Пролог
Часть 2
Выбрав после долгого и тщательного размышления легчайший наряд из радужной пыли, Тори с наступлением ночи уже была на нужной поляне у моста. Ведь только от нее зависело успешное выполнение грандиозного замысла. И только по этой причине она вообще согласилась сюда явиться.
От воды поднимался негустой белесый туман, словно укрывавший на ночь землю и ее обитателей. Едва феечка, внимательно высматривая место, где она не рисковала бы испачкать свои любимые туфельки, приземлилась на высокую кочку, как со стороны леса неприметной тенью шагнул ее утренний поклонник.
— Вы пришли! — он едва не задыхался от переизбытка чувств, непроизвольно протягивая навстречу фее руки и не сводя с нее восторженного взгляда. — Я так боялся, что вы лишь пошутили над несчастным, сраженным вашей красотой. Но все равно ждал здесь с самого заката, в надежде…
Тори чувствовала себя не очень комфортно. Если бы не задание старшей феи, она бы ни за что не решилась на эту чистой воды авантюру. Причем опасную! Ночь — время темных, светлые же феи обычно проводят ее, сладко посапывая в своих домиках на цветочных деревьях. К тому же противный туман оседал влажными клочьями на ее крылышках, мешая им трепетать с необходимой частотой. А уж мокрая от росы трава под ногами…
— Конечно, я пришла. Я же обещала. Впрочем, я уже не уверена, что так жажду любоваться звездами, — виновато развела она руками, косясь на свои туфельки. Да, заветные артефакты, что, несомненно по доброй воле, решит подарить ей этот темный юноша, стоят таких неудобств. Но испортить ради них выходной наряд и любимую обувь…
— О, моя богиня! — тут же встрепенулся поклонник. — Тогда умоляю, поспешите ко мне. Всего на миг я попрошу вас задержать взгляд на звездном небе. С моста вид особенно великолепен. А затем самолично перенесу вас в тепло и уют домашней гостиной, где вас окружат всем полагающимся вашей красоте и положению почтением.
Тори, скрывая, разумеется, за умилением скептический настрой, пристально всмотрелась в луг перед собой. Темный маг приглашающе манил ее к себе рукой, но все в ее душе восставало против перспективы нанести невосполнимый урон своим чудесным туфлям. Феечка напряглась, решив взлететь и преодолеть расстояние до моста без таких страшных потерь, но чрезмерная влажность прохладной ночи сделала свое дело. Крылья феи потяжелели и не желали подчиняться владелице. Придется идти! Но тут Тори вспомнила об еще одной досадной мелочи.
— Ах нет! — вскрикнула она, замерев с занесенной для шага ногой.
— В чем дело, душа моя? — немедленно откликнулся уже ступивший на мост маг. — Что вас обеспокоило?
— Этот туман! — фея с досадой всплеснула руками. — Скажите же мне, он испортил мою прическу? Ах, вы не представляете, как долго я укладывала сегодня волосы! Сколько сменила цветочной пыльцы и лунных бликов. А сейчас, несомненно, из-за этой влажности все усилия пошли прахом. Я выгляжу… ужасно?
— Что вы, моя наипрекраснейшая! — юноша так энергично замахал руками, что на миг показалось, что он тоже пытается взлететь. — Ваша красота столь совершенна, что ее не испортить никаким туманом. А ваши волосы… Тьма, я схожу с ума от одного взгляда на них! Ничего прекраснее в жизни не видел!
Но Тори, воспитанная в убеждении, что фея категорически не может выглядеть замарашкой, что нет большего позора, чем облепившие голову грязные волосы, даже намек на такое их состояние, списала все его восторги на влияние магии ослепления. Юный темный просто поражен ее очарованием, иначе бы он тоже отметил, какое жалкое зрелище уже совсем скоро будет представлять ее идеальная укладка. На этом фоне померкли даже заветные артефакты.
— И все же я не смогу больше оставаться тут, если срочно не придумаю, как укрыться от этой влаги! — чувствуя в собственном голосе дрожь рыданий, в полном расстройстве созналась юная феечка.
Маг на мосту на миг опешил, только сейчас осознав, что девушку на полном серьезе приводит в отчаяние данное обстоятельство. Но, будучи сообразительным малым, быстро придумал выход.
— А что, если я укрою вас жарким огненным зонтом? Его тепло прогонит так досаждающую вам влагу!
— Вы — сокровище! — совершенно по-детски захлопав в ладоши, восторженно откликнулась Тори.
В тот же миг в паре-тройке метров над головой девушки вспыхнул огненный полог, укрывая от усиливающейся мороси и вечерней прохлады. Тепло приятно обволокло стройную фигурку феи, тут же возвратив ей желание вернуться к воплощению своего плана.
— Теперь вы довольны, мое сердце? — с надеждой вопросил маг, вновь протягивая руки навстречу девушке. — Вам сухо? Больше ничто не помешает нам насладиться звездным небом?
