Железное пламя

В ту субботу Ксейден сверлил меня взглядом. Даже зубами скрипнул. Дважды.
Ну из-под моей кровати хотя бы не вылезали тени, а значит, не так уж сильно он и злился, так ведь?
– Скажи уже что-нибудь! – Я выдержала его взгляд и сменила позу, когда край стола уперся в заднюю часть моих бедер.
Он глубоко вздохнул, его плечи поднялись. Что ж, по крайней мере хоть один из нас получал достаточно кислорода. Мою-то грудь сдавливало с такой силой, что того и гляди легкие наружу полезут.
– Рианнон спасла мне жизнь. Если бы она не вытащила тот кинжал прежде, чем Варриш отнял твою куртку, я бы тут не сидела. – Мои слова звучали как мольба. – В конце концов они должны были узнать. Ри видела кинжал. Она догадывалась, что что-то происходит.
Эти великолепные глаза закрылись. Я готова была поклясться, что слышала, как он мысленно считал до десяти.
Ну хорошо, может, до двадцати.
– Ну скажи уже что-нибудь. Пожалуйста, – взмолилась я.
– Я тщательно выбираю слова, – ответил Ксейден и сделал еще один глубокий вдох.
– Я это ценю. – Я открыла рот, чтобы произнести еще одно оправдание, но их у меня не осталось, так что, пока он собирался с мыслями, я просто сидела и прислушивалась к тиканию часов и шуму дождя за окном.
– Кто в итоге знает? – наконец произнес он, открыв глаза.
– Рианнон, Сойер, Ридок и Квинн.
– И Квинн тоже? – Его глаза разве что молнии не метали.
Я предостерегающе выставила палец.
– Это все Имоджен.
– Да что б вас всех… – Ксейден провел рукой по лицу.
– Они не знают всего.
Он изогнул покрытую шрамом бровь, да и в целом не выглядел успокоенным.
– Они ничего не знают ни про Аретию, ни про Бреннана, ни про светоч. – Я склонила голову набок. – Что на самом деле вообще не проблема, если я смогу вырваться отсюда на недельку и смотаться в Кордин. Сколько туда лететь? Дня два? – Город на южном побережье провинции Кровла не мог быть слишком далеко.
– Прекрати. – Он наклонился вплотную ко мне и уперся в мои бедра руками. – Ты туда со мной не полетишь. По крайней мере сейчас. Этой идиотской затеи проникнуть сегодня ночью в Архивы и так уже достаточно, чтобы я весь пропотел от беспокойства. Мне только забот о том, что ты можешь улететь и попасть в плен или погибнуть на вражеской территории, не хватало.
– Это не затея… это план. – Я обхватила его щеки ладонями. – И что-то мне не кажется, что ты потеешь. – С напоминающим рык звуком он отстранился от меня и отошел чуть в сторону. – Ты понятия не имеешь, о чем я думаю!
– Ты прав. Не имею. Так расскажи мне. – Я ухватилась за край стола и принялась ждать, не заткнет ли он меня, как обычно.
Ксейден провел пальцем по губе, которую я еще не успела поцеловать, и покосился на книжные полки.
– Я ценю твою веру в то, что я все тебе расскажу, но в твоем плане есть логические дыры.
– Какие?
– Для начала, вы не заручились согласием ключевого участника. – Он загнул палец.
– Это все потому, что…
– Нет-нет, сейчас моя очередь говорить. Ты же спрашивала меня, что я думаю, разве нет? – Ксейден наградил меня взглядом командира крыла – проницательным и расчетливым взглядом, который раньше жутко меня пугал. И загнул второй палец. – Есиния будет там не единственным писцом, а значит, велика вероятность того, что вас застукают. – Он загнул третий палец. – Недостаточно просто украсть книги, вам придется вернуть их до того, как кто-то их хватится. Или вы планировали остаться там на ночь и почитать?
– Я собиралась решить эту проблему завтра, – признала я.
– И ты действительно думаешь, что мы сможем войти и выйти оттуда меньше чем за час? Потому что в противном случае мы все будем мертвы.
– У нас нет другого выхода, если мы хотим заполучить эти дневники.
Ксейден глубоко вдохнул, затем шагнул ко мне, коснулся моего подбородка большим и указательным пальцами и нежно поднял мое лицо.
– Насколько ты уверена, что в этих дневниках есть ответы о камне чар?
