Глава 4
Гарри был так рад хоть раз оказаться снаружи, что даже не побеспокоился о том, что ему пришлось пропалывать сад. Дядя Вернон был на работе, Дадли в гостях у друга (вероятно, принимал наркотики или что-то в этом роде), а тетя Петуния разговаривала по телефону, занятая сплетнями о Добби бог знает о чем. «Вообще-то, — подумал он, — Добби наверняка знает, что именно». Я люблю этого маленького засранца, но он жуткий ублюдок. Хотя он, конечно, был бы хорошим шпионом, не так ли?
Он не мог сдержать вырвавшийся из него смешок, и рассеянно задался вопросом, возвращается ли Хедвиг. Он знал, что Волдеморт получил это письмо, потому что чувствовал, как его шрам слегка горит вместе с жопой Тёмного Лорда, ну, он хотел назвать это гневом, но на самом деле это было больше похоже на раздражение. На самом деле он едва ли ощутил это. И все же он был удивлен, что Волдеморт вообще потрудился ответить на его первое письмо. Неужели ему нечем было заняться? Например, захват мира или что-то в этом роде? Не то чтобы Гарри жаловался. Уханье слева вывело подростка из задумчивости. Он опустил глаза, моргнул и ухмыльнулся. — Привет тебе, девочка! А я тебя и не заметил! — Когда Хедвиг издала звук, похожий на раздражение, его ухмылка стала еще шире. — Я знаю, Девочка. Я согласен. Я думаю, что солнечный свет и свежий воздух опьянили меня. Бросив садовые инструменты, которые он держал, Гарри потянулся за письмом, которое принесла его дорогая сова. Похоже, Волдеморт ответил снова. Ну, это было странно. Он действительно не ожидал этого.
Поттер,
Тебе скучно, потому что ты — избранный? Конечно, ты можешь делать все, что пожелаешь учитывая то, как ты обводишь старого дурака вокруг пальца? Ты уже устал от всей этой роскоши? Поистине удивительный подвиг для Гриффиндорца. И если ты когда-нибудь снова сравнишь меня с грязным клоуном, то смертельное проклятие, которое ты в конце концов получишь от моей руки, будет меньше всего тебя волновать. Волдеморт
Гарри моргнул, снова перечитал письмо и рассмеялся. Он ухмыльнулся и вернулся к прополке. Пришло время, решил он, направить своего внутреннего мародера в нужное русло. — Мне кажется, надо двоюродного брата подкупить.
***
Волдеморт был не в лучшем настроении. Он думал о том, чтобы вернуть свое старое тело, но все выглядело не слишком хорошо. Хотя он никогда бы не признался в этом, комментарии Поттера о его отсутствии волос и носа… раздражали его. Он нахмурился, хотя никто этого не видел, так как он был один в своем кабинете, а Северус только что ушел. Он надеялся, что у него есть какое-нибудь зелье, которое может… помочь ему, но по словам его шпиона, такового не было. Излишне говорить, что Северус отбыл с приказом найти его. Конечно, он делал это не ради Поттера. Нет, сказал он себе, мальчик не имеет к этому никакого, абсолютно никакого отношения. В полумраке комнаты раздался шипящий смех Нагини. Стук в окно привлек его внимание, и когда он оглянулся, то увидел сову, сидящую на подоконнике по другую сторону стекла. Глаза его сузились, и он снова нахмурился. — Чертова сова, — раздраженно пробормотал он. Нет, он просто проигнорирует это. Сегодня у него не было ни малейшего желания иметь дело с Поттером или его проклятой птицей. Вообще никакого. Поэтому он снова сосредоточился на бумагах, которые еще не закончил, стараясь не обращать внимания ни на белоснежную сову, сидящую на подоконнике, ни на смеющуюся Нагини, которая была где-то в комнате. Стук в окно… Смех… — Игнорируй это… Стук в окно… Смех… — Игнорируй… СТУК В ОКНО… Волдеморт хлопнул ладонями по столу, поднялся на ноги и подошел к окну, свирепо глядя на сову. Но птица просто смотрела в ответ с почти вызывающей решимостью. Выходит, что у этого сопляка просто обязана была быть такая же надоедливая сова, как и он сам. Темный Лорд знал, что всегда может просто убить птицу, но что-то подсказывало ему, что это была бы ужасная, бесполезная идея. Кроме того, она, вероятно, вернется и будет преследовать его как сова-призрак. Поэтому, не имея другого выбора, он открыл окно. Сова одобрительно кивнула своей покрытой перьями головой. Нахмурившись еще сильнее, Волдеморт взял письмо, подавил желание захлопнуть окно и вернулся к своему столу.
Волдеморт,
Пожалуйста, не обращай внимания на слезы на пергаменте. Я так смеялся, что даже заплакал от твоего глупого заявления о том, что я живу в роскоши. Да и вообще, не слишком ли сильно Темный Лорд протестует? Это ведь ты первый заговорил о клоунаде, а не я. Почему ты так защищаешься? Тебя раньше заставляли одеваться как клоуна или что-то в этом роде? Может быть, в детском доме? Кстати, я вложил тебе подарок. Как я и предполагал, это потребовало некоторого подкупа, но оно того стоило, даже если этот образ оставил на мне шрам на всю жизнь. А теперь, если ты меня извинишь, я думаю, что отправлю эти копии другим людям, чтобы тоже оставить на них шрамы на всю жизнь! Клоуны идеально подходят для этого. Угадай, какой старик стоит первым номером в моем списке?
Гарри Поттер
Волдеморт, не теряя времени, быстро нашел вторую страницу. Там был грубо нарисован от руки он сам... в виде клоуна с пышными вьющимися зелеными волосами, красной крашеной ухмылкой, круглым красным резиновым носом, массивными оранжевыми и зелеными брюками в горошек, огромными желтыми ботинками и неопознанным цветком посреди того, что, казалось, брызгало водой. В одной руке он держал кремовый пирог, на котором даже была вишенка сверху. Название рисунка, написанное неряшливым, но знакомым почерком, гласило: «Темный клоун Лорд Волдеморт». Это все еще было ужасно, решил Волдеморт, но не в правильной манере. Он действительно ненавидел клоунов — этих чертовых демонических тварей. И тут он внезапно вспомнил, что было написано в последнем абзаце письма с угрозой. Он сделал копии! — Поттер! Нагини зашипела от смеха.