Эпилог
«Вместе навсегда, чтобы не случилось!» — таким стал их девиз.
Смогут ли они придерживаться этого правила? Лишь знает время.
Камилла и Доминик провели день вместе, наверно говорили обо всем впервые, звонили в Нью-Йорк, говорили с Бенджамином и матерью Камиллы, с детьми, все были довольны узнать новость, что эта пара наконец помирилась.
Казалось больше не было никаких тайн, но в течении дня, Камилла замечала, как Доминик часто проверяет свою почту, уходил в дальнюю комнату и подолгу что-то печатал на ноутбуке. А после возвращался как ни в чем не бывало. На её вопросы, он отшучивался.
Не выдержав, когда он шёл туда в очередной раз, Камилла последовала за ним, а он заметив её тут же закрыл крышку.
— Что там? — С нарастающей тревогой задала вопрос.
— Ничего, просто работа.
У неё появились сомнения.
Минуя его, Доминик сидел в специальном кресле и подошла к столику, где ноутбук лежал под включённой лампой.
Свет в эту комнату не падал, за счёт того, что находилась на северной стороне дома, а одно единственное окно, закрывали жалюзи.
Доминик потянулся к ней, пытаясь предотвратить подглядывание за его делами, но она успела открыть и увидела, как её муж переписывался с каким-то людьми связанными с Оуэном.
Перевела свой взгляд на него и посмотрела с упрёком.
— Ник, прошло очень мало времени с того вечера, как тебя ранили, а ты все ещё лезешь в опасные дела?!
Он нервно улыбнулся, притягивая её к себе.
Взяв её за бреда, посадил себе на колени, лицом к себе.
Легонько сжал их ладонями, глядя в её зелень, таких родных глаз.
Доминик понял насколько сильны его чувства к этому человеку, ни ранее, ни после, он никого так не любил и не желал, как желал её.
— Малыш, нам нужны деньги, не забывай, у нас двое детей, которым в будущем понадобятся финансы на образование, им понадобятся дополнительные платные курсы, я хочу, чтоб в будущем они получили все, чего они достойны.
Стал рассказывать об общем положении дел, чтобы она поняла, он старается для семьи, а не из прихоти.
Несмотря на то, что Камилла была в курсе, что на самом деле Доминик неплохой отец, его слова поразили её.
Немного успокоившись тем, что она не нашла доказательств своим глупым подозрениям, потянулась нежно к его лицу и с любовью провела пальцами по его волосам, другой рукой обвила его шею.
— Но у меня есть деньги на это будущее, — тихо прошептала ему в губы, нагнувшись к нему ближе.
Он усмехнулся.
— Ты уверена?
Она не понимала, к чему этот подкол.
— Бенджамин давно взял все средства со счётов и пустил их на предвыборную компанию. Не думаю, что твой он оставил нетронутым.
— Что?! — вздох возмущения и изумления вырвался из неё.
— Он не мог! Эти же деньги наших детей!
Снова Доминик невесело усмехнулся.
— После президентских выборов, он надеется, что все окупится.
Камилла была возмущена.
— Но...
— Родная, — он положил свою ладонь на её щеку, заставляя смотреть в свои глаза. — Не стоит беспокоиться. С Оуэном не пропадем, он будет подкидывать мне работу, пока не смогу вернуться к прежней жизни.
— Господи! — понимая, что от неё ничего не зависит, Камилла выдохнула, прикрыв на миг глаза.
Руки теперь лежали на любимых плечах, он здесь, рядом, больше ей ничего не надо.
Детей скоро привезут и они вновь воссоединятся. Им не страшны какие-то финансовые проблемы, главное, что теперь они снова вместе.
— Я люблю тебя, — выдохнула слова признания, чтобы не ляпнуть чего лишнего.
Да, ей не было по душе, что Доминик связался с делами Цербера, но она знала, у неё нет права решать за него. Он взрослый мужчина, готовый рискнуть ради будущего своих детей.
