-31-
— Не притворяйся, что тебе не понравилось.
— А я и не притворяюсь. Я наслаждался каждой секундой. Я долго ждал этого момента. Я провел почти все время в поисках тебя, представляя твое горячее тело подо мной. Но в моем воображении ты стонала мое имя и испытывала множественные оргазмы. Тебе точно не было больно.
Этот высокомерный ублюдок.
— Продолжай воображать это. Этого не случится.
Маттео прислонился к дверному косяку, обхватив меня руками.
— Твое тело отреагировало на меня, Джианна, даже если ты не хочешь в этом признаваться. В следующий раз ты кончишь, когда я трахну тебя, поверь мне.
— Почему ты думаешь, что мое тело реагировало на тебя? Может, я воображала, что я с кем-то другим. Ум это мощный инструмент.
Я попыталась выскользнуть из-под его руки, но он толкнул меня к дверному косяку.
— Может, мне показалось, что это Сид, а не ты меня трахаешь.
Маттео даже не моргнул. Он не поверил ни единому моему слову. Черт побери!
— Если бы ты действительно хотела, чтобы Сид был твоим первым, ты бы позволила ему трахнуть себя. Так почему же ты этого не сделала?
— Потому что ты убил его!
Маттео улыбнулся.
— Мы оба знаем, что причина не в этом, но давай просто притворимся, что это правда. Тогда я рад, что он мертв. Этот слабак не заслуживал такой привилегии.
Я не могла ему поверить.
— Ты засранец. Я знала, что тебе понравится, поэтому и не сказала.
Маттео наклонился ближе, пока между нашими губами не осталось меньше дюйма.
— Но я знаю и никогда не забуду. Теперь ты моя, Джианна, и мне чертовски нравится, что я поймал тебя до того, как ты нашла неудачника, который расколол твою вишенку.
Я попыталась дать ему пощечину, но он схватил меня за запястье и поцеловал ладонь с самодовольной улыбкой. Я вырвала у него руку. Мириады оскорблений пронеслись в моей голове, слишком много, чтобы выбрать только одно.
Маттео кивнул в сторону кровати.
— Может, мне стоит сказать всем, что мы все таки можем устроить презентацию простыней?
Мои глаза расширились. Это было последнее, чего я хотела, и Маттео это знал. Он насмехался надо мной. Я оттолкнула его, и на этот раз он позволил мне и бросился к кровати. На простыне виднелось маленькое розовое пятнышко. Мужчинам было намного легче. Когда дело касалось анатомии, женщин действительно обманывали. У нас были месячные, мы не могли писать стоя, мы должны были выдавить что-то размером с дыню из нашего влагалища, и наш первый раз очень болезненный.
— Ты не посмеешь, — сказала я.
Маттео скрестил руки на груди. Он все еще был великолепно обнажен и снова со стояком. Ублюдок был возбужден нашей дракой.
— Не искушай меня.
Я пожала плечами.
— Даже если ты покажешь простыни своей семье, тебе все равно никто не поверит. Они думают, что я шлюха, помнишь? Они, наверное, подумают, что ты подделал пятно собственной кровью, как Лука в первую брачную ночь.
Я напрягалась. Это был секрет, который я должна была сдержать. Никто не знал. Почему я не могу держать свой глупый рот на замке?
Маттео
Глаза Джианны расширились, когда она позволила маленькой тайне Арии и Луки ускользнуть. Неужели она действительно думает, что я не знаю? Мы с Лукой умрем друг за друга. Он знал, что может доверить мне любую тайну, даже ту, которая покажет, что он не такой жестокий ублюдок, каким его считали все остальные. Каким-то чудом наш отец садист принял правильное решение, когда выбрал Арию для Луки. Я не думал, что он знал, как хорошо эти двое поладят, иначе он не согласился бы на брак. Он всегда стремился к страданиям других.
— Не волнуйся. Лука сказал мне. Твоя сестра согрела его холодное сердце. У вас, женщин Скудери, талант к этому.
Джианна расслабилась. Какой бы сильной она себя ни считала, тело выдавало ее. Она не очень хорошо скрывала свои эмоции, что облегчило бы мне задачу.
