«Супруг падишаха»

Мелис проснулся раньше обычного. Тёплый солнечный свет проникал через резные окна, окрашивая комнату в мягкие золотые тона. Он положил ладонь на живот, ощущая слабое тепло внутри себя.

Это всё ещё казалось нереальным.

Он отвернулся на бок, надеясь снова уснуть, но тут дверь в покои бесшумно отворилась.

— Ты не спишь, — голос Кайвана был низким, слегка хриплым от сна.

Мелис молча кивнул, не желая сразу вступать в разговор.

Падишах прошёл к кровати и сел рядом, наблюдая за ним. В глазах его мелькнула едва заметная мягкость.

— Тебе снова не спалось?

Принц вздохнул.

— Просто… думаю.

Кайван осторожно провёл рукой по его волосам, убирая светлые пряди с лица.

— О чём?

— О ребёнке. О нас. О том, как всё изменится.

— Ты боишься? — прямо спросил падишах.

Мелис закусил губу.

— Я не знаю. Всё происходит так быстро.

Кайван молча наблюдал за ним, затем лёг рядом, заключая его в тёплое объятие.

— Всё, что тебе нужно — это заботиться о себе. Остальное я сделаю сам.

Мелис вздохнул, чувствуя, как в груди разливается странное тепло.

— Знаешь, иногда ты бываешь слишком уверенным в себе, — тихо произнёс он.

— Потому что я знаю, чего хочу.

— И чего же?

Кайван наклонился ближе, касаясь губами его виска.

— Тебя.

Мелис отвёл взгляд, чувствуя, как сердце предательски сжимается от этих слов.

Как же всё запутанно…

Тепло, к которому он не привык

Мелис проснулся от лёгкого прикосновения. Тёплая ладонь осторожно скользнула по его животу, а затем сжала его пальцы.

— Уже не спишь? — голос Кайвана был низким, сонным, каким-то… мягким.

Мелис повернул голову и встретился с янтарными глазами.

— Тебя это волнует?

— Разумеется.

Омега хмыкнул.

— Что-то новенькое.

Кайван не ответил, только перевёл взгляд на его живот, который начал округляться. В глазах падишаха не было привычного властного огня — вместо этого там читалось что-то, что Мелис не мог сразу распознать.

— Ты изменился, — пробормотал он.

— Я? — Мелис удивлённо моргнул.

— Да, — Кайван коснулся его щеки. — Ты стал более… мягким. Не воинственно, а по-другому.

Омега тихо рассмеялся.

— Это не я изменился. Это ты.

Падишах нахмурился.

— Глупости.

— Нет, — Мелис переплёл их пальцы. — Ты заботишься. Спрашиваешь, как я себя чувствую. Ты никогда так не делал.

Кайван молчал, а затем наклонился ближе и поцеловал его в висок.

— Я всегда хотел заботиться о том, что принадлежит мне.

Омега закатил глаза.

— Ты невыносим.

— А ты — мой феникс. И я буду гореть в этом огне.

Мелис фыркнул, пытаясь сохранить своё обычное хладнокровие, но внутри что-то странно сжалось от слов Кайвана.

Он не был уверен, что чувствовал к этому человеку. Всё ещё упрямо твердил себе, что ненавидит его, что никогда не покорится. Но каждый раз, когда падишах смотрел на него вот так, с мягкостью в глазах, с теплом в прикосновениях — его решимость давала трещину.

Кайван вдруг сел на кровати и потянулся, чуть взъерошив свои тёмные волосы.

— Сегодня ты останешься в своих покоях, — сказал он тоном, который не терпел возражений.

— Что? Почему? — Мелис недовольно нахмурился.

— Я сказал, ты останешься. Ты не должен переутомляться, феникс.

Омега раздражённо выдохнул.

— С каких пор тебе так важно, что я должен, а что нет?

Кайван медленно развернулся к нему, глаза блеснули опасным огнём.

— С тех самых пор, как ты носишь моего наследника.

Сердце Мелиса дрогнуло.

«Моего наследника».

Он не мог сказать, почему эти слова так на него подействовали.

— Я не хрупкий, — буркнул он, отворачиваясь.