— Не хочу ссориться по такому поводу, не хочу лезть в твои решения. И уж тем более, в такие, которые ты принимал пока был один, но я очень прошу, Доминик, не рискуй собой.
Снова посмотрела в теплоту и бездну раскалённого шоколада.
А на его губах расплылась улыбка, озаряя его щеки ямочками.
— Девочка моя, я не рискую. — Прижал к себе теснее её тело. — Это все легальный бизнес, не связанный с преступным миром. — Объяснил. — Не переживай все будет хорошо.
Она подарила ему поцелуй, на который он охотно ответил.
###
Позже, уже стемнело, оба до сих пор в её квартире, обсуждали будущее, где они будут жить после полного воссоединения, в каком городе им остановиться, а на домашний телефон позвонил сам Оуэн, узнав, что Камилла и Доминик помирились, стал настаивать на встрече.
— Нам придётся пойти, — произнесла, глядя на рядом сидящего Доминика, убрав трубку от своего лица. — Он не отстанет. Или приедет сюда сам.
— Да-да! — услышали оба голос Уилсона.
И оба усмехнулись.
— Ну что ж, видимо придётся пойти, — усмехнулся Доминик.
Камилла договорилась о встрече и узнав место, попрощалась с Оуэном.
— Он бы приехал, а мы не смогли бы выставить его за дверь, — снова Доминик усмехнулся.
Камилла тоже посмеялась. Потом направилась готовиться к выходу.
###
Спустя полтора часа, они уже были у входа в дом Оуэна, всюду были развешаны светящиеся огоньки, возле дверей стояли пару человек, играла живая музыка, мужчина решил устроить семейный праздник.
— Как красиво, Оуэн расстарался, — заметила Камилла, шагая рядом со своим мужем, держа его под руку, который тоже переоделся в костюм, а на ней самой было легкое, вечернее платье с открытыми плечами.
— Да, видимо, у него есть какой-то особый повод, — отозвался Дрейк.
Пара прошла в дом, а там их встретила их семья, тут были Эйден и Мэдисон. Все тепло приветствовали друг друга и прошли в зал-столовую.
Комната была полностью стеклянной, с видом выходящим на ночные сады и зелёный газон перед домом, стол был уже за сервирован на пять человек.
Все расселись.
Картер сел рядом с Камиллой, справа от неё, Доминик слева, Оуэн во главе стола, лишь Мэдисон напротив Картера и остальных.
Эта семья, многого натерпелась, каждый из них отдельно взятый прошёл через многое, повидал и горести, и радости, сумел познать вкус любви, возможно не каждому повезло сохранить эти чувства, но у них ещё есть время.
Они говорили, вспоминали только хорошее, смеялись и шутили, становились настоящей семьёй, не хватало лишь Дональда, который внезапно решил уехать, сказав, что у него появились дела, но Оуэн подозревал, что скорее всего молодой мужчина испугался тех семейных уз, которые затягивались вокруг него.
Дональд не привыкший к теплу и уюту, того, что тебя любят и ждут, просто решил сбежать.
— Дорогая моя семья, — к середине вечера, Оуэн обратился ко всем, взяв бокал с шампанским в руку. — Я позвал вас всех, чтоб отметить наше воссоединение.
Я помирился со своим братом и сестрой, — произнес взглянув на Мэдисон и Доминика по очереди. — Обрел их. Мы стали настоящей семьёй, чего я был лишён много лет. А ещё: сегодня помирились Камилла и Доминик.
Давайте пожелаем им, чтоб они никогда больше не расставались.
Также хочу увидеть в будущем, я очень надеюсь на это, что Картер и Мэдисон тоже смогут прийти к единому мнению. Не хватает лишь Дональда, который уехал на время, но он обещал вернуться.
— Ты забыл упомянуть о нашей мамочке, — подсказала Мэдисон, не ведая того, какой ураган она запустила в этот прекрасный момент.
Уилсон опустил глаза и тяжело выдохнул, словно решаясь сообщить кое-что важное.
