Part 53 |я дам ему услышать тебя|
Ночь.
Я стояла напротив зеркала. Комната, отведённая мне, была чистой до стерильности. Всё аккуратно подушки, плед, тумбочка. Как в гостинице или больнице. Только всё это было не для уюта. Это было...показное. Показное спокойствие, показная забота. Ложь.
На окнах ни решёток. Только тонкие белые занавески, колыхающиеся от лёгкого ветра. Да и зачем решётки? Комната на втором этаже. Убежать некуда.
Я смотрела в зеркало, и сердце сжималось от ужаса. Это была не я. Волосы обрезаны, чужой холодный блонд. Лицо похудевшее, с серыми тенями под глазами. Взгляд потухший.
— Где же ты, Карен?.. - прошептала я, тронув пальцами щеку - Мама, ты видишь?
Пауза. Внутри пусто. Ни боли, ни гнева. Только вакуум. Как будто чувства выжгли до тла и только один, тихий, надрывный шёпот вырывается с губ:
— Том...найди меня. Забери меня... - губы дрожат, слёзы наворачиваются, но не падают. Я стою, вцепившись взглядом в чужое отражение.
Скрип.
Я обернулась через зеркало дверь медленно открылась. На пороге Коул.
Он вошёл не торопясь, с полуулыбкой. В темноте его глаза казались чернее комнаты.
— Решил навестить тебя перед сном - сказал он, тихо закрывая за собой дверь.
Моё тело застыло. Как в морозильной камере. Комната как будто начала сужаться, стены стали давить.
Он медленно пошёл ко мне.
— Я рад, что ты рядом - сказал он, не сводя глаз.
Каждый шаг его звучал, как удар по полу, как отбойный молоток по черепу.
Я не двигалась, но внутри всё сжалось.
Когда он подошёл почти вплотную, я рванулась назад и зашипела, как зверь, вжавшись в стену.
— Не подходи! - выплюнула я.
Он замер. Потом шаг вперёд. Спокойно, без эмоций.
— Я лишь хочу чтобы ты полюбила меня. - голос был мягким, почти ласковым.
Но в глазах пустота.
Он резко схватил меня за руку. Сила железная. Я попыталась вывернуться, он дёрнул меня на себя.
— Пошёл к чёрту! - взвизгнула я, царапая его, дёргаясь, как могла.
Он поймал меня второй рукой, схватил за подбородок с такой силой, что челюсть хрустнула.
— Хватит, Карен. - голос стал низким, глухим - Не строй из себя жертву.
Он наклонился ко мне, и прежде чем я смогла крикнуть, вдавил свои губы в мои. Жестоко. Глубоко. Силой.
Я задыхалась, дёргалась, била его кулаками, ногами но всё тщетно. Он держал, как тиски. Слёзы потекли по щекам, горячие, унизительные. Я не могла даже вскрикнуть, он впивался в меня, будто хотел уничтожить остатки моей воли.
— Ты... - я вырвалась на секунду и, задыхаясь, прошептала сквозь слёзы:
— Том... Том, пожалуйста, найди меня... забери меня...
Коул замер, но не отступил. Его пальцы снова сжались на моём лице.
— Том? - он прошипел имя, как проклятие - Он забыл тебя. Он предал тебя.
Он навалился всем телом, вжимая меня в стену. Я вскрикнула, пыталась отбиться, но он отшвырнул меня на кровать.
Я упала, больно ударившись о край спинки, и в этот момент что-то внутри меня сломалось. Он подошёл медленно, с хищным взглядом.
— Ты моя, Карен. Пора принять это.
Я смотрела на него сквозь слёзы, с дрожащими руками, с клокочущим внутри отчаянием и яростью. Если бы у меня был нож, я бы всадила его без колебаний. Если бы были силы, я бы разорвала его голыми руками.
Но сейчас только крик в голове. Немой. Бесконечный.
«Том... забери меня.»
Коул встал коленями на кровати, прижав мои ноги вниз своим весом. Я почувствовала, как матрас прогнулся, а воздух в комнате будто сгустился, стал вязким. Его руки тяжёлые, как гири, сжали мои запястья. Больно. Безжалостно. Я пыталась дёрнуться, но он даже не заметил этого.
Он был в своей охоте.
Взгляд как у хищника, который уже сомкнул челюсти, и просто наслаждается моментом.
— Хочешь услышать Тома? - прошипел он мне в лицо. Горячее дыхание пахло злобой.
— Будет тебе Том...я дам ему услышать тебя.
Он вытащил телефон из заднего кармана, набрал номер с такой яростью, как будто хотел врезать самому аппарату. Его пальцы дрожали не от страха, а от возбуждения. Я молчала, только всё моё тело тряслось, как под током. Слёзы уже не текли, они лились. Бесконтрольно. Горячие. Как кровь.
Гудок.
Гудок.
Гудок.
— Алло? - послышался голос с той стороны.
Голос, которого я ждала, за который держалась в уме всё это время.
Том.
— Это я, твой старый добрый друг - ответил Коул спокойно, как будто звонит перед вечеринкой.
— ЧЁРТ! КОУЛ! СУКИН ТЫ СЫН! ГДЕ ОНА?! ГДЕ ТЫ, ГНИДА?! - в голосе Тома вспыхнула ярость. Живая, рвущаяся. Он кричал, как зверь.
