Эпоха Вестегардов

В главном зале дворца, за длинным столом, уставленным изысканными яствами,  сидели  наложницы короля.  Дженни  и  Катерина  разделили  столик,  шутливо  перебрасываясь  фразами  и  улыбками. 

—  Ты  знаешь,  —  шепнула  Дженни,  когда  все  наложницы  занялись  обедом,  —  я  сегодня  встретилась  с  госпожой  Фреей. 

—  Фреей?  —  Катерина  широко  раскрыла  глаза,  её  тон  был  полн  удивления.  —  И  что  она  сказала? 

—  Она  сказала,  что  я  —  драгоценность,  —  ответила  Дженни,  её  голос  был  полн  недоумения.  —  Она  сказала,  что  я  не  должна  допускать  неуважительное  отношение  к  себе. 

—  Фрея  —  умная  женщина,  —  заметила  Катерина,  её  глаза  блестели  восхищением.  —  Она  знает  себе  цену  и  никогда  не  сражается  с  Алвилдой,  потому  что  Алвилда  все  же  ниже  статусом  Фреи. 

Дженни  не  поняла  смысла  этих  слов.  Она  не  знала  о  дворцовых  интригах  и  не  понимала  закономерностей  отношений  между  наложницами. 

—  Но  Алвилда  —  королева,  —  сказала  Дженни,  её  голос  был  полн  недоумения. 

—  Да,  но  не  такая,  как  Фрея,  Фрея дочь барона, у нее королевская кровь, как и твоя —  улыбнулась  Катерина,  её  улыбка  была  полна  тайны.  —  Алвилда  все  равно  не  даст  тебе  ближе  познакомиться  с  Фреей.  Она  либо  будет  держать  тебя  ближе  к  себе,  либо  же  ты  станешь  её  частью  коварных  планов. 

—  Почему?  —  спросила  Дженни,  её  сердце  забилось  быстрее. 

—  Потому  что  Алвилда  уже  давно  решилась  как-то  отсылать  Фрею  подальше  от  дворца,  —  шепнула  Катерина,  оглядываясь  по  сторонам,  чтобы  их  не  услышали.  —  И  оставить  маленького  принца  на  казнь,  чтобы  избавиться  от  него.  Об  этом  знают  все. 

Дженни  впала  в  шок.  Она  не  понимала,  зачем  королеве  такой  план. 

—  Зачем  убивать  принца?  —  спросила  она,  её  голос  дрожал.  —  Он  ведь  ещё  молод! 

—  Когда  кто-то  из  принцев  взойдет  на  трон,  то  король  должен  убивать  своих  братьев,  —  грустно  сказала  Катерина,  её  глаза  были  наполнены  печалью.  —  Этот  закон  написал  бывший  король,  отец  Тэхена.  Его  отец  убил  почти  что  восемнадцать  принцев  королевства,  чтобы  оставить  только  своих  сыновей,  чтобы  они  продолжали  его  наследство. 

Дженни  была  в  ужасе. 

—  Значит  Тэхен  должен  убить  своего  брата?  —  спросила  она,  её  голос  дрожал. 

Катерина  грустно  кивнула  и  замолчала. 

—  Давайте  закроем  тему,  —  сказала  Дженни,  её  голос  был  тихим  и  дрожащим.  —  Пусть  никто  не  услышит  наш  разговор. 

Катерина  кивнула  и  также  замолчала.  Обе  подружки  с  тревогой  в  сердцах  вернулись  к  обеду,  оставив  за  собой  тяжёлый  секрет.
*

В покоях Тэхена царила напряженная тишина. Алвилда, королева, сидела напротив своего сына, ее лицо было напряжено, а глаза излучали холодную решимость.

— Я должна была поступить так, - начала Алвилда, ее голос был тверд и беспристрастен. - Дженни не только оскорбила тебя, но и проявила неуважение к королевской семье. Она должна была понести наказание.