Ее взгляд вернулся к пятну на простынях. Увидев это, я почувствовал тошнотворный толчок, как и тонкое пятно крови на моем члене. Я не был похож на некоторых мужчин в нашем мире, которые отказались бы жениться на Джианне, потому что она могла связываться с другими парнями во время побега. Не то чтобы я не ненавидел мысль о том, что какой-то парень когда-либо дотрагивался пальцем до ее прекрасного тела, но я хотел Джианну слишком сильно, чтобы заботиться, и я нашел всю одержимость чистотой в нашем мире смешной в любом случае. Лучший секс в моей жизни определенно был с женщинами, которые знали, что делали, но у меня было чувство, что Джианна быстро училась. Все еще после первоначального шока, когда Джианна закричала от боли, я почувствовал прилив собственничества и гребаной радости.
Джианна взглянула на меня, подозрительно поджав губы. Ее волосы покрывали ее бледное плечо, как вуаль, и я не мог удержаться, чтобы не смахнуть пряди с ее плеча, восхищаясь их шелковистостью. Только кожа Джианны была еще более гладкой. Я не думал, что когда-нибудь смогу насытиться ее прикосновениями.
Мои пальцы нащупали ее пульс, прежде чем я начал легонько поглаживать ее горло. На мгновение Джианна задержала дыхание и наклонилась ко мне, прежде чем, казалось, взяла себя в руки. Она сделала шаг назад, так что у меня не было выбора, кроме как опустить руку. Мне пришлось подавить улыбку. Она была такой предсказуемой. По крайней мере, в ее реакции на меня. Иногда в прошлом ей удавалось удивить меня, что не часто удавалось другим людям.
Джианна прищурилась, глядя на меня. Если бы она знала, как горячо выглядит в гневе, то улыбалась бы чаще. Я снова был возбужден и больше всего на свете хотел трахнуть Джианну. Ее глаза скользнули вниз к моему члену, и она фыркнула. Покачав головой, она прошмыгнула мимо меня и исчезла в ванной, прежде чем с громким стуком захлопнуть дверь.
Я издал короткий смешок, прежде чем вернуться к кровати, упал на спину и скрестил руки за головой. Я не мог сдержать улыбку. После месяцев разочарований я был вознагражден, даже больше, чем надеялся. Я ждал звука льющейся воды, но в ванной царила тишина. Я сел, подозрение переполняло меня. Джианна никак не могла сбежать из ванной, но что, если она решит покончить со своей жизнью, вместо того чтобы провести ее со мной?
Джианна, казалось, слишком любила жизнь для такого поступка, но я не был уверен, что она не сделает этого назло мне.
Я двинулся к двери ванной, готовый сорвать ее, когда она откроется. Джианна вышла, ее брови взлетели вверх, когда она заметила меня прямо перед собой. Ее глаза не опухли, так что она не плакала, что было облегчением.
Она сморщила нос.
— Что? Только не говори, что шпионил за мной, пока я была в ванной.
Я скрестил руки на груди с ухмылкой. Я определенно не скажу ей, что я думаю.
— Мы оба знаем, что ты нуждаешься в присмотре.
Вздохнув, она прошла мимо меня и забралась под одеяло. Быстро осмотрев ванную, которая выглядела так же, как и раньше, я присоединился к Джианне. Она лежала ко мне спиной, натянув одеяло до подбородка. Я прижался к ее спине, моя рука скользнула вокруг ее обнаженной талии. То, что ее обнаженное тело было так близко к моему, давало мне всевозможные идеи, и мой член настойчиво упирался в ее задницу. Я не мог дождаться, чтобы взять ее вот так, чтобы она стояла передо мной на четвереньках, чтобы она оседлала меня. Я хотел трахнуть ее тысячью разных способов.
— Даже не думай об этом, — тихо предупредила Джианна. — Я устала и должна тебе только один раз в нашу первую брачную ночь.
Я рассмеялся ей в шею, прежде чем поцеловать ее нежную кожу.
— Ты такая романтичная, Джианна. Твои слова всегда согревают мое сердце.
— Заткнись, — пробормотала она.
Я крепче прижал ее к себе. Она не попыталась отстраниться, что удивило меня, и снова возбудило мои подозрения, но я винил ее в том, что у нас был долгий день. Это было больше чем двадцать четыре час.
Тем не менее, я боролся со сном, пока не услышал, как дыхание Джианны стало глубже и ее тело смягчилось. Я не доверял Джианне после того, что она сделала. Я не был уверен, смогу ли когда-нибудь полностью ей доверять. Я понял, что она убежит, как только я ее оставлю. Я не дам ей шанса ускользнуть от меня. Мне было все равно, что я должен сделать, чтобы удержать ее в Нью-Йорке.