Лишения
С той ночи прошло уже несколько дней. Как только я рассказала своим родителям про странного мужчину, они ушли, не сказав и слова. Просто бросили меня. Вроде ничего запоминающегося, но почему-то тот день я помню так, словно это произошло вчера.
_____
Я открыла дверь и вошла в квартиру. В моей голове роились разные мысли, и мне все никак не удавалось придти в себя. Что это за мужчина? Что его слова значат? Откуда он знает меня? Я вздрогнула, когда увидела своих родителей. Они молча смотрели на меня сквозь дырки в масках.
— Я дома, — тихо сказала я и, кинув сумку на пол, прошла мимо своих родителей. Отец неожиданно схватил меня за руку и дернул назад. Я потеряла равновесие и чуть не упала, но смогла удержаться на ногах. — Что-то не так? — спросила я с холодом, смотря на абсолютно чужого мне человека. В детстве я ещё питала надежду, что родители проявят ко мне хоть толику интереса, но это время уже прошло. Нет тех наивных желаний, которые преследовали меня все время. Я больше не хочу ни во что верить. Отец склонил голову набок и требовательно посмотрел на меня. — Что?! Что тебе нужно от меня?! — закричала я, не в силах больше переносить такое отношение. Не могу. Я больше не могу приходить домой и вести монолог. Не могу делать вид, что все хорошо. Я снова попыталась пройти в свою комнату, но мне не дали этого сделать. — Хотите узнать, чего я так задержалась? — впустила я в своё сердце каплю надежды. Родители никогда не интересовались тем, где я и что со мной. Так почему сейчас решили? Но, на мое удивление, мать кивнула. Я им пересказала все то, что со мной произошло, и застыла в ожидании хоть какой-то реакции. Снова тишина.
— Ты теперь останешься навсегда одна, — сказал отец и, обняв мать за плечи, направился к двери. Я медленно развернулась и с неверием уставилась в спины родителей.
— Стойте! — крикнула я и кинулась к двери, но та захлопнулась прямо перед моим носом. Отчаяние медленно подкрадывалось к моему сердцу. Я дёрнула за ручку, но услышала лишь щелканье замка. — Нет... Нет. Нет! Вы не можете меня так просто оставить. Вы не имеете на это право! Не можете... — прошептала я и, облокотившись на дверь, сползла на пол. —Это нечестно, — по щекам потекли слезы, и я уткнулась лицом в колени. Всю жизнь они не разговаривали со мной: не ругали, не хвалили - ничего. Давали все необходимое для выживания, но не самое нужное для моего душевного равновесия. Я так хотела родительской любви, а получила лишь тишину. И вот, они впервые в жизни соизволили мне ответить, но эти единственные слова были брошены на прощанье и не имели никакого смысла. Я подняла голову к потолку и расхохоталась. Насколько же все это глупо. Я ведь всегда считала их чужими, так почему сейчас по щекам текут эти горькие слезы? Такие раздражающие... Мне больно. Какая же это невыносимая боль. Перестав смеяться, я посмотрела вперёд. Думаю, эта жизнь не сможет причинить мне ещё больше страданий...
