Часть 77
***
Школа волшебства и чародейства Хогвартс
Гарри замолчал, глядя на посапывающего в обнимку с плюшевым мишкой Стивена, мысленно все еще мусолить тему погребения Джорджа Уизли. Новость никак не шла из головы. Ему было непонятно, почему мистер Уизли отказался забрать тело сына из Азкабана. Неужели обида за его раскаяние настолько сильна, что даже не заслуживает родительской любви? Или здесь что-то другое? Но ведь это бред… Или нет? Если вспомнить все, что Гарри знал о каждом из сыновей Уизли, то все старшие, как-то Уильям, Чарльз, Персиваль — адекватные умники. Отличники учебы, старосты факультета, неплохо устроившиеся в мире магии в соответствии со своими стремлениями и способностями. И только близнецы, Рональд и Джинни особыми успехами не блистали. Хотя Фреда с Джорджем откровенно тупыми не назовешь. Они, какими бы шалопаями не были, по своему гениальны. Ведь, чтобы придумывать и разрабатывать товары для розыгрышей, тоже нужны умения, фантазия и как минимум хорошие знания в области чар, трансфигурации и зелий. К тому же, судя по рассказам того же Люпина, Фреда и Рона Артур похоронил на кладбище недалеко от дома. Гарри видел это место, когда их трио моталось по Британии в поисках крестражей, собираясь навестить дом Лавгудов. Почему же Артур так отнёсся к собственному сыну? Ведь не может же все тут упираться в деньги? Не может же министерство требовать плату за возможность получить тело умершего в Азкабане? Или может?
Что же происходило за закрытыми дверями дома Уизли? Эта семья всегда казалась Поттеру незыблемой твердыней, кланом. Для которого слово «семья» не было пустым звуком. Как же он мечтал иметь такую семью! И что бы не происходило вокруг, чувство родного плеча рядом, на которое можно было бы опереться, всегда стояло выше проблем окружающих этот клан. Сыновья уважали родителей, но побаивались именно миссис Уизли, сдерживающую их свободолюбивые порывы в узде.
Гарри вышел из спальни сына, осторожно прикрыв за собой дверь. И наткнувшись у входа в коридор между комнатами на спящего в кресле Северуса, осторожно выдохнул. Призвав движением руки плед, он накрыл им супруга, аккуратно подоткнув с боков, скользя взглядом по разбегавшимся лучиками вокруг глаз морщинкам, с нежностью убирая упавший на глаза тяжёлый смоляной локон и заправляя его за ухо. В последнее время очень многое навалилось на Северуса, и он выглядел бледнее обычного. Казалось от проблем и переживаний даже кожа истончилась и стала походить на старый пергамент. На миг прикрыв собственные веки, вздрогнул, когда теплая узкая ладонь супруга накрыла тыльную сторону его запястья.
— Чудесная вышла сказка, — темные, словно ониксы, глаза встретелись с изумрудным взглядом Гарри. Северус поднес ладонь мужа к губам, целуя костяшки пальцев и обжигая дыханием.
— Рад, что тебе понравилось, — хотя было не до радости. — Но почему ты спишь в кресле, а не в постели? — поинтересовался Поттер, хмыкнув.
— Я не спал, просто прикрыл глаза. Устал немного, — отмахнулся Снейп, притягивая Гарри к себе на колени. Внимательно глядя в чуть обеспокоенно бегающий взгляд, считывал эмоции парня. Гарри всегда был для него открытой книгой, не умел лгать и прятать свои мысли, но после брачного ритуала Северус не мог позволить себе даже мысли просматривать его воспоминания, если только Поттер сам не открывал для него свое сознание. Что было высшей степенью доверия между ними. А сейчас, видимо, был именно такой момент, когда тот невольно прятал от него эмоции. — Гарри, тебя что-то беспокоит?
— Не то что беспокоит, но я хотел бы кое-что сделать. Мне потребуется твоя помощь, — Поттер настойчиво смотрел в глаза супруга.
Северус знал этот взгляд. Умоляющий, обезоруживающий, лишающий воли, заставляющий сделать все от него зависящее, чтобы этой «занозе в его пятой точке» было комфортно. Снейп обречённо вздохнул, заранее зная, что не отвертится и определенно пожалеет о том, что согласился, но иначе поступить не мог:
— В чем именно я могу помочь? Это как-то связано с письмом, что ты получил экстренной почтой из Министерства?
Гарри удивлённо приоткрыл рот:
— Как ты узнал, что письмо именно из Министерства?
