спины лук. Несколько секунд он беспомощно шарил в воздухе, пока Фили не помог ему, приподняв конец лука так, чтобы тот мог его ухватить.
- Я знал, что они живут в домах, просто не предполагал, что в таких больших. Не ожидал, что и сами хоббиты такие большие, - ответил Фили, подмигивая Бильбо.
Кили с усмешкой обернулся, чтобы взглянуть на Бильбо, и замер. Коварная ухмылка растворилась, а темные глаза испуганно распахнулись.
- Оу, Мистер Бэггинс, вы в порядке? Вы как-то нетвердо стоите, - проговорил он, протягивая руку, чтобы поддержать Бильбо.
В порядке? Нет, я не в порядке! Вы умерли у меня на глазах. У меня на глазах вы погибли, защищая любимого дядю. Вы оба умерли, и вот, вы стоите передо мной, целые и невредимые, и такие юные! Слишком юные!
Бильбо подавил всхлип и ответил Кили - веселому, подвижному, энергичному, живому Кили - убедительной, как он надеялся, улыбкой:
- Разумеется, со мной все хорошо. Просто день выдался долгим, знаете ли. Почему бы вам не пройти в столовую? Двалин и Балин уже прибыли.
Кили замешкался, еще раз одарив его обеспокоенным взглядом карих глаз, но все же пожал плечами и отправился в направлении кухни с Фили, следующим за ним по пятам. Последний так же бросил на него неуверенный взгляд, но не стал лезть с расспросами.
Бильбо дождался, пока радостное приветствие эхом разнесется по дому, прежде чем во второй раз за день позволил себе обессиленно привалиться к двери. Никогда в жизни не испытывал он боли, подобной той, что пронзала его сердце при взгляде на Фили и Кили. Снова увидеть их - таких ярких, и прекрасных, и полных жизни - и знать ожидающую их судьбу...
Он не может их подвести. Вид этих двоих лишь укрепил его решимость. Они все переживут Битву Пяти Воинств, и не важно, через что ему придется ради этого пройти.
Пусть даже это будет стоить ему жизни.
В дверь снова отрывисто постучали. От силы ударов содрогнулись и дверь, и хоббит, и он понял, что все, кроме Торина, собрались снаружи. Так что Бильбо выпрямился, взял себя в руки и открыл дверь.
Его погребло под лавиной из гномов.
***
- Как думаешь, я мог что-нибудь сломать? - спросил Бильбо у Гэндальфа, пока тот его обследовал.
Волшебник ответил задумчивым мычанием:
- Сомневаюсь. Но синяки останутся. Возможно, завтра будет болеть.
Он поморщился, предвкушая езду с отбитым седалищем:
- Просто замечательно.
- Еще раз глубоко извиняюсь, Мистер Бэггинс, - Бомбур - грузный, неуклюжий, но такой милый Бомбур - в сотый раз извинился за то, что оступился и уронил всех гномов прямо на хоббита, - Я не самый грациозный гном на свете.
- Это предполагает, что ты хоть сколь-нибудь грациозен, - Дори, все такой же ворчливый, каким Бильбо его помнил, бурчал себе под нос, потирая хорошо различимую шишку на лбу.
Бомбур поник на глазах, как цветок без света, и Бильбо почувствовал закипающее раздражение:
- Да ладно вам, это всего лишь случайность. Он же извинился. Забудьте уже.
Дори уставился на него, очевидно озадаченный внезапным упреком, да и сам Бомбур оторопел. Краем глаза Бильбо видел, что и другие глядят на него с удивлением, но не обратил внимания. Теперь он ясно припомнил, какими грубыми и прямо-таки злыми бывали гномы по отношению к бедному Бомбуру всего-то из-за его размеров и неуклюжести. Он больше не намерен был это вот так просто спускать, прекрасно зная, каким хорошим гномом - и другом - был на самом деле Бомбур.
Из ниоткуда неожиданно появилась рука и обвила Бильбо за шею, увлекая в теплую хватку Бофура. Рудокоп носил все ту же нелепую шапку и шарф, которые он так хорошо помнил, и свою бессменную кирку за спиной. Хоббит даже улавливал запах его любимого табака - Лонгботтомского Листа, поскольку гном всегда носил запас за пазухой.
- Вот именно, наш хозяин совершенно прав. Хватит искать виноватых, - поддержал его Бофур со своей фирменной обаятельной улыбкой. Тем не менее, в его глазах был стальной отблеск, когда он посмотрел на старшего гнома перед собой: - В конце концов, все мы ошибались и спотыкались, не правда ли?
