Воровка моего сердца

Зимний сад был великолепен даже в сумерках надвигающейся ночи. По краям оранжереи росли кроваво-алые розы – любимые цветы Виктории, матери Чонгука. Он помнил, как в детстве помогал маме ухаживать за молодыми саженцами. И сейчас он бы все отдал, лишь бы на миг вернуться в далекое и такое беззаботное детство.

Чонгук направился в другой конец оранжереи, к зарослям розовых кустов. Там, прямо за живой изгородью, стояла его любимая лавка. Он повернул во внутренний дворик и ошарашенно замер от представшей перед ним картины. На той самой лавочке сидел Чимин, которого разыскивал отец, который тем временем целовался с девушкой в тонком бежевом платьице. С его кузиной по линии матери – Розэ.

– Чимин, мне надо идти, – тихо произнесла она, высвобождаясь из его объятий. – Чонгук будет меня искать...

Чонгук тихо юркнул за соседнюю изгородь и пригнулся, чтобы остаться незамеченным.

Холодная ярость сковала его разум, но он заставил себя держаться.

– Я люблю тебя, Розэ, – с нежностью прошептал Чимин, и Чонгук выругался про себя, услышав звуки очередного поцелуя. – Увидимся завтра.

– И я тебя люблю. До скорой встречи. – И раздались тихие шаги, сопровождаемые шелестом юбки.

Дождавшись, когда кузина покинет сад, Чонгук покинул свое укрытие.

– У тебя ровно две минуты, чтобы убедить меня не разукрасить твою физиономию, – холодно отчеканил он.

От неожиданности и испуга Чимин подскочил на месте.

– Чонгук, я тебе все объясню! – Он встал и неуверенной походкой подошел к брату.

– Уж постарайся. – Молниеносным движением Чонгук схватил того за горло и с силой толкнул обратно на лавку. Не ожидая подобного, Чимин не устоял на ногах.

– Ты в своем уме? Что ты творишь?

– Это ты что творишь? – Гнев Чонгука с мощностью цунами вырвался наружу. Он готов был наброситься на брата с кулаками, но что-то в глазах Чимина останавливало его. Страх? Нет, Чимин не боялся Чонгука. Это было нечто другое.

– Как ты мог, Чимин? Ты же знаешь, что скоро женишься. Почему именно моя кузина? Ты ведь разобьешь ей сердце! – Слова лились рекой из уст Чонгука, и он был не в силах их сдержать. Да и не хотел, зная, что если замолчит, то в ход пойдут кулаки.

Чонгук думал, что Чимин начнет оправдываться, но тот молчал. Выражение его лица было таким унылым, будто ему вынесли смертный приговор и он ожидал его исполнения. Чимин осторожно посмотрел в глаза Чонгука, который начал обо всем догадываться.

Кажется, его брат влюбился. И в этот раз серьезно.

* * *

Когда Чонгук только попал во дворец Фортиса, столицы Южного королевства, Чимин первым встретил его приветливо. Старшие братья, Юнги и Хосок, были совершеннолетними и на момент его приезда уже правили на других землях королевства. Намджун, третий сын, никогда не выказывал особой симпатии к Чонгуку, но и не пытался задеть, в отличие от Джина. Тот был старше на три года, и они сразу не поладили. Самым младшим из «великолепной пятерки» был Чимин. Между ним и Чонгуком была разница всего в пару месяцев. Первая же встреча сплотила братьев и сделала закадычными друзьями на долгие годы.

9 лет назад

Это был пасмурный день. Дождь лил не переставая уже несколько часов, и, словно в такт тарабанящим по стеклу каплям, протяжно завывал ветер. Чонгук сидел за столом в своей новой комнате и старался не обращать внимания на заунывные мелодии осенней погоды. Как мог, отвлекал себя книгой об отважных моряках. В любое другое время он бы с головой ушел в чтение и представлял эпичные сцены морских сражений. Но в тот день он никак не мог уловить нить повествования. Его мысли сбивались, а на глаза постоянно наворачивались слезы.