Тори начала склоняться к такому же выводу, но…
— Дайте мне секундочку, — попросила она с такой умилительной улыбкой, что не оставила бы равнодушным и самого закоснелого злодея. — Мне просто необходимо, чтобы волосы полностью просохли.
Фея собиралась дождаться высыхания волос, затем, используя собственную магию, придать прядкам живописный вид якобы художественного беспорядка и только после этого подойти к стоящему в отдалении мужчине. Тори искренне надеялась, что оттуда он не может во всех подробностях разглядеть плачевное состояние ее прически.
Разумеется, пока девушка возилась с волосами, прошла не секундочка. Скорее уж полчаса, если судить по слегка закаменевшей физиономии мага. Даже под эффектом ослепления мужчинам сложно дается ожидание по таким вот поводам. Но для Тори время промелькнуло одним мгновением.
— О, моя богиня, — воззвал он нетерпеливо в итоге слегка севшим баском, — намерены ли вы успеть до рассвета?
Тори в ответ одарила его самым восторженным взглядом и обворожительной улыбкой. Да! Она уже готова была сделать первый шаг ему навстречу, чувствуя себя, как и положено истинной фее, прекрасной и ухоженной, но…
Огненный полог неожиданно преподнес не самый приятный сюрприз, осветив траву вокруг кочки, на которой так и замерла девушка. Ночной дождик, что легкой взвесью капель незаметно заполнил ночную мглу, не лучшим образом повлиял на землю. Низина тем и плоха, что быстро напитывается влагой. Сквозь островки травы проглядывало неприглядное месиво из грунта и старых, уже подгнивших, травинок.
— Фу!
Тори брезгливо передернула плечами, осознав неотвратимое — ее туфли не переживут этот путь. А огненный полог не поспеет за феей, вздумай она лететь. И тогда волосы Тори моментально приобретут самый жалкий вид.
— Что еще случилось, моя прекрасная госпожа?
В голосе мокнущего на мосту юноши чуткое ухо уловило бы некий намек на раздражение, но фея была слишком занята своей внешностью.
— Я не могу продвинуться и на шаг, — с искренним сожалением вздохнула Тори. — Боюсь, я непоправимо испачкаю свою обувь.
— Но, божественная, кто же заметит ваши туфли, когда есть возможность смотреть на ваше лицо? Я обещаю вам десяток пар туфель взамен этих. К тому же я мгновенно очищу их магией! — тут же откликнулся влюбленный кавалер.
В душе феи все перевернулось от отвращения. Даже на миг стать замарашкой было недопустимым для нее. Это означало бы попрание всех устоев мироздания Тори. Пусть другие и не узнают, но ведь ей придется как-то жить с этим…
— Я не смогу, — чувствуя, как в уголках прекрасных голубых глаз начинают собираться слезы, фея закрыла лицо руками. Рыдания тоже не очень-то поощрялись в их среде, но если выбирать между припухшими глазами и измазанными в глине туфлями… Фу! — Не сделаю и шага, зная, что испачкаю туфельки. Это же мои любимые!
Потрясенный таким признанием маг на миг, казалось, застыл неподвижной статуей. Весь его облик буквально кричал: что же делать?!
— Моя душа, если вы позволите, я донесу вас на руках. Ваших ножек, а с ними и таких дорогих вам туфель, не коснется ни единая травинка.
— Как можно! — встрепенулась девушка, на минутку отведя ладони от щек и смущенно порозовев. — Позволить малознакомому мужчине взять себя на руки?!
Темный обреченно выдохнул. Но помощь пришла, откуда он уже и не рассчитывал ее получить.
— А не могли бы вы… — Тори осеклась. — Что, если…
— Что?! — юноша даже подался вперед, одновременно невольно отмечая, что рыдания совсем не сказались на до умиления прекрасной мордашке феи.
— Возможно, вы могли бы положить на моем пути что-нибудь… подходящее? Что избавит меня от необходимости ступать в грязь?
Юную феечку совершенно не прельщала мысль подвести наставницу и лишиться возможности заполучить украшения-артефакты. Конечно, испачканные туфли стояли на пути воплощения ее плана непреодолимой преградой, но если удастся ее обойти…
— Что? — очень сожалея, что не обладает умением подчинять себе воду, юноша с надеждой уставился на освещенную огненными всполохами фигурку, балансирующую на высокой болотной кочке.
— Может быть, крупные камни? Или… древесные пенечки?
В воображении Тори тут же предстала идиллическая картина, где она, опираясь на руку галантного кавалера, почти парит, легко перепрыгивая с валуна на валун или с аккуратного, уж точно не трухлявого, пня на пень. Она выглядела бы в точности как феи из древних летописей, неизменно женственные, изящные и непоколебимые, смело преодолевающие любые трудности и повергающие своих врагов в священный трепет.