– За последний месяц мы перечитали половину засекреченных книг по установке и наладке чар, а то, до чего не дотянулись мы, прочла Есиния. В этих томах подробно говорится только о существующих чарах. Эти дневники – наш единственный шанс узнать, как именно Первые Шестеро создали первый щит для Наварры. Наша единственная надежда.
– Ты же понимаешь, что нас убьют, если застукают?
Нас. Я провела руками по его груди.
– Если мы не сможем активировать защиту Аретии, мы все равно умрем. Если Бреннан прав, а обычно он не ошибается, у нас осталось всего несколько месяцев. Правда все равно выплеснется наружу. Это лишь вопрос времени.
Ксейден переключил внимание на мои губы, и мой пульс участился.
– Если ты считаешь, что другого способа нет, то я с тобой. Я ни за что не позволю тебе пойти на такое дело без меня.
Я не смогла удержать улыбку.
– Ты даже не собираешься спорить? Или говорить, что есть и другой способ?
– Я? Спорить с тобой о книгах? – Ксейден покачал головой и провел рукой по моей щеке. – Я участвую только в тех схватках, которые могу выиграть. – Он начал медленно, очень медленно наклоняться ко мне, а затем остановился в дюйме от моего лица. – Теперь твоя очередь говорить.
Он ждал. Наши губы были так близко друг к другу, что мне было достаточно лишь немного пошевелиться, чтобы они соприкоснулись. Достаточно лишь его присутствия рядом, его дыхания, чтобы моя кровь закипела. Предвкушение залило мое лицо румянцем, а он нежно провел пальцем по моей разгоряченной щеке, но и не подумал взять то, что я так стремилась отдать.
У меня перехватило дыхание от мысли, что Ксейден дает мне возможность не только не целовать его, но и назвать ту самую ночь в Сэмарре исключением.
Но она не была исключением.
Подавшись вперед, я коснулась моими губами его, а затем поцеловала – нежно, словно в первый раз. В этом поцелуе не было огня и страсти, хотя я знала, что это дело нескольких секунд. Но этот поцелуй был совсем другим. Чем-то, что напугало меня до глубины души, и все же я не смогла заставить себя отстраниться, даже во имя самосохранения.
Я выбрала его, выбрала нас. Я ни за что не назову это ошибкой в суждениях, переизбытком адреналина или простой похотью.
Я любила его. И неважно, что он сделал или почему, я все еще его любила, и я знала, что он обо мне заботится.
Может, это и не было любовью.
Может, после всего, через что он прошел, он не был способен на эту эмоцию.
Но я что-то для него да значила.
Ксейден целовал меня долго и медленно, словно у нас было все время мира, словно на всем Континенте не было ничего важнее его языка, соприкасающегося с моим, прикосновения его зубов к моей нижней губе. Это была сокрушительная, массированная атака на все мои чувства, и к тому моменту, как он отстранился от меня, мы оба тяжело дышали.
– Нужно остановиться, иначе мы с тобой не выйдем сегодня из этой комнаты. – Он провел тыльной стороной пальцев по моей щеке и отступил, когда я заставила себя согласно кивнуть.
Я встряхнула головой, чтобы прочистить мысли, а Ксейден направился к двери.
Куда это он собрался?
– Я не просто так пока не просила его нам помогать.
– Да, это я понял. – Ксейден сделал паузу, взялся за дверную ручку и посмотрел на меня через плечо. – Я с тобой. Я это сделаю. Но ты должна понимать последствия его отказа.
У меня свело живот. Если мы ему расскажем, это раскроет…
– Он не откажет.
Я была в этом уверена.
Ксейден кивнул и рывком распахнул дверь.
Ридок и Сойер повалились было в комнату, но наткнулись на чары и отлетели обратно, на пол коридора. Я закрыла рот ладонью, пытаясь подавить смех.
– Когда дверь закрыта, она звуконепроницаема, придурки, – прорычал Ксейден. – И какого хера он уже тут?
– Он понятия не имеет, зачем он здесь, – ответил Боди. – Я выдернул его прямо с урока полета.
Я соскочила со стола и поспешила к двери. Ридок и Сойер поднялись на ноги и расступились, явив скрывавшихся за их спинами Боди, Рианнон, Иможден и Квинн.
Позади всех них, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, стоял Аарик.
– Я так и думал, что ты рано или поздно за мной придешь, – сказал он, обращаясь к Ксейдену. Во взгляде его прищуренных глаз сверкала ненависть.
