Твоя Тихая Волна

– Сынок! Какая невероятная удача! – радушно воскликнула королева и кинулась обнимать Льёненпапиля, а затем и Анаис. – Милочка, должно быть вы утомились с дороги? Проходите скорее, для вас уже подготовили самые лучшие покои!

Даже Анаис растерялась от такого тёплого приёма.

Вопреки ожиданиям, приём и правда оказался тёплым. Как мать, так и брат встретили молодожёнов с распростёртыми объятиями.

– Никак не пойму, в чём подвох, – настороженно говорил Этьен. – Может, они планируют отравить вас во время праздничного обеда? Или подослать в ночи убийцу с ножом?

Льёненпапиль с надеждой улыбался. Ему очень хотелось верить, что нет никакого подвоха, и что он наконец-то сделал что-то правильно.

– Мать отправила меня в Аппарейю чтобы я женился на аппарейской принцессе, и тем самым заключил взаимовыгодный союз. Даже если она не ждала, что мне это удастся, наверняка рада, что ошиблась.

– Нет, – не унимался друг, – тут явно что-то не так. Будьте осторожны, мой принц, не доверяйте никому.

С каждым днём Этьен становился всё более нервным. Льёненпапиль списал эти перемены в друге на взросление. Юноша набрался опыта и начал понимать, как устроена жизнь при дворе. Сам же принц, хоть и удивлялся, происходящее скорее казалось ему приятным сюрпризом. Наконец у него появился друг, о котором он всегда мечтал. Друг, который волновался о нём, заботился о его комфорте и всегда был на его стороне.

Страх перед возвращением в родной дворец, к старому укладу, старым отношениям, тревожное ожидание былых издевательств и насмешек, снисходительности со стороны семьи – всё это отступило.

Анаис быстро нашла подход к его матери. Королева и принцесса проводили дни за приятными беседами и прогулками в саду, словно лучшие подружки. Льёненпапиль начал верить, что в его жизни наступила наконец белая полоса.

В вечер накануне приёма, устроенного в честь скорого рождения наследника в покои младшего принца принесли одежду с символикой старшего.

– Замените камзол, – сказал слуге Льёненпапиль. – Тут должны быть вышивка с бабочками, а не с богомолами.

– Прошу прощения, ваше высочество, – поклонился слуга, – это распоряжение её величества правящей королевы, я не могу её ослушаться, даже если это ваш приказ.

– Какая чушь, – фыркнул принц. – Очевидно же, что мама ошиблась.

– Даже если так, без приказа королевы я не могу ничего изменить.

До банкета оставалось около часа. Льёненпапиль нахмурился и решил, что быстрее будет самому зайти к матери и разобраться с недоразумением. В этот момент на пороге выросла Анаис.

– Вот ты где, – сдержанно сказала она, однако в позе чувствовалось некоторое напряжение.

– Пора? Я почти готов, вот только надо исправить глупость с камзолом.

Супруга, однако, не сдвинулась с места.

– Муж мой, случилось кое-что, требующее твоего немедленного вмешательства.

Что-то в её голосе насторожило Льёненпапиля. Не говоря уже о том, что она никогда не обращалась к нему "муж мой".

– В чём дело? Что случилось? Ты здорова? Что-то с ребёнком? – разволновался юноша.

– Я в порядке. Дело в Этьене. Он вызвал Вильгельма на дуэль на фьютиях.

– Что?! – на секунду Льёненпапиль потерял дар речи. – Он же убъёт Этьена!

– Я знаю, он твой единственный друг, поэтому поговорю с королевой, она во мне души не чает. А ты успоко брата. В последнее время он к тебе, кажется, прислушивается.

Не теряя ни секунды, принц кинулся в коридор, не помня себя добежал до покоев брата и уже взялся за ручку двери, как до него донесся голос брата, говорящего на повышенных тонах:

– Хочешь сказать, я должен спустить всё с рук?Я устал лебезить и расстилаться перед этими ничтожествами! Неужели мне не позволено выпустить пар даже на его слуге?

– Ну, конечно, позволено – послышался голос королевы. – Я лишь хотела дождаться рождения ребёнка, а дальше, если он унаследует метку богини, о Льёненпапиле и его троллихе можно будет забыть. Потерпи ещё немного, лекарь говорит, роды должны случиться уже через пару недель.

– Две недели?! – возмущённо вскричал Вильгельм. – Немыслимо! Наверняка можно как-нибудь ускорить роды этой жирной свиньи! У этого твоего лекаря должен быть какой-нибудь отвар на такой случай!

Не в силах больше это выносить, Льёненпапиль распахнул дверь и шагнул в комнату.