— Конверт. Министерская почта приходит в конвертах из крафтовой бумаги. А на самом пергаменте в верхнем правом углу стоит вензель Шеклболта. Его не спутаешь ни с чем другим. Так в чем заключается моя помощь? Что было в письме?
Гарри натужно сглотнул и поднялся. Отошёл к окну, глядя на тонущий во мгле Запретный лес. Он не представлял, как Северус отнесётся к его спонтанному решению забрать тело Джорджа Уизли и захоронить рядом с братом, потеря которого стала для того вехой, разделившей жизнь на две части. Фактически сломала волю к жизни, превратив в жалкое существование.
— Я хочу попасть в Азкабан, — гриффиндорец сложил руки на груди, словно защищаясь, сглотнул, глядя в лицо Северуса, которое от одной лишь мысли о волшебной тюрьме стало пепельным. Гарри прекрасно понимал его чувства. Северусу пришлось отсидеть в Азкабане месяц ещё после первого противостояния с Томом Риддлом. Но и этого хватило, чтобы на всю жизнь запомнить ужасы, связанные с ним, и обеспечить себя кошмарами на несколько лет. Гарри не представлял, как выдержал нахождение там Сириус, отмотавший более чем двенадцатилетний срок. И все-таки отказываться от своего решения он не собирался.
— Зачем? — у Северуса онемели руки, все внутренности застыли, будто покрывшись инеем. Он с трудом поднялся на ноги. Что могло понадобиться Гарри в Азкабане после того, как он фактически оформил туда билет в один конец всему старшему поколению знати магической Британии? Да, заключённые будут весьма счастливы добраться до него.
— Чтобы забрать тело Джорджа Уизли и устроить ему достойное погребение.
— Что? — Снейпу показалось, что он ослышался. Но нет, его супруг твердо смотрел в глаза зельевара, гордо вздернув подбородок. Затем достал из кармана скрученный свитком пергамент и со словами «вот, прочти» сунул бумагу ему в руки. Северус резким движением развернул свиток и стремительно заскользил взглядом по нескольким строчкам, написанным четким размашистым почерком.
«Чёртовы гриффиндорцы!» — эта мордредова упертость Гарри порой выводила Снейпа из себя. Хотелось зажать голову мальчишки между ног и вправить мозги через задницу ремнем, если обычным путем не доходит.
— Ты простил их после того, как эта парочка устроила тебе травлю? — Северус прошипел, зло поджав губы. Поднявшая голову ярость клокотала в груди, грозясь выплеснуться магическим выбросом. Руки затряслись, волосы заискрили. Он бы пальцем о палец не ударил ради этой семьи предателей. Недаром ходят слухи, что не только мелкая потаскуха Уизли, но и глава семьи получили печать от Магии.
— Нет, не простил, но и быть похороненным, подобно беспризорному псу, под стенами Азкабана, ему не желаю. Он все же не безродный.
— Вот именно… — Северус с трудом взял себя в руки, успокоился, глядя на решительно вздёрнутый подбородок Гарри. — У него есть кому о нем позаботиться.
— Миссис Уизли в Святом Мунго в отделении ментальных травм, насколько мне известно, а мистер Уизли отказался забирать тело сына для похорон. — Гарри дёрнул головой. Ему не нравилось, что приходится объяснять свое желание поступить по-человечески.
— Но почему ты взваливаешь на себя эту проблему, после их предательства? Ведь он тот, кто обвинял тебя в трусости, Гарри. Кто буквально покушался на твою жизнь, свободу.
— Да, я и не спорю, не отрицаю. Но он единственный, кто нашел в себе силы извиниться публично. И заметь, сделал это не для того, чтобы как-то смягчить решение Визенгамота и скостить срок, а уже после вынесения приговора. Достойно принял наказание, — Поттер выдохнул. — Я собирался подать апелляцию, но не успел, к сожалению. Ведь понял ещё тогда на суде, что он таким образом попрощался со мной, но думал у меня ещё есть время.
Северус ещё раз бросил взгляд на письмо Кингсли, обречённо выдохнул — все планы к Мордреду под хвост!
— Что-то случилось? Я помешал твоим планам?
— Не сказать чтобы очень… Просто зашел предупредить, что отлучусь в Принц-касл, — Снейп поцеловал Гарри в висок, притягивая его в объятия за крепкие плечи. Теперь он мало походил на того растрепанного мальчишку, который был его головной болью последние семь лет.
