«Поднимайся на второй этаж.»
Девушка открыла глаза и сразу встретилась взглядом с его сонным лицом.
Он выглядел таким спокойным… почти беззащитным.
Она тяжело выдохнула, чувствуя, как внутри снова разливается та же пустота, что и вчера.
Марьянна осторожно попыталась выбраться из его объятий, но он внезапно сильнее прижал её к себе, будто боялся отпустить.
— Ну не уходи… ещё пять минуточек… — хрипло пробормотал он, не открывая глаз.
Она замерла.
Не хотела оставаться.
Но осталась.
Прошло минут десять.
На этот раз она всё же аккуратно высвободилась.
— Ты куда?.. — сонно протянул он.
— На кухню, — холодно ответила она.
Он приподнялся на локтях, потер глаза, пытаясь окончательно проснуться.
— Марьянн… что случилось?
— Иду готовить. Потом в школу. Ты идёшь?
Он нахмурился, всё ещё не до конца понимая.
— Марьянн… сегодня суббота.
Она на секунду замерла.
— А… ну тогда к брату зайду. Он звал вчера.
— Я с тобой.
— Нет. — Слово вырвалось быстрее, чем она успела подумать.
Он напрягся.
— Почему?
— Просто хочу побыть с братом.
Он внимательно посмотрел на неё.
— Солнышко… ты от меня что-то скрываешь?
— Нет.
И она вышла, не дав ему шанса продолжить.
На кухне Марьянна достала сковороду. Решила сделать омлет. И чай — просто чтобы занять руки.
Через пару минут он появился в дверях, молча налил себе воды, сделал несколько глотков.
Потом подошёл к ней сзади. Обнял. Осторожно коснулся губами её обнажённого плеча.
Раньше она бы улыбнулась.
Сейчас — не отреагировала.
Он это почувствовал.
Напряжение повисло в воздухе, тяжёлое, липкое.
Но он ничего не сказал.
Они сели за стол.
Ели молча.
Слишком тихо.
Слишком напряжённо.
Закончив, Марьянна встала, отнесла тарелку к раковине.
— Я помою, — тихо сказал он.
— Хорошо.
Она ушла в комнату, собрала вещи и направилась в ванную.
Тёплая вода стекала по коже, но не согревала.
Когда она вышла, захлопнув за собой дверь, всё, что она держала внутри, резко дало трещину.
Слёзы подступили мгновенно.
Она ненавидела себя за то, как ведёт себя с ним.
За этот холод. За каждое слово.
Но где-то глубоко понимала
иначе нельзя.
***
— Вот… — тихо произнёс брат, протягивая ей деньги. — Возьми.
— Я же сказала, мне не нужно.
— Нет, возьми. Тебе сейчас важнее.
Девушка нахмурилась, чуть отступив.
— Илья, я справлюсь сама. Тебе сейчас эти деньги нужнее… Ты же не будешь всю жизнь жить за счёт Димы.
Он резко выдохнул, будто отрезая её слова:
— Я не хочу ничего слушать.
И, не дав ей возразить, быстро сунул деньги в карман её куртки.
Она на секунду замерла, а потом тихо, почти шёпотом, сказала:
— Ладно… спасибо.
В следующую секунду он притянул её к себе, крепко обнимая, словно пытаясь защитить от всего мира.
— Я всегда буду рядом, солнышко…
Но даже в этих тёплых, родных объятиях ей не становилось легче.
Мысли не отпускали.
Что дальше?
Как жить?
Что делать?..
Она понимала: здесь ей будет тяжело. Как бы она ни старалась, как бы ни убеждала себя — легче не станет.
После долгого разговора она всё-таки направилась домой.
С каждым шагом внутри росло странное, липкое чувство. Впервые ей не хотелось возвращаться туда. Будто что-то невидимое удерживало её, тянуло назад, не пускало.
Но она понимала — другого выбора нет.
Назад идти нельзя. Он всё поймёт.
Девушка открыла дверь и, не разуваясь, крикнула в пустоту:
— Я дома.
Ответа не последовало.
Слишком тихо.
Она нахмурилась. В доме было темно — ни одного включённого света. Это было… странно.
Сердце неприятно сжалось.
Она сделала пару осторожных шагов вперёд и щёлкнула выключателем.
Свет резко залил комнату.
И тогда она заметила.
На столе лежала записка.
Девушка медленно подошла, будто боялась, что если двинется быстрее — что-то случится. Пальцы слегка дрогнули, когда она взяла листок.
Короткая фраза.
«Поднимайся на второй этаж.»
Холод пробежал по спине.
Она медленно сняла куртку, кроссовки, стараясь не издавать лишнего шума, словно дом внезапно стал чужим.
Каждая ступенька под ногами отзывалась глухим скрипом.
Слишком громко.
Слишком напряжённо.
Поднявшись наверх, она остановилась перед дверью.
Рука замерла на ручке.
Секунда.
Вторая.
Она резко открыла дверь и вошла в комнату.
И увидела…