Динамика между этими двумя была не очень хорошая, чего и стоило ожидать. Отец Ксейдена начал войну, которую закончил отец Аарика.
Одного за другим я провела их сквозь защитные барьеры к себе в комнату. В том числе и Аарика, который остановился сразу же за порогом. На случай, если кому-то понадобится быстро свалить, я оставила дверь открытой. Затем повернулась к Аарику.
– Нам нужна твоя помощь. Ты можешь отказаться и уйти прямо сейчас, но если я объясню, зачем ты нам нужен, и ты все равно скажешь нет… – Я тяжело вздохнула, не желая говорить то, что следовало сказать.
– Если мы объясним, для чего ты нужен, и ты откажешься, ты уже не сможешь уйти, – закончил за меня Ксейден.
– Думаешь, я для тебя хотя бы пальцем пошевелю? – поинтересовался Аарик, потянувшись к рукоятке меча.
– Эй, эй! – Боди схватился за свой меч, пытаясь вклиниться между ними. – Успокойтесь, оба.
– Ты знаешь, что там происходит, и ты пришел сюда не просто так, правда? – спросила я Аарика, заслонив собой Ксейдена. – Помоги нам что-нибудь с этим сделать.
– Ты понятия не имеешь, что он сделал с Аликом! – прошипел Аарик.
– Твой брат был трусливым и жестоким ублюдком! – Ксейден зацепил меня пальцами за пояс, оттянул назад, за себя, затем вытолкал Аарика через защитный барьер обратно в коридор. – И мне совершенно не жаль, что я его убил.
Вот блядь. Такого поворота я не ожидала.
* * *
Три часа спустя мы проговорили план достаточно раз, чтобы все запомнили не только свои роли, но и всех остальных. Боди дважды был вынужден разнимать Ксейдена и Аарика, но мы наконец-то выступили в Архивы. Ключом к привлечению Аарика на нашу сторону стал тот факт, что он обкрадет собственного отца. Час спустя мы либо заберем дневники, либо умрем. Архивы не жалуют посетителей, которые остаются внутри после закрытия хранилищ.
– Ты уверен? – тихо спросила я Аарика, пока мы, разбившись по парам, шли по туннелю, ведущему мимо лазарета.
Все мы, все восемь человек, нацепили на себя мантии писцов, расшитые двумя золотыми прямоугольниками – символом второго курса. Весь наш план целиком зависел от его согласия.
– Совершенно. Единственный, кого я ненавижу даже больше, чем Ксейдена Риорсона, – мой собственный отец. Просто держи своего парня подальше от меня. – Аарик смотрел прямо перед собой.
– Он будет сохранять дистанцию, – пообещала я, покосившись через плечо туда, где за всеми нами следовал Ксейден – единственный, кто отказался надевать маскировку. Хотя, будь я заклинательницей теней, я наверняка тоже и не подумала бы надеть что-то кроме черного.
«Я буду там, где ты», – возразил Ксейден.
Колокола пробили шесть раз, возвещая о наступлении нужного часа.
– Запомните, наша цель – секретность, не нужно выделываться. Это не Битва отрядов, – шепотом напомнил Ксейден.
Мы миновали лестницу, которая вела наверх, в остальную часть общежития, и вниз, к подвалам. Показалась дверь в Архивы, и, к счастью для нас, Нася оказался именно там, где и должен был быть по моим расчетам: спящим на посту.
Боди с Ридоком быстро проскользнули мимо него и спрятались за дверью: их роль – стоять на страже. Первая преграда была взята.
А вот Есиния удивила меня, встретив нас за дверью.
«Нет, – знаками показала она, оценивающе оглядев нашу группу и поджав губы. – Только четверо. Больше будет уже слишком подозрительно. – Ее взгляд уперся в Ксейдена. – Особенно ты».
Проклятье. Мы отбирали людей в группу не только за их преданность, но и из-за их печатей.
– Никто меня не увидит, – шепотом заверил ее Ксейден. Затем он вздохнул и продолжил: – Аарик. Вайолет. Имоджен.
Есиния переключила свое внимание на Аарика, и я уловила тот самый момент, когда она поняла, кто перед ней. Она мигом побледнела и посмотрела на меня.
«Он настолько бросается в глаза?» – знаками спросила я, пока все остальные тихо заспорили.
