Раскаты грома
Вынырнув из сна, словно из толщи воды, я открыла глаза, уставившись в потолок. Такая знакомая комната на втором этаже и окно, из которого когда-то бежал Ньярл и я сама.
— Мне все больше кажется, что история повторяется, и я тоже в конце концов застряну в чьей-то голове.
Такой исход вполне возможен, но я надеюсь, ты будешь умнее и не дашь себя победить.
— А если я также устану от жизни? Устану нести это бремя? Ты почти ничего не чувствуешь в своих поздних воспоминаниях, но даже тогда не мог избавиться от тяжести одиночества.
Мне не нужен был кто-то рядом со мной, меня мало интересовала плотская любовь.
Я не об этом. Скорее о душевном одиночестве, будто ты единственный человек на всем свете. Почти все боятся и сторонятся, единицы ненавидят или обожают, но это лишь подчеркивает то, насколько ты одинок со своей силой, могуществом и словно выжжен изнутри. Все вокруг живут, суетятся, стремятся к чему-то и умирают, а твоя душа уже ничего не хочет желать. Это так жутко...
Такова цена моей власти и возможностей. Но не беспокойся, прежде чем ты достигнешь такого состояния, переживешь не одно предательство тех единиц, кому доверяла.
Я села в кровати и потерла лицо, сегодня выходной, и, наверно, стоит спуститься на кухню, но у меня совсем нет настроения готовить. Такое муторное ощущение, будто я одной ногой в трясине, но еще не вижу этого.
Умывшись и переодевшись, я забрала из кухни завтрак и спустилась в кабинет. В поместье было на удивление тихо, Ганим с утра уехал в город, Гибрис притаился где-то у себя в покоях, Милана не показалась среди слуг. Все были чем-то заняты, разбредшись по углам. Напряжение последних дней чувствовалось особенно сильно, и окружающие, словно инстинктивно, прятались от него, закрывались, в надежде переждать грядущую бурю.
Закрывшись в кабинете, я достала чистую тетрадь и по памяти описала перемещение Ньярла через завесу. Заклинания и магию, которую он использовал, незнакомые слова неповоротливо складывались на языке. Придется немало потренироваться, прежде чем я доберусь до такого уровня.
— Слушай, а я также смогу изменять свою внешность?
Сможешь, если хочешь, попробуй сейчас спрятать шрамы.
— Ты мог бы сказать об этом сразу!
Это не панацея, лишь небольшая маска, ты все равно не сможешь носить ее постоянно.
Ощутив небывалый прилив интереса, я залезла в кладовую и нашла там небольшое зеркало, видимо, перенесенное Каином когда-то из старых комнат. Поставив его на каминную полку, я протерла зеркальную гладь тряпкой. Изящная серебряная рама в виде диких виноградных лоз слегка блеснула в слабом свете солнца.
— Так что нужно делать?
В голове, словно золотой фейерверк, вспыхнули строчки заклинания и жест, который нужно сделать рукой. Прокрутив это несколько раз в голове, я сосредоточилась на красных бороздах, уродующих мое лицо.
Повтори жест пока без заклинания и сосредоточься на произношении слов. Да, вот так. Сделай это еще раз. Четче, еще четче. Я заставлю тебя учить эльфийские скороговорки, если ты будешь так мямлить.
Покорно выполняя приказы Ньярла, я раз за разом повторяла слова, стараясь не ошибаться в звуках, распадающихся в голове, как незнакомые части пазла. В конце концов еще немного поворчав, маг дал разрешение попробовать заклятье на себе. Аккуратно прикоснувшись к шраму кончиками пальцев, я представила ровную, мягкую, как бархат, кожу. Отражение чуть подернулось белесой пеленой, но я быстро смогла увидеть результат.
— Вау, а я и правда симпатичная.
Едва ли такая мелочь, как шрамы, сможет помешать тебе в будущем. По-настоящему близкий человек их даже не заметит, ты сама это почувствуешь, как только мы выйдем в свет и люди впервые узнают, насколько ты удивительна.
Мои щеки в зеркале запылали румянцем, впервые за долгое время я вдруг почувствовала себя по-настоящему неловко, поскорее отвернувшись от зеркала, будто так Ньярл не поймет, насколько сильно меня смутил.
— Ты преувеличиваешь.
