7
- Господи, ну хоть что-то! Условный, но это же тоже срок! Как? Как ты это сделала? - восклицал Леша уже минут 20. За это время друзья успели добраться дома
- Ну... Я немного поговорила с судьей. Он мой наставник, или что-то вроде того. Я обеспечила ему некоторую поддержку, и он согласился
- Опять! Опять ты со своими связями лезешь! - обида и жажда реальной справедливости блеснули в глазах Макарова. - Не, ну богатым жить проще! - слова друга больно резанули по сердцу
- Что прости? - переспросила девушка, отчаянно цепляясь за надежду, что она всего лишь неправильно поняла произнесённое Макаровым
- У тебя может быть ипотека и кредит, но проценты, взносы - за все платит твой папаша! Мы разные! Мне твои деньги к черту не упёрлись! Я молчу про то что в собственный день рождения ты целовалась с Гречкиным. Я ожидал от тебя чего угодно, но только не этого. Вокруг столько парней, но ты выбираешь самого главного пидораса! Не хватает любви? Ты не там ищешь, ты не туда смотришь, ты как самовлюблённая дура делаешь всё не так! Любви тебе надо? Я блять тебя люблю! И да, мне обидно, что на твой день рождения ты целовалась с Гречкиным, а не со мной! Но какими бы не были мои чувства, ты выберешь того, кто использовал тебя полтора года! Того, кому ты не нужна! Видимо я слишком жалок для тебя, раз у меня нет возможностей обеспечить хотя бы себя! Ты презираешь богатых? Тогда почему ты ведёшь себя точно также, как и они?!
Голос Леши сел. Он тяжело дышал после крика, на который сорвался, сам того не замечая. Разум мутнеет. Тошно от сказанного им самим. Тошно от самого себя... Хочется упасть. Но больше всего убило его не то, что он сам же и сказал. Его убила реакция девушки. Она не шелохнулась. Ни единого движения. Ни единой эмоции...
И вот самая желанная для Лёши девушка: красивая, спокойная, рассудительная, сидит перед ним на стуле, сложив руки крест на крест на коленях: в правой руке кисть для нанесения пудры, в левой небольшое зеркало.
Парень отчаянно хочет что-то сказать, но путь словам преграждает ком в горле, который медленно подползает все ближе и убивает все живое внутри Лёши.
Он хочет сделать несколько шагов вперёд, упасть на колени перед Алёной, заплакать, попросить прощения, почувствовать тепло Алёниных рук на своих плечах, но тело уже решает всё само.
Ноги делают крутой поворот на 180 градусов, несколько прыжков и дверь хлопнула за его спиной, дрожащие пальцы нажали кнопку вызова лифта, а в голове ничего. Пустота, которую он ощутил, после сказанного. Желание напиться до беспамятства. Лёша готов на все, ради одной цели: забыть. Забыть все. Забыть то, что сказал единственному близкому человеку. Забыть прошлое. Забыть её.
Первая стадия принятия - отрицание.
Нет. Лешка не мог сказать такого. Он всегда был заботливым, уважал ее. Никогда не обозвал бы.
Вторая стадия - гнев.
Зеркало, мгновение назад покоившееся в руках девушки разлетелось вдребезги от удара о стену. Слезы хлынули по щекам. Следующей в стену полетела кисть, затем бисерное кольцо. Уже через пять минут комната была похожа на пристанище психически больного, ровно как и ее обладательница.
Третья стадия - торг.
Стул перевернут, кровать смята, подушка, улетавшая в стену не менее шести раз, валялась неподалеку от осколков зеркала, пока сама Алена уже сидела на полу в ванной комнате. По щеке стекала последняя слеза, по правому запястью кровь от пореза и сбитых костяшек. Волосы в нескольких местах тоже были алыми от крови, а некоторые пряди даже лежали рядом, вырванные с корнем.
Милка, поджимая мой маленький хвостик, мяукнула, стоя на пороге. Кому точно можно довериться? Котёнку? Почему бы и нет?
- Да Мила, а ведь я думала, что хуже уже некуда... - начала Алена сиплым голосом - Кто-то однажды сказал мне: мы думали что мы на самом дне, пока снизу не постучали. К сожалению, теперь я понимаю, в чем смысл этой фразы.
Пушистая малышка поняла, что ее не обидят, аккуратно подошла к хозяйке, уселась рядом. Вид крови на руке ее очевидно не устроил, и она немножко лизнула порез
Такое простое действие запустило новый поток мыслей. Плохо сейчас не только Алёне, и она это понимала, но так наплевать на Лёшу ей не было ещё никогда.
Четвертая стадия - дипрессия.
Очнулась девушка уже на закате. Полудрёму прервало жалобное мяуканье, приправленное болью в спине и затекших ногах. Встать получилось не сразу: один раз русоволосая упала, три раза ноги подвернулись. Позже она все таки подчинила тело себе, сделала разминку. Часы показывают начало девятого. Нужно что-то делать
Первым делом Алена помыла руки, потом насыпала корма в мисочку для Милки. А дальше все как в ускоренной съёмке: одежду в стирку, затем душ, звонок отцу.
