глава 4
2 месяца назад
Металлические пружины кровати скрипуче перекатывались под длинными пальцами. Подушечки проваливались в крученые колечки, пытаясь музицировать по несуществующим клавишам. Окружение распадалось на пиксели, глаза туманились тусклым свечением раскачивающейся желтой лампы. Голова кружилась от нехватки свежего воздуха и полезной пищи. Иногда желудок скручивало так, что хоть волком вой, но, ни один человек в окружении, страдающий от подобной проблемы не издавал и звука, поэтому и он молчал. Кривился от спазмов и ощущения горечи во рту, однако продолжал молчать.
- Как ты себя чувствуешь? - грубая женская рука опустилась на влажный лоб.
- Прекрати, я уже полностью здоров, - Кай сбросил руку матери, поднимаясь на локтях.
- Поешь, - она пододвинула кашу в жестяной миске и всучила ложку прямо в руку сыну. Тот недовольно потянулся и придвинулся к рядом стоящему столу.
Они сидели в подвале для хранения вин, последние шесть месяцев это место превратилось в их дом. Алкоголя здесь не было, но зато «шакалы» любезно предоставили несколько старых кроватей, матрасы и позволили Марле воспользоваться ее снадобьями. Днем в погребе находились только двое, но к вечеру возвращалось около десяти «кобр». «Шакалы» использовали их, как рабсилу для строительства, мелких поручений и грязной работы. Тони приводили ночью, максимально измотанным с парочкой новых синяков на теле, полученных за очередную попытку побега. Это напоминало заключение. Их сопровождали под конвоем с оружием, тщательно следили за каждым движением, никуда не выпускали и кормили по определенному расписанию.
- Почему они до сих пор нас не убили? - размышлял вслух Кай, доедая последнюю ложку безвкусной кукурузной каши.
- Пойди их пойми этих выродков, - психанула Марла. Она взяла в руки веточку какой-то сушеной травы, мелко измельчила, смешала в стакане с водой и капнула жидкости схожей по виду с маслом. - Выпей, это поможет снять головокружение.
- Как ты узнала?
- Пей уже! - женщина устало посмотрела на парня и в легком недоумении, отрезала, - Тебе от меня ничего не скрыть, можешь не пытаться, особенно в вопросе здоровья. Вы с Маэлем отчего-то всегда считали, что умнее меня, но это не так.
Парень стушевался в желании высказать, что она ошибается, но поджал свой язык. Воспоминания о брате вновь окутали его ледяным отчаянием. Маленькие эпизоды прошлой жизни полыхали, как спички и столь же быстро сгорали, заменяясь другими.
- Думаешь, он в порядке?
- Не знаю. Маэль не самый сильный человек, внутри он еще совсем маленький мальчик, нуждающийся в защите, - она задумчиво примолкла, мимолетная улыбка скользнула по ее губам, но тут же исчезла. - Лишь бы сладкое не поедал, как ненормальный.
- Кажется, он отучился заедать обиды.
- Отучился? Ты четыре года назад послужил для него неплохим триггером, чтобы снова начать заедать свои проблемы, а потом блевать. Ему было одиноко, он злился, скучал, ненавидел, если сейчас он испытывает нечто подобное, то есть все шансы найти его с огромной пачкой печенья и болью в животе.
Кай помнил, как будучи совсем малышом, младший брат обижался на то, что мать слишком много уделяет времени болячкам и совсем не обращает внимания на него самого. Когда в очередной раз шоколадный батончик доставался Николаю, Маэль плакал всеми окольными путями пытаясь достать сладкое на стороне. Конфеты, шоколад, вафли все это летело без разбора в рот и запивалось калорийной газировкой. Младший брат не знал меры.
- Мам, почему в детстве ты обделяла Маэля вниманием? Стоило Феликсу принести печенье в глазури, упаковку отдавали мне прямо у мелкого на глазах
Марла усмехнулась.
- Он чесался с него, сдирал кожу в кровь. Что мне нужно было, травить сына? Считаешь меня монстром?