Он не мог молчать и притворяться.
Он должен все рассказать, а простят ли его родные, решать уже им.
— Да, я очень надеюсь, что ты поймёшь меня, — подняв глаза взглянул на брата. — И надеюсь, простишь.
Предчувствуя те слова, что сейчас озвучит Оуэн, Доминик вцепился пальцами в края стола.
— Я убил эту сучку, которая отравила жизни нам всем.
— Что?! — почти в один голос сказали брат и сестра.
Доминик вскочил, Камилла встала следом, предугадав его реакцию и положила свою ладонь ему на плечо.
Она понимала, что сейчас может разразиться буря, которая сметёт все что было восстановлено с таким трудом.
— Ты, мать его, заявляешь, что убил мою мать и говоришь это так спокойно?
Глаза Доминика метали гром и молнии.
Оуэн тоже встал.
— Ник! — попыталась вмешаться Камилла, но знала, сейчас её любимый мужчина зол и вряд ли услышит её. Потому решила обратиться к Оуэну.
— Оуэн, прошу, молчи, он на грани.
— Ты жалеешь её?!
Уилсон понимал, что Доминик не обрадуется такой новости, но и такой реакции не ожидал.
— Она пыталась убить меня, твою жену! Ей было плевать на всех!
С каждой новой фразой Уилсона, руки Доминика сжимались в кулаки, все сильней и сильней, костяшки побелели, а на тыльной стороне ладони вздулись вены, он
был потрясён.
Сам злился на мать, возможно желал наказать её, но не ожидал, что известие о её смерти причинит ему такой внутренний дискомфорт и даже боль.
То, что он ощущал внутри себя, было похоже на отголоски тех прошлых чувств, что он испытывал маленьким мальчишкой.
Сердце сжалось. В груди стало тесно.
Во избежания новых ссор, он решил уйти на свежий воздух.
Убрав руку Камиллы со своего плеча и кинув на брата убийственный взгляд, пошёл к открытым дверям, выходящим прямо в ночной сад.
Картер попытался остановить Камиллу, которая тоже последовала за ним, но он не смог удержать её.
— Пусть идёт! — вмешался Оуэн, отходя от стола.
Внутри него тоже шла борьба.
Он понимал, что Доминик имеет право злиться и тоже попытался усмирить своего пса ада. — Для неё он не опасен. Не причинит вреда. Только не ей.
Доминик вышел на воздух, дышал тяжело, втягивая прохладу через ноздри, старался держать себя в руках, но было сложно контролировать свои эмоции. Эта новость внесла в его душевное равновесие смуту, смешав все чувства воедино.
В данный момент он хотел остаться один. Чтоб никто не трогал его, пока его эмоции не успокоятся.
Он хотел подумать.
— Ник?
Камилла появилась, спустя несколько секунд, нарушая его желанное одиночество.
Услышав снова её голос он напрягся.
— Камилла, уйди! — скомандовал
грозно, даже не глядя, знал, что может сейчас сорваться на ком угодно. — Просто оставь меня в покое.
— Ник, — тихо произнесла его имя и подошла к нему. Не стала трогать, но встала позади.
— Я знаю, каково тебе сейчас...
Она хотела разделить его боль на двоих, попытаться поддержать. Но он не хотел позволять войти в свой внутренний мир в тот момент, когда ему было плохо.
— Знаешь?! — цинично переспросил, резко обернувшись и взглянув на неё холодным взглядом. — Да что ты знаешь? Разве ты потеряла мать? Или отца?
А у меня никого не осталось!
Слова ранили, снова, когда ему больно, он ранит тех, кто находится рядом. Но она же знала на что шла.
— Ник, прости его...
От ярости он резко схватил её и пригвоздил к стене, рука сильно сжала шею Камиллы, Доминик почти душил её.
— Ник... — кое-как выдохнула.
Сейчас настал опасный момент.
Впервые, Доминик чуть не применил на ней физическую силу, а она испугалась.