- У тебя точно все в порядке?
- Да, я немного сорвала голос, все отлично.
- Заедешь завтра?
- Нет, прости, завтра у меня встреча. И на выходных я тоже уеду... - врала на ходу Кромина, примерно подсчитывая, сколько нужно времени на то, чтобы зажили порезы и прошли синяки - Постараюсь в понедельник или вторник, прости ещё раз
- Я не в обиде, молодость - самый лучший этап жизни. А как там Леша?
- С ним тоже все хорошо -* сколько раз я уже соврала? *
- А котенок... Как её... Милка! С ней что?
- Сходили к ветеринару, сделали самые важные процедуры: прививки, анализы, с ней тоже все в порядке
- Ладно, отдыхай. Судя по голосу, день у тебя сегодня выдался тяжёлый
- Спасибо, пап, люблю, до встречи
Как только отец сбросил вызов, новый поток слез. Сил не осталось. Но пятая и последняя стадия - принятие - никак не начиналась.
Кадры опять стали меняться с бешеной скоростью: уборка, включившая в себя заметание осколков и мытьё полов от капель крови, готовка, и вот на часах уже пол десятого. Сон давно ушел, почему-то не захватив с собою и мешки под глазами, чему Алена не обрадовалась. Однако опухшее лицо приняло более или менее обычный вид.
Самым странным решением, что сейчас можно было принять, это поехать в бар. Зачем? Искать логику в действиях девушки сейчас было трудно. Но одно она понимала: алкоголь на время залечит раны. А что потом? А это будет потом. Уже в 23:17 машина подъехала к заведению. Тому самому. Воспоминания... Жаль что прибор из фильма "Люди в черном" , стирающий память, пока так и не придумали
- Твою мать...
Казалось, что ничто не сможет помешать плану, под названием "напиться как сволочь". Но что-то так и не давало покоя. Лёша.
- Ты, собака, и на расстоянии до безумия довести способен - промолвила девушка, но делать нечего
Кромина вышла из машины и подошла к охране
- Стас, приветик, у меня вопрос. Помнишь парня из Москвы, друг мой?
- Конечно, а что случилось?
- Да вот, трубку не берет, он не заходил сегодня?
- Нет, его я запомнил бы.
- Ладно, спасибо большое, если объявится вдруг позвони пожалуйста
- Конечно, можешь не беспокоиться!
Но эта фраза уже не дошла до разума Алёны . Где искать этого идиота? Он способен на всё, особенно сейчас. Позвонить? И так глупо потерять лицо?
Что важнее: друг или гордость? Ответ пришел мгновенно. Долгие гудки заставили понервничать
- Ало? - послышался спокойный голос друга. И... Пьяный?
- Привет, что делаешь? - начала разговор обыденно девушка, понимая как это глупо, и судорожно соображая, что спросит потом
- Любуюсь ночным Питером. - развязно проговорил собеседник - А ты?
- Аналогично. Однако считаю что твое место будет с крутым видом, раз ты там. Не подскажешь адресок?
- Зачем? Мне и одному тут неплохо. Тем более сидеть мне тут осталось не так долго...
- Это ещё почему? Лёша, ты что задумал?!
- Об этом ты узнаешь из новостей. Все что я хотел сказать, я сказал, ты хочешь добавить?
- Твою налево, какие ещё новости? Просто скажи адрес, Лёш. Не делай глупостей!
- Не хочу. Что-нибудь ещё?
- Да, пожалуй. Ты очень азартный, вот что!
- К чему это ты?
- Ты должен мне желание! Вспоминай, вечер, 2 июня. Ты утверждал, что на знаке, указывающим на улицу, ведущую к РГИСИ, написано "улица Моховая". А я тебе твердила, что тот знак давно убрали. Ты сам же и предложил поспорить на желание! Я тогда выиграла, знак действительно убрали. Так где ты?
- Это и есть твое желание?
- Да
- Хорошо... Я на крыше. Там, где был мой последний вечер детства. А потом... Потом я потерял частичку себя. Вот и ищи, так и быть, я тебя тут подожду.
- На какой?...
Но послышался тихий звук сброса вызова
- Сука, сука, сука! Какая к черту крыша... Последний день детства... - мысли заметались с бешеной скоростью. Когда у Лёши закончилось детство?
Как назло в голову ничего толкового не приходит. Что же делать дальше?
- Так. Алёна, успокойся. Вдох... Выдох. Надо вспоминать истории. Что он считает началом своей взрослой жизни? Смерть Лизы? Нет, вряд-ли. Что-то раньше. Лишился частички себя... Что это могло значить? Потеря чего-то важного, это же очевидно. Или... Не чего-то, а кого-то! Но это не Лиза. Тогда... Важный человек. Но не сестра. Думай, Алена, думай мать его!.. Родители? Но он не помнит их, сам же говорил. Тогда...
Если бы девушка была Пифагором, то она закричала бы "Эврика!". Но она оставалась собой.
- Конечно! Любишь ты мудрить, а! Последний вечер вместе. На крыше детского дома! А потом утром меня и забрали... Марго, построй самый быстрый путь до детского дома "Радуга"!
- Готово!