Слёзы (не) должны идти

Тишина. Лишь ночь на дворе. Какао что подавали на ужин было каким-то не таким, почти никто не обратил на это внимание, а тех кто не пил его заставляли пить упреками что мы неблагодарные. Несмотря на это я просто вылила его на ближайшее растение и отнесла всю грязную посуду с остальными. Ночью проснувшись услышала какой-то шорох и шаги. Был слышен ещё приглушенный крик где-то вдалеке. Никто больше не просыпался. Приоткрыв глаза пришлось их мигом закрыть. Они были слишком близко. Удалось увидеть только то что как в кровать ложится какая-то девушка, а рядом стоят трое. Двое слуг и девушка в костюме колфы. Было непонятно кто это, и непонятно зачем. С того момента прошло уже 5 дней. Я побоялась кому-то это рассказывать, кроме моей.... Кхм-кхм, никто кроме одной мне не верит, за это время я узнала что ту девушку, что тогда ложилась, зовут Вайлэт, и она из северо-восточной Экелии. Кажется будто это всё очень хорошая ложь, но девушка та выглядит почему-то смутно знакомой. Будто о ней что-то говорили, или было известно, однако сама не знаю. Сегодня я думала сказать об этом моей.... Неважно. Но я бы сама не смогла правильно все сказать, да и не уверена. Сообщу своей ... об этом другим методом, и уже явно не сегодня.
***
Уроки продолжались, прошло уже около месяца ежедневных лекций. Все буквы полностью выучены, правила обращения к придворным выучены. Сегодня переводчица впервые огласила своё имя– Лионель Колфа. Вначале она казалась без чувственным камнем, но вскоре к ней привязалось очень много девушек, она помогала многим от боли, утешала, давала советы. Она была любящей но строгой. Урок должен был начаться через час, а сейчас был утренний завтрак. Фиоль последнее время начала скучать за домом, но не так сильно. Она могла думать только ночью, но утром снова быть жизнерадостной. Она подсела ближе к Жозефине и начала диалог.
–Ты хоть какие-то статусы запомнила?
–Лионель сказала что сегодня расскажет о них, не обязательно было их зубрить.–Жозефина повернулась к подруге и протянула ей какую-то ткань с надписями. Она делала всё очень тихо и аккуратно.
Фиоль взяла эту ткань не понимая что там написано, ведь ещё не развернула этот свёрток. Она не понимала зачем Жозефина дала ей его, но решила узнать позже.
***
Доев девушки как всегда добровольно-принудительно попросили помочь убрать всё со стола. Фиоль относила тарелки вместе с линией других девушек. Отнеся посуду, Фиоль немного затормозила сделав вид что упала, колфа недовольно стояла ожидая пока та встанет. Как только Фиоль встала колфа пошла не став её ждать, и у Фиоль появился шанс мельком посмотреть что в записке. Открыв ткань она увидела текст на Оргазельском, но не понятные слова. Она не сразу поняла что нужно читать по буквам на Экельском.
Тело пронзил холод, ноги стали ватными, но виду нельзя было подавать. Фиоль поспешила, начала аж бежать чтобы не отставать и не возникло подозрений. До урока оставалось около 10 минут. Фиоль сидела рядом с Жозефиной и решила у неё спросить.
–Ты в этом уверена? Это точно?
–Да, я уверенна, смотри вон там она, аж блестит теперь, вот только это не она!–громким шепотом сказала Жозефина, она не выглядела настолько напуганной как Фиоль, но в ней явно что-то изменилось.
Однако не успев ничего сказать вновь пришла Лионель. Она поспешно собрала всех девушек и пересчитав все они как и в прошлые дни направились в тот же класс.
–Сегодняшняя тема- статусы и титулы дворца! Как я уже и говорила на прошлом уроке начнём от самых простых до господ.
Девушки сидели тихо, вникая в тему, обычно они шепотом разговаривали друг с другом, но сегодняшняя тема их завлекла, по крайней мере они хотя бы делали вид что увлечены. Фиоль мельком кинула взгляд на Жозефину, что смотрела на что-то в своей руке. Не придав этому значения она кинула взгляд на другую девушку. Та сидела в углу комнаты и явно не слушала... раньше такого не было. Немного отвлекаясь Фиоль успела пропустить некоторыеслова от учительницы, и вновь старалась вникнуть.