«Только если знать, куда смотреть, – ответила подруга. – У них одинаковые глаза».
«Чудо наследственности», – также знаками показал Аарик.
– Я могу переносить предметы, – настаивала Рианнон.
– А я могу стереть кратковременную память, если нас заметят, – возразила Имоджен. – Засекреченная печать, не забыла? У тебя внушительная способность, Маттиас, но здесь я – наша последняя линия защиты. – Она подошла к Насе и легонько коснулась рукой его головы. – На всякий случай.
– Мы будем рядом. – Квинн отошла от группы и поманила за собой Сойера и Рианнон. – На случай, если понадобимся вам.
Рианнон переводила взгляд с меня на Ксейдена и обратно, явно разрываемая чувствами.
– Если что-то пойдет не так…
– Тогда вы вернетесь в свои комнаты и будете делать вид, будто ничего не случилось. – Я выдержала ее взгляд, и Ри поняла, что я не шучу. – Что бы ни случилось. Придерживайтесь плана.
Ее плечи поникли. Ри кивнула и, наградив меня последним разочарованным взглядом, проскользнула в массивную дверь следом за остальными.
«Ступайте тихо, – напомнила нам Есиния, и мы двинулись внутрь Архивов. Сердце застучало. – Нужно действовать быстро. Архивы закроются ровно через час, и если мы останемся здесь, когда эта дверь запечатается…»
Я сглотнула подступившую к горлу тошноту.
– Я знаю. Мы умрем.
Архивы были защищены самыми мощными чарами.
– Просто укажи нам путь, об остальном мы позаботимся, – велел Ксейден.
Он исчез из виду, как только мы переступили порог, приклеившись к теням вдоль тускло освещенного коридора. Если приглядеться, я еще могла различить смутные очертания его фигуры, но в том, как хорошо он сливается с темнотой, было что-то шокирующее.
А может, все дело в том, что остальная часть пространства оказалась такой яркой. Магические огни освещали ряды книжных полок и пустых учебных столов, тянувшихся до задней части огромного купола. Пустота – это хорошо, от субботнего вечера мы другого и не ожидали, но никогда нельзя предсказать, кто скрывается между штабелями книг или работает в мастерских, расположенных в глубине Архивов.
Я заставила себя преодолеть некоторое колебание и прошла мимо дубового стола, следуя за Есинией. Мрамор под моими сапогами казался одновременно знакомым и совершенно чуждым. За все те долгие годы, что я провела в Архивах, я ни разу не углублялась так далеко.
Аарик посматривал в каждый ряд, когда мы проходили мимо, но я не сводила взгляда с Есинии, стараясь, чтобы мои движения, моя поза, моя походка были неотличимы от ее. Тишина, в которой я обычно находила покой, в таких обстоятельствах жутко нервировала.
Боги, сколько всего могло пойти не так. Мой скудный ужин грозил вновь появиться на свет.
Мы трое следовали за Есинией. Она свернула налево, к предпоследнему ряду столов, и направилась к мастерским. Запах клея становился все сильнее. Мое сердце замерло от ужаса при виде писца, вышедшего из того самого коридора, который был нам нужен, и направившегося в нашу сторону.
Единственный золотой прямоугольник на его плече указывал на первый курс обучения. Однако все писцы знали друг друга в лицо, несмотря на то что в их квадранте обучалось в два раза больше кадетов, чем в квадранте всадников.
– Кадет Нилварт? – протянул первокурсник, дублируя слова знаками и растерянно поглядывая на нас.
Я опустила голову и увидела, что Аарик поступил так же – мы оба пытались максимально скрыть свою внешность.
«Кадет Самуэльсон», – ответила Есиния, слегка повернувшись, чтобы я могла видеть ее руки.
Проклятье, нас поймают еще до того, как мы доберемся до чар!
«Я разберусь».
Голос Ксейдена разогнал часть моей тревоги, но не всю.
Но он был здесь. И именно он был той причиной, по которой мы ждали эту конкретную ночь.
Из-под столов выползли тени и устремились к ногам Самуэльсона. Аарик напрягся.
«Я думал, сегодня на вахте только ты и кадет Нася», – заявил Самуэльсон.
«И все же ты здесь», – ответила Есиния.
Сгустки тьмы поднимались за первокурсником.
«Стой».
Мертвый кадет писцов был последним, что нам нужно.
«Это я еще проявляю терпение», – ответил Ксейден.