— Она начала с драки с Джозафиной, — продолжала Алвилда, её голос был холодным и бесстрастным. — А затем она сказала тебе такие слова, что я даже не хочу их повторять. Она потеряла контроль над собой и начал атаковать твою честь. Ты король, Тэхен, ты не должен терпеть такого обращения.

Тэхен не ответил. Он внимательно слушал свою мать, но в его глазах читалось сочувствие к Дженни.

— Я пощадила её, — продолжила Алвилда, её голос смягчился на мгновение. — Я отправила ее в темницу, но не казнила. Я сделала то, что должна была сделать королева.

— Но почему ты не сказала мне правду? — спросил Тэхен, его голос был спокоен, но в нём сквозило разочарование. — Когда я спрашивал о ней, ты смотрела мне в глаза и лгал. Ты королева, ты мать короля, ты должна быть правдивой.

— Я думала, что это не важно, — ответила Алвилда, ее голос был неуверенным. — Я не хотела беспокоить тебя от неприятных новостей.

— Если это Дженни, то это самое важное мама — ответил Тэхен, его голос был резким. — Я король а ты моя мать, ты должна быть правдивой со мной.

— Тэхен, — начал было Алвилда, но Тэхен перебил ее.

— Если отныне что-нибудь случится с Дженни, — сказал Тэхен, его голос был холодным и решительным. — Если хоть кто-то посмеет притронуться к ней, кроме меня, то я никто не будет пощажен.

Алвилда хотела было оспорить его слова, но Тэхен перебил ее снова.

— Мадам Девиль будет нести ответственность за ее безопасность, — сказал Тэхен, его глаза были холодными и непроницаемыми. — Если с Дженни что-нибудь случится, то её голова будет в беде.

Алвилда злобно зарычала. Она не могла поверить, что ее сын так защищает Дженни.

— Не забыл ли ты о государстве? — спросила она, ее голос был полн негодования. — Кем ты есть? Ты король, у тебя в власти тысяча наложниц, все мечтают о тебе. Неужели какая-то простышка овладела твоими мыслями?

— Дженни и есть моё государство, — ответил Тэхен, его глаза были наполнены огнем. — Сначала Дженни, потом все остальное. И да, она не простышка, а дочь герцога. И я прошу тебя, мама, чтобы ты уважала ее, ведь она — часть королевской семьи.

Алвилда вдохнула глубоко и покинула его покои, наклонившись к нему. Она вернулась в свои покои, охваченная гневным разочарованием. Она не могла поверить, что ее сын так сильно привязался к этой девушке. Она не могла поверить, что он готов рискнуть своей властью ради ней.

*

Дженни сидела в своих покоях, ее пальцы скользили по холодному пергаменту. Она рисовала. Не просто так, а с любовью, передавая на бумагу образы родного Пусана.  Весенние деревья, усыпанные цветами, ее замок,  и любимый конь Мину, чья грива развевалась на ветру.

Мысли Дженни улетели в прошлое. Она вспоминала письма, которые писала каждый день своим родителям. Она  делилась с ними своими переживаниями, рассказывала о том, как ей тяжело вдали от дома. Она  уговаривала  Мадам Девиль отправить их, надеясь на скорое  освобождение, на  возможность  побега.

Но  Девиль  отказала Дженни.  Потому что после того как наврала  Дженни,  сказав, что  письма написала другая служанка а она просто хочет кй помочь с этим, Девиль поверила ей, но когда открыв прочитав письмо Девиль сразу же поняла. И  теперь  Дженни  понимала, что  она  была виновна перед ней, за то что наврала ей.

Но  Дженни  не  хотела  смиряться  с  этим.  Она  решила  спросить  Девиль  о  письмах,  узнать  правду. 

Спустившись вниз, Дженни  прошла  через  толпу  наложниц,  которые  с любопытством  следили  за  ней.  Она  направилась  к  прачечной,  где  Девиль  обычно  проводила  большую  часть  времени. 