Со дня смерти матери прошел ровно месяц. И дед принял тяжелое для всех решение: маленькому принцу пора переезжать в столицу. Во дворце его приняли, что называется, холодно-вежливо. Старшие братья разглядывали мальчика, точно диковинную зверушку. Отец не сказал ни единого теплого слова, лишь упрекнул за излишнюю робость. А королева скользнула по нему раздраженным взглядом, как будто увидела грязь на блестящей мраморной плитке, и, не ответив на его приветствие, удалилась.

Весь день новый наставник Бан Чан проводил экскурсию по замку, и к вечеру Чонгук жутко утомился. А когда его предоставили самому себе, он не придумал ничего лучше, кроме как не высовываться из покоев. Так и просидел, пытаясь вникнуть в книгу, пока в комнату не ворвался щуплый и взъерошенный точно воробей мальчуган.

– Если Минни меня поймает, мне конец, – вскрикнул тот и шмыгнул под кровать.

Чонгук опешил. Он не видел этого мальчика, когда его представляли новой семье.

Он подошел к кровати, присел на корточки и откинул полог покрывала.

Из темноты на него смотрел светловолосый мальчишка с зелеными глазами, прищуренными в озорной ухмылке.

– Ты кто такой?

– Привет, Чонгук! Тебя же так зовут, да? Я Чимин, твой сводный брат. Я пропустил дневной прием, потому что разбил старинную вазу матушки и свалил все на Джина. Теперь мне грозит смертельная опасность от нянечки, матушки и Джина. Ты же не выдашь меня? – Чимин так быстро тараторил, что Чонгук не сразу разобрал, что несет этот странный мальчик.

– Можешь сидеть здесь сколько угодно, я не... – Не успел Чонгук договорить, как дверь в комнату с грохотом распахнулась во второй раз.

Чимин ойкнул и, задернув полог покрывала, снова скрылся в темноте.

Чонгук поднялся и развернулся к двери. Перед ним стоял высокий темноволосый юноша с черными как ночь глазами.

Джин.

– Эй, сопляк, сюда не забегал тощий мальчишка?

Чонгук промолчал и, словно Джина вовсе не было в комнате, уселся в кресло.

– Эй! Я к тебе обращаюсь.

– Мое имя Чонгук, – ледяным тоном сказал тот. – Чего тебе?

– Ты хоть знаешь, с кем говоришь, заморыш? – Сузив глаза, Джин направился к нему медленным шагом.

– Да, у меня, в отличие от тебя, все в порядке с памятью. Тебя зовут Джин и ты... – Чонгук намеренно начал загибать пальцы на руке, будто производил сложные вычисления, – четвертый сын короля Алана.

Он попал точно в цель. Напоминание об очередности наследования королевского трона задело юношу. Красивое лицо Джина скривилось, как от пощечины. Он ускорил шаг и хотел было то ли ударить, то ли схватить его за ворот рубашки, но у Чонгука оказалась на удивление быстрая реакция. Он резко схватил Джина за запястье и отпихнул его, встав напротив сводного брата. Несмотря на три года разницы, Чонгук был всего на несколько сантиметров ниже.

Джин побагровел от гнева:

– Да как ты смеешь, жалкий бастард! Тебе указать на твое место?

Чонгука задели слова о его происхождении, но внешне он оставался совершенно спокоен. Дедушка всегда учил держать эмоции при себе.

– Я принц Южного королевства и будущий Хранитель Ардена. Мои права узаконены указом короля. Если ты с этим не согласен, иди и пожалуйся отцу.

– Если думаешь, что тебе здесь рады, то ты глубоко ошибаешься. Ты ничтожество, и отец просто сжалился над тобой и твоим народцем.

– И поэтому подписал мирный договор на условиях Ардена? – Чонгук ухмыльнулся и намеревался сказать кое-что еще, как вдруг у него потемнело в глазах от боли. Джин подлейшим образом ударил его коленом в пах.

– Ах ты зараза!

Чонгук услышал воинственный вопль за спиной, а в следующую секунду Чимин, который все это время прятался под кроватью, выбрался из темноты и накинулся на Джина.