_____
Тогда я ещё не знала, что меня ждёт впереди. Моя жизнь рушилась на глазах, не давая мне и шанса передохнуть от нескончаемой боли. На телефон пришло сообщение, из-за чего мне пришлось вылезти из под одеяла. Я перевернулась на спину и стала читать сообщение: «Милая моя сучечка. Мне надоело что ты до сих пор ревешь по своим родителям. Плакса они же не сдохли чтобы так реветь. Да и то... Ты радовался должна», - этот упырь все ещё пишет безграмотно. С ним я встречалась чисто из-за того, что мне нужно было хоть с кем-то поговорить. Мне было неважно, что ради этого приходилось расплачиваться своим телом. Мой бывший только лапал и дрочил на меня. Это отвратительно и мерзко, но лучше слушать эти нескончаемые стоны над ухом (кстати, я до сих пор была девственницей), чем гробовую тишину в собственном доме. Я продолжила читать: «В общем пока ты там упивалась собственым одиночеством я нашёл тебе замену. Да да это твоя подруга Люси», - это сообщение было последним, и к нему ещё прилагалась фотография голой задницы, в которую суют... В общем, думаю, что дальше все логично, и мне не обязательно описывать эту мерзость. Я швырнула телефон в ноги и уткнулась носом в подушку. Что же, очередной выпад жизни достиг своей цели с поразительной точностью. Это все тот чертов старик! «Пришло время твоей сущности»... Это наверняка часть какой-нибудь порчи. Неожиданно затрезвонил звонок, выдирая меня из размышлений. Я поднялась и, шаркая, поплелась открывать дверь. Стоило мне это сделать, как на меня налетела разъярённая фурия.
— Ксюша! Я тебе 350 раз звонила! Ты почему мне не отвечала?! — проорала подруга, с невероятным усердием разбалтывая клубничный йогурт в моем желудке.
— Х-х-хвати-и-и-ит! — меня прекратили трясти и уставились требовательным не мигающим взглядом.
— Что с тобой произошло? — спросила Настя, пытаясь пройти в квартиру. Я ее не впустила, поскольку совсем была не в настроение. Просто хочу побыть в одиночестве и обдумать все произошедшее.
— Кроме того, что меня бросили родители и парень? Ничего особенного. Все супер, — недовольно прошипела я и отвернулась, почувствовав подступающие к горлу слезы. Вод перед кем, а перед своей лучше подругой я не намерена плакать.
— Ксю...
— Проваливай! — рявкнула я, с яростью смотря на подругу. — Не желаю видеть подругу, которая пришла ко мне только спустя пару дней. Ты мне больше никто!
— Ксю...
— Сгинь! — прошипела я и вытолкнула Настю за дверь, хлопнув перед ее носом дверью. Так будет лучше... Всем. Я села на пол и выпустила на волю все скопившиеся в моем сердце слёзы. Что ещё мне преподнесет эта жизнь? Услышав пиликающий звук, я поползла за телефоном и с надеждой уставилась на сообщение. Неужели это Настя поняла меня и... Разочарованно выдохнув, я осознала, что сообщение с работы. Уволена... Я уволена. Вся прелесть в том, что еды дома нет, а за квартиру, как на зло, мне платить уже через неделю. Я ведь точно не смогу найти работу в такой короткий срок. И что же это получается... Я стану бомжом? Просто великолепно. Настолько хреново мне ещё никогда в жизни не было. Я перевернулась набок и тихо застонала. Живот неожиданно разболелся и заурчал.
Этот месяц я держалась на одних консервах и оплату за квартиру мне с трудом удавалось отсрочить. Впав в безнадежность, я решила не рыпаться и не бороться за свою жизнь. Да и влом мне как-то искать нормальную работу. Только на подработку хватало сил. Даже если эта лень будет стоить жизни, мне все равно. Такой уж я безнадежный человек. Но... может стоит позвонить Насте и предупредить ее о моей скорой кончине? Всё-таки ситуация отчаянная и... Нет! Не буду я так низко падать. Хотя куда уж... Если она увидит меня в таком состояние, то точно будет презирать... Телефон завибрировал. О! Так она сама решила мне позвонить? Ха-ха. Не долго же она смогла продержаться без меня! Взяв телефон, я уже в который раз разочаровалась в этой жизни. Номер принадлежал матери Насти. Причём она звонит мне уже довольно таки давно, но я, видимо, слишком была поглощена собой.
— Слушаю, — прохрипела я и сама не узнала свой голос. Что делает голод с человеческим телом... Хотя, на моем голосе, скорее всего, сказалось то, что я уже месяц не разговариваю с людьми.
