9 глава
Прошло пару дней. С Каидо мы общались так же, как и раньше — без всяких странностей. А вот с Чишией... Что-то было не так. Мы вроде бы нормально разговаривали, пересекались как обычно, но всё равно ощущение, что он слегка отдалился. Странно, правда? Словно между нами встал какой-то невидимый забор, о котором никто не договаривался.
Вечером пришло время снова продлевать визу — а значит, пора было топать на очередную игру. Я спустилась в холл вместе с Каидо, чтобы посмотреть, кто в какой группе сегодня попал. Народу как всегда была куча: кто-то нервничал, кто-то, наоборот, смеялся как ненормальный — каждый справлялся со стрессом по-своему.
Когда я увидела свой список, стало ясно, что в моей группе будет Чишия. Это хоть какое-то утешение: по крайней мере, был один человек, которого я знала и с которым могла нормально общаться без лишних напрягов.
Мы пошли к машине. На этот раз нам достался кабриолет. Я без лишних слов села на переднее сиденье. Позади устроился Чишия и ещё какая-то парочка, которая буквально слиплась друг с другом, как два куска жвачки на жаре. Смотреть на это было странно и неприятно, но, в принципе, для Пляжа подобные картины уже давно стали нормой.
Пока ехали, я просто молча смотрела вперёд, стараясь не обращать внимания на громкие шепотки за спиной. Чишия тоже молчал — как обычно. За это я его и уважала.
Добравшись до места, мы вылезли из машины и направились к зданию. Оно выглядело как-то уж слишком прилично для местных игр: большие стеклянные двери, подсветка по периметру, будто бы мы пришли на какую-то презентацию, а не на игру на выживание.
Я машинально поправила куртку и краем глаза глянула на Чишию. Тот, как обычно, шёл спокойным шагом, будто бы собирался купить молоко в магазине, а не ставить свою жизнь на кон.
— Ну что, — пробормотала я себе под нос, — ещё один весёлый вечер.
Двери перед нами распахнулись, приглашая внутрь.
Игра начиналась.
Когда мы зашли внутрь, мы сразу услышали женский механичный голос что нам сказал что игра «6 пик». Отлично. Выносливость и спорт. Прям моя любимая комбинация... если бы я была мазохисткой.
Собралось человек двадцать. Народ разномастный: от подтянутых до тех, кто выглядел так, будто последний раз бегал только за бесплатными пробниками в магазине.
Нам объявили правила : пройти полосу препятствий за определённое время. Опоздаешь — выбываешь. Ну а "выбываешь" тут не значит "иди домой и поплачь". Тут "выбываешь" — это "прощай навсегда".
Я краем глаза глянула на Чишию. Он стоял спокойно, засунув руки в карманы, будто ему вообще всё равно. Ну да, чего ему волноваться, он же не собирался рвать себе жилы, чтобы бежать первым.
Стартовый сигнал. И мы рванули.
Поначалу всё шло нормально. Прыжки через какие-то дурацкие стены, лазание по сетке — всё терпимо. Но потом началась та часть, которую я тихо ненавидела: длинная дистанция с ловушками, где нужно было не только бежать, но и быстро реагировать.
На одной из секций я оступилась. Удар об пол был такой, что у меня перед глазами потемнело. Я попыталась подняться, но ноги подкашивались, дыхание сбилось, и вообще всё как-то резко стало плохо.
Я слышала вокруг крики и топот других игроков, но больше всего мне запомнился один момент — Чишия. Он стоял не так уж и далеко. Просто смотрел на меня. И ни фига не шевелился. Даже лица у него не дёрнулось.
Как будто реально думал: "Спасать её или нет?"
Может, для него это был какой-то тест. Может, он хотел посмотреть, выберусь ли я сама.
"Отличная поддержка, просто класс," — пронеслось у меня в голове.
Я попыталась снова подняться. Получилось — криво, медленно, но получилось. Я сделала несколько шатких шагов вперёд — и в этот момент кто-то сзади резко схватил меня за шкирку и дёрнул в сторону.
Чишия. Всё-таки двинулся, чертов гений.
— Не умирай тут, ты же мне потом весь ужин испортишь, — пробормотал он лениво, подтаскивая меня в более безопасное место.
— А ты прям заботливый, аж слёзы наворачиваются, — огрызнулась я, пытаясь отдышаться.
Он только ухмыльнулся.
Пока я приходила в себя, остальные игроки успели добежать до конца этапа. Нам повезло: таймер ещё не истёк, и мы тоже кое-как добрались до контрольной точки.
Когда прозвучал сигнал об окончании этапа, я еле держалась на ногах. Сердце бухало так, будто я пробежала марафон три раза подряд.
— Надо было тренироваться, — сказал Чишия с тем своим вечным спокойствием.
— Спасибо, Кэп, а я и не догадалась, — пробурчала я в ответ.
Он усмехнулся и пошёл вперёд, не торопясь.