Это ты отказываешься принимать реальность.
— Прекрати! Ты меня смущаешь. Мы все еще в одном теле, ты не забыл?
Я всего лишь хочу, чтобы ты здраво смотрела на вещи и перестала стесняться себя.
От некроманта повеяло какой-то застарелой тоской, будто печалью об утраченном.
Ты сама говорила, что боишься стать такой же, как я. Привязанность, чувства, мимолетные отношения — это то, от чего я отказался и что стал неспособен получить. Я не прошу бросаться в омут с головой, но помни, в будущем, возможно, у тебя не будет на это ни времени, ни сил. Рано или поздно ты напрямую станешь помогать Каину, но сможешь ли ты остаться при этом человеком?
— Ты так говоришь, словно знаешь, что меня ждет и к чему меня готовят.
Знаю, но пока могу только предупреждать. Это твой путь, и выводы из него ты будешь делать сама.
По спине пробежал мерзкий, тревожащий холодок. Опасность, возможно, подкралась уже совсем близко, но сейчас я слепа и глуха к ней, пока не станет слишком поздно.
— Пожалуй, я продолжу обучение. Спасибо, Ньярл.
Всегда пожалуйста.
Я сняла с себя иллюзию и снова засела за книги, они успокаивали меня — в формулах, схемах, заклинаниях и куче правил все было понятно и просто, я знала, что происходит и что произойдет. Множество колб на столе и различные варианты ингредиентов — все это захватывало мой разум, и руки сами раз за разом пробовали что-то новое. Кажется, еще немного, и я создам нечто уникальное, только свое.
От экспериментов меня отвлек стук в дверь, настолько неожиданный в тишине подземелья, что я едва не выронила колбу с едким раствором.
Сколько прошло времени?
— Мисс Серафина, это Милана, мне нужна ваша помощь.
Отложив инструменты и вытерев руки о рабочий фартук, я поспешила открыть дверь. На пороге действительно стояла Милана, как всегда строгая и спокойная внешне, она будто копировала собранность хозяина поместья, но в ее глазах читался неподдельный страх.
— Да, что-то случилось?
Нервно сцепив пальцы, девушка кивнула:
— Да, господин Ганимед, он уехал еще утром и обещал вернуться до заката, но его все еще нет.
Я повернулась к окошку под потолком, за стеклом было уже темно.
— Полагаю, он раньше никогда так не задерживался.
— Всегда приезжал вовремя. Боюсь, что-то действительно могло случиться.
В груди неприятно похолодело, будто вместо привычной ступеньки на лестнице вдруг под ногой оказался провал.
— Машина только одна?
— Да, мисс. Можем предоставить коня.
Средневековье, я и скакать-то почти не умею, пробовала лишь пару раз, но некрос пугает животных.
Я помогу справиться с этим, выезжай немедленно и не забудь трость.
— Хорошо, я возьму эликсиры и выезжаю.
— Лошадь будет ждать у крыльца.
Милана кивнула и быстрым шагом скрылась в полумраке коридоров. Время позднее, но я была уверена, она будет ждать нас до самого утра если потребуется.
Стянув фартук и подхватив поясную сумку, я распределила заготовленные колбы. С полки я забрала трость, прицепив ее к тому же поясу специальными заклепками. Ничего не гремит и не выпадет при езде, идеально.
Закрыв лабораторию снаружи, я чуть ли не бегом направилась к выходу из поместья. По пути несколько слуг не стесняясь бегали по дому, подготавливая что-то. Неужели все так беспокоятся за Гани? Или вдруг Каин прислал весть о возвращении? Жаль, нет времени узнать поподробнее.
От неожиданной суматохи в главном холле мне словно чудился запах грозы, она была уже на пороге, уже почти здесь, уже чуть-чуть... Перешагнув порог, я всего на мгновение остановилась на крыльце, во дворе уже ждал оседланный конь. Милана помогла мне залезть на него и почти насильно вручила небольшой кошель.
— Там несколько золотых, на всякий случай. Если понадобится помощь, можешь обратиться к портнихе, она тебя примет и поможет. Если не сможешь с чем-то справиться сама, обязательно отправь весть Каину или мне.
Покорно убрав кошель, я заверила, что буду действовать благоразумно, и направила коня к уже открытым воротам. Руки дрожали, сжимая поводья, я чувствовала легкое присутствие некроманта в своей голове, будто чьи-то призрачные руки, едва касаясь, указывали мне.
