2 Глава.
Что? Он только что назвал меня по имени? А как же старое «доброе» приветствие: «Привет, свинота! Чё какой сегодняшний завтрак, корова? Пока Толстуха!»
Монстр назвал меня по имени за все эти четыре года? Я, что, сплю? Я ведь думала, что как зайду в класс, то услышу именно эти привычные слова для меня. У меня нет надежды, что он поменялся, что он понял, каким придурком он был с первого класса. Хотя «придирок» ещё мягко сказано. Точнее полный мудак, возомнивший себя Богом.
Я слышала от него только обидные слова. Никогда не слышала что-то адекватное в свою сторону, лишь оскорбления. Он никогда не называл меня по имени, придумывал новые клички, словно для животного и ржал с них и с меня тоже. Не может быть, что у него появились мозги. Я уже говорила, что у меня нет надежды на его изменения.
Света, прекрати пялиться на него, словно ты динозавра увидела. У меня уже глаза по пять копеек, только из-за того, что он поздоровался со мной, назвав меня по имени. Может, делает вид, что такой хорошенький? Как только я вошла в класс, видела, как с ним общаются одноклассники. Они же презирали его, почему решили общаться с ним так, будто у них раньше была классная дружба? Возможно, боялись сказать ему что-то гадкое, как он раньше.
Прекрати, прекрати, прекрати. Просто поздоровайся с ним и иди к своей парте. Пожалуйста, будь смелее. И сколько раз я должна поддерживать саму себя? Сколько это длится, будет? Я устала вечно нагружать себя такими мыслями, этими словами поддержками, лишь бы успокоить себя. Одно его присутствие рядом давит на мою и так травмированную психику.
Руки трясутся, в горле ком, не дающий произнести ни слова. Ноги сейчас просто ватные. Вот-вот и я сейчас упаду на колени перед Монстром. Мне было дико страшно. Я возвращаюсь в прошлое, где мой Монстр не давал мне жить. Просто не давал мне существовать, так как живут другие дети.
Не хочу опять быть маленькой замкнутой девчонкой, которая от каждого шороха убегает. От каждой улыбки трясётся, а сердце стучит ещё быстрее. Мне хотелось исчезнуть навсегда.
— П-привет, — мой голос дрожал.
Я заикалась. Но всё-таки поздоровалась с ним и быстрым шагом направилась к своей парте.
Боже, как же страшно.
Мне срочно нужно достать свой скетчбук и что-нибудь нарисовать. Мне нужно убрать из моей головы убогие мысли. Нужно попытаться успокоиться и убрать из головы своё прошлое. Своё убогое детство.
— Свет, — ко мне подошла Лиза. — С тобой всё хорошо? — взгляд подруги пал на мои трясущиеся руки, из которых чуть ли не падали карандаши и ручки с тетрадями.
— Всё супер. Класс. Может сегодня ко мне? — Я пыталась вести себя спокойно, но моё выражение лица и трясущиеся руки говорили о другом. Я тряслась и вела себя, словно сумасшедшая.
Обычно я редко зову кого-то к себе домой, потому что предпочитаю гулять или же ходить к друзьям.
Мне казалось, что я откинусь прямо в школе.
— Я сегодня с мамой иду по магазинам, так что не смогу, — подруга с грустью наблюдала за мной. — Он теперь нормальный. Всё будет хорошо.
После этих слов всё равно не спокойно.
Все перемены я сидела только в классе, пока мои одноклассники бегали по всей школе. Были ещё те, кто тоже сидел в классе, но все общались между собой. Только я сидела на первой парте третьего ряда и рисовала в скетчбуке. Я часто косилась на всех, подмечая в голове поведение моих одноклассников.
Одноклассники общались с ним хорошо. Улыбались и шутили. Только вот Монстр пытался быть отстранённым. Я считала это неправильным, что как только он вернулся, все резко забыли своё прошлое. Забыли, кто использовал их и любил оскорблять.
Иногда я ловила его взгляд на себе, от чего я тут же дёргалась. Я боялась, что он сейчас подойдёт и порвёт мои рисунки на мелкие кусочки, как в первом классе...
Также я замечала на себе взгляды своих друзей. Они знали, что со мной происходит. Всё знают, от «А до Я», почему у меня такое состояние сегодня. На самом деле главным зашуганным кроликом в классе оказалась я, в отличие от других. Ваня даже подсел ко мне, но я не отвечала на его вопросы, вообще не говорила с ним. Парень лишь погладил меня по голове и ушёл к Никите.