А я шла за ним, проклиная всё на свете, но всё равно с какой-то странной улыбкой.
Похоже, сегодня я снова осталась в живых.
Я уже почти радовалась, что прошла первую часть этой ублюдочной игры, как нас всех пригнали к следующему этапу — лабиринт из рухляди и острых железяк.
Классика. Если не убьёт кто-то другой, так сам себе башку разобьёшь.
— Здесь аккуратней, а то потом собирать по кускам придётся, — лениво бросил Чишия, засовывая руки в карманы.
— Спасибо за поддержку, доктор, — буркнула я в ответ и полезла вперёд.
Мы продирались через груды металлолома. Всё шаталось, скрипело и выглядело так, будто в любой момент обрушится.
На одном из узких участков я резко повернулась, чтобы избежать куска падающей конструкции, но не успела полностью. Острая железяка полоснула меня по боку.
Боль ударила мгновенно — горячая, резкая. Я машинально прижала руку к боку и почувствовала, как сквозь пальцы пробивается кровь.
— Чёрт... — прошипела я сквозь зубы, шатаясь на месте.
Ноги подкосились. Всё вокруг как будто поплыло.
Из бокового зрения я заметила Чишию. Он стоял метрах в трёх, спокойно глядя на меня. Без суеты, без паники. Даже не дёрнулся.
"Идеальная поддержка, как всегда," — пронеслось у меня в голове.
Я пыталась удержаться на ногах.
Нет смысла ждать помощи. В этой игре ты или идёшь сам, или не идёшь вообще.
Подняв голову, я сделала пару неуверенных шагов вперёд.
Каждое движение отзывалось болью в боку, но я стиснула зубы.
Чишия всё так же стоял неподалёку. И только когда я почти рухнула прямо на месте, он, с ленивым вздохом, подошёл.
— Не вздумай сдохнуть прямо сейчас, — спокойно сказал он, когда я поравнялась с ним.
— Не волнуйся, испортить тебе вечер — последнее, что я хочу, — процедила я сквозь зубы.
Он только хмыкнул и пошёл вперёд, как будто всё было в порядке. Ни намёка на суету.
Я пошла за ним. Шаг за шагом. Через боль, через дрожь в ногах.
Перед глазами всё плыло, но останавливаться было нельзя.
Когда мы добрались до финишной линии, я почувствовала, как ноги подкашиваются окончательно.
Сигнал об окончании игры прозвучал где-то вдалеке — будто через толстую стеклянную стену.
Последнее, что я увидела перед тем, как отключиться, — это ночное небо над Пограничьем.
Очнулась я уже на Пляже.
Бок горел, повязка натянулась на швах.
Комната была незнакомая, но явно оборудованная под лечение.
Возле кровати сидел Чишия, развалившись на стуле с той самой ленивой мордой.
— Ну вот, ожила, — заметил он спокойно, даже не оторвавшись от книги в руках.
Я хотела что-то сказать, но язык прилип к нёбу.
— Если что, за моральную поддержку спасибо говорить не надо. — Он ухмыльнулся, всё ещё не глядя на меня.
Я только закатила глаза и тяжело выдохнула.
Похоже, меня снова каким-то чудом вытащили.
На этот раз — без особого энтузиазма со стороны окружающих.
На следующее утро ко мне сразу примчался Каидо. Он буквально влетел в комнату так, будто я собиралась испариться прямо на его глазах. В его взгляде было столько беспокойства, что я даже на секунду растерялась.
Такое ощущение... что обо мне вообще никогда никто так не волновался.
— Камия! Боже, с тобой всё нормально?! — выдохнул он, подлетая к кровати.
— Всё нормально, не кипишуй. Не померла же, — буркнула я, отвернувшись к стене.
Каидо тяжело выдохнул и опустился на стул рядом. Было видно — реально переживал.
Наверное, единственный, кто вообще парился о том, дышу я ещё или уже нет.
— Я так переживал за тебя, — быстро заговорил он. — Меня не хотели пускать к тебе, говорили, что нужен покой...
Я фыркнула:
— Не переживай. Ты слишком много сил и эмоций тратишь на каких-то людей, — нарочито холодно заметила я.
Он опустил глаза, будто на секунду задумался.
— А ты слишком мало, — тихо сказал он. — У тебя что-то случилось когда-то... из-за чего ты стала такой? Или ты всегда была холодной? — спросил он, аккуратно, словно боялся задеть меня.
Я села, опираясь на край кровати, и посмотрела на него без особого выражения:
— Неважно, что у меня было. Сейчас это вообще ничего не значит, — отрезала я жёстко.
Каидо вздохнул, но спорить не стал.
— Как скажешь... — пробормотал он. — Пошли позавтракаем? Тебе надо восстановиться.
Я сначала хотела отказаться, но потом всё-таки кивнула.
— Ладно.
Когда мы пришли в столовую, я машинально взяла еду — тарелка, вилка, всё как в тумане. Сели за один из свободных столов. Я только проткнула вилкой какой-то странный омлет, как взгляд сам по себе уцепился за знакомую фигуру.