Кай отмолчался, смахнув со лба отросшие, темные прядки. В его памяти не было и слова о том, что Маэлю нельзя есть вкусности по этой причине. Все время он считал, что мать лишь холодна с мелким, не более того. Но при всей своей напускной жестокости она оказалась более заботливой, чем от нее ожидалось.
- Мне показалось, что я видел его в тот день, перед тем, как в меня выстрелили.
- Это лишь игра твоего мозга. В такой момент привидится и не такое.
*****
- И вот мы снова упираемся в это, - Айк вытащил из-за пазухи пистолет.
Кай облизал пересохшие губы, по венам понесся чистый адреналин, пальцы сжались с характерным треском. От напряжения на шее вздулась венка, нервно пульсируя в такт сбитому дыханию. Собравшись с духом, парень призывно взглянул в отражение карих глаз, державших его на мушке. Он все еще ждал нападения со стороны Айка, но ничего не происходило.
- Опусти пушку, сынок, - привольно попросил Алластер. - Сейчас еще не время.- Мужчина гаденько нахмурился, осматривая толпу людей.
Неохотно Айк послушал отца, медленно опуская дуло к земле. Спереди донесся недовольный возглас. Один из «шакалов», стиснув зубы, растолкал своих. Кто-то попытался его остановить, но он шел напролом с ужасающей ненавистью. «Пес» приставил пистолет к Каю и гневно воскликнул, - Ты заслужил! - несдержанно спустив курок. Айк отшатнулся, стеклянными глазами, наблюдая за происходящим.
Кай рухнул на землю, оглушенный криком собственной матери. Перед глазами начало темнеть. Все что он мог видеть это ноги и мертвое тело «шакала» с печатью змеи на ключице. Свет медленно потухал. Из последних сил Кай потянулся, слегка приподняв шею, словно мираж вдали сверкнули белые волосы и тут же исчезли в потухающем сознании.
Марла кинулась к сыну, пытаясь закрыть сочащуюся рану ладонями. К этому времени вокруг уже творилась неразбериха. Пули свистели, входили в мягкие ткани и лишали жизни ни в чем неповинных людей. Один из «псов» поторопился закончить дело своего товарища, рука Марлы машинально обнажила нож, припрятанный на запястье, и без колебаний подрезала сухожилия на ноге нападавшего. Парень рухнул, и женщина воткнула холодное оружие тому в горло, он издал истошный звук, вскоре замолчав навсегда. «Мать-кобра» отрезала все тем же ножом лоскут ткани от убиенного и приложила тряпки к ранению сына.
- Держись, - процедила она в тот момент, когда за спиной сверкнуло лезвие, аккуратно скользнувшее по телу Феликса. Найдя глазами брата мужа, Марла поморщилась, всеми силами подавляя желание разреветься от увиденного. Ее друг и крепкое плечо служившее опорой долгие годы, полностью грязный и забрызганный алыми каплями, обездвижено доживал последний вздох. Его руки резко дернулись, став окончанием того, что он попытался сделать в своей жизни.
Опустошив магазин Тони, добрался до Айка абсолютно безоружным. Голыми кулаками, бывший боец начал наносить крепкие удары по сопернику. Тот оказался не настолько прост, поэтому с легкостью отражал каждый выпад врага. С огромным трудом «Зверь» повалил противника, но стоило ему занести кулак в воздух, как кто-то огрел его прикладом ружья по затылку. В ушах зашумело, головокружение свалило наповал, следом прилетел пинок массивным ботинком по носу, заставив потеряться в пространстве.
Все вокруг кружили в кутерьме, под подошвой хлюпали темно-вишневые лужи. Люди падали, кричали и ненавистно кидались друг на друга. Казалось, этому не было конца, пока в одну секунду все не стихло. Тишина звенела от оглушающих всхлипов и мучительных стонов боли. Запах крови забивался в ноздри, отдаваясь металлическим привкусом под языком. Дурман окутал здравомыслие, заглушая любую попытку осознать происходящее.