—...Джариé можно сравнить с вами, это девушки купленные на невольничьем рынке, их также называют рабынями, но рабыни и рабы это те кто были брошенные в тюрьмы или сосланы из своих дворцов.
Сделав не большую паузу она нарисовала линию на доске, а в самом низу рабыни, и сверху джарие.
–Продолжат наш список уже придворные слуги такие как ясельничие, они ухаживают за лошадьми дворца, и за самой конюшней, бостанджи-баша, обычные дворецкие, но вы их не увидите в гареме.
Одна из девушек протягивает свою руку и спрашивает – Почему не видим? Вот же там стоит мужчина, разве он не дворецкий раз следит за порядком?
Лионель рассмеялась а мужчина в углу комнаты выглядел очень смущенно, будто бы его попросили снять всю одежду и станцевать голышом. Ещё немного посмеявшись девушка вновь пришла в строй. Она быстро написала на доске «дворецкие», и сразу после этого колфа/ага.
–Этот мужчина- ага. Колфы это обычные девушки дворецкие служащие только в гареме, а вот аги- это евнухи служащие только в гареме. Мужчинам которые не прошли кастрацию вход к Султанском'у раю запрещен. Продолжим.. следующей у нас будут такие девушки что приходят с титулами «хатун», их либо дают независимым девушкам торговкам что навещают гарем продавая ткани, драгоценности и свечи, либо знатным девушкам что живут во дворце. У нас такая только одна, это наш казначей- Неруглу Хатун. Не останавливаясь сразу объясню про иерархию наложниц, потому что только они с султанской семьей и остаются. Первыми идут наложницы- девушки что могут войти в покои султана во время хальвета, дальше идут наложницы родившие султану дочерей, затем уже Султанши- родившие сына, султанши ставшие супругой султана, ну и сестры султана. Самые главные при дворце это Валиде Султан- мать Султана, сам Султан-Император, и Великий Визирь.
Лионель быстро дописала все титулы что перечислила на доске, и поспешно что-то сказала евнуху на Оргазельском. Из всего этого можно было понять только «листок, доска», остальные слова были знакомыми, но не понятными. Пройдя немного времени в комнату зашли 3 девушки. У первой- бумага, у второй-чернила с перьями, у третьей- обычные дощечки. Как только всем раздали по инструменту Лионель что-то вновь сказала на оргазельском непонятно кому. Мельком взглянув на одну из девушек в толпе было видно что она было от чего-то довольной. Она точно не та за кого себя выдает. Наблюдение прервали хлопки Лионель просящие о внимании.
–Сейчас вы будете записывать слова, их формы, значения и применения!
Такого раньше не было. Впервые дело привело к настоящей практики. Пока все подложили дощечку под колени и расставили чернила чтобы было удобно ими пользоваться Лионель уже стерла доску и готовилась что-то сказать.
***
–Приведите ко мне Мерьема, быстро! Элизабет явно была не в настроении. Вся комната Императрицы была запачканной вещами что она сама кидала со своего стола, со своего шкафа, из всей своей комнаты. Слуги молча исполняли её приказы боясь попасться под горячую руку. Уже через 4 минуты Император Мерьем стоял на пороге комнаты своей сестры.
–Элизабет, что произошло?– он просто скрестил руки под грудью, пока слуги закрывали за ним дверь оставляя наедине императора и императрицу.
–Мерьем, император великой империи, однако с такими низким интеллектом, кого ты этой ночью звал в свои покои!?– Она схватила подсвечник и кинула его в Мерьема, но тот успел увернутся. Он явно был озадачен такому поведению сестры.
–Я простых рабынь не впервую на ночь беру! Сестра моя, все ли хорошо у тебя, Мелисса тебя замучила, или ещё чего?
–Та рабыня дочь министра Экелии, если наш договор будет расторгнут то к нам не будут приходить полезные завозы с ископаемыми! Живо делай что нибудь!
Мерьем побледнел. Он стоял побелев как белый лист в тишине ещё несколько и секунд и только тогда осознал что он натворил.
–я мигом оттшлю её!
Раздался истошный крик который больше походил на крик.
–Какой «отошлю»!? Поздно, она может и забеременела, остальным девушкам она может это разболтать, в свою страну пустишь-её все узнают, она папочке все расскажет, да и осталось только скрыть все следы нашей покупки!
Элизабет выдохнула и направилась в сторону брата.