Чишия.
Он сидел за другим столиком. С ним была та самая девушка, которую я как-то мельком видела в его номере — тогда он вроде что-то ей лечил. Сейчас она заливалась смехом, жестикулировала так, будто рассказывала лучший анекдот в своей жизни.
А он... он сидел рядом. Спокойный, чуть улыбался.
Было ощущение, что ему это даже нравилось.
"Ну конечно," — пронеслось в голове. — "Она же живая. Весёлая. Без вечного взгляда 'умри-умри-умри'."
— Куда уставилась? — спросил Каидо, следя за моим взглядом.
Я чуть дернулась, но виду не подала.
— Они... разве общаются? — спросила я, словно между прочим.
Каидо пожал плечами:
— Да вроде начали. Я их пару раз видел вместе. Смеются, шутят. Знаешь... им даже хорошо вместе.
Его слова ударили как-то неожиданно.
Внутри всё будто сжалось, стало холодно.
Я просто молча смотрела, как они там переговариваются и улыбаются.
Странно было осознавать, что мне некомфортно на это смотреть.
Очень странно.
Каидо наблюдал за мной, потом усмехнулся, но без злости:
— Значит, ты его любишь, — тихо сказал он. —
Не подумай, что я сейчас пытаюсь вызвать у тебя жалость... Но, может, теперь ты поймёшь, каково было мне, когда я видел тебя с Чишией. Видел, как ты с ним улыбаешься... А со мной даже разговариваешь, будто тебе это в тягость.
Я медленно повернула к нему голову и, почти без эмоций, ответила:
— Нет. Я не люблю его. Любовь — это слабость. А чувства вообще придумали для тех, кто не выживет в одиночку.
Каидо горько улыбнулся и отвёл взгляд.
А я снова посмотрела на Чишию и ту девушку.
И заставила себя отвернуться.
Никому здесь нельзя позволять себе роскошь — чувствовать. Даже если внутри что-то ломается.
Мы доедали завтрак в молчании. Я больше ковырялась в еде, чем ела. Честно говоря, кусок в горло не лез.
Иногда я машинально косилась в сторону того столика. Чишия всё так же спокойно сидел рядом с той самой девушкой.
Асука. Теперь я знала её имя. Прекрасно.
В какой-то момент она бросила на меня взгляд.
Не просто мимолётный — осознанный, цепкий. Такой, каким смотрят, когда думают, что победили.
Как будто говорила: "Смотри, он теперь здесь. Со мной."
"Поздравляю," — мысленно фыркнула я. — "Награда — холодный как ледышка гений. Гордись."
Каидо что-то говорил, но я уже не слушала. Всё звучало как сквозь ватную стену.
И тут произошло самое "весёлое".
Чишия, будто почувствовав мой взгляд, на секунду повернул голову. Наши глаза встретились.
Короткий миг.
Ничего не выражающее лицо с его стороны. Спокойное, ленивое, как всегда.
Я тоже не позволила себе ни одного лишнего движения. Просто отвернулась, как будто вообще не видела.
Как будто мне плевать.
На него. На неё. На всё это.
Каидо закончил говорить и встал.
— Пойдём? — спросил он, явно чувствуя, что я уже не здесь.
— Пошли, — коротко бросила я, поднимаясь.
Спиной я всё ещё ощущала, что Асука продолжает смотреть мне вслед.
Как будто боялась, что я всё ещё могу что-то сделать.
Как будто думала, что я — соперник.
Я усмехнулась себе под нос.
"Глупая. Я не борюсь за людей. Мне никто не нужен."
А внутри всё равно скребло мерзкое чувство.
Надо было выбросить всё это из головы.
В конце концов, любовь — для слабаков.
Мы с Каидо молча вышли из столовой. Он шёл рядом, но не пытался заводить разговор. Видимо, даже он понял, что лучше сейчас молчать.
Когда мы дошли до лестницы, я резко остановилась.
— Иди сам, мне надо проветриться, — сказала я и, не дожидаясь ответа, повернула в другую сторону.
Каидо что-то пробормотал, но я уже не слушала.
Я поднялась по лестнице на крышу. Там было пусто.
Холодный ветер больно хлестал по лицу, но мне это даже понравилось. Ветер был честным. Он не притворялся, не улыбался тебе в лицо, чтобы потом воткнуть нож в спину.
Я подошла к краю и посмотрела вниз. Высота. Тишина.
Город казался мёртвым, а может, просто наконец-то стал собой.
"Идиоты," — подумала я. — "Все бегут за чем-то, за кем-то... А в итоге остаются ни с чем."
Я засунула руки в карманы куртки, села на бетонный парапет и уставилась в ночь.
Никто не приходил. Никто не искал.
И это было даже правильно.
Всё, что мне нужно, — это тишина.
И я сама.
//пишите свои идеи в комментарии и ставьте звезды ❤️//