— Настя мертва, — послышалось мне, и я тут же повесила трубку. Бесят эти уроды. Наверняка это бывший и его новая шлюха решили так поразвлекаться. Что же, это совсем не смешно. Я достала бутылку самого крепкого вина из шкафа и любовно обняла ее. Хорошо, что алкоголь стоит не так дорого и долго хранится. Нет, вы не подумайте, я ни на йоту не поверила в смерть подруги. Да кто бы вообще поверил в подобное из какого-то телефонного разговора? Просто я решила поехать к бывшему и со всей страстью разбить об его голову бутылку! Благо, что пустых бутылок у меня было в достатке. Я вышла из квартиры и даже не закрыла за собой дверь. А чего париться? Все равно скоро лишусь своей квартиры. К тому же, я все равно планирую помереть где-нибудь под мостом, поэтому мне ни к чему заботиться об оставшихся кусках моей жалкой жизни. Я вскрыла бутылку и стала пить прямо из горла, позвонив на номер «мамы» Насти.
— Слышь ты, непрожаренный кусок свинины, — я была слишком голодна, поэтому могла думать только об одном, — ещё раз попробуешь меня так разыграть, я убью тебя! Никогда мне больше не звони. Ты все понял?! — тишина в трубке меня начала напрягать, и я посмотрела на телефон. Хм, все ещё на линии. — Чего молчишь? — уже более неуверенно поинтересовалась я.
— Ксюша, ты пьяна? — стоило мне расслышать голос, как я вся налилась краской.
— Простите меня! Я вас перепутала с одним уродом, — оправдание, конечно, никакущее, но это лучше, чем ничего. — Я честно не хотела вас оскорблять! — затараторила я, не давая матери Насти вставить и слово. Господи, как же мне сейчас стыдно! Почему все время я попадаю в какие-то дурацкие ситуации?
— Она...
— Где она? — воскликнула я, нагло перебив женщину. Не будь я под алкоголем, то смутилась бы ещё больше, но сейчас мне все равно. — Скажите только адрес! Я ей помогу, в какой бы ситуации она не находилась, — крикнула я и тут же повесила трубку. На данный момент мою логику совсем не заботил тот факт, что теперь сказать адрес мне не смогут. Выпив залпом пол бутылки, я передернулась. Не зря оно крепкое. А вообще, как я собралась помогать Насте, если сама нахожусь в неизвестно каком состоянии? Получив сообщение, я вбила нужный адрес в навигатор и пошла в нужную сторону. Дорога заняла... Если честно, я не знаю, сколько времени она заняла. Мне просто было совсем не до этого, когда меня штормило из стороны в сторону, а иногда и назад. Я просто шла и пила алкоголь, который купила за оставшиеся деньги. Сколько ещё мне идти? Я дошла до нужного места и не сразу осознала, что это кладбище. Ну просто в пьяном состояние последнее, о чем ты думаешь - интерьер вокруг. Че Настя тут забыла? Я бродила по кладбищу и заунывно звала подругу. Споткнувшись об торчащий камень, я рухнула на землю и чудом спасла бутылку от смерти. Оперевшись на могилу свободной рукой, я поднялась. Ох, чувствую, что поиск Насти продлится на долгое время. Пошатываясь, я стала фокусировать все своё внимание на камне. Какая-то надпись... Чудом спасённая бутылка с дребезгом разбилась об землю. «Виноградова Анастасия Владимировна. 2003- 2022 год». Настя... Она... мертва? Я пошатнулась и отошла на шаг назад. Сердце пропустило удар, и меня пронзила резкая боль. Нет, это невозможно. У меня, наверное, просто глюки. Я нагнулась и начала щупать плитку, а по щекам потекли слезы. Меня лишили последнего... Снова удар сердца и волна невыносимой боли. Хотя, по сравнению с душевной, физическая боль - ничто. Мертва. Ещё один удар. Я не была на ее похоронах. Удар. По моей вине. — Я... — я рухнула на колени и посмотрела на могилу своей лучшей подруги. На могилу самого близкого мне на этом белом свете человека. — Я убила ее...