— А отложить не получится? — тихий обречённый вздох вырвался из груди гриффиндорца. Даже находясь в школе вместе, они виделись лишь в Большом зале и вечером перед сном, что для Гарри было катастрофически мало.
— Мне нужно было провести несколько экспериментальных тестов с последним зельем. Я обещал Драко защиту. Ты же понимаешь, надеюсь, чем ему грозит огласка его положения? И если все получится как я задумал, то это будет прорыв в науке. Кстати, результаты твоих первых экзаменационных тестов меня очень порадовали. Если так пойдет и дальше, мне определенно не будет стыдно за тебя и будет даже чем гордиться, — добавил Снейп, зарываясь пальцами в тяжёлые черные локоны Гарри и с нежностью покрывая короткими поцелуями скулы, прикрытые веки, нос парня. — Экзаменаторы тобой очень довольны.
Поттер вскинул взор на мужа:
— Я рад! — хотя радости в глазах не было вовсе. — А результаты уже известны? — поинтересовался Гарри, крепче вжимаясь в супруга бедрами и ловя губами тихий вибрирующий стон.
— Вы явно нарываетесь, мистер Поттер, — зельевар сверкнул глазами, в которых явно разгорался огонек страсти.
— О да, определенно, директор Снейп, на то и был расчет, — хмыкнул гриффиндорец, делая очередное поступательное движение бедрами, притираясь к супругу под его тихое шипение и томное «Гарррии…» Поттер снова вздохнул.
— Тогда отправь весточку Кингсли, пусть придержат погребение.
— Нет, я не буду никому писать. Кингсли будет вынужден оформить протокол изъятия и даст знать Артуру. И ещё не факт, что мне отдадут тело. Я же не родственник. А я не желаю иметь никаких связей с этой семьёй, ни долгов, ни обязательств.
— Так ты что же, решил выкрасть тело Уизли? — Снейп отстранился, пытливо глядя на мужа. Всего чего угодно, но такого он определенно не ожидал. — И как ты это сделаешь? На территории острова не действует магия. Под чарами невидимости туда не попасть.
— Воспользуюсь мантией Смерти. Под ней меня не засекут. И ещё попрошу Кричера помочь. У эльфов другая магия, — пробормотал Гарри, вжимаясь в грудь Северуса носом. Мантия зельевара казалось впитала все запахи зелий и теперь голову гриффиндорца кружил тонкий аромат полыни и перечной мяты.
— И чем же может помочь Кричер? Я ведь не ослышался? — в комнату стремительным шагом вошёл лорд Блэк, застегивая попутно рукава мантии. Влажные ещё после душа волосы крупными кольцами рассыпались по плечам. Грудь, словно вызов всему сущему, плотно обтягивала черная футболка с маггловским принтом. Потёртые от времени черные джинсы с низкой посадкой держались на узких бедрах кажется лишь силой магии и довольно крупного естества, не дающего им соскользнуть к коленям.
Гарри хмыкнул, окинув его взглядом, и отстранился от Северуса. Видок у Бродяги был крайне вызывающий, но и не менее соблазнительный. И как Драко это выдерживает?
— Я хочу выкрасть Уизли из Азкабана. И надеюсь на помощь Кричера, — упомянутый домовик материализовался рядом, подозрительно глядя на Поттера.
— Чем же старый эльф может помочь молодому крестнику хозяина? — с прищуром во взгляде прохрипел он, недовольно прищурившись. После вояжа в пещеру с Темным лордом старый эльф настороженно относился к просьбам магов.
— Скажи Кричер, — Гарри наклонился к домовику, — ты сможешь найти человека, имея его вещь?
— Кричер сможет, — домовик пошевелил ушами.
— А если человек мертв, — поинтересовался, пытливо улыбаясь, — и в том месте не действует магия волшебников?
— Кричер не сможет, — Гарри разочарованно выдохнул. Похоже последняя надежда растаяла как дым. — Но если Кричер видел волшебника хотя бы раз, то он сможет отыскать его. И если крестник хозяина Сириуса даст Кричеру артефакт-накопитель, то Кричер не потеряет магию и даже сможет вернуться и перенести тело к хозяину.
— Отлично, Кричер, — гриффиндорец погладил эльфа между ушами, делясь магией. Домовик прикрыл глаза и пьяно покачнулся. Давно он не получал передоза такой вкусной магии. — Ладно, иди уже, Сев. Я сам как-нибудь справлюсь или вот Сириуса в напарники возьму. Ему те места хорошо знакомы, — сыронизировал Поттер, усмехнувшись, глядя на побледневшего Блэка. Проблема Драко была в приоритете. Гарри не желал ему судьбы, похожей на свою: жизни под объективами колдокамер, сомнительной славы первого беременного мужчины, в которого бы каждый досужий обыватель тыкал пальцем и перемывал кости на вечерних посиделках в пабе за кружкой эля или бокалом огневиски.
