Нянька Stray kids

                                                ***
На следующее утро я проснулась сама, до будильника.
Глаза видели уже лучше, но цвет белка почти не изменился.
Потому: здравствуйте, очки Чонина, сегодня вы мои лучшие друзья!
Знаете, бывает настроение, которое можно описать только одним словом: прозрачное.
Вот такое сейчас и у меня. Я могу даже улыбнуться, вот только, как таковой, радости не испытываю.
Именно так.
Впервые за долгое время я хорошо позавтракала, попутно читая книгу.
Да, ту самую, роман. Там пара почти призналась друг другу, но обстоятельства снова их разъединили.
Больно и обидно для героев. Весело и увлекательно для читателей.
Ведь так приятно смотреть на чужие страдания, понимая, что всё хорошо закончится.
Боже упаси такое со мной произойдет. В моей жизни романтики нет, не было и, чувствую, не будет. Вот так вот.
А у меня снова та же проблема, что и месяц назад.
Поиски работы.
А так же выплата кредита.
Любой согласится, здесь любовью и не пахнет. Разве что ко сну.

***
На работу пришла чуть позже, чем планировала. Решила купить всем работникам по сувениру на память.
Ничего ужасно дорогого.
Лишь ленточки и подвесочки со словами, что больше всего подходят тому или иному человеку. На работе всем всё раздала.
Только один человек не взял мой презент, с отвращением сказав, что от меня ему ничего не нужно.
Как ни странно, это был Яотинг.
Честно говоря, его уже успела внести в список своих товарищей, а тут такое.
Впрочем, вывод из этой работы я прекрасно помнила: не надейся на что-то хорошее и будет проще.
Вот и не удивилась такому повороту. Нет, ну, какая мне теперь разница, что обо мне тут думают?
В последний-то день.
От Туен я еще узнала, что всё та же неизвестная мне Хонгчау много чего про меня разболтала из личного дела.
В том числе и про место моего проживания. А вот последовавшее за этим меня удивило. Во-первых, никто на меня косо не смотрел (кроме Яотинга), а во-вторых, этой таинственной Хонгчау объявили выговор и вычли деньги из зарплаты.
Решили из себя добреньких построить? Впрочем, пофиг.
Я, наконец-то, закончила собирать вещи в кабинете, проветренном какой-то доброй душой. Всё это время телефон лежал спокойно и никого не трогал.
Вот только я помню, что мне вчера, вроде как, писали. Потому, решила, что последний раз попью здесь кофе и начала читать.
Чанбин :
«Нуна, нам сказали, что у вас неприятности. Мы идём.»
Минхо:
«Я очень надеюсь, что с тобой всё хорошо, и ты просто отдыхаешь, а не игнорируешь нас». «Выздоравливай!».
Лидер Бан:
«Давайте все вместе завтра соберемся часам к трём и отпразднуем?»
«Насчёт Феликса . Ему лучше и уже последний час он трещит, не переставая»
«Нари-чаги?»
Нет. Ну это конечно мило.
Чаги назвал, а сам предлагает отпраздновать то, что я ухожу.
Красавчик, а?! Д
а и вообще, мы не настолько близки, чтобы я была для него чаги. Пусть идет, куда хочет. Так. Стоп. Как говорит бабушка:
"Уходить надо красиво".
Я:
«Где и как вы хотите это отпраздновать?»
Лидер Бан:
«Со вчера у нас осталась половинка торта, так что это не вариант. Думаем пойти в кафе, в которое ты нас не пускала.»
«Сегодня после хореографии можно, думаю.»
Ах, да, у них же сегодня тренировка. Наверное, они сейчас в зале.
Нет, конечно, место неплохое. Я там ела уже, пока их не было.
Но, Чан, чтобы так открыто говорить, что «мы идем туда, куда ты нас не пускала, праздновать, что ты уходишь, причем вместе с тобой» это, судя по рассказам его визажиста, действительно
Чан-стайл.
Я:
«Мне без разницы. Во сколько за вами заходить? Или вы сами пойдёте?»
Лидер Бан:
«Парни говорят, что придут сами.»
Я:
«Хорошо. Там и встретимся.»
«Пока, Чан-оппа.»
Намеренно так написала. Я его никогда не называла вслух сценическим именем, а так же оппой.
Это что-то вроде ответки в сторону «чаги». До этого «светлого» момента: встречи с людьми, собственноручно заставившими меня подписать документы на увольнение, оставалось совсем немного.
Это учитывая, что в кафе я приду раньше них. Кстати, нужно бы и парням сувенирчики от себя подарить.
Тоже ничего необычного, только то, что им точно пригодится.
Маски. Потому, положив грязную чашку из-под кофе в коробку, я направилась к выходу.
Да, сегодня всё складывается, как нельзя лучше. И я даже сейчас не понимаю, сарказм это или нет. Напрягает.
Вот, хорошо было бы сегодня надеть то платье, а не вчера. Праздник, как-никак.