Внутри неё появлялись противоречивые мысли, но знала, только она сможет усмирить его гнев.
— У тебя есть я! — Напомнила ему. — Наши дети, Мэдисон, а также твои братья. Не забывай о них.
Несмотря на давление его руки, сумела произнести нужные слова.
Прийдя в себя, Доминик потряс головой и быстро убрал руку с шеи своей жены.
Оглядел её на наличие повреждений. А его безумные глаза, теперь смотрели виновато.
— Господи! — Выдохнул, окончательно придя в себя. — Родная...
Камилла все ещё стояла на месте, не двигаясь и не шевелясь.
Она больше не боялась, лишь давала ему время прийти в себя и осознать, что он чуть не натворил.
Доминик подошёл к ней ближе и взял её за плечи.
— Прости! Детка, прости! Я не знаю...
— Не стоит, Доминик, — оборвала она его слова. — «Вместе навсегда!» Помнишь? Я же знала на что шла, когда решила вернуться к тебе.
Конечно, ей было неприятно, но Доминик был ей родным и близким человеком.
Поражённый её терпеливостью, он заключил Камиллу в свои крепкие объятия и судорожно стал покрывать её лицо поцелуями.
— Прости, я не хотел. Не знаю, что на меня нашло...
Осознав, что он чуть не совершил, стал раскаиваться.
— Черт возьми! Я снова это сделал! — оттенок голоса снова стал злым. Но теперь, на самого себя.
— Причинил тебе боль, хотя обещал больше не делать так.
Зная, что за самобичеванием может последовать сомнения на счёт их примирения, Камилла обхватила его лицо руками и заставила заглянуть в свои глаза.
Доминик сейчас казался таким растерянным, впервые она видела его в таком состоянии.
Даже испугалась.
— Ник, — дрожа всем телом, произнесла его имя. — Я знаю тебя и понимаю твою реакцию. — Шептала тихо, сквозь слезы, а он слушал. Не перечил, не заставлял заткнуться.
В этот момент она решила, что больше никому не позволит вновь встать между ними. А боль Доминика, она переживёт вместе с ним как собственную.
Они – единое целое.
— Только поговори со мной. Не закрывайся, как ты обычно делаешь. Мы с тобой семья, должны делиться всем. Я выслушаю, пойму, и как бы тебе не было плохо, для меня ты всегда останешься самым сильным, самым лучшим и самым любимым.
Он тоже обхватил её лицо ладонями, бережно стёр её слезы и прижался губами к её гладкому лбу.
— Моя девочка...
Сладкие и тёплые слова стёрли всю боль, смели все грани, теперь они стали ещё ближе.
— Ты... — он не знал, какие подобрать слова. — Мне кажется, я не заслуживаю тебя.
Нервно усмехнулся, чем вызывал в ней ответную улыбку.
— Столько раз причинял тебе боль, говорил такие слова, а ты...
— Это и есть любовь, Доминик. Я люблю тебя и ни за что не отпущу.
— Спасибо, — впервые поблагодарил за её терпение и такие сильные чувства. — Я тоже тебя люблю. — Произнес желанные слова. — Очень.
После неудачного ужина, Камилла решила, что им лучше поехать домой. Они поговорят с другими позже, не сегодня.
Сообщив им о своём отъезде, вышли из дома Уилсона держась за руки и пошли к своей машине.
###
Он целовал нежно, обнимал её бережно, руки трогали мягко, трепетно, как фарфоровую куклу.
Он ласкал её, а она ощущала в этих прикосновениях всю его любовь и привязанность.
Несомненно Доминик любил её, теперь в этом не было сомнений.
Вдруг, домашний телефон Доминика зазвонил, прерывая их.
— Кто это может быть? — простонала она, прижавшись к его лбу.
— Не знаю, — с легкой улыбкой отозвался он и чмокнул её. — Никто не знает, что я здесь в Чикаго, кроме твоего брата и Оуэна. Но не думаю...