Дверь  в  комнату  Девиль  была  открыта,  и  внутри  стоял  едва уловимый  аромат  мыла  и  свежей  стирки.  Девиль  сидела  на  табурете,  моя  одежду. 

—  О,  Мадам  Девиль,  —  заговорила  Дженни,  ее  голос  звучал  весело,  но  в  глазах  дрожали  слезы.  —  Ты  что,  приняла  баню?  Пахнешь  вкусно. 

Девиль  подняла  голову,  ее  взгляд  был  холодным  и  не  дружелюбным. 

—  Нет,  —  ответила  Девиль,  её  голос  звучал  саркастически.  —  Я  искупалась  в  фонтане  в  саду. 

Дженни  улыбнулась  и  присела  рядом  с  Девиль. 

—  Нужна  ли  тебе  помощь?  —  спросила  она. 

—  Я  никому  не  доверяю,  кроме  себя,  —  ответила  Девиль,  не  отрывая  взгляда  от  одежды.  —  А  тебе  я  тем  более. 

—  Хватит  дуться,  —  сказала  Дженни,  её  голос  звучал  устало.  —  У  меня  не  было  выбора.  Я  извинилась  перед  тобой. 

Девиль  молчала,  продолжая  мыть  одежду. 

—  Ты  отправила  мои  письма  родителям?  —  спросила  Дженни,  её  голос  был  тихим  и  напряженным. 

Девиль  подняла  голову,  ее  взгляд  был  разочарованным. 

—  Ты  серьезно?  —  спросила  Девиль.  —  Думаешь,  так  легко  это  делать?  Не  морочь  мне  голову  и  отнеси  эти  вещи  в  мою комнату.  Я  сейчас  домою  остальное. 

Дженни  вдохнула  глубоко,  ее  раздражение  росло.  Она  взяла  глаженую  одежду  и  пошла  к  комнате  Девиль. 

Но  в  этот  момент  она  споткнулась  о  подол  ковра  и  упала.  Пытаясь  встать,  она  услышала  шуршание  бумаги  под  ковром.  Дженни  подняла  за  краешек  ковра  и  увидела  несколько  бумажных  листов.  Она  узнала  свой  почерк.  Это  были  ее  письма! 

Дженни  впала  в  отчаяние.  Все  ее  надежды  рухнули.  Она  опустилась  на  колени  и  заплакала.  Она  взяла  в  руки  письма  и  выбежала  из  комнаты. 

***

В  это  время  Тэхен  сидел  в  своих  покоях,  обсуждая  с  Чонгуком  государственные  дела. 

—  ...и  так,  мы  решили  отправить  послов  в  соседнее  королевство,  —  сказал  Тэхен.  —  Надеюсь,  это  укрепит  наши  отношения. 

—  Верно,  —  ответил  Чонгук.  —  Но  я  думаю,  что  нам  необходимо  провести  дополнительные  переговоры  о  торговле. 

В  этот  момент  к дверям Тэхена прибежала Дженни.  Она  была  в  слезах,  ее  лицо  было  бледным  от  печали.  Она  хотела  была  зайти  в  комнату,  но  ее  путь  перегородила  Джозафиня,  которую  сопровождала  Ева. 

—  Сегодня  к  нему  заходит  Джозафиня,  —  сказала  Ева,  её  голос  звучал  надменно.  —  Будь  добра,  открой  нам  путь. 

Дженни  взглянула  на  них  с  раздражением,  но  затем  кивнула  и  отступила  назад.  Стражи  отворили  дверь,  и  Джозафиня хотела пройти   в  комнату. 

—  Тэхен,  —  воскликнула  Дженни,  оттолкнув  Джозафиню  и  бросившись  к  Тэхену. 