– Что я только что услышал? – спросил он. Вопреки желанию принца, голос его выдал не решительное возмущение, а разочарованную горечь. – Разве я вас в чём-то ослушался? Разве моя жена вас чем-то расстроила? Мы изо всех сил старались стать для вас семьёй. Матушка, брат, чем мы заслужили такое? В чём провинились?

Секундная растерянность на лице королевы сменилась до боли знакомым разочарованием. Как и раньше, она не удостоила младшего сына ответом. Вместо этого она почти сразу повернулась к Вильгельму.

– Раз он всё услышал, нет больше смысла скрываться и притворяться. Однако я бы не хотела, чтобы ребёнок пострадал, он всё таки может оказаться удачным выходом для нас с тобой. Так что давай попробуем пока сохранить всё в секрете от аппарейки.

Вильгельм сделал шаг в сторону брата, взял его за грудки и почти приподнял над полом.

– Если твоя баба узнает хоть что-то из того, что ты только что услышал...

– Я всё понял, и ничего ей не расскажу, – выдавил Льёненпапиль. – Но взамен пообещайте, что не причините вреда Анаис после рождения ребёнка. И никаких дуэлей с Этьеном! Не трогайте его!

На секунду старший принц призадумался. Королева положила ладонь на его плечо и многозначительно кивнула.

– Идёт, – усмехнулся Вильгельм, и отпустил брата.

– А сейчас иди на приём, и будь дружелюбен с гостями, – велела королева. – Нам нужно налаживать связи с соседними королевствами.

Разбитый Льёненпапиль уже было собирался уйти, как вдруг вспомнил про камзол.

– Слуга принёс мне не тот парадный костюм. На нём богомолы. Матушка, отдайте распоряжение заменить...

– О, моё глупое дитя, здесь нет никакой ошибки. Мы с Вильгельмом решили, что пора показать окружающим королевством твою лояльность к брату. Они должны понять, кто управляет Этуайей на самом деле. Довольно изящный способ, не правда ли?

Льёненпапиль похолодел. В этом месте его мнение настолько не имело значения, что становилось страшно.

– Чем-то недоволен? Брат. – Насмешливо поинтересовался Вильгельм.

– Нет. – Льёненпапиль проглотил все слова и эмоции, застрявшие в горле. – Я знаю своё место. Я сделаю всё, что вы хотите, так что и вы сдержите своё обещание.

Когда он уже покидал комнату, брат бросил ему вслед:

– Забавно, что ты не включил в сделку себя.

Пока принц плёлся в свои покои, в ушах его ещё долго звучал хохот Вильгельма. Он смог заглушить его лишь на приёме, когда увидел наконец Этьена. Тот, как ни в чём не бывало, флиртовал с какими-то знатными дамами.

За последний год Этьен сильно вытянулся и раздался в плечах. Он больше не выглядел как мальчишка, скорее как молодой привлекательный мужчина. Дорогие наряды с символикой принца, которые полагались ему по статусу, добавляли шарма и загадочности, и выгодно подчёркивали его мужественную внешность. Поэтому Льёненпапиля вовсе не удивляла его популярность среди знати. Чего он не мог понять, так это почему друг так спокойно и весело болтает с гостями после того, что натворил. После того, как Льёненпапиль с таким трудом выторговал его жизнь у брата.

Принц направился к Этьену, и уже на подходе услышал, как одна из дам восхищённо тараторит:

– Ах, любезный Этьен! Вы такой интересный собеседник! В вас чувствуется благородство и острый ум. Если бы не ваш цвет волос, я бы, пожалуй, сочла, что передо мной сам принц Этуайи!

Льёненпапиль почувствовал холод и неприятное покалывание в затылке. Этьен же одарил даму сдержанной улыбкой.

– Даже не шутите так. Его величество Льёненпапиль во много крат благороднее, добрее и честнее меня, в чём все вы сегодня сможете убедиться. А о его невероятной красоте и вовсе впору слагать легенды. Смею надеяться, что вы поддержите принца, когда он взойдёт на престол.

Сочтя этот момент наиболее подходящим, а также побоявшись услышать что-то более неловкое Льёненпапиль вошёл в поле зрения Этьена, и вступил в разговор.

– Мой добрый друг преувеличивает. Во мне нет ничего особенного. Чего не скажешь о моём брате, о котором вы наверняка слышали. Полагаю, такие разумные дамы, как вы, не верят слухам, и способны отличить вымысел завистников от реальности?

Дамы, судя по всему, были в курсе похождений Вильгельма. Дурная слава шла впереди него, но не смотря на это, слова привлекательного золотого принца возымели должный эффект.

– О, разумеется, мой принц. Не знаю, кто распространяет эти слухи, но я не верю ни единому слову! – сказала одна из дам.

– А я вообще не знаю ни о каких слухах, – подхватила вторая.

– Я в вас не сомневался – Льёненпапиль очаровательно улыбнулся. – Надеюсь, вы позволите мне похитить у вас Этьена на несколько минут?

