глава 12
Эсмеральда чувствовала тяжесть. Ужасную боль в голове. Она открыла глаза и осмотрелась. Подвал.. но чей? почему она здесь? она не помнит..
Через полчаса за ней пришли охранники. Один из них грубо схватил её за руку, чтобы потащить за собой, но она упала, потому что ноги были связаны. Они развязали ноги и буквально поволокли за собой по полутемным коридорам, потом по лестнице. По дороге она точно поняла, что нахожусь в особняке Андрея. Мужчину что когда-то бы влюблён в Агату Ведьмину..Он так уверен в себе, своих возможностях и силе денег, что решил, будто ему ничего не будет за похищение людей.
Эсмеральду привели в подвал, и я сразу увидела Диму.Дима... ДИМА! Ей хотелось кричать, срывая голос но она не могла, также она не могла поверить в то что видит.. её Дима... живой..Его удерживали двое охранников, и это явно давалось им с трудом. Кулаки его были сжаты, а в глазах сияла тьма. Та сама разрушительная бешеная тьма, которую она впервые заметила в университете, когда Дима дрался. Но при виде Эсмеральды эта тьма растворилась. Его глаза наполнились светом, и мое сердце сжалось от вспышки нежности.
Я так его люблю…
- Эсмеральда!
Крикнул Дима, стараясь быть уверенным.
— Эсми, все будет хорошо! Поняла?
Она кивнула, не в силах оторвать от него взгляда. Её тянуло к нему. Больше всего на свете она мечтала обнять Диму, прижать к себе и раствориться с ним в этом тяжелом сыром воздухе. Переместиться в другое место. И забыть обо всех этих ужасах. Но… Реальность была другой.
Ко мне подошел Андей, ласковым голосом стал просить рассказать правду. Она кивнула, делая вид, что соглашалась сделать это. Но на самом деле мне нужно было сказать совсем другое. Предостеречь Диму. Андрей обманет нас. Только взамен получила еще одну пощечину. На боль было плевать, все, о чем она сейчас думала, так это то, как спасти Диму. Как вырвать его из лап этого чудовища в человеческом обличье!
Поняв, что ничего от них не добьется, Андрей велел своим ручным гоблинам начать избивать Диму. А сам заставил её смотреть на это. Поставил её напротив, схватил за лицо, чтобы она не могла отвернуться, и шептал на ухо, что это её вина. Она виновата в том, что не говорю правду, и именно поэтому Диму бьют.
Его не просто били. Эти выродки избивали, пользуясь его бессилием и своей минутной властью. Пользуясь тем, что их больше!
Что она чувствовала в этот момент?
Абсолютное бессилие. Когда кажется, что света больше нет – есть только тьма. И она заволокла все вокруг. Нет никакой надежды. И веры нет. Только любовь еще живет в покалеченном сердце.
Леденящий душу страх. Он впивался в тело крохотными осколками – до самых костей. И пил из меня жизнь.
Дикую боль. Словно это не Диму били, а её. Каждый удар заставлял её вздрагивать, вскрикивать, зажмуриваться от ужаса. По её лицу текли крупные слезы, капали на шею, попадали на грудь. Старые шрамы на сердце не просто болели – они начинали кровить.
Видеть то, как до крови избивают родного человека, стало её кошмаром наяву. Никакой смелости не осталось, никакой гордости. Только боль. Только страх. Только молитва к небу, чтобы это все закончилось, и ему больше не было больной.
Дима терпел. Держался. Молчал. Смотрел на Эсмеральду и улыбался окровавленными губами. Он не хотел пугать её и пытался успокоить.
Мой смелый мальчик.
Мой герой.
За что ему это все? В чем он провинился? Почему он не может жить обычной жизнью, как другие?
Она не могла быть спокойной, как Дима. Она кричала так громко, как могла. Билась раненой птицей в руках Андрея.
- Дима! Дима! Пожалуйста, перестаньте! Вы же его убьете!
Её крик перерос в рыдания, и Андрей сделал знак охраннику, который избивал Диму. Тот остановился. А Дима… Дима снова мне улыбнулся.
- Все хорошо, девочка моя. Мне не больно..
Сказал он, глядя в глаза, и от звука его голоса ей стало чуть спокойнее. А затем обратился к Андрею:
- Эй, придурок, она ничего не знает. Отпусти ее
- Не верю
отозвался мужчина и велел продолжить.
Диму снова били, а её заставляли смотреть на это.
- Смотри, Эсмеральда
Говорил Андрей, не отпуская её лица.
— Смотри на то, как больно любимому. А все из-за тебя. Потому что ты молчишь. Он и умереть из-за тебя может. По-настоящему. Что ты тогда будешь делать?
Он знал, что её разговорить проще, чем Диму. Знал с самого начала. Поэтому и делал это. Думал, что я
она скажет. И она была близка к этому. Ревела, глотала слезы и слышала прерывистые слова Димы, который повторял:
- Все будет хорошо, не плачь… Я люблю тебя, все будет хорошо.
