Глава 13.
В полутемной комнате, повернувшись к окну и заложив руки за спину, стоял человек.
В толстых и высоких подсвечниках, расставленных по углам, сами собой вспыхнули яркие живые огоньки. Человек возле окна повернулся, и Василиса мгновенно узнала отца.
- Вот девчонка, - произнесла госпожа Мортинова. - Как видишь, в целости и сохранности.
- Я потрясен твоим самообладанием, Елена, - иронично произнес Нортон-старший, с некоторым удивлением разглядывая Василисин наряд. - А теперь, прошу тебя, оставь меня с дочерью наедине.
Елена недовольно поморщилась, коротко присела в реверансе и, даже не взглянув на Василису, вышла.
- Итак, ты опять дома, - медленно произнес отец.
- К сожалению, - буркнула Василиса, чувствуя, что опять начинает краснеть. Что бы она сейчас ни отдала, чтобы оказаться перед зеркалом и посмотреть, что сотворила с ней Елена.
- Надеюсь, ты уже поняла, что побег из дома был подстроен, - вел дальше Нортон-старший. - Марк, чудный малец, внушил тебе, что требуется; ты поверила: дома угрожает смертельная опасность. И, умница, воспользовалась часолетом, подаренным тебе Эриком. Простодушный сынок Лазарева помог тебе переместиться, как я и предполагал. Дальше все пошло как по маслу: ты проникла с новыми друзьями в Ратушу и тебя, наконец, засекли Хватким вихрем.
- Не может быть. - Василиса была серьезно потрясена ролью Эрика. А она-то думала...
Как же это подло!
- Я тут же предъявил Лазареву обвинение, - продолжил отец скучающим тоном. - Но он не мог поверить в свое бесславное поражение. К счастью, он связался с сыном по инерциоиду на глазах у всего Лазоря и обнаружил там тебя! - Отец довольно хмыкнул. - Так получилось, что благодаря высокой степени кое-кого я смог войти в РадоСвет без особых проблем да еще устранить своего врага - Лазарева. В общем, я тебе благодарен вдвойне. Спасибо, дорогая.
- Не за что, - кисло произнесла Василиса. Она так устала от всех этих сложных интриг и странных загадок, что мечтала только об одном - о возможности выспаться, а уж завтра будь что будет.
Но, как видно, это не входило в планы Нортона-старшего.
- Я тебе это рассказываю не просто так, - с усмешкой сказал он. - Видишь ли, я не намерен делать тебя часовщицей, но госпожа Дэлш считает иначе. Сегодня в полночь я вынужден дать праздничный ужин: якобы в честь моего назначения... Конечно, мне пришлось пригласить весь РадоСвет. Госпожа Дэлш ни за что не опустилась бы до того, чтобы принять мое приглашение, но тут... - Отец вновь усмехнулся. - Видишь ли, она согласилась. Причина ясна?
- Не совсем, - уклонилась Василиса.
Нортон-старший притворно вздохнул.
- Причина - это ты, - жестко сказал он. - Госпожа Дэлш пожелает узнать, все ли с тобой в порядке. Поэтому ты обязана присутствовать за праздничным столом и делать вид, что все хорошо.
- А если все не хорошо? - спросила Василиса.
- Все отлично! - резко произнес Нортон-старший. - Если тебя спросят, отвечай, что не хочешь быть часовщицей и желаешь вернуться на Осталу. Что тебя пугают люди с крыльями и вообще тебе здесь очень страшно.
- А если я не буду говорить такую чепуху?
- Тогда после ужина мне придется закрыть тебя в Одинокой башне... И будешь ты жить там долго-долго и совсем не счастливо. А РадоСвету я скажу, что моя дочь серьезно заболела и в любом случае не может учиться в часовой школе. Не выдержала, сломалась, испугалась...
Василиса, не снеся холодного отцовского взгляда, уставилась в окно, на витраж из цветного стекла.
Похоже, она уже в какой-то башне. Эта комната была маленькой и очень зеленой: одеяло, скатерть на низком столике и круглый коврик - все излучало яркий изумрудный свет, словно трава на летней лужайке. В углу стояло зеркало на ножках, в овальной раме, выложенной мерцающими в полутьме драгоценными камнями, тоже зелеными.
- Я скажу Елене, чтобы прислала девочек, они помогут тебе нарядиться и проведут в праздничный зал. Сама ты, конечно, заблудишься... Надеюсь, тебе больше не придет в голову убегать. - Нортон-старший неизвестно чему улыбнулся. - Без часодейства ты не сможешь покинуть пределы замка.
Василисе подумалось, что в этот раз действительно убежать не удастся. Да и куда?!
- К сожалению, - повел дальше Нортон-старший, - я должен покинуть вас, мисс. До вечера.
- Я тебя так ненавижу, - процедила Василиса.