Оставшихся в живых «кобр» обезоружили. Тех, кто особенно сопротивлялся, глушили или угрожали жизнями раненных.
- Грузите их в фургон, - приказал Алластер, хромая на левую ногу. Он сделал шаг в сторону, присмотрелся к Марле, все еще крепко державшей в руках Кая, перевел взгляд на тело Феликса и хрипло выдохнул. В груди что-то ёкнуло, подобно острому жалу опасной осы. На долю секунды мужчина задумался.
- Босс, что делать с мертвыми?
- Тоже забирайте, не должно остаться ни единого следа.
*****
Шаги становились все громче и уже через несколько секунд послышались знакомые голоса. «Кобрам» казалось абсурдным, то что их водят по струнке вряд по десять человек, но чем больше им это не нравилось, тем меньше им позволяли расслабляться. Энтони каждый раз подначивал «псов», особенно одного из них: брутального дядьку с оливковой кожей и низко опущенными бровями. Как ни странно именно от такого сурового человека ощущалась большая уязвимость и слабость, поэтому едва почуяв подобие страха и неуверенности в себе, Тони принялся за дело. Одного он не учел, против его острого языка была направлена вполне себе настоящая дубинка, которая если уже не срослась с костями, так стала самой близкой вещью за эти месяцы.
«Шакалы» запустили пленников внутрь по одному, последним был «Зверь». Он издевательски посмотрел на того самого мужчину и будто играя отпустил вереницу колких фраз на тему насколько громила женственен. И хотя это было неправдой реакция «пса» была бесценна.
Тони враждебно сощурил глаза, небрежно сплюнул на пол и в очередной раз отхватил за свое поведение. Двое парней накинулись на него и знатно отделали на глазах остальных, которые безвольно были вынуждены смотреть на этот ежедневный концерт. Заканчивалось это всегда одним и тем же, конвой уходил, а Тони поднимался с самой неприятной улыбкой, очерченной кровавыми проталинами на губах.
- Тебе когда-нибудь проломят голову, - Кай устало придержал кузена за подбородок, небрежно повертел вправо влево, осматривая ссадины.
- Пустяки, - отмахнулся Тони. Он взял со стола бутылку воды, моментально осушив половину. - О себе побеспокойся. Цвет лица свой видел, похож на реквизит для съемок фильмов про вампиров.
- По крайне мере оно не пестрит черными и синими пятнами.
- Красоваться тут не перед кем, - огляделся он, уставившись на уставших ребят, свалившихся на пол. - А злить этих «псов», мое единственное развлечение. Они качают из меня мои жизненные силы, я их нервы.
Отчасти он был прав. Из женщин здесь была только тетка, а «шакалки» страшны, как на подбор, (ну или ему так виделось), да и приставать к ним было, мягко сказать рискованно. В любом случаи каждый из них тут находился без ласки и жадно перебирал в памяти каждое свое похождение, надеясь еще хоть раз прикоснуться к мягкой девичьей коже.
- Не давай им бить себя по голове, вдруг там мозги. Они бы нам не помешали, потому что мои уже не в состоянии придумать, как отсюда выбраться. - Кай перечислил все ругательства у себя в голове, однако смолчал.
- Кстати об этом, - «Зверь» заговорщически мотнул головой, стрельнув глазами в дальний угол погреба.
«Кобры» проследили за ними глазами. Сложно было укрыться от лишних ушей в таком помещении, но все же ребята не наглели и пытались подавить свой интерес, хотя невольно что-то да могли услышать.
- Твое выражение лица меня беспокоит. Что ты задумал? - подперев кирпичную стену плечом, спросил Кай.
- Это больше, чем замысел. Я ничего тебе не говорил, так как не был уверен, не хотел зря обнадеживать, - Тони понизил голос до шепота, - Кажется, у нас появится шанс на свободу, - эти слова прозвучали волнующе, отчего у обоих пересохло в горле.
P.S Не жалейте звёздочки и комментарии для истории ♡ Это поможет мне удерживать книгу в топе и продвигать новые. ♥А также подписывайтесь на мой аккаунт. Спасибо♥.