- Хватит! – закричала она, не выдерживая. – Хватит! Умоляю!
Андрей снова сделал знак охранникам, и они остановились. Дима шумно выдохнул. Его лицо было в крови, но в глазах по-прежнему сияла ярость и сила. Он не собирался сдаваться.
- Ты решилась нам все рассказать? – ласково спросил Андрей и отпустил меня.
– Правильно решение, дорогая. Абсолютно правильное!
- Как и я, она ничего не знает, - громко сказал Дима, снова ловя её взгляд.
«Молчи, прошу, молчи», - читалось в его глазах. Боже, что же делать? Как спасти Диму? Как?!
Её взгляд метнулся в сторону двери, ведущей в подвал, и она вдруг увидела… маму. Ее лицо, изрезанное тенями. Мама стояла за дверью и смотрела на неё большими глазами, полными ужаса. Откуда она взялась здесь, девушка не знала. Просто смотрела на нее, а она – на дочь.
- Мама! Мамочка! Помоги! – громко закричала она против воли, как в детстве, когда нам страшно и мы зовем самого близкого, самого родного человека, который есть на свете. Свою маму.
Андрей даже и подумать не мог, что она обращалась к маме. Решил, что ей просто страшно.
- Мама! – еще громче закричала Эсми, заходясь в слезах, и он с силой тряхнул её, велев заткнуться.
А мама… Мама исчезла.
Мама предала меня. Бросила.
- Отпусти ее, она ничего не знает, Слышишь? Или тебе нравится ее мучить?
- Ты считаешь меня идиотом? Мы оба знаем, что девка в курсе, – раздраженно сказал Андрей. – Знаете, дорогие мои, я абсолютно офисный сотрудник. Мне не нравится решать вопросы подобным способом. Я ненавижу насилие. Да-да, я его противник! Но вы вынуждаете меня так поступать! Вы вынуждаете меня идти против собственных принципов. И мне это очень не нравится. Как и вы, я заложник ситуации. Но, как говорится, отчаянные времена требуют отчаянных мер. Сейчас я поменяю вас местами. Теперь ты будешь смотреть, мой юный друг.
- Я тебя убью, если хоть пальцем ее тронешь! – выкрикнул Дима.
- А может быть, ты сам никогда не выйдешь из этого подвала? – усмехнулся андрей.
– Ребята, подержите нашего гостя в стороне. Пора заняться девчонкой.
Она заплакала навзрыд. Завыла, как раненный зверь. И Андрей брезгливо оттолкнул её в сторону. Она кинулась к Диме, но охранники не дали ей даже коснуться его – отбросили, и она упала на пол. Дима дернулся, будто хотел броситься ко ней и поднять, но его не выпустили. И он только плотнее сомкнул челюсти.
Неспешной походкой направился один из охранников, а Эсмеральда в страхе попятилась к стене, инстинктивно выставив вперед руки. Но дотронуться до неё он не успел.
- Не трогай мою дочь!
Раздался голос мамы, непривычно громкий и твердый.
Андрей от неожиданности замер. А Эсмеральда перевела взгляд на дверь. Мама стояла на пороге и держала в вытянутой руке пистолет, направленный на него. На не знала, откуда она взяла оружие. И не знала, умела ли она стрелять. Но знала другое – мама меня не бросила. Она вернулась.
Охрана тотчас навела на нее свое оружие, но Андрей раздраженно велел им спрятать стволы. И повернулся к маме.
- Агата? – изумленно спросил Андрей, забыв и обо мне, и о Диме. – Ты что тут делаешь? Я же сказал тебе сидеть смирно.
- Отпусти мою дочь, - повторила мама. Эсмеральда видела, как она тяжело дышит, и знала, что ей страшно – понимала по глазам. Но отчего-то вдруг почувствовала легкость. Маленькая Эсмеральда внутри неё больше не рыдала от страха, ведь мама снова была с ней. А взрослая Эсмеральда не могла в это поверить.
- Агата, положи пистолет. Ты ведь можешь совершить что-то непоправимое,
Нежно проворковал Андрей, шаг за шагом осторожно приближаясь к маме.
- Я уже совершила непоправимое. Когда встретила тебя, - ответила она.
– Эсмеральда, иди ко мне. А ты не смей приближаться. Стой, где стоишь!
- Ты ведь не умеешь стрелять, - усмехнулся Андрей.
- Умею. Меня муж научил, - дрожащим голосом возразила мама.
— Быстро положила оружие и ушла! Или я твою дочурку пристрелю, поняла меня? – закричал Андрей в ярости.
- Хватит мне указывать, Андрей. Отпусти мою дочь и этого парня. Иначе, клянусь, я в тебя выстрелю, - прошептала мама и еще крепче сжала оружие.
Дальше Эсмеральда не смогла ничего сделать.. вообще ничего.. Она потеряла сознание.