***
Кафетерий встретил меня неожиданностью.
Я, думая, что парни только вышли из зала, шла не торопясь.
Заняла столик побольше, заказала кофе, вытащила телефон, набрала номер потенциально будущей работы.
Как раз уточняла время собеседования, когда у меня из рук кто-то выхватил телефон и очень грубо сказал в трубку, что я передумала.
Нет, представьте: сидите вы, ждете людей, которые фактически вас уволили, говорите по телефону, договариваетесь с будущим работодателем, а тут эти самые люди выхватывают у вас телефон, что-то туда орут и смотрят на вас такими глазами, будто вы, самое меньшее, предали страну!
—Ты что, уходишь от нас? — очень тихо спросил Чонин, глядя на меня глазами вымокшего под дождем котёнка.
—А разве нет? Вы же сами дали мне те бумаги, — зло оглядела парней и заметила за их спинами двух менеджеров.
— Зачем вы выключили телефон? Мне теперь перед ним ещё и извиняться. И не факт, что он меня выслушает.
—Помощница Мин, о чем вы? — непонимающе приблизился Седжин, а потом, взглянув на меня, вдруг предложил:
— Давайте выйдем. А я кто, чтобы сопротивляться? Тем более, чувствую, действительно нужно поговорить.
—Видимо, произошло небольшое недоразумение... — осторожно начал Седжин, поглядывая на напряженно наблюдающих за нами через окно кафе парней.
— Вы решили, что вас уволили?
—Да. А разве нет? Вы же мне еще и с зарплаты «максимальную сумму» сняли из-за происшествия, — резко начала я.
Да, а что? Имею право! Он мне никто! Уже без разницы.
—Менеджер Седжин, я вообще не ожидала ничего из того, что произошло за последние сутки.
—Подождите, подождите. С чего вы вообще решили, что это был документ на увольнение?
—Что?
—Это был контракт на год.
—А? А... остальное?
—Одна бумага, как обычно, подтверждение того, что вы согласны на такую сумму. А вторая... как раз таки со счета Хонгчау и было вычтено, а вы подписывались, как пострадавшая. Помощница Мин, вы меня удивляете!
—А второй менеджер? Мне сообщили, что он пришел на мое место.
—Идиотизм, — тяжело вздохнул менеджер, поправляя очки.
—Так я теперь здесь на год?
—Конечно. Никто и не думал вас увольнять. Вы чуть ли ни единственная, кто выжил с Стреями. А насчет нового менеджера... это просто я уже не успеваю. Мы с ним разделили обязанности.
—Ясно. Теперь чувствую себя виноватой.
—Ничего. Вас тоже можно понять.
—Можно последний вопрос?
—М?
—Кто такая Хонгчау?
Менеджер Седжин, не сдержавшись, рассмеялся. Как оказалось, так звали ту самую любопытную секретаршу.
Идиотизм и только. Не знать её имени мне не стыдно. Стыдно тут же забыть имя нового менеджера.
В итоге.
Решила отдышаться от новых, очень приятных и радостных, но не менее неожиданных новостей. Мда, именно в это время в меня вселился пессимист.
Вышла подышать свежим воздухом, обрадовать бабушку и пока позволить парням самим выбрать, что они хотят поесть.
Хах, а я ведь реально со всеми чуть ли не со слезами на глазах прощалась.
Ну, зато теперь поняла, на сколько мне здесь было хорошо. Или не хорошо, а просто я привыкла?
Ай, ладно, без разницы. Я теперь отсюда не уйду до конца года.