Снейп рыкнул и сложил руки на груди.
— Ну уж нет, милый, никуда ты один не пойдешь, и уж тем более с Сириусом, который кажется застрял в своем двадцатилетнии, — Снейп с намеком брезгливо окинул взглядом его легкомысленный маггловской наряд.
На что лорд Блэк расхохотался:
— Да ты никак ревнуешь, Снейп? Как мало, однако, для этого нужно. Тогда я определенно в деле, — похохатывал он, стуча ладонями себя по коленям.
— Я тоже с вами, — раздался от двери сонный голос Драко и все, замолчав, развернулись к нему. Блондину было абсолютно все равно, куда направиться, лишь бы с Сириусом. Гарри кашлянул, Сириус испуганно вздохнул, — вот только истерики младшего супруга ему и не хватало.
— Даже не думай об этом, — одновременно категорично слаженно произнесли Сириус и Снейп.
— Ты останешься здесь и присмотришь за Стивеном, — спокойно распорядился Лорд Блэк.
— И вообще, беременным не место в Азкабане, — жёстко добавил Северус, сложив привычно руки на груди. Не ожидал он от крестника такой прыти и явно растерялся. Раньше Драко был намного осторожнее, хитрее, изворотливей. И такого чисто гриффиндорского безрассудства в нем Снейп не замечал. Не иначе от супруга нахватался. Чаще перед ним был мягкий, порой по-детски инфантильный, но все ещё умеющий настоять на своем парень, такой, каким он помнил его ещё с детства.
Слова Снейпа, казалось разбудили крестника окончательно. Глаза Драко распахнулись, рот приоткрылся. Он пару раз намеревался что-то сказать, беззвучно хлопая губами, затем побледнел, покраснел, подбоченился и яростно прошипел:
— Ты отправляешься в Азкабан, Сириус? — серые глаза сверкнули, потемнели, словно тучи в грозу. — Тебе не хватило тех двенадцати лет, что ты провел там? О чем ты думаешь? Ну уж нет, одного я тебя не отпущу!
Лорд Блэк сжался. Драко в гневе, с развевающимися за спиной волосами так напомнил его матушку, леди Вальбургу, что Сириуса буквально мороз пробрал. Он обнял парня, прижал к груди:
— Драко, пойми, мы ненадолго, — погладил парня по спине. Драко уткнулся носом в плечо мужа, с упоением вдыхая такой родной запах, смешанный с ароматом бриза и моря. Северус поморщился. На лице застыла смесь лёгкой иронии и брезгливости. Гарри прикусил губу, еле сдерживая рвущийся из груди смех. — Туда и обратно. А тебе не стоит сейчас аппарировать. Останься здесь. Стиву иногда кошмары снятся и он пугается. А мы через час, максимум полтора вернёмся. Ты и не заметишь, как время пролетит.
Слизеринец ещё пару раз дернулся, пытаясь высвободиться, но Сириус не позволил, слушая ворчание мужа, а после обречённо выдохнул:
— Ну ладно, присмотрю. Все равно уснуть не получится, пока не вернётесь. Но ты мне будешь должен как минимум ужин в ресторане, — Сириус с облегчением вздохнул, поцеловал парня в висок, из-за плеча Драко глядя на ухмыляющегося Снейпа и крестника, показал обоим средний палец. На что Гарри спрятал лицо в мантии невидимке, содрогаясь от смеха, а Северус мстительно выхватил палочку, готовясь наслать на придурка что-нибудь заковыристо-пакостное.
— Замётано, дорогой… — согласился, целуя Драко в висок.
***
Северное море. Область, ненаносимая на карты, тюрьма Азкабан
Небольшой остров в суровых ледяных водах Северного моря, напрочь лишенный растительности, обдуваемый всеми ветрами и разрываемый штормами, казалось, выл и стенал под порывами шквалистого ветра. Изъеденная бесконечными бурями и морской солью треугольная каменная крепость, расположенная в центре, поднималась безликой лоснящейся в свете луны, то и дело прятавшиеся за тучами, глыбой к черному штормовому небу. Огромные волны набрасывались на каменистый берег со свирепостью дикого зверя, разбивались о каменные скалы, служившие плохим кордоном от их грозного натиска, обдавали все вокруг ледяными осколками и солеными брызгами никогда не замерзающего полностью моря.