Тэхен  поднял  голову  и  удивился,  увидев  Дженни  в  таком  состоянии.  Он  посмотрел  на  стражей,  которые  стояли  около  двери,  не  зная,  что  делать. 

—  Что  случилось?  —  спросил  Тэхен,  его  голос  был  полн  тревоги. 

—  Леди  Дженни  пришла  сюда,  —  ответил  один  из  стражей,  смущенно  опустив  голову.  —  Даже  несмотря  на  то,  что  мы  не  давали  ей  путь. 

Дженни  стояла  перед  Тэхеном,  не  поднимая  глаз.  Она  плакала,  ее  плечи  дрожали.  Чонгук  удивленно  посмотрел  на  нее,  а  затем  перевел  взгляд  на  Тэхена. 

Тэхен  встал  с  места  и  подошел  к  Дженни.  Он  нежно  обнял  ее  за  плечи  и  посмотрел  в  ее  глаза. 

—  Что  случилось?  —  спросил  он,  его  голос  был  спокоен  и  заботливым. 

—  Оставьте  нас  одних,  —  сказал  Тэхен  стражам,  не  отпуская  Дженни. 

Чонгук  кивнул  и  покинул  комнату,  взяв  с  собой  стражей. 

Тэхен  прижал  Дженни  к  себе  еще  сильнее. 

—  Что  же  случилось?  —  спросил  он  снова,  нежно  дотрагиваясь  до  ее  щеки.  —  Почему  твои  глаза  такие  грустные? 

Дженни  подняла  голову  и  встретилась  с  его  взглядом.  Она  потянула  Тэхена  к  его  кровати  и  усадила  его  рядом  с  собой.  Она  взяла  в  руки  письма  и  показала  их  Тэхену. 

—  Я  каждый  день  писала  письма  своим  родителям,  —  сказала  Дженни,  её  голос  дрожал.  —  Я  хотела,  чтобы  они  знали,  что  я  здорова  и  что  у  меня  все  в  порядке.  Я  отдавала  их  Мадам  Девиль,  чтобы  она  отправила  их.  Но  она  все  это  время  врала  мне.  Я  была  уверена,  что  она  отправила  их,  но  я  только  что  нашла  их  под  ковром  в  ее  комнате. 

Тэхен грустно и обидно поднял на нее взгляд, его глаза были полны недоумения. Он смотрел на Дженни, пытаясь понять, как она могла так легко говорить о своей семье, словно забывая, что теперь ее дом здесь.

— Тэхен, пожалуйста, позволь мне отправить эти письма. Я просто хочу, чтобы они знали, что я жива и здорова. В письмах нет ничего тайного, я просто пишу о том, как скучаю и хочу вернуться. Пожалуйста, дай мне сделать это,— умоляла Дженни, ее голос дрожал, но она упорно смотрела на него, ища в его глазах хоть какую-то надежду.

Тэхен молчал. Он понимал, что для Дженни ее семья была важнейшим частью жизни, но он не мог дать ей свободу отправить письма. В дворце были свои правила, и он был обязан их соблюдать.

— Дженни, ты должна забыть о прошлой жизни, — сказал Тэхен, его голос был тверд, но в нём звучала боль. — Теперь твой дом здесь.

— Нет, — ответила Дженни, её глаза наполнились слезами. — Я не могу забыть. Как ты можешь так беспощадно просить меня забыть о своей семье?

— Это просьбу я не могу исполнить, — ответил Тэхен. — В дворце есть свои правила.

Дженни хотела было еще что-то сказать, но Тэхен перебил ее.

— Вернись в свои покои, — сказал он. — Тебе нужно отдохнуть.

Дженни встала с места и подошла к двери. Она хотела было постучать, но потом, словно очнувшись от сна, она резко оглянулась на балкон.

—Дженни, куда ты?— спросил Тэхен, вскакивая с места.

Но Дженни уже бежала к балконным дверям, её движения были быстрыми и решительными. Тэхен попытался ее остановить, но она была слишком быстрой.