«Я забыл задание по переплету в комнате Калли». Самуэльсон многозначительно покосился на свою кремовую сумку на плече.
«Забывчивые люди писцами не становятся, – наставительно заявила Есиния, и я с трудом подавила улыбку. – Если ты не возражаешь, первокурсник, нам, второкурсникам, еще есть над чем поработать. Не всем нужны выходные для учебы».
Самуэльсон покраснел в явном смущении и отошел в сторону.
Тени вернулись на свои места, и мы продолжили свой путь.
– Я думал, он его убьет, – прошептал Аарик, когда мы оказались за пределами слышимости первогодки.
– Я бы не удивилась, – ответила Имоджен. – Это могло бы оказаться более эффективным решением.
Обернувшись, мы оба увидели, как она пожимает плечами.
Есиния вывела нас из главного помещения библиотеки в хорошо освещенный коридор, с окнами и несколькими дверями в учебные помещения с обеих сторон. Чем глубже мы погружались в Архивы, тем туже казался мой воротник.
Ксейден догнал нас в несколько шагов и спокойно двинулся рядом со мной.
– Кто-то обязательно заметит всю эту черноту, – тихо отчитала его я.
Есиния повернула направо. Это место напоминало долбаный лабиринт, все коридоры выглядели совершенно одинаково.
– Здесь никого нет. – Руки Ксейдена были свободны и расслаблены. Я заметила, что он сменил предпочитаемые им длинные мечи, которые носил за спиной, на более короткие на бедрах, и это значило, что Ксейден готов к ближнему бою. – По крайней мере в этой секции.
– Тебе это твои тени рассказали? – пошутил Аарик.
– Я думал, мы договорились не общаться, – отрезал Ксейден.
Есиния открыла третью дверь слева, и мы прошли за ней в помещение, внутри которого царила кромешная тьма. Неудивительно, что коридор был ярко освещен и буквально усеян окнами, хоть что-то стало видно. Две каменные стены по бокам оказались пусты, а третья, напротив входа, сплошь заставлена книгами. В центре помещения расположился одинокий стол, и с трех сторон к нему сходились ряды длинных столов и скамеек.
«Дальнейший путь я знаю только по рассказам, – показала Есиния, взволнованно поджав губы. – Я никогда не бывала дальше. Если я в чем-то ошиблась…»
«Мы справимся», – пообещала я.
Она кивнула, затем прошла в дальний угол комнаты, к длинному книжному шкафу.
– Имоджен, – велел Ксейден, кивком указав на дверь.
Вытащив из-под мантии кинжал, Имоджен встала на страже.
Есиния потянулась к задней части шкафа и, отодвинув несколько томов в сторону, нашла рычаг. Она потянула его вниз, и угол комнаты отделился от остального пространства. Повернувшись на четверть оборота с удивительной, практически полной бесшумностью, он открыл проход к крутой винтовой лестнице.
Присмотревшись, я разглядела нечеткие линии металлического рельса, на котором он поворачивался.
– Удивительно, – прошептала я. Сколько еще подобных скрытых чудес таят здешние стены? – Что? – прошипела я Ксейдену, заметив, как он смотрит на меня.
Мне кажется, я смотрю на то, что могло бы быть.
– И?
Секретный вход со щелчком встал на место, закончив поворот.
– Черное идет тебе больше, – прошептал Ксейден.
Его губы коснулись моего уха, и меня пробила дрожь вовсе не от волнения за исход нашего общего дела.
«Дальше вам придется идти без меня, – предупредила Есиния. – Если я буду отсутствовать дольше, кто-то может меня хватиться. По слухам, обычные чары Архивов заканчиваются здесь. Так что, если вы не успеете вернуться вовремя, безопаснее будет переждать ночь тут».
«Спасибо, – ответила я. – Я свяжусь с тобой, как только мы сможем их вернуть».
«Удачи!» – Есиния наградила нас ободряющей улыбкой на прощание и ушла.
Ксейден наклонился к лестнице.
– Следите, куда ступаете, – предостерег он нас. – Снизу идет слабый свет, и хорошо бы, чтобы его не включилось больше.
– У нас сорок пять минут, – произнесла Имоджен. – Минута промедления, и мы или застрянем тут и предстанем перед военно-полевым судом… или умрем.
Никакого давления.
– Тогда лучше поспешить. – Ксейден взял меня за руку и направился к лестнице.