Глава 6. Клятва Ллос.
Дро-Арх. Две недели спустя.
Тяжёлый аромат ладана смешивался с запахом воска. Под неровным светом свечей золотые узоры на сводах храма казались живыми — дрожащие нити сплетались и рвались, образуя вечно меняющуюся паутину.
Кайл стоял на коленях перед статуей Ллос. На алтаре лежало его подношение: фамильный кулон клана Мор как символ прошлого, плетёный шнурок — нить жизни, отданная в руки богине, и капля крови. Оставался последний шаг...
— Храм не может принять вашу клятву.
Этого стоило ожидать. С момента подписания договора они ещё не встречали сколь-нибудь значимых препятствий.
Мужчина поднял голову, встречая ледяной взгляд жрицы:
— Я сделал что-то не так?
Ошибки быть не могло. Как эксперт по межрасовым отношениям, Кайл прекрасно знал традиции. А к этому дню готовился с особой тщательностью.
Дроу всего мира почитают Ллос, но вера принимает разные формы. Дро-Арх свято хранит древние обычаи, лишь слегка адаптируя их к современности. Дро-Вейн же переосмыслил культ куда радикальнее. Клятва принесённая по канонам новой родины должна была стать его первым значимым шагом после заключения договора.
— Ритуал исполнен безупречно, — голос жрицы звучал ровно, но в нём уже слышалось раздражение. — Но разве можем мы принять клятву, продиктованную политической необходимостью?
Отрицать было бессмысленно, но...
— Разве это противоречит моей вере? — Кайл всё ещё надеялся, что жрица просто тянет время. — Я всецело предан Ллос и хочу принести клятву по обычаям нового дома, куда привела меня её воля.
— Ваши слова звучат убедительно, господин Мор. Но Ллос слышит сердца, а не речи.
Кайл сжал зубы. Снова это "Мор". Дро-Арх упорно не признавал его новый статус, и это... раздражало.
Жрица напоминала ему матрону Тен'Гарр — те же резкие черты, тот же надменный взгляд. Служительницы отрекаются от рода, но, видимо, кровные узы порвать не так-то просто.
Скандал был неизбежен. Собравшись с духом, Кайл решил действовать.
— Если храм не готов принять мою клятву, я буду ждать ответа Ллос, — он склонился ниже, касаясь лбом холодного пола.
Лицо жрицы исказила гримаса гнева. "Вот придурок", — мысленно выругалась Лира. Ни в коем случае нельзя было намекать, что слова служительницы не отражают волю богини.
— Держи себя в руках, — тихо предупредила её мать.
— Покиньте храм, господин Мор! Не оскверняйте Ллос вашими играми!
— С каких пор богиня против интриг? — в его голосе звучал откровенный вызов.
Тишину рассек резкий щелчок хлыста. Тёплая кровь проступила сквозь разорванную ткань церемониального облачения. Кайл не сдержал стона.
— Жестокость Ллос тоже по нраву, — глаза жрицы горели алым. Этот выскочка окончательно вывел её из себя. — Не тебе, пауку без паутины, учить меня!
В зале повисла гробовая тишина. Немногочисленные гости замерли, наблюдая за разворачивающейся драмой. Да, дро-веец вёл себя дерзко, но... Хлыст уже лет сорок был лишь символом. Подобное случалось разве что в глухих провинциях, где жрицы верили в свою безнаказанность. Но не в главном храме столицы!
Пора было вмешаться. Кайл намеренно вывел жрицу на открытую агрессию. На лице матери Лира заметила удовлетворение — конечно, она поняла всё раньше. Её супруг дал им прекрасную возможность ослабить позиции храма, особенно когда вмешается Дро-Вейн... Но, глядя на кровавую полосу, Лира сомневалась, что игра стоила свеч.
— Довольно! Вы перешли все границы! — Голос Вирры Дар'Сайн пронёсся эхом под сводами зала.
Жрица, в чьих глазах ещё пылала ярость, обернулась к осмелившейся её прервать. Но перед авторитетом главы клана ей пришлось отступить.
— Или вы и меня намерены наказать? — продолжила матрона, наступая.
В глазах жрицы мелькнуло осознание содеянного. Отбросив хлыст, она сделала несколько шагов назад.
— Мой зять стойко принял ваш гнев и, думается, с лихвой искупил свою дерзость. Может быть, вы всё-таки закончите ритуал?
— Господин Мор выразил желание узнать ответ богини. Что же, я не посмею ему мешать, — жрица символически поклонилась собеседнице и отступила в тень.