Вокруг царило запустение и безмолвие, лишь изредка нарушаемое редкими криками альбатросов, гнездившихся на соседнем маленьком островке, грозно ощетинившимся покосившимися табличками с номерами на металлических кольях, кое-как воткнутых в скудную почву. Это последнее пристанище постояльцев, обречённых жить и умирать в Азкабане без права голоса и отсутствия выбора. Лишь стаи крикливых чаек, носившихся над островом, становились свидетелями, провожающими их в последний путь. И постарающимися даже в этот момент нагло растащить на материал для гнезд ветхие лохмотья, называемые здесь одеждой.
Неожиданный похожий на выстрел хлопок раздался, нарушая тишину безмолвия, как выстрел из маггловской крупнокалиберной винтовки, что свидетельствовало о сработавшем портключе. Но и его заглушили удары штормовых волн о берег, делая практически незаметным, если не прислушиваться специально. И если бы кто-то выглянул в незастекленную узкую бойницу, почему-то гордо называемую окном, то, возможно, в подступившей темноте опустившейся на остров ночи смог бы различить странную серую кучу, под которой переминались шесть ног и маленькое лопоухое существо, жмущееся к этой бесформенной куче. Но смотреть было по сути некому, да и незачем. Работающий здесь персонал не утруждал себя особо рьяной слежкой, поскольку каждый знал, что до ближайшей смены караула ещё десять дней, а лишенные магии узники надёжно упрятаны за тяжёлые прочные решетки ничем не интересовались, кроме, возможно, желания сытно поесть и наконец согреться.
Ледяной северный ветер рвал и метал, трепал странную серую массу, закручивал вокруг ног, пытаясь то содрать ее, то задушить того, кто под ней был. Прятавшиеся же под мантией невидимкой люди, а это была именно она, замерли глядя на огромную каменную башню перед ними: кто с интересом, а кто с ужасом, ледяными иглами прошивающим ставшее вдруг непослушным тело.
Гарри разглядывал с интересом исследователя место, наполненное страшными тайнами, болью и стонами узников, нет-нет и долетавшими до его обострившегося со времени принятия наследия слуха.
Мороз пробегал по телу Северуса, скукожившегося под мантией-невидимкой Поттера, от одного лишь вида тюрьмы, возвышающейся над скалами. И даже выщербленный десятком «бомбард максима» угол, разрушенный при побеге Пожирателей Смерти, не делал ее теплее, что ли, и эмоционально ближе. Даже теперь, лишенный дементоров, Азкабан оставался олицетворением боли, ужаса и опустошения, символом царившего над ним призрака смерти.
Лорд Блэк с застывшим остекленевшим взглядом смотрел на ужас своих ночных кошмаров, застыв словно под взглядом василиска.
— Ну что ж, начнем, — раздался во тьме юношеский голос, многоногая куча зашевелилась, подалась из стороны в сторону. От нее отделилась фигура молодого человека, определенно мужчины. Казалось странная куча размножается… Кто-то знакомый с этим человеком мог бы узнать в нем героя магической Британии, победителя Темного лорда Волдеморта, мальчика-который-выжил, но опять-таки никто не удосужился посмотреть в окно и, как положено по уставу, поднять тревогу, что было на руку молодому волшебнику.
Парень окинул взглядом пустынный берег с приютившимися у чернеющих справа мостков парой утлых лодочек, отметив мысленно как средство для побега, на всякий случай, затем опустился на колено перед лопоухим эльфом:
— Кричер, ты ведь сможешь пробраться туда невидимым? — Гарри надел на шею Кричера ремешок с висящим на нем крупным кристаллом кварца.
— Кричер может, сэр, — эльф степенно выпрямился.
— Отлично. Это, — он дотронулся до кристалла, — накопитель, — Гарри внимательно смотрел на домовика, чтобы убедиться, что старик, большую часть времени выглядевший и ведущий себя как сумасшедший, понимает, что он ему говорит. — Он полон магией под завязку, поэтому тяни ее постепенно. Нужный нам объект находится на уровне В3, это… — старый эльф фыркнул.
— Кричер умеет читать и писать. Хозяйка Вальбурга всему научила верного Кричера. — он гордо вскинул подбородок, подбоченился.