***
Когда рассказала бабушке о такой прекрасной новости, не забыв упомянуть, что мне ещё и доплатят, и зарплату немного поднимут... та пришла в полный восторг.
Сразу же надавала мне кучу поручений относительно покупок. Пообещав купить всё заказанное, как только освобожусь, я отключилась.
Так, режим экономии снят, что радует. А теперь представьте такую картину: я захожу в кафе, а на меня из глубины зала смотрят чёрные маски, изображающие кошачьи мордочки, с длинными усами и приплюснутыми носиками.
Глаза семи парней прищурены в улыбке. Вот только некоторые прищуры меня, не просто напрягли, а можно даже сказать, испугали.
Такое ощущение, что это не маска, а намордник. Ощущение, будто меня сейчас заживо сожрут. И, судя по всему, от обиды.
Я, наверное, их понимаю, и даже виновато опустила бы голову, вот только... настроение светиться лампочкой, заряжать всех и смеяться от того, как парни смотрятся в этом кафе с масками.
А в особенности двое менеджеров по бокам. Новенький отчаянно пытается делать вид, что так и надо, а Седжин откровенно ржет, сожалея, что это нельзя заснять.
А потом добавляет, что за такие масочки, меня фанаты расцеловать должны. А я тоже откровенно смеюсь с такой картины.
—Одинокая женщина пришла покормить своих котов, — фыркнула я, усаживаясь на свободное место.
Тишина - видимо, намеренно сделали из себя статуи, стараясь не двигаться. Просто глядели в одну точку.
Предположительно на вход в кафе. Но эта игра закончилась ровно через 5 секунд после того, как я произнесла свою реплику.
Первым не выдержал Минхо и, в голос заржав, начал издавать неподдающиеся описанию звуки, хлопать в ладоши и пальцем указывать на до сих пор не пошевелившегося Хёнджина .
Танцор даже от смеха завалился на соседа справа, коим оказался Феликс.
От завалившегося на него хёна парень тоже начал хихикать, а дальше всё пошло по цепочке. Вот только ржали, чувствую, они не от моей шутки, а с Хёнджина , все ещё указывая на него пальцем. А тот, отморозившись, с полным покерфейсом выбирал что-то в меню. Хм, если шутить, так по-крупному?
—Кис, кис, — шипящим голосом произнесла я, поскребя ноготками по столику.
И знаете что?! Хёнджин обернулся и так спокойно смотрит мне в глаза, будто спрашивая: "Ну что?"
А я теперь и не знаю, что делать: затыкать остальных парней, чтобы посетителей в кафе не пугали или с ними в истерическом припадке забиться.
—Хёнджин-и хочешь, чтоб за ушком почесали? — ржёт скрипящим голосом Чанбин и ещё больше заливается смехом. А Хван лишь пожимает плечами и возвращается к меню.
—Пока не покормят, ластиться не буду. Всё. Это конец. Помираю! Скорую мне!
—Имей совесть! — смеюсь я, имея в виду, что только вошла, а уже хочется подышать свежим воздухом.
—Секунду, — произносит Хван, и сдвинув Феликса с места рядом со мной со словами "свали", усаживается очень близко, выжидательно смотрит на меня.
А я флешбеки ловлю. Где же я это видела... Некоторое время мы молчали, глядя друг другу в глаза.
Насколько я поняла, остальные, притихнув, наблюдали за нами, и только Феликс потирал ушибленную попу, по которой получил пинок.
И сама не поняла, что происходит, когда начала осторожно гладить Хвана за ухом.
Всё будто в тумане, а я не соображаю, что делаю и с кем делаю. Про то, что вообще это делаю, и вовсе лучше промолчу.
И всё это время смотрим друг другу в глаза. У Хёнджина глаза красиво блестят, будто он и правда кот, которого наконец приласкали. Будто долго об этом мечтал. А у меня между пальцев его серьга блестит, мешает нормально чесать.
—Нифига себе, — нарушил тишину... кто-то.
Я так и не смогла понять, кто это был. Не обратила внимания, голова была совершенно другим забита.
Туманом, усыпляющим и дурманящим. И мне снова показалось, что я и сама долго хотела погладить парня по голове.
Спасибо этому голосу. Я хоть как-то пришла в себя и наконец-то убрала руку.
Хёнджин тоже словно только очнулся, удивленно расширив глаза. Буквально на несколько мгновений, но я успела заметить.
В этот момент, чтобы как-то сгладить обстановку, говорю:
—Кто следующий? А дальше пошла жара. Парни всерьез начали играть в "камень, ножницы, бумага", изредка с опаской поглядывая на Хвана, который снова спокойно что-то печатал в телефоне.
Однако после того, как парни закончили, они вдруг резко передумали, решив, что пора заказывать еду.
Одной беседой сыт не будешь, верно? Вот только рука до сих пор чувствовала длинные волосы Хвана и его кожу.
Не знаю, как это описать.
Я делала вид, что уже и забыла об этом, даже шутить начала, но всё обернулось так, что всё-же высказала ту вчерашнюю обиду.
Те недомолвки.
Парни долго возмущались, не понимая, как я могла о них такое подумать. Да, мне больше не хочется строить суровую помощницу, которой только деньги и нужны, не настолько зациклена на этом.
Наверное, плохо, что их всех воспринимаю уже, как товарищей, но... а как ещё-то? И они меня спасали и я их.
Кстати, сегодня была новая попытка макнэ-лайна извиниться.
На этот раз почти попали в цель, но я все равно отказала.
Сказала, что им ещё подумать нужно. Еда была вкусная, настроение хорошее, а время летело незаметно.
Минхо  уже порывался выйти на улицу за приключениями, но менеджер его успел "обрадовать" новостями на будущую неделю. "Обрадовался" не только Минхо, но и большая часть коллектива.
В том числе и я.
Начну с самого неприятного для парней, а закончу уже своим. В общем, они поедут снимать какое-то новое шоу в парк аттракционов. На вопрос, что тут ужасного, получила полные боли взгляды.
Их ЗАСТАВЯТ кататься на самых страшных аттракционах в этом парке, чтобы зрители могли посмотреть на то, как они на эти покатушки отреагируют.
-- Ничего нового, — ядовито прокомментировал Чанбин.
Парней мне было очень жалко, но после второй новости стало жалко ещё и себя.
Мы.
Летим.
В Японию.
Чтобы было понятно, я до трясучки боюсь самолетов в общем и полетов на них в частности. Что поделать, детская травма.
Мой отец погиб в авиакатастрофе, поэтому я, узнав, что придётся лететь, начала заранее представлять, какой по мне напишут некролог. Вот мама, она летать не боится несмотря ни на что.
А я... Все наши редкие совместные поездки были или на поезде, или в машине.
Я в жизни не летала и летать не планировала. Но... это работа.
Потом, когда глянула, сколько нам придется лететь и вовсе выпала в осадок. Два с половиной часа!
Я не доживу до конца полета! А лучше вообще помру сразу в аэропорту.
Но делать нечего, я обязана туда лететь и это не обсуждается.
Как это узнала?
Во-первых, это логично, во-вторых, я чуть ли не умоляла менеджера оставить меня дома. Фигушки вам, как говорится.
Едем мы туда на неделю. У них будет запись новой песни, съёмка клипа, кавер на старую песню, а еще камбек.
Как они все это успеют за неделю?
Понятия не имею.
Времени на отдых явно не будет, потому им дают такой прекрасный шанс отдохнуть в парке аттракционов.
Настроение у большинства ухудшилось, но мы продолжили болтать, пока не решили, что пора возвращаться в общежитие. И тогда я поняла, как же наелась! Очень давно не чувствовала такой тяжести в животе.
—Кстати, мальчики, — обратилась я к парням, пока те шли впереди, а я с менеджерами сзади, наблюдая за детскими играми младших бантанов и заслушиваясь матами двух старших.
Они серьезно думают, что их не слышно? Насчет второго менеджера, имя его я узнала - Чон Зиан. Честно говоря, присутствие парня меня до сих пор напрягало.
Иногда даже своими подколами раздражал, но что поделать. Мне с ним работать еще ого-го сколько! Если кого-то из нас не уволят.
—STRAY KIDS ! — уже более громко крикнула я, а Зиан захихикал.
Ой, ну пусть и дальше смеется. Мне очень хочется кое-что узнать у Стреев.
Желательно, чтобы они это сами сказали, а не менеджеры мне подсказали. Парни остановились и с немым вопросом на всё ещё кошачьих мордочках посмотрели на меня.
— Один вопрос хочу задать, мои дорогие. Кто у меня телефончик из рук вырвал, когда я договаривалась по поводу новой работы?
Парни смущенно переглянулись, но своего не выдали.
—Я хочу знать, кто такой воспитанный. Делать ничего не буду, обещаю, — говорила как можно мягче, чтобы не испугать парней. Ага, конечно, всё равно испугала.
—Когда так говорят, то точно что-то будут делать! — выкрикнул Чонин и тут же вжал голову в шею.
—Я что, бить вас буду, что ли?
—По-моему, это как раз в Вашем стиле, — подал голос Зиан, хитро глядя на парней.
Те ещё больше головы в шеи вжали, последовав примеру Чонина.
—Нет, серьезно, — сквозь зубы выдохнула, даже не поворачиваясь к менеджеру.
А после снова подняла глаза на мемберов. Даже Хёнджин взгляд не поднимает, хотя и не прячет специально.
— Ладно фиг с вами, потом аукнется. На совести у вас останется.
Но парни всё равно не выдохнули. Да что такое? Не поверю, что это я их напугала.