Дженни забралась на ступени балконной лестницы, которая вела вниз к саду. Тэхен испугался за нее и попросил ее не глупить.

— Дженни, пожалуйста, спустись оттуда! — крикнул Тэхен, но Дженни не слышала его слов. Она смотрела вниз, ее лицо было бледным от страха.

Дженни взяла письма, которые она держала в руках, и с силой замахнулась ими, бросив дальше от балконных решеток. Письма плавно улетели вниз, падая к земле.

Дженни плакала, наблюдая за ними.

— Я никогда не забуду маму и папу, — прошептала она, ее голос был слабым, но решительным. — Я всегда буду помнить о них и любить их. И мы обязательно встретимся.

Тэхен стоял, прикованный к месту, и смотрел на Дженни. Он не мог понять, что происходит. Он не мог понять Дженни.

Дженни прыгнула с балконных ступеней, спустившись обратно на балкон. Она не оглядываясь на Тэхена, покинула его покои, оставив его одного с его мыслями.
*

Солнечный луч, пробившийся сквозь занавески, заставил меня открыть глаза. Я лежала, уткнувшись лицом в подушку, и сжала кулаки. Вчерашний вечер словно кошмар, застрявший в моей памяти. Тэхен... он не понял. Он не мог понять мою боль, мою тоску по дому, по родителям.

Я глубоко вздохнула, и повернулась на бок. "Сегодня никого не пускайте," — сказала я стражницам стоящим у двери. — "Если это не важно, то не беспокойте меня."

Стражницы, как всегда послушные, кивнули и ушли. Я снова закрыла глаза, надеясь, что сон сможет хоть немного успокоить меня. Но не тут-то было.

Мысли о Тэхене, о его словах, о том, что он заставляет меня забыть о своем прошлом, о моей семье, не отпускали меня. Я надеялась, что он поймет меня, хотя бы он меня поддержит. Но увы, у Тэхена были те же фразы. "Ты должна забыть о прошлой жизни. Теперь твой дом здесь," — словно запись на граммофоне, крутилась в моей голове.

Я открыла глаза и посмотрела на потолок. Сон не шёл. Мысли были слишком навязчивыми. После вчерашнего я сильно разозлилась на всех, и дальше размышляла о планах побега отсюда. Я должна была встретиться с Катериной и узнать, но даже на это не было сил. Мне не хотелось гулять по этому душному дворцу, больше всего не хотелось встретиться с Джозафиней.

— Сшить платье,— решила я. — Хотя бы с чем-то я буду отвлекаться.

Я позвала служанку.

— Принеси мне нити, иглы, ножницы, — сказала я. — И найди ткань. Лучше что-нибудь светлое, постельно розовое давай, ткань должен быть из шелка либо атласовые, чтобы поднимать настроение. И не забудь машинку для сшитья.

Служанка кивнула и ушла, а я осталась одна. Я подошла к шкафу и вытащила из него старые ткани. Я взяла в руки кусок ярко-красного шелка. — Нет, — подумала я. — Слишком ярко. Лучше что-нибудь спокойнее. Я отложила шелковый кусок и взяла в руки кусок розовой шелковой ткани. — Вот это то, что нужно, — улыбнулась я про себя.

В этот момент в комнату зашла служанка, неся в руках лоток, на котором лежали все необходимые принадлежности.

— Леди Дженни, — сказала она. — Я принесла Вам все, что Вы просили.

Я поблагодарила её и стала разбирать ткани. Служанка ушла, а я осталась одна с моими мыслями и с желанием сшить платье, которое хоть немного поднимет мне настроение.

*

Джозафиня бродила по своим покоям, её лицо было искажено злостью.

— Как же я её ненавижу! — прошипела она, сжимая кулаки. — Она отобрала у меня все!

— Джозафиня, — сказала Ева, подходя к ней. — Успокойся. Не стоит так волноваться.