Где искать Гани?
Я думаю, сначала в булочной, навряд ли она еще открыта, но ее нужно проверить первым делом.
Кивнув, я постаралась сосредоточиться на дороге, не давая себе паниковать. Сознание могло предложить тысячу и один вариант развития событий, начиная от аварии на дороге, заканчивая ограблением на улице.
— Увижу, уши надеру.
До Ултара я добралась в рекордные сроки и, оставив лошадь в конюшне у дороги, припустила в сторону пекарни. Я плохо помнила расположение улиц, но некромант подсказывал мне, куда свернуть и где можно срезать. К сожалению, у нужного дома меня ждали только темные витрины и черные провалы окон в жилом этаже.
— Черт! — я остановилась, отдышавшись и уперев руки в колени. Спасибо Гибрису за муштрование на тренировках, бегаю я теперь быстро и выносливо.
Придется пройтись по тавернам. Не представляю этого мальчишку пьяным, но больше идей нет.
— Придется.
Я огляделась и пошла в ближайшее заведение в памяти Ньярла, но тут, к сожалению, его познания дали сбой — вместо здания нас встретило старое пепелище.
— Значит, будем обыскивать весь город.
Маг благоразумно промолчал, позволив мне продолжить забег по злачным местечкам Ултара. Я проверила еще три таверны и хотела было идти в другую часть города, но услышала знакомый кошачий мяв. В метрах десяти от меня на тротуаре сидел черный ултарский кот. Сверкнув своими желтыми глазами, он повторно мяукнул и побежал в сторону переулков.
Повинуясь странному порыву, я побежала за котом, пробираясь вглубь путанных кварталов и старых многовековых застроек. Возле очередного дряхлого, косого домишки мой поводырь остановился и, посмотрев на меня, махнул в сторону соседней постройки. Стоило мне отвести от него взгляд, как черная тень растворилась в полутьме переулков.
— Спасибо.
Я стояла напротив достаточно большого деревянного дома с кривой, нечитаемой табличкой и каким-то пьянчугой на крыльце. Мужчина явно не впервые отдыхал в этом месте, посапывая на нижней ступеньке и не мешая проходу. Аккуратно поднявшись к двери, я зашла внутрь и оглядела зал. Внутри десятка два-три постояльцев бурно подпевали лютнисту на сцене. Нервы натянулись, словно струна, среди выпивох у бара я заметила знакомую вихрастую голову.
Я тебе сейчас ее откручу, засранец.
Двинувшись через забитые столы к стойке, я краем глаза подметила заинтересованные взгляды компании, сидящей недалеко от Гани. Они о чем-то перешептывались и в целом выглядели так же, как все, но их эмоции насторожили меня. Слишком много там злорадства и ненависти.
Брат клевал носом над кружкой пива, о чем-то бормоча и слегка покачивая головой. Видят боги, сколько труда я приложила, чтобы не дать этому товарищу подзатыльник.
— Ганим, собирайся, мы уходим.
Парень осоловело поднял на меня взгляд и отрицательно покачал головой.
— Н-нет, не хочу.
— А я и не спрашивала, хочешь ли ты, я просто ставлю тебя перед фактом.
Отобрав у него кружку пива, я бросила на стойку серебряную монету из личных запасов и потянула брата на себя, стягивая со стула.
— Эй-эй! Пусти парня! Куда ты его тащишь? — рядом со мной материализовалась невысокая брюнетка с глубоким декольте и взглядом повелительницы мира. — Он вообще-то со мной здесь и за нас платит! Слышь!
Гани покорно закивал головой, вряд ли осознавая, что вообще происходит.
— Ганимед, какого черта?
Я встряхнула его за плечи и дала пощечину. Парень встрепенулся и более осознанно посмотрел на меня.
— Фина? Ч-что?
— Не смей бить моего парня! — взвизгнула брюнетка, топнув ногой. Рядом с ней, как грибы после дождя, выросли двое рослых мужчин. — Он аристократ вообще-то! Кто ты такая, чтобы прикасаться к нему, тварь?!
Предчувствуя проблемы, я выхватила свою трость и загородила собой брата.
— Я пришла за братом, его ждут дома.