***
Разошлись мы, когда уже начало темнеть. То есть ещё не было поздно и я могла спокойно сходить в магазин за тем, что заказывала моя бабушка.
Вот только по дороге снова почувствовала чей-то жгущий спину взгляд, действующий мне на нервы. Баллончика-то нет.
Не впервые я чувствовала чье-то пристальное к себе внимание, причем это чувство появлялось исключительно тогда, когда я уходила от бантанов.
Словно кто-то за мной следил. Плюнула на все и решила не ходить в магазин.
Кто знает, что по дороге туда может случиться. Хотя по выходу из автобуса я больше не чувствовала сверлящего спину взгляда, а внутри всё дрожало от напряжения.
Неизвестность меня всегда пугала. В голове крутилось множество предположений, одно страшнее другого!
Завтра едем в парк.
Парни, держитесь.
Я догадываюсь, что вы уже выяснили, что будет происходить на аттракционах и теперь ещё больше страшитесь.
Высоты не боюсь, пауков не боюсь, мышей не боюсь, самолетов да собак избегать пытаюсь, вот только они меня настигли.
Так теперь еще и "тень" за мной ходит.
Мне даже в один момент показалось, что я слышала шаги!
Все. Это конец моей нервной системы.

***
Встала пораньше, приняла бодрящий душ. Настроение на удивление было хорошим.
Я предвкушала что-то интересное.
Конечно, ведь не мне на аттракционы лезть! Сегодня должно быть тепло и солнечно.
Очки я так и не вернула, поэтому они и сегодня обещали стать моими лучшими друзьями. Насчет одежды морочить голову не стала - сегодня настолько тепло, что надела шорты и футболку.

