Шаги
13:45
Тишина. Она охватывает нас всё плотнее, и я чувствую, как внутри меня всё сжалось, как струна перед тем, как она лопнет. Но мы оба сидим, не двигаясь. Он, кажется, в какой-то момент что-то осознаёт, но не говорит этого вслух.
Я вдыхаю воздух и пытаюсь его почувствовать. Этот момент. Он — здесь. И я — здесь. Вроде бы всё так же, а всё иначе. Мы не можем уйти, но и не можем двигаться вперёд. Просто сидим и молчим.
Он первым нарушает тишину. В его голосе почти не слышно того напряжения, что было раньше, но в нём всё равно есть какая-то тяжесть.
— Я не думал, что будет так сложно. — Он смотрит мне в глаза, и в его взгляде появляется что-то, что я не могу сразу понять.
Я не могу ответить. Не знаю, что сказать. Всё, что я могла бы, уже сказано. И всё же я чувствую, что что-то меняется. Может, это не то, что я ожидала, но что-то всё-таки меняется.
Я снова смотрю на него, его лицо какое-то усталое, но в нём есть решимость. Он что-то думает, и я чувствую, что он готов сказать больше, но не знает, как это сделать.
— Ты ведь понимаешь, что я не хотел, чтобы всё стало таким... — Он вдруг замолкает, и я чувствую, как он борется с тем, что хочет сказать. Я знаю, что это не оправдание. Просто... слова, которые ему трудно произнести.
Я киваю. Вроде бы понимаю, но в этой тишине всё становится ещё более сложным. Мы оба понимаем, что какие-то вещи так и не были сказаны. Он не может найти их. Я тоже.
— Ты не должен оправдываться, — говорю я. — Просто... почему мы не можем просто быть честными? Почему не сказать, что на самом деле чувствуем? Я не знаю, что ты хочешь от меня, и ты не знаешь, что я хочу от тебя. Почему мы не можем просто спросить?
Он слегка пожимает плечами. Мы снова сидим в этом пространстве молчания, но теперь оно не кажется таким страшным. Он не боится. Я не боюсь. Мы просто сидим рядом. И, возможно, это и есть начало. Не как в кино. Просто реальность, в которой оба пытаются понять друг друга.
— Может быть, это и есть честность, — отвечает он, и в его голосе появляется какая-то легкость. Может, он и не знает, что именно хочет, но хотя бы не боится признать, что мы оба здесь, и это уже что-то.
Я поднимаю глаза. Что-то в его словах заставляет меня почувствовать, что мы, наконец, начали двигаться. Хоть немного. Но всё-таки.
— И что теперь? — спрашиваю я снова. И снова чувствую, что этот вопрос уже не такой страшный, как был раньше. Мы оба перестали бояться ответов, которые ещё не знаем.
Он откидывает волосы с лица, улыбается почти неуловимо, и отвечает:
— Теперь... я думаю, что мы можем попробовать. Просто попробуем. Без лишних слов.
Я не уверена, что понимаю его до конца, но, похоже, что это — шаг вперёд. Не быстрый, не уверенный, но всё-таки шаг.