А потом я встретилась взглядом с ним. Я захотела посмотреть на то, чем занимается мой враг. Оказалось, что он смотрел на меня с серьёзным лицом. О чём он думал? Как бы поиздеваться над этой толстушкой? Как бы запереть её в мужском туалете? А может кинуть в речку после школы? О чём ты думал, Монстр, пока смотрел на меня?
Даже, когда я шла в туалет, ждала нападения. Но ничего не было. И почему-то это казалось странным, либо я уже со своей слабой психикой совсем с ума сошла. Скорее так и есть.
После школы я шла домой и ждала, пока сзади начнут кидать в меня камни или песок. А иногда даже выливали воду на меня. Но ничего не было. Была лишь моя паранойя.
Этот день в школе за все три года стал ужасным. Я не могла опять общаться с друзьями, смеяться и дурачиться. Я могла только ждать нападение. Ждала пока он наброситься на меня и опять начнёт портить мне жизнь.
Я могла нормально вздохнуть только, зайдя в подъезд дома. Как только я успокоилась, за мной в подъезд зашёл Он. Монстр преследовал меня. Он всё-таки опять хочет издеваться надо мной, смеяться над моими страданиями. Он желает повторить всё то же самое, что в начальных классах! Нет!
Я стояла и ждала лифт, пытаясь не смотреть на него. Парень стоял рядом и просто молчал. Тоже ждал, пока приедет лифт. Я и забыла, что он мой сосед. Не думала, что парень вернётся обратно в эту квартиру. После его уезда я знала, что там жила сестра Арины Волковой. Эта тётя была мила со мной, когда мы встречались в лифте или я выносила мусор. Женщина была очень доброй и весёленькой. Теперь я не знаю, куда она обратно переехала, раз Волковы вернулись обратно.
В лифте ничего не происходило, но моё прошлое снова лезло в голову. Я вспоминала, как Монстр в этом узком пространстве часто оскорблял меня и даже рвал мои тетради. А когда мы приезжала на первый этаж, он выходил, как ни в чём не бывало, и спешил в школу.
Но мы оба молчали. Он был спокоен, но я нет. Находясь рядом с ним, я не могу нормально дышать. У меня как будто забрали воздух, и я ему этот воздух оставляю. Это несправедливо.
И вот, мы уже на девятом этаже. Выходим. Он идёт к себе домой, я к себе. У меня не получилось нормально открыть дверь. Руки тряслись как у алкаша и я не попадала в замочную скважину. От такого волнения, которые накрыло меня с ног до головы, ключи решили полететь на пол. Кажись, он заметил это. Наши двери рядом, что иногда могли удариться друг с другом, когда мы их открывали. Монстр поднял мои ключи и протянул мне.
Что с ним? Он не кинет эти ключи в окно, как делал это раньше?
Я взяла ключи своими трясущими руками.
— Спасибо, — тихо сказала я, опустив глаза в пол, и наконец-то открыла дверь.
Хлопнула дверью, я тут же села на пол и взялась за свою голову.
Мне страшно. Плохо. У меня паранойя. Я не могу забыть всё, что он мне делал. Монстр уничтожал меня. Ломал, как куклу. У него даже сочувствия никогда ко мне не было. Сердце не переставало биться, а в районе солнечного сплетения будто бы что-то давило и скреблось. Я чувствовала себя морально и физически истощённой.
Я посмотрела на свои руки. Они трясутся целый день. Из-за них я не могу нормально держать вещи, всё падает на пол.
Они трясутся только, когда он рядом.
— Привет, толстуха, — пугающий голос обращался ко мне. Я только вышла из дома и он тоже. Иногда мне казалось, что он специально ждал, когда я выйду из своего обителя. Мальчишка ждал меня, чтобы сделать своё утро счастливым.
Я ненавидела соседей, так как моим соседом оказался Монстр. Теперь из-за него я ненавижу тех, кто просто живёт по соседству.
— Чё это у тебя в руке? Шоколадка? — его взгляд пал на мой завтрак. Да, завтрак. — Конфисковать!
Он выхватил из моих рук мою шоколадку с фундуком.
Я знала, что это не самый лучший завтрак, просто дома никого не было и еды в холодильнике тоже. Родители обещали, что после работы всё купят, а пока сказали взять шоколадку.
— Смотри, я спас тебя от ещё одних килограммов. Жри меньше, а то и так толстая, — мальчишка с не расчёсанными чёрными волосами, насмехался надо мной.