Глядя на него, Поттер зафыркал, едва сдерживая смех. Сзади из пустоты раздался громкое недовольное шипение Северуса:
— Хватит веселиться, Гарри, поторапливайтесь, пока нас тут не засекли.
Второй голос с лающими интонациями из странной кучи зарычал:
— Не смей указывать ему, Нюниус…
— Имею право, подкаблучник блохастый, он мой супруг, — вновь перебил первый.
— Вообще-то я имел в виду эльфа, — лающе заржал Блэк, едва не вывалившись из-под мантии.
— Хватит паясничать, — вскипел Снейп.
Гарри оглянулся на расшумевшихся мужа и крестного, дернулся — мантия Смерти потеряла невидимость, став похожей на мантию невыразимцев, бросил невербальное «Силенцио». Он вновь развернулся к Кричеру, лихорадочно шепча:
— Давай, Кричер. Ты его узнаешь сразу, это один из близнецов Уизли. Поспеши и будь осторожен. — домовик кивнул и молча растворился в воздухе.
Ждать пришлось недолго. Уже через несколько минут Кричер появился перед Гарри, у его ног лежало замотанное в джутовую мешковину тело. Через прореху в этом саване торчал рыжий клок и тянулась по камням пеньковая веревка. Гарри сглотнул и бросил пытливый взгляд на жмущегося к его ноге, дрожащего Кричера. Даже без диагностических чар было понятно, что накопитель почти пуст, хотя имел достаточный резерв, чтобы пользоваться им по полной три дня без остановки. Остров выкачивал магию, словно изголодавшийся кашалот планктон. Гарри погладил его по голове, делясь магией, и ощутил слабость в ногах. Оглянулся на своих сопровождающих — задался вопросом: как они ещё держатся?
— Кричер, миленький, потерпи ещё чуть-чуть, — он трансфигурировал камень в деревянную болванку в таком же саване. Никто из тюремщиков проверять то же это тело или нет с утра не будет, зато не возникнет вопросов о его пропаже. — Отнеси это туда, где ты нашел Уизли и сразу возвращайся, не пытайся никому помочь. Старый эльф кивнул и исчез вместе с подделкой, а через мгновение появился.
— Кричер справился, сэр Гарри Поттер, Кричер сделал как велели.
— Молодец, — Поттер вновь погладил домовика, осоловело покачнувшегося от переизбытка магии, и взял его за крючковатые пальцы. — Нам пора отправляться, — он спрятался под мантией и вся компания исчезла
***
В общей сложности вся операция по краже тела Джорджа заняла около получаса, потому что уже через сорок минут вся компания стояла на холме близ деревни Оттери--сент Кетчпоул. Перед ними на траве в простом деревянном гробу лежало завернутое в тряпье тело Джорджа. Чуть дальше и правее — разверзла зев ожидающая подношений могила. Сириус в очередной раз взмахнул палочкой, выравнивая края ямы и отлеветировал на ее дно ящик с телом.
— Гарри, скажешь что-нибудь? — он посмотрел на хмурого крестника.
Поттер мотнул головой:
— Мне нечего сказать. Я сделал для него все, что смог. — Поттер не собирался произносить погребальных речей после того, что Джордж и его близнец сделали с ним. Но отдал дань уважения его желанию не разделяться с братом.
— Северус, ты? — повернулся к Снейпу.
— О покойниках говорят либо хорошее, либо ничего. Мне сказать нечего.
Сириус кивнул и взмахом руки поднял пласт земли и засыпал могилу. На образовавшийся холм опустился венок из ромашек и камень на котором были магией начертаны имя и даты рождения и смерти Джорджа. Гарри оглянулся через плечо. Там у подножья холма, за деревьями виднелась «Нора» Уизли, в свете Луны казавшаяся призрачной.
Постояв ещё пару мгновений, Гарри взял обоих мужчин за руки и аппарировал в Хогвартс.
В спальне царила тишина. Драко спал, привалившись к спинке кресла, но что-то не давало Гарри покоя. Он огляделся и метнулся в спальню Стивена. Волшебная палочка мгновенно скользнула в руку и через мгновение упиралась в шею Блейза Забини, дремавшего, поддерживая хрупкое тело Стива, доверчиво привалившееся к боку парня и обнимавшее его всеми четырьмя конечностями, словно виноградная лоза опору.
— Что ты здесь делаешь? — прошипел Гарри. Палочка Поттера заискрила от напряжения.
— Очевидно жду вас, — спокойно прошептал мулат, не делая попыток освободиться от лежавшей на нем ноше и уйти с линии огня.