— Подними! — скомандовала она. — Вдруг это что-то важное.
Доминик встал с дивана, на котором они лежали с Камиллой и подошёл к стационарному телефону.
Сейчас они были в его квартире.
— Да? — ответил на звонок, подняв трубку. Лицо теперь стало серьёзным.
Тут же услышал, как кто-то облегчённо выдохнул воздух.
— Доминик! Ты жив! Слава Богу.
Это был Оуэн. А Доминик не понимал, почему его старший брат так испугался.
— Естественно жив, а как же иначе?!
— Я испугался... — Судя по тону голоса Уилсона, тот действительно был встревожен.
— Я узнал, что дом, в котором жила Камилла, был взорван сегодня ночью.
— Что?! Ты уверен?
— Да. Потому испугался, что вы могли погибнуть.
— Нет, с нами все в порядке. — Произнес Доминик, мельком взглянув на свою жену, которая сидела на диване и наблюдала за ним. — Моя квартира была ближе от твоего дома, потому решили заехать сюда.
— Я рад, что вы так решили, — снова выдохнул Оуэн. — Просто услышав о такой новости, снова, как и в ту ночь, испугался за тебя.
— Ты стал мне очень дорог, брат и не хотелось бы терять тебя.
Доминик слушал старшего брата молча, больше не злился на него.
Сейчас он мог понять Оуэна, его чувство обиды на родную мать, злость из-за её козней против него.
Мелинда сделала много плохого своим детям, они все имели право злиться и обижаться, ведь женщина никогда не была нормальной матерью.
Он должен понимать, что он был тем единственным, кого судьба уберегла, его и Мэдисон. Им повезло, у них был их отец, Гарри Левин. Самый лучший отец, которого можно было пожелать.
Именно благодаря этому человеку их жизни с Мэдисон были лучше, чем у Оуэна и Дональда.
Этим парням повезло меньше.
— Ты узнал, причину взрыва? — задал вопрос.
— Нет. Услышав новость, я сразу стал звонить вам обоим, но на сотовые вы оба не ответили, потому позвонил к тебе домой.
— С нами все в порядке, можешь быть спокоен.
Затянулась неловкая пауза.
— Доминик, — снова заговорил Оуэн. — Ты знаешь, я не стучусь в закрытую дверь дважды, но к тебе постучусь, пойми...
— Оуэн! — Доминик перебил слова брата. — Дай мне время, — попросил он. — Я не могу взять и сразу забыть.
— Хорошо, — смиренно отозвался он. — Но сейчас, мы все приедем к вам, извини, но простыми словами "мы в порядке!" от Мэдисон и Картера вы не отделаетесь.
Доминик нервно усмехнулся.
Он понимал, что дело не только в Картере и Мэдисон, Оуэн сам хотел убедиться, что с ними обоими все в порядке. Хотел увидеть воочию, что в их отношениях с Камиллой ничего не изменилось.
— Не желаете оставлять нас в покое, да?
Он не ожидал ответа.
— Ладно, приезжайте. Здесь места всем хватит. — Перед тем как Уилсон попрощался и повесил трубку, Доминик успел крикнуть. — Только привезите с собой еды, мы не успели поесть.
Он услышал тихий смешок брата, а потом отключился.
— Что он сказал?
Камилла подошла к Доминику и обвила его талию руками, встав позади него.
— Сказал, что твой дом взорвался.
— Что?!
Камилла была потрясена услышанной новостью. — Ник, ты думаешь?..
— Пока рано делать вывод, малыш.
Он обернулся к ней и заключил её в объятия.
Глядя в её зелень глаз произнес.
— Скоро они приедут, вот тогда и попытаемся что-нибудь разузнать.
Спустя больше часа, Оуэн и Мэдисон пришли в квартиру Доминика, а позже и Картер пришёл.
Они принесли с собой пакеты с едой и выпивкой.
Все расселись в гостиной и стали обсуждать происшествие.