Девушка поморщилась и с отвращением посмотрела на меня.
— Еще одна Блэквуд? Не смеши меня, с таким лицом тебя даже в шлюхи не возьмут.
Я выставила трость перед собой и спокойно продолжила.
— Вы можете продолжить свои игрища в другой раз, Ганиму пора домой. Советую не мешать мне.
— Она еще и советы раздает! Ха! Па-арни! — дав знак мужчинам, незнакомка отошла от меня, пропустив бойцов вперед.
— Ф-фина, уходи, меня они не тронут, все в порядке, — голос брата был напуганным, он тщетно пытался отодвинуть меня, убрав с роли щита.
Выругавшись, но уже про себя, я сделала шаг в бок и, коротко размахнувшись, ударила набалдашником трости в челюсть ближайшего мужчины. Отчетливо услышав хруст, второй тут же взревел и взбесившимся быком полетел на меня. Уклонившись, словно в танце, я обрушила трость на его затылок, выводя из игры. Краем уха я услышала визг девушки, и компания, не понравившаяся мне с самого начала, встала и двинулась в мою сторону.
— Твою ж...
Я толкнула Гани за стойку и, выставив вперед трость, приготовилась дать отпор. На моих глазах кровь на набалдашнике впиталась в металл, будто в губку.
Что?
Времени на размышление не осталось, первый же из компании ударил бутылку о стол и, выступив вперед, попытался ударить меня розочкой, размахивая руками перед собой. Я попятилась, стараясь, чтобы осколки не коснулись живота, извернувшись, смогла попасть тростью по кисти мужчины, выбив оружие из его рук. Второй из компании уже подбирался сбоку, расставив руки так, будто ловит птицу.
Идиот.
Размахнувшись по второму кругу, я сделала шаг вперед, чтобы ударить в челюсть первого противника, но он успел увернуться, поставив мне подножку. Теряя равновесие, я успела зацепиться за стол. Затылок обожгло болью, кажется, это была еще чья-то бутылка. Вытянув руку, я резко развернулась, ударив наугад, но попав под колено ближайшему врагу. Второй противник уже летел ко мне, в руке мелькнул нож. Еле успев отпрыгнуть от него, я едва не запнулась о чужое тело и бочком вернулась к стойке. Противник, медленно обходя меня по кругу, крутил в руке нож.
— И-иди сюда, цыпа-цыпа-цыпа.
Зачинщица драки решила не оставаться в стороне, подхватив оброненное горлышко бутылки и перерезав мне путь к выходу. Последний из их компании подошел с третьей стороны, держа в руке кружку от пива.
Гани попытался выйти из-за стойки, но я шикнула на него, приказав оставаться на месте.
Что ж, выхода нет, придется доставать козырь. Для магии места маловато.
Перехватив трость, я повернула голову на набалдашнике, щупальца сдвинулись, обнажив клинок. Парень с ножом резко сделал выпад вперед, выставив оружие перед собой. Я успела уклониться, сдав позицию у стойки, но приобретя возможность уклониться от еще пары взмахов ножом. Сделав еще шаг вбок, я нырнула под руку мужчине и, оказавшись за его спиной, демонстративно развернулась к остальным нападавшим.
Девушка попыталась что-то закричать другу, но мой клинок оказался быстрее. Лезвие легко и отточено рассекло шею. Кровь хлынула на грудь мертвеца, артефакт в моих руках словно запел, напитываясь чужой болью. Руны вспыхнули жутким зеленым цветом, глаза монстра на набалдашнике блеснули, будто от удовольствия.
Тело мужчины, словно мясной мешок, упало к моим ногам, лужа крови расплывалась по дощатому полу.
Брюнетка всхлипнула, прикрыв рот рукой и выронив свое оружие. Остальные гости таверны будто разом вымерли. Тишина накрыла зал, как толстое покрывало.
Я вытянула руку с клинком в сторону девушки, ласково улыбнувшись.
— Кто следующий?
Остатки нападавших попятились от стойки. Гани, кажется, протрезвел, но все еще плохо стоял на ногах. Взяв его под руку, я аккуратно провела брата через лабиринт столов и тел, выводя на улицу. Все это время никто не посмел даже пошевелиться, боясь привлечь мое внимание. Что ж, кажется, это станет им хорошим уроком, нельзя злить некромантов.