Волосы убрала в пучок.
В общежитии, когда я туда приехала, не спали только Чонин и Сынмин, с предвкушением готовящиеся к походу в парк.
Словно на праздник собирался, ей богу. Остальные отсыпались.
То ли и правда не выспались, то ли от приближающегося открывать глаза не хотели. Пришлось к каждому подходить и будить.
То, что я приготовила, некоторые даже есть не стали, мол, всё равно назад всё вернется. Поэтому я взяла побольше денег им на еду. Захотят, как миленькие, но позже.
За нами приехал автобус для того, чтобы туда поместились не только все мемберы, но и операторы с менеджерами.
Пока парни снимали приветствие, я, наконец-то, смогла выдохнуть.
Всё же проследить, чтобы с парнями всё было хорошо, довольно трудно.
В особенности, если они чего-то боятся. Скажу так, не боялись только Хёнджин и Чонин, а остальные заметно нервничали.
Меня бы тоже напрягало.
На всякий случай проверила лежащую в сумке аптечку с нашатырем и остальным.
Будем надеяться, что это всё не пригодится. В поездке всё было достаточно спокойно, если не считать, что я постоянно оборачивалась на парней, так как они неизвестно из-за чего хихикали.
Свалила всё на нервы и продолжила строить планы.
Через день мы летим в Японию.
Мне, как минимум, вещи собрать нужно. Как только выбрались из автобуса, мне стало ещё жальче парней.
Даже с парковки были видны высокие горки, а в глазах мемберов от этого гасла жизнь.
Ну, или наоборот, желание выжить. Нет, ну серьезно!
Одно дело - ты добровольно за адреналинчиком пришел, а вот так, как сейчас... это просто нечестно!
Только один Чонин скакал везде и тут же начал клянчить мороженое или еще что-нибудь вкусненькое.
Ещё один храбрец просто шел молча впереди, но 100% прислушивался к разговорам, когда тема заходила про еду.
Мда, как кот, честное слово.
Блин! Я поняла, на кого он похож!
Рыжий мой!
Вот кто!
Господи, это так странно.
Я даже думать об этом не могу.
Ясное дело, из меня все же вытрясли деньги на еду, как и ожидала.
Хоть немного разрядили обстановку.
Минхо хоть и держался, но я видела - если он не в предсмертное состояние впадет, то в обморок упадет точно.
За камерами всех поддерживающе гладила по спинам и плечам, трепала по волосам и вообще утешала, как могла.
Короче, носилась, как мамочка со своими детишками.
Чан правильно говорил, и его слова я повторяла всем.
Главное, пристегнуть ремни безопасности. До вас тут много людей катались и с ними ничего не случилось.
Но Минхо всё равно рвался к детской карусели, повторяя, что именно это его уровень.
Выглядело это, как шутка, вот только... в каждой шутке есть доля правды. В очередной раз гладила парня вдоль позвоночника, и вроде ему помогало.
Хоть чуть-чуть.
Эх, в самолете мне никто так не посочувствует. Главным нельзя показывать свои слабости, как бы ни хотелось.
О да, я на тему самолетов теперь буду еще долго говорить...
Вернемся к успокоению мемберов.
Хоть Хёнджин и выглядел спокойным, словно удав, со временем с его стороны тоже начало чувствоваться напряжение.
На каждую камеру он говорил, что сможет и так далее. Вот только ко мне за поддержкой не подходил.
Все это уже по несколько раз сделали, даже Чонин подсаживался, но скорее просто так.
Я не каждый день к ним так добра и нежна. Честно, сама себе удивлялась, но продолжала делать.
После каждого аттракциона вокруг собирались все и рассказывали свои впечатления. Ясное дело, после камер.
После первого аттракциона всё несколько поменялось.
Младшие почувствовали вкус полета и теперь уже сами рвались в небо, а вот про старших такого сказать не могу.
В один момент Минхо на несколько секунд отключился, когда они всё ещё были на аттракционе.
Это было прекрасно видно на камере.
Чан с Чанбином продолжали доказывать свою храбрость, а Хёнджин просто улегся на скамейку, сославшись на то, что не выспался.
Его не снимали, поэтому я могла спокойно присесть рядом и спросить, нужна ли ему помощь.
Мне ответили, что нет, и вообще послали к Минхо. Вот только перед Минхо носились мемберы, камеры и менеджеры, а тут была тень и хорошо.
—Ты, конечно, умно поступил... надел самую черную одежду из всего, что у тебя есть, — пробурчала я, усаживаясь на край лавочки и доставая воду.
Пить хотелось неимоверно.
Плюс ко всему я нервничала за парней.
— Я в шортах, — отозвался Хван, продолжая лежать, вот только заметила, что он чуть-чуть подвинулся, когда я садилась.
Место уступил. Хотя все равно касалась ногой его волос.
—Всё равно жарко должно быть.
—Мы с ветерком катаемся. Чувствую, сейчас на горочку побольше пойдем.
—Держитесь главное. У каждого свои страхи же. —О да, и именно поэтому нас посылают сюда. Чтоб некоторые поборолись.
—Не красиво это, но так у всех. Может, я с вами тоже со своим страхом бороться буду.
—Собаки?
—Типа того. Ладно, пошли, вас созывают. Следующая горка была самой быстрой и высокой в этом парке.
Жестоко.
Мы уже стояли возле самого входа, прошли всю очередь и только тогда увидели, КАК быстро поехали вагонетки.
Я их только мельком заметила. Вот только остальные это очень хорошо рассмотрели, и Хан с криками "мамочкиии" побежал в противоположную сторону от входа на аттракцион.
Минхо ухватился за поручни, чтобы не грохнуться, а Чанбин , наконец, признался, что ему пипец страшно.
Господи, чувствую, тут не только Минхо нашатырь будет нужен.
Вот тогда Хёнджин и пришёл ко мне.
Просто подошел и продолжил с нервной улыбкой смотреть на то место, где минуту назад проехала вагонетка.
Я аккуратненько погладила его по спине прямо перед посадкой и пожелала всем удачи.
Все послали меня.
Хором.
Спустя минуту парни вернулись.
Я заметила, что некоторые из них пошатываются, заметила Хана, что-то вещающего на камеру.
Заметила Минхо, пятящегося от аттракциона. Все бледные, кроме Чонина.
Этот малец предложил и мне с менеджерами прокатиться, мол, очень круто и весело. Отказалась.
А вот новенький согласился из солидарности, мол не только мемберам мучиться.
Приятно было видеть, как злорадно парни провожали взглядами взбирающуюся вверх вагонетку... будто радовались, что за них сейчас отомстят.
А на следующий аттракцион затащили уже и меня с Седжином.
Высоты я не боюсь, скорости тоже, сомневаюсь, что там будут собаки.
Отпираться не стала. Села вместе с менеджером позади парней.
Сердце забилось, а ручки вспотели. Ладно, всё будет в норме.
Главное пристегнуться.
И мы поехали.
Сначала непривычная скорость. Совершенно внезапная, а потом чувство того, что тебя прибивает к креслу и ты все равно летишь. Помнится, я даже не кричала.
Просто смотрела по сторонам и вперёд. Красиво, да, но осознание того, что тебя от падение спасает только крепление... так себе чувство.
—Нуна, нуна, ну как? — выжидающе посмотрел на меня Хан, так как находились мы рядом и выползли одновременно.
—Больше меня не зовите. Один разок можно, но не более. Вас жалеть не перестану. Осторожно! — Хан споткнулся обо что-то и чуть не полетел лицом в асфальт, пока мы спускались к лавочкам.
Я успела его придержать.
— Ноги заплетаются, м?
—...есть такое, — тихо отозвался пацан, выпрямляясь и продолжая идти, периодически оборачиваясь, чтобы проверить, идут ли за нами остальные.
Следующим и последним аттракционом был полет на верёвке.
Хорошей веревке, со всеми нужными креплениями. Вот только это не успокаивало Минхо, так же как и ободряющее «ты уже и не на таком прокатился» от Хёнджина .