Уилсон выяснил, что скорее всего дом взорвали, чтоб убрать одного бизнесмена, который жил по соседству с Камиллой. А взрыв произошёл, почти через десять минут, как Доминик и Камилла выехали в дорогу, направляясь на ужин в его дом.
Звонок и приглашение на ужин Оуэна, спасло им их жизни.
Теперь они оба понимали, что живы, лишь благодаря настойчивости этого человека.
Он спас их, сам того не ведая.
— Ты уверен, что пытались убить того бизнесмена, а не Камиллу? — Доминик задал вопрос брату, когда его сестра и жена пошли на кухню, чтоб подогреть им еду и принести посуду.
В гостиной оставались они трое, Оуэн, Доминик и Эйден.
— Нет, — отозвался Уилсон. — Я лишь предположил, что целью был он, а не вы.
Доминик нахмурился, задумавшись как поступить далее.
— Кстати, — он обратился к Картеру. — Не имей рассказывать Камилле, что знал о том, что я жив.
— Что?! Почему ты вспомнил об этом?
— Потому что не хочу, чтоб ей снова было больно. Если она узнает, что ты был в курсе и молчал, она никогда этого не простит тебе.
— Ты вообще притворялся мертвым, тебе же простила все!
— Думаю, Доминик прав, — вмешался в разговор Оуэн. — Тогда он не помнил ничего о себе, но ты то знал все. У тебя не было провалов в памяти.
Он глядел на двух братьев по очереди.
— Вы считаете, она не простит меня?
Оба отрицательно покачали головой.
— Но у меня никогда не было секретов от неё!
Оуэн усмехнулся.
— Парень, пора стать взрослым мальчиком. Твоя сестра не должна знать о тебе все! — Произнес он с улыбкой. — Думаешь, Доминик рассказывает Мэдисон обо всем?
— Эй! Вот мою сестру трогать не надо! — Доминик усмехнулся тоже. — Мэд и так читает меня, стоит ей всерьёз присмотреться ко мне.
— Уау! — восхитился Картер. — Так значит, она умеет читать людей?
На секунду, Доминик задумался.
— Если она знает человека достаточно хорошо, то да, сумеет.
— Ник? — в дверном проёме появилась Камилла, привлекая к себе внимание троих мужчин.
Доминик взглянул на неё и снова поразился тому, какая она у него красивая.
Ей очень шла его футболка, в которую она переоделась, как только вернулись с ужина. А когда узнала, что Оуэн приедет сюда, надела ещё и шорты.
— Я тут подумала, если папа и мама услышат новость, они тоже решат, что мы могли быть там. Позвони им и сообщи, что с нами все в порядке.
Он улыбнулся, намереваясь выполнить её просьбу. А она, тут же упорхнула на кухню.
Доминик позвонил Бенджамину, но его мобильный был недоступен, набрал его телохранителю Брюсу, он тоже оказался недоступен.
Он звонил всем кому мог, кто был в охране его отца, но никто не отвечал.
— Странно, — произнес он.
Включил в комнате телевизор, как раз шел обзор новостей, о взрыве уже говорили, в интервью-онлайн, за спиной журналиста были развалины пентхауса в котором проживала Камилла, ввысь устремлялись черные клубы дыма. Мужчина пригляделся и сглотнул, поднимаясь с кресла и подходя ближе к экрану, на заднем фоне он заметил кортэж мэра.
— Н-нет... этого не может!
Журналист выражал соболезнования семьям погибших, среди которых оказался, выдвигающий свою кандидатуру на предшествующих выборах мэр Бенджамин... и его жена.
Ни о каких детях, сопровождающих их, сказано не было.
Доминик похолодел.
Медленными шагами он шел к Камилле, на кухню, где она смеясь говорила с его сестрой, ничего не подозревая о случившемся.
Она обернулась, словно почувствовав его, взглянула на него, не узнавая мужа.
Его лицо в миг стало измученным, он даже не мог представить как ей сообщить об известии.
<<<Конец>>>