Коул ухмыльнулся. Повернулся ко мне.
— Мы тут с Карен...развлекаемся. Хотел, чтобы ты услышал её.
Он наклонился, и прежде чем я поняла - удар. Жар мгновенно взорвался на правой стороне лица. Я не сразу поняла, что это рука. Просто треск в ушах, кровь во рту и ощущение, что мир качнулся.
Я вскрикнула и упала лицом в подушку.
— Не смей её трогать! Сука! - заорал Том где-то там, в телефоне, но звук стал мутным. Ушёл под воду.
Второй удар.
Я дернулась, но он держал.
Третий. По рёбрам.
Четвёртый. В живот и воздух из меня вылетел.
— Ты была непослушной, Карен! - кричал он, и каждый его крик заканчивался ударом.
Я начала задыхаться. Слёзы текли, нос забился кровью. Я не могла ни кричать, ни дышать. Только всхлипывать, как животное. Беспомощное.
— Слышишь, Том?! - заорал Коул в трубку - Слышишь эти звуки?! Это она! Это твоя Карен! Это её кожа, её слёзы, её дыхание под моими ударами!
— СУКА! СУКА! КОУЛ, БЛЯТЬ! ОСТАВЬ ЕЁ! - голос Тома срывался, он рыдал - Убей меня! Убей, слышишь?! Прострели мне голову, но не трогай её! Клянусь Богом, не трогай её!
Удар.
По голове.
Удар.
По груди.
Удар.
В плечо и резкая боль, как будто что-то вывернулось.
Коул сжал меня за волосы и поднял голову.
— Том, слушай её...слушай, как она ломается.
Я сквозь слёзы хрипло прошептала:
— Том... пожалуйста..он убивает меня...
Он снова ударил. На этот раз кулаком в живот. Меня вырвало на кровать.
— Карен?! КАРЕН?! ОТЗОВИСЬ! - вопил Том, в голосе паника, боль, полное разрушение.
— Она слаба, Том. Знаешь почему? - Коул присел ближе к телефону - Потому что ты сделал её такой. Ты.
Он зажал мой рот ладонью.
— Скажи ему "прощай", Карен. Скажи, что больше не вернёшься.
Я рыдала. Я шептала:
— Я...люблю тебя...Том...прости... прости...
Коул повернулся ко мне, глядя в глаза.
— А теперь ты моя. И никто, НИКТО, не спасёт тебя.
Он поднёс телефон к своему лицу.
Глаза блестели. Как у того, кто уже перешёл грань. Он говорил почти шёпотом, но в этом голосе было больше угрозы, чем в крике.
— А теперь... скажи свои последние слова, Том - сказал он - Она вряд ли теперь тебя услышит.
Он наклонился ко мне и, словно издеваясь, аккуратно поднёс телефон к моему уху.
— Карен! - голос Тома, сорванный, мокрый от слёз, хрипел в динамике - Карен, солнце моё...я найду тебя. Слышишь? Найду!
— Заберу. Заберу и спрячу за спиной, как я обещал. Милая моя, любимая, смысл мой...
— Ты дышишь? Дыши, пожалуйста! Просто живи!
Я не могла говорить.
Губы опухли, лицо онемело, из носа текла кровь, смешиваясь с солёными слезами. Всё тело болело но боль была не главным. Главным было страшное знание, что я ничего не могу.
Ни уйти. Ни встать. Ни закричать.
Только дышать.
И плакать.
Сквозь трясущееся дыхание, я прошептала:
— Том... найди меня..забери... прошу...
Он услышал. Он услышал. Я почувствовала, как телефон дрогнул в руке Коула - Том, на том конце, взорвался.
— Да! Обещаю! Обещаю тебе, Карен! Я найду тебя, слышишь? Найду, даже если придётся пройти через ад! Только не молчи! Только дыши! Дыши, моя хорошая!
Я хотела ответить. Хотела сказать «люблю», сказать «жду», сказать «верю»...
Я открыла рот:
— Я... я... - и вдруг...
Удар.
Вся правая сторона лица вспыхнула болью, как будто туда ударил ток.
Меня отбросило с кровати, и я, как кукла, рухнула на пол. Голова ударилась об угол тумбочки. Что-то хрустнуло.
Звук, который запоминается навсегда.
Мир поплыл.
В глазах чернота, в ушах звон. Где-то далеко, почти из другого мира:
— Карен! КАРЕН!! - голос Тома, крик отчаяния, обрыва, крик, в котором умирает надежда.
А потом - тишина.
___________________________
Утро.
Меня разбудил резкий свет, врезавшийся в глаза, как нож. Веки не открывались. Было трудно дышать.
Тело ломило. Щека горела. Висок пульсировал.
— Вставай.
Сквозь боль сон, послышался женский голос. Ровный, безэмоциональный.
Как у медсестры в морге.
— Надень это.
На кровать кинули чёрное платье. Простое. Глухое. Как саван.
— Зачем... - прошептала я, язык с трудом шевелился.
— Похороны. Сегодня.
Она повернулась и вышла.
Я осталась лежать. В комнате было холодно. Внутри пусто.Где-то в груди скреблось:
«Неужели я действительно умру в этом доме?»
Я хотела снова заплакать, но не смогла.
Слёз не осталось.
Ничего не осталось.
Только боль в теле.
И чёрное платье.
Как приговор.