— Нет, не хрупкий. Но ты — мой, — Кайван наклонился и, прежде чем Мелис успел увернуться, его губы мягко коснулись лба омеги.

Тепло растеклось по коже, словно напоминание о том, что он теперь не один.

Тёплая ладонь легла на его живот, заставляя вздрогнуть.

— Ты не спишь? — голос Кайвана был тихим, с хрипотцой, но не властным, а… почти нежным.

Мелис чуть повернул голову, столкнувшись взглядом с янтарными глазами. Они смотрели внимательно, изучающе, но без прежнего холодного расчёта.

— Много думаю, — честно ответил он.

Кайван медленно провёл пальцами по его животу, там, где рос их ребёнок.

— О чём?

Мелис сжал губы, не сразу решаясь ответить.

— О тебе. О нас… О нём.

Падишах не отвёл взгляда.

— И что думаешь?

— Что ты всё ещё сводишь меня с ума, — Мелис тихо усмехнулся, но затем серьёзно посмотрел на него. — Я не знаю, кто мы друг другу. Ты добиваешься меня, заботишься, а потом вновь пытаешься подчинить.

Кайван задумчиво коснулся его щеки.

— Ты изменил меня, Мелис.

— В каком смысле?

— Раньше я думал, что любовь — это обладание. Что если я хочу кого-то, он должен принадлежать мне безоговорочно. Но ты… ты показал мне, что любовь — это больше, чем просто власть.

Мелис смотрел на него, ловя каждое слово.

— Тогда что это для тебя теперь?

Кайван медленно наклонился, его лоб коснулся лба омеги.

— Это желание оберегать. Это страх потерять. Это готовность идти на уступки ради того, чтобы видеть твою улыбку.

Сердце Мелиса пропустило удар. Он не знал, что сказать. Всё это звучало слишком правильно, слишком красиво…

— Я не знаю, верю ли тебе, — наконец выдохнул он.

Кайван мягко улыбнулся.

— Тогда я докажу. Сколько бы времени ни понадобилось.

Мелис молчал, ощущая тепло руки Кайвана на своём животе. Его разум твердил, что не стоит поддаваться, что падишах – опасный человек, чья власть не знает границ. Но в этот момент он не выглядел безжалостным правителем. Он выглядел… человеком.

— Ты сказал, что докажешь, — наконец нарушил тишину Мелис. — Как?

Кайван провёл большим пальцем по его щеке, словно изучая.

— Буду рядом. Слушать тебя. Учиться понимать.

Омега невольно улыбнулся — впервые за долгое время искренне.

— Звучит так, будто ты впервые в жизни пытаешься заботиться о ком-то не по долгу, а по желанию.

Кайван усмехнулся, но в его глазах не было ни капли иронии.

— Возможно, так и есть.

Мелис закрыл глаза, прислушиваясь к биению своего сердца. Оно билось быстрее, чем должно.

— Знаешь, что странно? — прошептал он.

— Что?

— Мне хочется верить тебе.

Кайван сжал его пальцы в своих, бережно, без принуждения.

— Тогда просто позволь мне быть рядом.

Мелис не ответил. Но он не отдёрнул руку. И этого Кайвану пока было достаточно.

Мелис поднял взгляд, ловя на себе пристальный, изучающий взгляд Кайвана. В его янтарных глазах сверкало что-то непонятное, почти гипнотизирующее.

— Ты любишь меня? — тихо спросил омега, чуть приподнимая голову.

Кайван не ответил сразу. Он провёл ладонью по щеке Мелиса, как будто хотел запомнить каждую линию, каждую тёплую нотку его кожи.

— Любовь… — Падишах медленно вдохнул, его голос был низким и задумчивым. — Я не знаю, что это значит для тебя.

Мелис нахмурился, но Кайван продолжил:

— Я хочу быть с тобой. Думаю о тебе даже тогда, когда не должен. Твоя боль становится моей. Твой смех — единственный звук, который мне хочется слышать.

Мелис сжал губы.

— Это и есть любовь, глупый.

Кайван усмехнулся.

— Тогда да, мой феникс. Я люблю тебя.