***
После полета сразу в автобус, и спатки. Парни и правда вырубились, как только расселись по своим местам. Все кроме Феликса , он залипал на какой-то видосик по изучению корейскова языка.
Я не сдержалась и сфотографировала их.

Уж больно мило они выглядели во сне. Обратный путь занял у нас часа два.
За это время я пересмотрела все свои планы, всё проверила и сошлась на том, что после Японии совершенно на другую поездку мне точно понадобится купальник.
Мне главное пережить свой первый полет... Перед уходом закинула в супер-крутую стиралку последнюю порцию барахла, взяла с крутящегося рядом Чонина слово, что он присмотрит... и всё. Работа закончилась.
Ох, еще немного и я привыкну приходить домой, когда солнце светит.
Решила еще в магазин зайти. Лучше купить в любом случае.
В одной футболке и белье там гулять не хочется. Выбрала самый простой, чёрный. (слитный, мам?)

Я уж было надеялась, что сегодня за мной не пойдут, ведь раньше ушла.
Но нет. Присутствие было.
Это точно.
Нет, я скоро свихнусь. Несколько раз оборачивалась, оглядывала всё вокруг, вот только никого не находила.
Страшно становилось не на шутку. Вдруг он отслеживает, а потом... сделает что-нибудь.
И самое ужасное, не могла поменять маршрут. Я тогда вообще не смогу до дома доехать.

***
А дома меня встретила бабушка, которая узнав, что я уезжаю, ничего, кроме как «хоть отдохну», не сказала.
Вот же!
Аж обидно стало.
Хотя бабушка на все 100% знает, как отношусь к самолетам.
Я бы лучше на лодке добралась туда, чем два с половиной часа в... этом.
Но пришлось смотреть прогноз погоды и готовиться.
Говорили, что будет тепло, но по правилам, которые в меня вложила мама, когда во время её редких отпусков мы ездили с ней в разные места, одежду «на всякий» брать надо.
Решила взять несколько обычных наборов и по одному платью и костюму (на всякий случай). И конечно же купальник.

У меня получился небольшой чемодан.

В основном там была не одежда, а всё то, чего на месте могло не оказаться.