Спина болела. Рубашка, прилипшая к ране, уже успела высохнуть, поэтому при каждом движении ткань трещала, отрываясь от тела вместе с кровавой коркой. Во рту было сухо, в висках стучало, но Кайл продолжал смиренно стоять на коленях, ожидая ответа Ллос.
Прекрасный спектакль.
Прошло три часа. Гости разошлись. Вирра Дар'Сайн покинула храм одной из первых — ей предстояло подготовить заявление в СМИ и связаться с Дро-Вейном. Лира осталась.
Кайл закачался, едва не падая на пол. Лира бросилась на помощь, но он лишь криво улыбнулся и покачал головой. Видимо, ему нравилось играть роль мученика. От раздражения хотелось кричать. На мужа, который решил вывести жрицу из себя, на мать, которая с радостью этим воспользовалась. И только для неё всё это было слишком.
Пять часов. Несколько журналистов всё ещё снимали, надеясь застать развязку. У входа в храм дежурили охрана клана Дар'Сайн и машина скорой помощи. Не выдержав бессмысленного ожидания, Лира вышла на воздух. Августовская ночь ласково оглаживала лицо дуновением тёплого ветра, унося тревогу и запах ладана, который, казалось, впитался в каждую клеточку тела. Уличные фонари потихоньку бледнели в предрассветных сумерках — скоро в любом случае придётся заканчивать.
В тишине послышались сирены. Лира усмехнулась: полиция, конечно, явилась не защищать порядок, а спасать репутацию жриц.
— Госпожа Дар'Сайн, — офицер вежливо склонила голову, — вам стоит убрать своих дроу.
Лира медленно спустилась по ступеням.
— Они чем-то мешают? — Она выразительно обвела взглядом пустую площадь.
— Скоро рассвет. Другие жители столицы тоже хотят обратиться к Ллос.
— Но ритуал ещё не завершён, — Лира надменно смотрела на полицейскую, будто единолично занимать храм было совершенно нормальным.
Полицейская открыла рот, чтобы возразить, но так ничего и не сказала. Вместо этого её глаза удивлённо расширились. Из-под двери храма лился свет.
Больше не обращая внимания на собеседницу, дроу почти вбежала внутрь. Алтарь пылал, какая-то из младших жриц, не выдержав давления, наконец приняла клятву.
Закончилось.
Ноги затекли, и Кайл поднимался с трудом. От движения рана снова открылась. Лира чувствовала, как по её руке, которой она поддерживала мужа, текло что-то тёплое и липкое. Спина под пальцами была горячей — наверняка поднялась температура.
— Надеюсь, оно того стоило, — в голосе слышалось долго сдерживаемое раздражение.
— Признаться, я рассчитывал на менее яркую реакцию... — мужчина усмехнулся.
— Плохо рассчитывал.
У выхода их уже ждали...
Дро-Вейн. Резиденция клана Шадо. Несколько дней спустя.
Дверь кабинета бесшумно отъехала в сторону, пропуская Вейс внутрь. Келла, сидевшая за столом, отвела взгляд от монитора и лёгкой улыбкой поприветствовала дочь.
— Прости, что пришлось прервать твой медовый месяц.
— Ничего страшного, — хмыкнула Вейс, присаживаясь в кресло. Расписание последних недель было плотнее иного рабочего квартала и слабо напоминало отпуск.
— Придётся призвать тебя в министерство раньше оговорённого срока.
В голове молодой дроу сразу всплыли несколько заголовков, набравших особую популярность в последние дни: «Жертва дипломатии», «Нас бьют, а мы подставляем вторую щёку».
Вейс понимающе кивнула:
— Кайл немного перестарался...
— Не думаю, что мальчик рассчитывал, что его ударят хлыстом, — ласково, защитила племянника старшая Шадо. — Да и стоит понимать, что возможность пошатнуть позиции храма в Дро-Архе дорого стоит.
Харизматичный дроу был любимчиком как семьи Мор, так и Шадо, унаследовав от отца, родного брата Келлы, любовь к интригам и дипломатии.
— Позволь угадать, — Вейс наклонила голову, и в её тёмных глазах сверкнуло предвкушение. — Ты хочешь, чтобы «атаку» на жриц возглавила я?
В последнее время не только обсуждали кошмар, случившийся с Кайлом, но и активно припоминали покушение на Вейс. Их обоих называли жертвами политики, что совершенно не подходило имиджу будущей главы клана.
— Да, — изящные пальцы, отбили ритм отдалённо напоминающий марш. — И если уж ты возвращаешься к работе, то и отдых твоего мужа тоже закончен. Завтра его будут ждать безопасники.