Дори закатил глаза, но спорить не стал. Вместо этого, он поднялся на ноги и направился к своим братьям, уже приступившим к еде, показывая, что не намерен продолжать разговор.
- Прости старого доброго Дори. Боюсь, он бывает весьма сварливым, - отметил Бофур, похлопывая хоббита по плечу и выпуская на свободу, - И спасибо, что дал ему отпор, он иногда забывает, что не у всех булыжник вместо сердца, как у некоторых.
- Уверен, у него есть на то свои причины, - указал Бильбо, не собираясь становиться на чью-либо сторону в этом смехотворном противостоянии. Он прекрасно знал, что со временем гномы станут одной семьей, но этого не произойдет, пока они не отправятся в путешествие и не получат шанс лучше узнать друг друга. Сейчас они были всего лишь соратниками с общей целью.
- Пожалуй, что и так, - согласился Бофур, медленно кивая и внимательно изучая хоббита, - Рад, что ты это отметил. И... спасибо, что вступился за моего брата.
- Всегда пожалуйста. Он не заслужил выговор за такую мелочь, - сказал Бильбо честно, улыбаясь все еще притихшему Бомбуру.
Пузатый гном медленно улыбнулся в ответ, пока Бофур непонимающе хлопал глазами.
- Ты прав. Что ж, думаю, нам пора присоединиться к остальным, пока они не смели все в поле зрения, оставив нам одни косточки! - заявил Бофур, утягивая своего брата за стол. Тот последовал без сопротивления.
Он проводил их глазами, прежде чем повернуться к волшебнику. Гэндальф выглядел задумчивым, оглядывая хоббита. Этот взгляд был ему хорошо знаком: этим взглядом маг награждал его каждый раз, когда хоббит выкидывал что-то неожиданное.
- Вы выглядите озадаченным, Мастер Гэндальф, - отметил он, откидываясь в кресле, куда его перенесли, освободив из-под гномьего завала, - Вас что-то беспокоит?
- Нет, ничего. Просто старческие размышления, - отрицательно покачал головой Гэндальф, как от него и ожидалось. Даже будучи близким другом хоббиту, Гэндальф оставлял свои глубинные мысли при себе, - Ну и как вам наша компания? Думаю, не этого вы ожидали.
Бильбо перевел взгляд на гномов, собравшихся вокруг его стола. Двалин устроил соревнование по борьбе на руках с Глоином, чье сходство с сыном стало неоспоримым теперь, когда он снова был молод, покуда Фили и Кили вместе с Бофуром подбадривали их радостными возгласами. Балин был увлечен беседой с Бифуром - из чьего лба все еще торчал орочий топорик - что включало в себя быструю речь на Кхуздуле и активную жестикуляцию. Бомбур уплетал за обе щеки рядом с застенчивым Ори и молчаливым Нори. Оин, в своем привычном коричневом плаще и с седыми косичками, старался успеть съесть побольше всего, заставляя сидящего по соседству Дори брезгливо морщиться, пытаясь не попасть под дождь из брызг и крошек.
Вся эта суета была такой родной, что Бильбо невольно почувствовал, как в его сердце разливается тепло. Со всеми этими переживаниями и тяжелыми воспоминаниями, он совсем забыл, как много хорошего было в их путешествии. Истории и песни у яркого костра, шутки во время долгих пеших переходов и ощущение, что ты кому-то дорог. Его гномы показали ему ту жизнь, какой у него никогда не было бы в Шире. С ними он научился чести, доблести, твердой вере и жертвенности и из чопорного, трусоватого и эгоистичного хоббита стал храбрым и великодушным.
Гномы Эребора сделали его лучше, и Бильбо никогда этого не забудет.
- Они... другие. Не такие, какими я их представлял, но это и делает их замечательными. Пожалуй, будь они другими, то уже не были бы такими потрясающими, - ответил он честно, не сводя глаз с гномов.
Он чувствовал, что Гэндальф внимательно следит за ним своими мудрыми глазами, и знал, что тот хочет что-то спросить, но не успел волшебник раскрыть рта, как раздался громкий стук, заставивший гномов вмиг смолкнуть.
Гэндальф неспеша поднялся на ноги.
- Он пришел, - объявил волшебник, и сердце Бильбо замерло.