Я лишь молчала. Мне было обидно. Мне казалось, что Бог просто насмехался надо мной, сунув в мою жизнь такого человека. Вместо Монстра мог бы быть какой-нибудь прыщавый некрасивый пацанчик, который "повышает" себе самооценку за счёт оскорбления других, но вместо такого же отброса, ей подкинули симпатичного мальчишку с красивыми выразительными глазами.
Зло должно быть отвратительным и вызывать страх, но я видела перед собой красивую оболочку и гнилую душу, которую показывали мне. Это несправедливо. Злодеи не должны быть похожи на что-то прекрасное!
Монстр отвернулся и направился к лифту. Я же, для своей безопасности, решила спуститься по лестнице.
— Правильно, тебе ходить нужно, чтобы жир своей протрясти, — услышала я, спускаясь по лестнице.
Я пыталась не плакать. Сдерживала слёзы. Мои руки начали трястись именно после этого случая. Для меня это было слишком жестоко. Только я не знала, что это были ещё цветочки и что мои руки начнут трястись каждый день, даже тогда, когда он просто появлялся в поле моего зрения.
— Эй, хомяк, ты чего? — в прихожую заглянула сестра.
Девушка смотрела на меня, не понимая, что со мной не так.
— Двойку получила, что ли? — ухмыльнулась Юля, скрестив руки на груди.
— Я её вчера получила, а не сегодня, — тяжело вздохнула я, встав с пола.
— Аниме персонаж сдох или этот персонаж из какого-то сериала? — издевалась надо мной сестра.
— Сейчас денег не дам.
— Всё, молчу, — сказала Юля и ушла, пританцовывая.
Если вы не знаете, как манипулировать бедными студентами, особенно манипулировать моей сестрой, то просто скажите, что не дадите денег. Тогда от вас отстанут. Всегда работает.
Никогда бы не подумала, что у меня будет такой же ужасный день в школе, как раньше. Только меня он не трогал, но я всё равно паниковала. Может всё-таки завтра попытаться вести себя так же, как всегда? Быть позитивной и немного придурковатой толстушкой? Если он не тронул меня, может, и завтра не тронет? Я надеюсь на это.
Только мой страх говорит об обратном.
Вырвав из скетчбука Монстра, которого я нарисовала на уроке биологии, сразу же положила в папку моих страхов. С первого класса я кладу туда Его. Я рисую своего Монстра и кладу это в отдельную папочку. Я не знаю, зачем это делаю, это вошло в привычку с нашего знакомства. Спустя три года появились обновления в этой папке. Три года я не думала о нём, а если и думала, не рисовала, так как понимала — он далеко. Больше этот «человек» не будет меня беспокоить.
Сейчас на меня смотрел нарисованный Монстр.
Пугающая улыбка с белоснежными острыми зубами. Хитрые большие глаза тёмно-зелёного цвета вызывали ужас. Из глаз текла чёрная субстанция, волосы угольного цвета растрёпаны, а на голове росли рога, как у Сатаны. Аккуратный нос среднего размера были в царапинах. Шея его в разных ранах из которых хлещет кровь. Именно такой Монстр был у меня во снах. Именно этот Монстр является ко мне каждую ночь. Именно он учится со мной во одном классе и живёт по соседству.
Иногда образ меняется, так как с каждым годом Монстр растёт, значит, и внешность потихоньку приобретает изменение, ведь так? Человек растёт: он меняется, что-то преображается во внешности, и тело тоже приобретает что-то новое. Характер становится другим и взгляды на жизнь тоже. Я знала, что люди бывают разные, кто-то обиженный на жизнь и пытается сделать ее лучше, издеваясь над кем-то, или же просто меняет свой характер. Злобные люди могли остаться такими же, как и были, потому что считают, что так им будет лучше, а некоторые начинают смотреть на жизнь по-другому, и на людей, окружающие его. Кто-то мог быть очень отзывчивым и добрым, но из-за общества человек может тоже стать другим. Противоположностью себя в прошлом.
Я всегда думала, что мой Монстр останется моим ночным кошмаром, где он не меняется. Где до сих пор мучает меня. Но проблема (или счастье?) в том, что он теперь не напоминал мне того Монстра, любящий улыбаться, когда кто-то страдает от его рук. Парень никого не трогает. Монстр ведёт себя спокойно. Но для него не свойственно быть спокойным...и добрым. Монстры не такие, я точно знаю.
— Чёрт! — я тяжело вздохнула.
Схватив папку, которая была подписана «Мой Монстр», я с силой кинула её в тумбочку и закрыла.