Нортон-старший улыбнулся:
- Очень на это надеюсь.
Он круто развернулся, шагнул к зеркалу на ножках и вдруг исчез.
Пропал, оставив Василису в полном замешательстве, - ей показалось, что фигуру отца поглотило зеркало.
Осторожно приблизившись, Василиса долго разглядывала зеркальную поверхность и, постучав пальчиком, нашла ее весьма твердой.
И вот тогда она увидела себя.
- О-о-ох...
Ее густые рыжие волосы были скручены в замысловатые кольца и косички, а на голове царил немыслимый беспорядок. Такие расфуфыренные прически Василиса никогда раньше не видела. Хорошо, хоть заколка с синим цветком - подарок отца - оставалась на голове, хоть и смотрелась чересчур изящно на таком бедламе.
Платье выглядело еще ужаснее: пышная юбка, рукава с кучей фонариков и везде бантики и цветочки разной формы. Сразу стало жарко и неудобно.
После недолгих поисков Василиса поняла, что другой одежды в комнате нет. Кроме того, она плохо представляла, как избавиться от тугой шнуровки из розовых лент на спине. Ужас! Видел бы ее Лешка в таком наряде - со смеху лопнул бы...
Вспомнив о друге, Василиса горестно вздохнула, подошла к кровати, стоявшей прямо возле окна, и плюхнулась с размаху на зеленое атласное одеяло.
Отдыхать, как ни странно, не хотелось. Мысли спутались, упрямо не желая складываться в связную картинку. Но кое-что девочке представлялось очень даже ясным: из-за нее арестовали отца Ника, благодаря коварному плану Нортона-старшего... И теперь Фэш думает, что она тоже очень виновата. Мальчишка наверняка горит местью...
Василиса вскочила. Надо получше осмотреть комнату вдруг найдется хоть какая-нибудь лазейка?
Она подошла к столику. На нем стояло большое серебряное блюдо, накрытое зеленой салфеткой. Едва глянув на него, Василиса почувствовала зверский голод: пирожки, конечно, были вкусные, но ими не очень-то наешься. Да и после сегодняшних приключений есть захотелось еще больше. Вот бы сейчас жареной картошки с грибами! Хотя, пожалуй, она бы обрадовалась любому блюду... Девочка решительно сдернула салфетку.
Каково же было удивление Василисы, когда под ней обнаружилось именно то, что она хотела: на блюде возвышалась аппетитная горка хрустящего картофеля в окружении тушеных белых грибов. А рядом находились столовые приборы. От блюда шел необыкновенный аромат, и Василиса решилась.
Столик оказался низковат, пришлось усесться возле него, скрестив ноги по-турецки. Ну, это ничего... Главное, что ее голодом морить не собираются.
После еды захотелось пить, но ни кувшина, ни графина рядом не было. А Василиса не отказалась бы, например, от лимонада. Девочка со вздохом накрыла пустое блюдо салфеткой.
Вдруг под салфеткой что-то звякнуло. Василиса сдернула ее и ахнула: на блюде стоял прозрачный хрустальный бокал, до краев наполненный газировкой с шипящими пузырьками. Василиса попробовала: лимонад! Удивительная вещь - о чем ни подумаешь, то и появляется... Ну а мороженое, обязательно сливочное, политое шоколадным сиропом! С одной, нет, двумя вишенками... Именно такое лакомство и обнаружила Василиса под зеленой салфеткой, в запотевшей от холода вазочке, со взбитыми сливками и двумя вишенками сверху. Здорово! Неужели все можно получить? Ну, хорошо, а если... Блямц! Сверху на салфетку упала небольшая серебряная табличка, на которой чистейшим русским языком было написано:
«Особам, не достигшим совершеннолетия, алкоголь запрещается».
Прочитав ее, Василиса тут же залилась густым румянцем - хорошо, что никто не видит ее эксперименты.
Ради интереса она еще попробовала заказать у волшебного блюда по очереди шариковую ручку, морскую ракушку, небольшую гантель, раскладной нож, трикотажное платье (вместо этого ужасного), живую черепаху и мобильный телефон. Но всякий раз серебряное блюдо оставалось пустым под крышкой.
Зато горячий бутерброд с колбасой тут же появился. Пришлось прекратить всякие попытки вызвать несъедобную вещь.
Бутерброд уже не лез, поэтому Василиса оставила его на блюде, а сама растянулась на кровати. Да, после еды думалось намного веселее.
Цветные витражи тускнели: за окном наступали сумерки.
Неожиданно в подсвечниках, расставленных по углам, зажглось еще больше огней, дополнительные свечи появились неизвестно откуда. Василиса даже не вздрогнула, начинала потихоньку привыкать к необычному и странному. Веки у нее слипались, и хотелось спать, несмотря на туго стянутое корсетом платье.
И тогда зазвонил мобильный.