Пока Чимин колотил старшего брата, Чонгук пытался стойко оправиться от боли и не вмешивался. Честь не позволяла ему нападать вдвоем на одного. Однако, когда Джин перехватил в драке инициативу, Чонгук бросился на него и оттолкнул неугомонного Чимина, чтобы тому не досталось больше. Завязался нешуточный бой. Джин яростно атаковал, а Чонгук успешно отражал каждый удар. Неизвестно, чем бы закончилась заварушка, если бы в комнату не влетела нянюшка Минни.

В тот день им троим здорово досталось от няни, а после и от наставника Бан Чана.

Вечером, когда все улеглись, к Чонгуку в комнату снова пробрался Чимин с горстью сладостей, которые стащил из кухни.

– Нехило ты отделал Джина, но он это точно так не оставит, – сказал тогда Чимин с набитым конфетами ртом.

– Я не боюсь его. Он вспыльчив и глуп. А такие люди обычно очень слабы, – деловитым тоном ответил Чонгук.

– Какие умные словечки, прибереги их для папеньки, он любит порассуждать о храбрости и благородстве, – хмыкнул Чимин.

– Так всегда говорит мой дедушка, – ответил Чонгук.

Тоска снова охватила его. Он до ужаса скучал по дому, по своей маме... Вот только Арден он мог посещать каждые три месяца, а маму не увидит больше никогда. Никогда не окажется в ее теплых и мягких объятиях.

В горле неприятно запершило, и Чонгук отвернулся к окну, чтобы спрятать от Чимина свои слезы.

Чимин без слов понял причину его тоски. Он ничего не сказал, просто сжал плечо Чонгука, выказывая безмолвную поддержку. Так они и просидели, рассказывая друг другу всевозможные истории, несколько часов. А под утро Чимин ушел к себе.

Этот день навсегда остался в памяти Чонгука. Ведь именно тогда он обрел брата, о котором мечтал всю жизнь.

* * *

Они сидели на лавочке в полной тишине. В зимнем саду было темно, и лишь из окна струился мягкий лунный свет.

– Розэ знает? – устало поинтересовался Чонгук. От навалившейся информации у него разболелась голова.

– Нет, я не смог сказать. Она... не перенесет, если узнает...

– Но рано или поздно она узнает! И что ты будешь тогда делать? – Чонгук готов был ударить Чимина.

– Не знаю, брат... ничего не знаю. Я запутался. Я люблю Розэ и хочу быть с ней. Но как я могу пойти против воли отца? Это невозможно, ты ведь знаешь.

– Ты хоть пытался с ним поговорить? Объяснить, что не хочешь жениться на той княжне?

– Ты хоть представляешь, что произойдет, если он узнает о моих чувствах к Розэ? – Чимин спрятал лицо в ладонях и устало вздохнул.

– Знаю, Чимин. Только одного понять не могу: зачем? Зачем начинать отношения с девушкой, брак с которой отец ни за что не одобрит? Ты сам во всем виноват.

– У тебя всегда все так легко... Конечно, ты-то можешь жениться на ком пожелаешь. Но не я. Я должен исполнить волю короля. Но как заглушить волю сердца? Я же не могу приказать ему не любить. – Чимин даже не пытался скрыть отчаяние в голосе, и Чонгуку было жаль его, хотя он по-прежнему был зол.

– Поверь, если бы того требовал случай, я смог бы приказать даже сердцу. Я ему хозяин. Но речь сейчас не обо мне. Хотя... – У Чонгука внезапно появилась идея. Он не знал, как это воспримет отец, но попытаться стоило. – Я поговорю с отцом.

Услышав это, Чимин встрепенулся:

– И что ты ему скажешь? «Отец, Чимин по уши влюбился во внучку моего деда, которого ты люто ненавидел, благослови их!»? Ты хорошо подумал?

– Нет, об этом пока рано говорить. Сейчас мне надо вернуться к гостям, а завтра с рассветом мы увидимся и все обсудим. То, что я придумал, должно хотя бы отсрочить твою женитьбу.

Чонгук поднялся с лавочки и посмотрел на Чимина в ожидании. Тот явно был озадачен. Он не знал, что у брата на уме, но верил ему. Раз Чонгук сказал, что все будет хорошо, значит, так и будет.