***
Следующий день прошел в сборах парней, а так же повторении хореографии.
Хореограф, кстати, с нами едет.
Чувствую, из стаффа и мемберов и получится целый самолет.
Нас очень много.
Насчет того, где я живу и так далее, никто тему так и не поднимал.
Парням не говорили, иначе бы отношение ко мне изменилось по-любому.
Даже не хочу думать в какую сторону. В аэропорт мы должны были приехать на рассвете, потому ночевать я решила в агентстве, предусмотрительно захватив с собой чемоданчик.
Потому места в кабинете стало еще меньше. После того, как все собрали сумки и парни были предоставлены сами себе, то есть попадали спать, я благополучно свалила к моему сегодняшнему ночлегу. (Надеюсь, что не последнему).
И как обычно (ужасное) чувство, что за мной следят, преследовало меня до самого агентства. Ох, этот ужасный холод по спине и будто иголки по всему телу.
Хочется побыстрее избавиться от этого чувства, вот только оно тебя покидать не хочет.
Я уже всерьез подумываю подойти хотя бы к Туен-онни и рассказать об этом.
Тихонько забрала ключи у охраны и направилась к кабинету.
Бабушке звонить смысла нет, она и так знает, что я тут ночую.
Уже привычно заварила рамен и кофе. О, тут печеньки остались, кстати.
Ну, те, которые принес Хёнджин .
Вкусные заразы, и я хихикала, представляя себе картину, как Хёнджин воровал это печенье у Феликса.
Это должно было выглядеть смешно. Сидя за компьютером, просматривала информацию о предстоящей поездке.
Услышала подозрительный шорох. В голове почему-то сразу возникла мысль, что за мной пришел тот «следящий», но потом я вспомнила, что внизу у нас охрана.
По коридору скользящей походкой шёл Хёнджин .
Быстро шёл. Видимо, несся в студию, потому что в том направлении только она и была. Сомневаюсь, что Хёнджин в агентство пойдет только для того, чтобы в женский туалет заглянуть.
В час ночи-то.
Сначала решила, что не буду его беспокоить, но потом... в общем, уже минут через десять я стояла у двери студии с двумя кружками кофе в руках.
Круто.
Ну не могла его оставить без живительного напитка, точно зная, как он ему сейчас нужен. Постучала носком кроссовка в дверь, так как руки были заняты.
Послышалось тихое шебуршание и мне открыли. Хёнджин не был удивлен, что я здесь.
—Опять вдохновение приперло? — улыбнулась я, протягивая кружку.
Хёнджин её принял и впустил меня внутрь.
В студии у них бывала, потому спокойно уселась на диванчик возле рабочий зоны.
Компьютер был включен, что-то там писалось, сбоку от стола стоял.. синтезатор?
Я в этом не разбираюсь, но вроде это он.
—Когда шел сюда, да. Вдохновение было, но сейчас куда-то уплыло, — пожаловался парень, усаживаясь в рабочее кресло.
Да на нем спать можно! Насколько я помню, таким частенько промышлял Чонин, когда они писали музыку для альбома.
Это кресло вроде можно перевести в лежачее положение, если не ошибаюсь.
—Поспи тогда. Выезжаем мы часа через четыре. Тебе хватит. Плюс в самолете поспишь, — попыталась я.
—А ты где спать будешь? Опять на полу? «Ага» – хотела сказать я, но одернула себя.
—Я не хочу спать, так что просто посижу у себя. За четыре часа можно многое сделать.
—Тогда и я многое сделаю.
Так.
Разговор пришёл в тупик. Придётся идти на уступки.
—Хёнджин, давай ты всё-таки поспишь? Ну сколько можно, а? Синяки под глазами тональником закрашивать? Столько не спать для здоровья вредно, так что, пожалуйста.
—Тоже самое и к тебе относится.
—Ладно, я тогда тоже спать буду, — что только не сделаешь ради здоровья мемберов.
Я и правда не могу глаз сомкнуть. Из-за страха, что время ускорится и уже буду в самолете и...там что-то случится.
—Отлично. Тогда ты на диване, а я в этом кресле.
—С чего бы это?
—Незачем на полу спать, если есть место получше.
—Тогда ты на диване.
—Мне на нём неудобно. Ты меньше, должно быть нормально.
—А в кресле что?
—Я его уже пригрел и готов прямо сейчас уснуть. —Ладно. Я за пледом.
Ясное дело, что не для себя. Пока я ходила за пледом на диване материализовались две подушки.
Одна обычная, другая на игрушку похожа.
На того медведя с красными щеками. Хёнджин спокойно переехал со стулом в угол студии и прикрыл глаза.
Я тихонько подошла, взяла нормальную подушку и попыталась подложить под голову парню.
Ага, конечно. Сопротивляется, зараза.
По лицу не видно, но он намеренно голову удерживает, чтобы я ее поднять не могла.
Ну ничего, война ещё не закончена. Осторожно накрыла парня своим пледом.
Ха!
Что теперь делать будешь, м?
Довольная собой, выключила свет в студии и улеглась на диван.
Как только закрыла глаза, провалилась в неспокойный сон.
Не помню, что снилось, но помню, что было страшно.