–Горазд меньше будет проблем если будет известно только то, что её похитили татары, а вот что её купили наши слуги, и тем более наш император её изнасиловал остальным знать необязательно. Найди девку похожую и пусти её в гарем, а эта... Просто будет жить тут.– её голос теперь больше походил на просьбу и был настолько жалобным, будто она только что плакала а не орала во всю глотку.
Мерьем ничего не сказал, а Элизабет уже вышла из покоев обойдя её. Она тихо приказала слугам чтобы те прибрали её покои и вновь вошла шепнув на ухо императору лишь 2 предложения.
-сделай это прямо сейчас, сейчас ночь, никто и не узнает, а если что Захиде прикроет. Девушки её любят, и поверят на слово, но та девица жить будет, если не беременна то только тогда избавимся.
***
Рука ужасно болела, в голове все забито грамматикой, словами, и прочим. Доска на которой писала Лионель была вся исписана как и листки у всех девушек. Несколько раз приходили служанки раздавая всем новые листочки. Тело будто окоченело, и вставать было больно. Настолько длинных уроков ещё никогда не было. Отставив все чернила и дощечки все девушки вышли взяв с собой только листки. Все выглядели измученными. Несколько часов писать в дурноте под палящим из окон солнцем.
–Жозефина, давай поговорим?–Тихим голосом сказала Фиоль.
Жозефина лишь повернулась и кивнула. Фиоль немного обрадовалась. Она оглянулась, затем взяла Жозефину за руку идя в угол комнаты. Она оглянулась снова и снова начала тихий разговор.
–Ты действительно думаешь что ту девушку подменили? Может у тебя тогда были галлюцинации?
–Нет же... я не рассказала тебе всего как было... я просто не выпила то какао. Я думаю в нем было снотворное, и именно в то время ты девушку подменили. По следующих ночах все было спокойно!– Жозефина говорила это максимально тихо как могла, и постоянно оборачивалась чтобы никто не видел и не слышал их.
–Так значит ты...– Фиоль закрыла рот, и задумалась на пару секунд– это мог быть не первый раз, какао нам давали раза 3-4...
Фиоль нервно переглянулась и взглядами начала искать другие признаки странного поведения у других девушек.
–Нет, зайка моя, именно такое какао подавали впервые. Я думаю что кто-то ещё его точно не пил, но просто решил унести ту тайну ночи в гроб. Я думаю это точно будет повторятся, и не один раз, так что нужно как-то сообщить всем.
***
–Мне кажется со мной что-то не так...
-Почему ты так решила, девочка моя?
–Я чувствую будто мне нравится один человек, очень близкий, я его хорошо знаю, я походу его люблю...
–Правда!? Кто же этот кавалер, доченька?
–Мама, это девочка, так же не должно быть, правильно?!
Мама только сощурилаьс и была явно недовольной.
–Пошла прочь из дома. Без внука на руках и без мужа даже имя моё забудь, не мать я больше тебе!
–Но матушка, я же понимаю что так не должно быть, может к лекарше сходим, к травнице? Но прошу не выгоняйте, как же вам помочь? Сестра не справится одна!– Девушка начинает заливаться слезами и падать на колени перед слепой матерью. Было прекрасно понятно что её не простят за это.
–Нет уж, как говорится в семье не без урода. Не такого я ожидала от своей взрослой дочери, вроде и голова на плечах, а разуму то нет говорить такое, что уж говорить, думать! Прочь я сказала!
Ног под ногами рушится, страх заполняет тело, лицо заливается слезами.
Бег. Бег. Бег!
В голове была только одна мысль- бежать. Неожиданно я забрела в неизвестную часть леса, вроде недавно ещё могла увидеть очертания своей деревни, а сейчас в глуши. Трава под ногами трескается, как не зря я была готова к этому, иначе бы не одела такую массивную обувь и среднее платье, вот только я не была готова к тому что забегу так далеко. Послышались чужие шаги, несколько пар ног бежали недалеко от меня с криками «поймайте её», шанс сбежать ещё был, они кричали не мне. Рванула как резаная, старалась убежать далеко- далеко.
Вот я уже около пруда, прошло почти пол часа. Сердце до сих пор колотится как бешеное, а слезы идут беспрерывно. Родная мать отказалась от своей дочери, захотелось рыдать в голос, сказать о своей потери каждому, вот только я почувствовала только тряпку с силой прижатую в моё лицо. Какой-то человек держвл эту тряпку, а затем закрыл глаза. Я пыталась кусаться, кричать, отбиваться, но все было бесполезно, разбойники.