Надеюсь, завтра в школе всё будет спокойно и Монстр не тронет меня.
Пожалуйста, пусть завтра будет не такой ужасный день, как сегодня.
Я начала очень агрессивно снимать с себя одежду, швыряя ее прямо на пол и до боли в костяшках сжимала руки в кулаки. Я давно так не злилась. Обычно я никогда не показывала гнев даже самой себе, всегда подавляла его внутри себя.
Я понимала, что такие эмоции свойственны, ведь я человека. Я злюсь, плачу и смеюсь. Только из этого списка я всегда вычёркивала злость, от которой у меня горит всё тело. А ещё хотелось плакать. Эту эмоцию я никогда не вычёркивала в себе. Только плакала я всегда дома, а при нём никогда.
Я не хотела быть слабой при Монстре. Я старалась всем видом показать, что он не дождётся моих слёз, никогда их не увидит. Но он прекрасно видел мой страх и обиду, поэтому продолжал своё дело. Мальчишка разбил меня словно фарфор, но я старалась заклеивать себя.
Я сразу же набрала весь воздух в лёгкие и резко выдохнула, успокаиваясь.
Я села на кровать, даже не надев свою домашнюю одежду. В комнате прохладно из-за открытого кона и мурашки бегали по моей коже, от чего я вздрагивала. Я решила не обращать на это внимания и сразу плюхнулась на кровать, смотря на потолок. Надо бы накрыться хотя бы одеялом, но мне так лень. Я могла лишь смотреть в белоснежный потолок, обклеенный звёздочками, которые светились в темноте.
Папа приклеил их мне, когда мне было пять лет. Я часто жаловалась родителям, что мне страшно спать в темноте и что в моей комнате под кроватью живёт Монстр. Мне нужно было отучаться спать с родителями, поэтому папа купил звёздочки и наклеил их на потолок и сказал, что эти звёзды пугают монстра, так что он просто покинет мою комнату из-за них. И я поверила, так как знала, что родителям нужно верить.
Я смотрела на звёзды, прокручивая в голове сегодняшней день.
Во-первых, Монстр был для меня странным. Он был почти не разговорчивым после того, как поздоровался со мной. Всё время сидел за первой партой перед учителем и о чём-то думал, теребя в руках карандаш. Взгляд был все время сосредоточенным, серьёзным и немного злым. Я не понимала, сколько эмоций можно содержать в одном флаконе. Но это был Волков. Он мог всё что угодно. Парень почти не слушал учителя.
Во-вторых, одноклассники были милы с ним, что крайне раздражало. Только одна девочка, которая имела инвалидность, смотрела на него с презрением и страхом. Она тоже была его жертвой для «развлечения» из-за заикания и проблемой с глазами. Только он предпочитал лишь меня.
У него в голове всегда была я.
Я видела, как Алёна с недоверием смотрит, но девушка старалась часто не задумываться о такой персоне, как Волков. Девушка в детстве тоже избегала Монстра, но мальчишка любил с ней поговорить и дёргать ее, как Лизу. Возможно, ему раньше нравились такие милые и красивые девочки, как мои подруги.
В-третьих, он не смотрел на меня, как на низшее существо. Монстр даже поздоровался со мной, не сказал мне ни одной гадости и вёл себя слишком обычно, хоть эмоции его выдавали, когда я мельком смотрела на него. Он будто сожалел о чём-то. Монстр также часто поглядывал на меня, разглядывая с ног до головы, будто что-то анализируя в своей голове. Будто пытался запомнить меня такой или же оскорблял меня у себя в голове.
— Ничего не понимаю, — нахмурилась я, надув губы. — Несмотря на то, как он себя вёл сегодня, я успела из ничего словить десять раз остановку сердца.
Я частенько говорила сама с собой, так как-то вошло в привычку, ведь раньше у меня не было друзей, кроме Киры. Но мы редко выходили гулять.
Я понимала, что нет смысла дальше валяться на кровати и тупить в потолок. Мне нужно отвлечься. Сделать уроки, посмотреть фильм или сериал, да господи! Даже почитать какую-то книгу или фанфик!
Я резко встала, от чего у меня закружилась голова, и немного потемнело в глазах.
— Старею. — выдохнула я, массируя пальцами виски.
Я понимала, что мне скоро точно нужно посетить психолога и врача. Со здоровьем и так понятно, что были проблемы.
Я понимала, что ни какому психологу не пойду.
Мне это не поможет.
Либо я себя накручиваю.