                                              ***
Проснулась я от щелчков мышки и тусклого света в студии. Не выспалась, только измучилась, так еще и этот хрен не спит!
Сразу после этого я поняла, что закутана в свой же плед и разозлилась.
—Хёнджин , — позвала его я.
Нет, ну надо же! Я ему помогаю, забочусь, а он мне все это возвращает, будто ему это всё и не надо!
Будто я не должна выполнять долг помощницы! Будто не должна о нем заботиться! Готова рычать, но снаружи есть только спокойный и ровный голос.
—Хёнджин , — еще раз позвала я парня. Ноль внимания, фунт презрения.
Только потом заметила, что парень в наушниках.
Картинку конечно портить не хочется, красиво. Свет хорошо очерчивает профиль и оттеняет цвет волос.
Красиво, да.
Но надо с парнем... поговорить. Решила, что лучше всего будет подойти сзади и нажать на плечи, чтобы он, если что, мне не заехал. Рефлексы они такие.
Встала с дивана и почувствовала, как застонали суставы.
Ужас! Бабушка старая!
Как и планировала, аккуратно подошла сзади, не отпуская злобные мысли о том, чтобы напугать парня. Сдерживаюсь.
А в голове всё равно план назревает. А всё из-за чего? Он мою заботу не принимает! Хоть на аттракционах, хоть где! Обидно! И неприятно.
—Хван-Хван, — очень мягко обратилась я к парню, медленно снимая с него наушники.
— Расскажи мне, дорогой ты мой, почему ты все это делаешь? — а парень, как смотрел в одну точку на мониторе, так и продолжает на нее смотреть. Даже не двигается!
— Мне, между прочим, обидно, что мою заботу не принимают, не слушаются, может, даже и не слышат, — сделала толстый намек на то, что он всё ещё не двигается.
Все это время я намеренно очень мягко разминала парню плечи.
С самого детства у меня такая особенность, думаю не у меня одной, каждый раз, когда очень сильно злюсь, обижаюсь или прихожу в ярость, намеренно заставляю становиться себя нежной и милой. Так намного проще сдерживать порывы. Вот и сейчас происходит то же самое.
Внутри всё кипит, а снаружи одуванчик очень мягко разговаривает и делает что-то вроде массажа "попаданцу года".
Он наконец поворачивается ко мне лицом, и теперь уже я застываю.
Уже без понятия, что говорить и как себя вести. Но быстро прихожу в себя, мысленно отвесив себе затрещину, чтобы легче было.
На меня смотрят лисьи глаза, на дне которых виднеется непонимание и что-то еще. Что именно, понять не могу, оно на второй план ушло.
—Говоришь, не принимаю? — голос с легкой хрипотой был очень тихим, но вкрадчивым.
Нет, парень не шипел или что-то вроде того, просто сама интонация давала понять, что я в корне не права.
— Наоборот, я всем плачу той же монетой, что и они.
Вот теперь я уже молчала и смотрела. До этого хотя бы мысленные пинки помогали, сейчас – ничего.
Не понимаю, что в этих словах так меня поразило, но мне теперь приходится быстро собирать себя в кучку. Злости будто никогда и не было. Пусто. А что мне говорить? Не помню такой лекции в университете.
Тишина затянулась. Нет, нужно хотя бы что-то из себя выдавить.
—Прости, — получилось как-то приглушенно, но, уверена, было прекрасно слышно. Тема, нужно перевести тему, хотя... чуть-чуть позже.
— Просто в следующий раз и мне дай немного позаботиться. Я теперь даже не знаю, спал ли ты или специально прикинулся.
—Спал, буквально полчаса назад встал, так что всё нормально.
—Сколько сейчас?—указала взглядом на монитор компьютера.
Когда Хёнджин ко мне повернулся, между нами почти не осталось расстояния. Я была буквально зажата между диваном и коленями Хвана.
—Через полчаса выходим.
—Ладно, пойду приберусь, — сообщила я и, схватив чашки с пледом, убежала к себе в кабинет.
Нужно всё это убрать, переодеться, да и вообще привести себя в порядок.

Сказали, что лучше не выделяться в толпе, потому простые джинсы и та самая толстовка, в которой я в первый день пришла на работу. Господи, надеюсь, в этом меня не похоронят. Когда только проснулась, не думала о полете, но спустя какое-то время, особенно при виде своего черного чемоданчика... сердце больно закололо. Ох, как жаль, что алкоголь нельзя... как и успокоительного.
Соображать вообще перестану. Хотя, может, мне это и надо?
Нет, варёная буду. Вот как долетим (если долетим), так сразу стопочку, а то и бокальчик чего покрепче.
Главное - выжить.
И в толпе фанатов выжить, и в самолете выжить... да что это за игра такая на выживание?!
Тогда... а можно мне "+1000 к непониманию происходящего"?
Ых...
Удачи нам всем!