– О, без проблем! – защебетали девушки. – Но обещайте вернуть его нам как можно скорее!

Они отошли в сторону от основной массы гостей. И всё равно принцу пришлось понизить голос, чтобы окружающие не услышали их разговор.

– Этьен, что ты творишь?

– О чём вы? – не понял парень. – Если о тех дамах, то я просто пытаюсь быть вам полезен. Кстати, я им ничего не обещал и не переходил границы дозволенного, если вы об этом переживали.

– Какое мне дело до твоих любовных похождений? – возмутился Льёненпапиль. – Развлекайся с кем хочешь. Только не провоцируй Вильгельма. Зачем ты вообще к нему полез?

Этьен изменился в лице. Принц никогда ещё не видел его таким серьёзным и сердитым.

– Зачем я полез к нему? Я был зол. И, да, я вызвал его на дуэль, и намерен убить.

– С ума сошёл? Он бы тебя уничтожил раньше, чем твоя фьютия покинула бы ножны! – Льёненпапиль заметил, что перешёл громкий полушёпот, так что ближайшие гости наверное могли его услышать. Пришлось сбавить тон. – Ладно. Забудь. Не будет никакого дуэля.

– Что? Почему?

– Почему? Да потому что я выкупил твою буйную голову у своей родни. И дорого заплатил за неё. Так что твоя голова теперь моя, и я хочу, чтобы она оставалась на плечах. – Выговорившись, Льёненпапиль вздохнул и смягчился. – Не поступай больше так, Этьен. Не рискуй.

Этьен отнюдь не казался благодарным за спасённую жизнь. Напротив, на лице его читалась смесь подавляемой злости и обиды.

– Сколько они рассказали тебе?

– Что?

– Они сообщили, за что я вызвал твоего дубоголового брата на поединок?

Только тут Льёненпапиль понял, что за всеми новостями минувшего дня даже не подумал выяснить самое главное.

– По глазам вижу, что не сообщили. Так вот, знай, что он прилюдно оскорбил леди Анаис. Он назвал её... нет, у меня не повернётся язык повторить это. Просто знай, я не смог стерпеть, когда твою супругу и будущую королеву Этуайи унижал какой-то жалкий слизняк, который бесится лишь от того, что ему не светит трон. На моём месте ты поступил бы так же.

Льёненпапиль побледнел. Он вспомнил всё, что услышал о своей супруге. А потом вспомнил, что он сделал после.

– Неужели ты не встал бы на защиту её чести?

– Я бы встал на защиту её жизни. Жизнь дороже чести. – устало сказал принц. – В том числе и твоя.

– Не в этот раз.

Этьен развернулся и направился обратно к дамам, которых оставил ради этого неприятного разговора. По пути он подхватил с какого-то подноса пару кубков вина. Один сразу осушил, а второй забрал с собой.

Льёненпапиль был раздавлен. Он силился понять, правильно ли поступил, выторговав жизни жены и друга, или возможно стоило поступить как Этьен, бросить вызов брату, открыто выступить против него, защитить не только жизни близких, но и честь.

В этот момент он заметил в толпе Вильгельма. Тот не сводил с него глаз, и когда их взгляды встретились, на лице брата появился хищный оскал. Он продемонстрировал жест, словно перерезает себе горло, а затем кивнул куда-то в сторону. Там в компании расточающей улыбки королевы обнаружилась Анаис.

"Трус! – подумал про себя Льёненпапиль. – Как же я жалок!"

В горле пересохло. Он подошёл к столу, с которого Этьен только что забрал кубок, осушил ближайший бокал, и... вкус оказался до боли знакомым. Бросив взгляд на стол увидел знакомую бутылку, словно с изящной закрученной талией, и понял, что не ошибся.

В то же мгновение Льёненпапиль поймал ближайшего слугу с подносом.

– Откуда здесь это вино?

– "Звёзный мальчик", ваше высочество? Я слышал, несколько бутылок этого редчайшего напитка преподнёс в дар один из почётных гостей леди Анаис.

Сердце Льёненпапиля забилось чаще.

– Какой гость, где он?

– Не могу знать.

Принц взволнованно заозирался. За этот год он не раз вспоминал загадочного незнакомца, отчего-то оставившего тёплый след в душе. И сейчас юноша как никогда нуждался в хорошем человеке рядом, в понимании, в поддержке.

– Если в зале его нет, значит...

Прошло всего мгновение, прежде чем Льёненпапиль вышел на один из пяти балконов. Принц был готов обойти их все, но его словно качнуло именно к этому, хотя он даже не был ближайшим.

Он сразу понял, что не ошибся.

Знакомый силуэт в знакомой позе чётко вырисовывался на фоне закатного неба.

– Долго же ты, Лён.

– Шелест...