Впрочем, на деле все оказалось куда менее эффектно. Темный и переместительной магией не обладал, поэтому вынужден был забрести в реку, выискивая камни побольше и с плоской поверхностью. Таких нашлось недостаточно. Пришлось, чавкая болотной жижей, сходить еще и в лес за парочкой добротных коряг. А после высушить все это огненной волной. Ведь феечка, опасаясь поскользнуться, не решалась ступить даже на ближайший камень.
— Только представьте, что будет, если я упаду! Я тогда испачкаю еще и платье!
Одна мысль об этом привела ее в такой ужас, что дыхание участилось, а глаза замерцали голубыми искрами. По этой же причине, покосившись на изрядно испачканный и насквозь мокрый камзол мага, Тори приняла решение обойтись без его поддержки. И сделала первый осторожный шажок по направлению к мосту.
Темный поспешил обогнать ее, чтобы подать руку в конце пути. К этому моменту он уже сумеет обсушиться воздвигнутым вокруг себя огненным полем.
На подготовку к «путешествию» через топь и собственно осторожное передвижение ушло не меньше часа. Время близилось к полуночи, когда феечка вдруг обреченно вскрикнула и осела за три валуна до цели.
— О, все божечки и магия-созидательница!
— Душа моя, — слишком надрывно для счастливого мужчины вопросил маг, впившись в Тори пронзительным взглядом, — что на этот раз? Я уже переживаю, сумеете ли вы застать хоть одну звезду!
— Я убита! — паническим тоном откликнулась девушка, до боли в глазах уставившись на крошечную отметину на подоле платья. Темную, едва заметную точку. — Моя одежда испорчена. Я запачкала платье!
Последнее прозвучало как крик души.
— Зачем же, о лучезарная, — с шипением выдохнул порядком утомившийся и за «прелестями» бытовых проблем избавившийся от части былого ослепления женской красотой темный, — вы облачились в него, собираясь ночью к реке? Разве не уместнее было бы надеть брюки, непромокаемую куртку и сапоги? Если пожелаете, вы получите все это немедленно.
Практичный маг, отправляясь на свидание с прекрасной незнакомкой, запасся сухим комплектом одежды. Тот дожидался сейчас в сумке на опушке леса.
— Брюки?! Сапоги?! — Тори вспыхнула негодованием, отчего дыхание ее участилось, а неимоверно красящий феечку румянец распространился и на грудь. Предложение настолько попрать основы женственности показалось ей истинным кощунством. — Да лучше бы мне вовсе остаться дома и не видеть вас никогда!
— Попробуйте преодолеть свою панику, — принялся увещевать маг, зайдя с другой стороны и одновременно искушая. — Вам осталась сущая мелочь — пара шагов. Затем я верну вашему платью первозданно чистый вид, а вы все же получите возможность полюбоваться на звезды. Ночь пройдет не зря.
Слова темного приободрили девушку, напомнив о желанной цели. Она даже поднялась на ноги и решительно согнула колено, чтобы сделать первый из трех последних шагов, когда…
— О нет! — в полном расстройстве всплеснула она руками, безвольно оседая назад на камень. — О, все божечки и магия-созидательница…
— Что?! — прорычал темный.
— На туфельке тоже есть капелька грязи.
Прозвучало это словно приговор. И в этот самый миг наступила полночь и прямо над мостом словно загрохотал фейерверк. Тори была вполне образованной феей и знала: так рушатся магические заклинания, срок действия которых иссяк.
На мосту была магическая ловушка!
— Ты!!! — лицо темного исказила гримаса ненависти. Не осталось даже намека на недавнее обожание. Глаза мага полыхали огнем, а кулаки сжимались в лютом отчаянии. — Глупая гусыня! Помешанная на тряпках кукла! Ты все испортила! Разрушила так тщательно подготовленный план! Отец не простит мне этого! Он был уверен, что мне удастся сегодня пленить фею, а с ней заполучить для нас множество пыльцы с ваших крыльев. А значит, у нас в продаже появились бы амулеты, защищающие от вашего обаяния. Они бы пользовались невероятным спросом…
— О! — и глаза, и рот Тори округлились от потрясения. Она поняла, чего только что избежала. — Ты совсем не заворожен мною.
— Конечно, нет, помешанная на туфлях курица! Едва ты отвела взгляд, отец незаметно передал мне амулет. Он так рассчитывал на меня сегодня! — разозлившийся маг совершенно забылся, выплескивая гнев на причину своей неудачи.
Радуясь тому, что ее крылья сухие и способны моментально избавить свою владелицу от общества коварного темного, Тори тут же взмыла в ночную мглу, исчезая из вида. Пусть юная феечка и избежала ловушки, но к родному цветочному дереву, где обитала ее община, возвращалась в расстроенных чувствах. Теперь неминуемо придется сознаться Старшей фее в полном провале.