— Успокоиться? — воскликнула Джозафиня. — Как я могу успокоиться? Она украла у меня всё! Она отобрала у меня всё мое счастье!

— Джозафиня, — повторила Ева, её голос был спокойным и уверенным. — Ты должна быть умнее. Не дай ей уничтожить тебя.

— Но что я могу сделать? — спросила Джозафиня. — Как я могу отомстить ей?

— Я помогу тебе, — сказала Ева. — У меня есть план. 

Джозафиня внимательно посмотрела на Еву. 

— Какой план? — спросила она.

— Мы пойдём к ней в комнату, — сказала Ева. — Я отвлеку стражниц, а ты поговоришь с ней. 

— Хорошо, — согласилась Джозафиня. — Я сделаю это. 

Джозафиня и Ева вышли из покоев Джозафини и пошли к комнатам Дженни.

***

Ева подошла к стражницам, которые стояли у дверей комнаты Дженни.

— Девушки, — сказала она. — Мадам Девиль просила меня срочно передать ей кое-что. Она ждет вас в своей комнате.

Стражницы, не задумываясь,  покинули пост, уходя  к  комнате  Мадам  Девиль. 

Джозафиня  ухмыльнулась  и  быстро  прошла  мимо  Евы,  открывая  дверь  в  комнату  Дженни. 

Дженни сидела на полу,  собирая  ткани  для  платья.  Она  была  погружена  в  свои  мысли,  и  не  заметила  как  Джозафиня  вошла  в  комнату. 

—  Ну  вот  мы  и  встретились,  —  сказала  Джозафиня,  её  голос  был  холодным  и  безжалостным. 

Дженни  подняла  голову  и  увидела  Джозафинию.  Её  глаза  расширились  от  ужаса. 

—  Джозафиня,  —  прошептала  она.  —  Что  ты  делаешь  здесь?

Джозафиня  приблизилась  к  ней,  её  лицо  было  искажено  злостью. 

—  Я  пришла  поговорить  с  тобой,  —  ответила  она.  —  Ты  отобрала  у  меня  всё,  что  мне  дороже  всего.  И  теперь  ты  поплатишься.

Дженни  схватилась  за  стул,  её  руки  треслись.  Она  чувствовала  смерть  в  глазах  Джозафини,  она  понимала,  что  ничем  не  может  противостоять  ей. 

—  Что  тебе  нужно?  —  спросила  она,  её  голос  был  тихим  и  хриплым.

—  Ты  отобрала  у  меня  то,  что  по  праву  принадлежало  мне,  —  ответила  Джозафиня.  —  Теперь  ты  поплатишься. 

Она  подняла  руку,  и  в  её  руках  блеснул  нож.  Дженни  закрыла  глаза  и  закричала.

—  Помогите!  —  вопила  она.  —  Катерина!  Девиль!  Помогите!

Но  никто  не  отвечал.  Джозафиня  была  слишком  быстрой.  Она  бросилась  на  Дженни,  но  в  последний  момент  Дженни  увернулась.  Она  поползла  к  краю  дивана,  ища  укрытия.

—  Ты  не  сбежишь,  —  закричала  Джозафиня.  —  Я  убью  тебя!

Она  бросилась  на  Дженни,  но  Дженни  отбивалась  изо  всех  сил.  Она  хватала  подушки,  бросала  их  в  Джозафини.  Но  Джозафиня  была  сильна  и  зла.  Она  снова  бросилась  на  Дженни,  и  Дженни  закричала  от  боли.

—  Помогите!  —  вопила  она,  её  глаза  были  полны  ужаса.  —  Помогите! 

Но  ни  кто  не  отвечал.  Ева  стояла  у  двери,  наблюдая  за  сценой.  Её  лицо  было  холодным  и  бесчувственным.  Ей  было  все  равно,  что  будет  с  Дженни.  Её  интересовала  только  месть  Джозафини.