Глава 42
Новость о том, что султан Сулейман решил отправиться в поход на венгров быстро добралась до санджаков шехзаде.
Султан Сулейман решил взять с собой в поход Селима. Баязида он решил снова оставить в столице. Джихангира было решено оставить в его санджаке, тоже решение было по поводу Мустафы.
Узнав о таком решении султана Сулеймана Мустафа пришел в ярость и разгромил свои покои. Гнев Мустафы клокотал, как лава в жерле вулкана. Он чувствовал себя преданным, униженным. Все его честолюбивые мечты, все надежды на славу и признание развеялись в прах, словно дым от костра.
- Почему? Почему снова я?" - кричал он, обращаясь к пустоте. - Неужели я недостоин? Неужели мои заслуги ничего не значат?
Он метался по комнате, словно зверь в клетке, не находя себе места. Его верный слуга Ташлыджалы Яхья, видя ярость своего господина, робко попытался успокоить его, но Мустафа лишь отмахнулся от него, словно от назойливой мухи.
- Оставь меня! - прорычал он. - Я должен побыть один со своим горем!
Вскоре гнев начал уступать место отчаянию. Мустафа опустился на колени, чувствуя, как слезы душат его. Он вспомнил слова матери, которая всегда говорила ему, что он должен быть сильным и терпеливым, что справедливость восторжествует. Но сейчас, в этот темный час, ему казалось, что справедливости не существует, что он обречен на вечное прозябание в тени.
Собравшись с силами, Мустафа поднялся на ноги. Он вытер слезы и посмотрел в зеркало. В отражении он увидел не сломленного и униженного принца, а гордого и решительного воина.
- Я докажу ему, чего я стою! - прошептал он. - Я заставлю его пожалеть о своем решении. Я еще покажу ему, кто такой шехзаде Мустафа!
Он понимал, что ему предстоит долгий и трудный путь, но он был готов ко всему. Он знал, что ему придется бороться за свое место под солнцем, но он не боялся трудностей. Ведь он был сыном Сулеймана Великолепного, и в его жилах текла кровь великих завоевателей. И он не намерен был сдаваться без боя.
Маниса
- Султан Сулейман доверяет тебе! - сказала Нурмелек Рейан.
- Да, но Мустафа явно обижен подобным выбором отца повелителя! - сказал Баязид.
- Может быть, но подумай сам, будет ли он милостив к тебе, нашим детям, к шехзаде Селиму и его детям, а к шехзаде Джихангиру он будет милостив? Баязид, закон Фатиха висит над каждым из вас и как ты думаешь кто быстрее прольет кровь дети одного отца и одной матери или брат чья мать ненавидела свою соперницу и настраивала сына против нее и ее детей? - сказала Нурмелек Рейан.
Баязид нахмурился, обдумывая слова Нурмелек Рейан. В ее словах была горькая правда, которую он старался не замечать. Закон Фатиха, узаконивший братоубийство ради сохранения трона, был постоянной угрозой для всех шехзаде. И хотя он старался верить в братскую любовь Мустафы, в глубине души он понимал, что жажда власти и материнская ненависть могут затмить любые чувства.
- Ты думаешь, он действительно способен на это? - спросил Баязид, глядя в глаза Нурмелек.
- Я знаю, на что способна Махидевран султан, а Мустафа – ее орудие! - ответила Нурмелек. - Он молод, честолюбив и жаждет признания. Она внушила ему, что он – единственный достойный наследник, и что остальные шехзаде – лишь препятствие на его пути. Вспомни как она приказала убить невинные жизни, а сколько раз были покушения на Хюррем султан? Гюльшах хатун служанка Махидевран султан хотела убить Хюррем султан, но Аллах уберег ее от беды, поранили Гюльнихаль хатун, а шехзаде Селим искупался в крови служанки собственной матери!
Баязид вздохнул. Он понимал, что Нурмелек права. Ему придется быть осторожным, не давать Мустафе повода усомниться в его лояльности, но при этом всегда быть начеку. Игра престолов началась, и каждый его шаг мог стать роковым.
- Что же нам делать? – спросил Баязид.
- Ждать и наблюдать! - ответила Нурмелек. – И быть готовым ко всему. Мы должны защитить себя и наших детей. И помни, Баязид, в этой игре нет места жалости и состраданию. Выживает сильнейший!
В Топкапы новость о походе и выборе султана также вызвала бурю эмоций. Хюррем султан, узнав, что Селим будет сопровождать повелителя, почувствовала облегчение, но и тревогу. Она понимала, что поход – это не только возможность для Селима проявить себя, но и опасное испытание. Кроме того, ее беспокоило решение оставить Баязида в столице, ведь это могло усилить его недовольство и амбиции.
Хюррем вызвала к себе Рустема пашу.
- Рустем, ты должен быть рядом с повелителем и шехзаде Селимом. Следи за каждым их шагом, докладывай мне обо всем. И помни, шехзаде Селим должен вернуться живым и невредимым! - сказала жена султана Сулеймана.
Рустем паша склонил голову в знак согласия. Он понимал, что Хюррем возлагает на него огромную ответственность.