Мы квиты.
Том
Впервые за приблизительно пять лет ко мне подходит Рен. Он заглядывает в библиотеку, находит мой стол, подходит и смотрит прямо в глаза, он никогда раньше этого не делал.
Первый признак того, что что-то не так.
Он труслив.
Нерешителен.
И он несет на своих плечах годы вины по отношению ко мне. Рен бы никогда так смело не подошел ко мне, если бы не произошло что-то очень серьезное.
Он плавно пододвигает по столу бумагу.
Это распечатка фотографии с очень знакомой бейсбольной битой и моей рукой, и с темным очертанием на земле, которое мне также очень знакомо. Я вижу его каждую ночь, мой мозг решил наградить меня этим кошмаром.
- Это получила Эми, - говорит Рен, его голос твердый, но тихий. При упоминании ее имени мои легкие сковывает льдом, но я подавляю боль и приподнимаю бровь.
- И?
- Ты знаешь, что это, - шипит он. - Кто-то отправил ей это по электронной почте.
- Она сказала адрес?
- ikwjhk@yahoo.com. Все строчными буквами.
Буквы легко запомнить. Я откидываюсь на спинку стула, изо всех сил пытаясь выглядеть обычно.
- Звучит как простой, распространенный спамер.
Рен наклоняется, сейчас он физически ближе ко мне, чем когда-либо был за пять лет. Его зеленые глаза за очками потемнели.
- Я прекрасно знаю, что ты разбираешься в компьютерах гораздо лучше меня или кого-либо еще в школе.
- Правильно.
- И я знаю, Господи… да вся школа знает… что тебе нравится Эми.
Я выдавливаю смешок, но он получается печальным.
- Действительно? Увлекательно. Люблю слушать новые сплетни.
- Это не сплетни, Том, и, черт побери, вовсе не новые - это чертовски старая истина, и мы оба это знаем.
Рен тяжело дышит, его лицо раскраснелось. Он расстроен и взволнован, но не зол. Рен никогда по-настоящему не злится. Я дарю ему свой самый лучший взгляд.
- Разве ты не видел ее в кафетерии? Я для нее не существую. Она явно обо мне не беспокоится. Так почему меня должно волновать, кто ей пишет?
- Она узнает о тебе правду!
- Самое время узнать об этом кому-то еще, помимо нас.
- Этот человек… - шипит Рен, указывая пальцем на фотографию. - Этот человек опасен. И он пишет Эми. Что если он причинит ей боль?
Наступает долгая тишина, затем я усмехаюсь и оглядываю его сверху вниз.
- Прости, меня это должно как-то волновать?
Лицо Рена вытягивается, будто его ударили. Он стискивает зубы и хватает обратно распечатку.
- Я думал, тебя это волнует. Теперь понимаю, что ошибался.
- Да. А сейчас, если бы ты повернулся и прошел обратно туда, откуда пришел, я был бы чрезвычайно благодарен.
- Я за нее переживаю! - внезапно кричит Рен. В помещении становится тихо.Библиотекарь смотрит на нас, но Рен, кажется, этого не замечает. Его покрытые гелем волосы растрепались, а очки ежеминутно съезжают. - Я волнуюсь за Эми! Она сделала для меня больше, чем кто-либо другой, и если ей снова причинят боль, я клянусь тебе…
- Ну? Что ты сделаешь? - смеюсь я. - Побьешь меня линейкой? Науськаешь на меня своих нерях из студенческого совета? Ох, нет, подожди, знаю: ты позвонишь в свою благотворительность и аннулируешь мои привилегии на пудинг.
А затем он усмехается. Рен, трусливый человек за камерой и мой кроткий бывший друг в течение десяти лет, усмехается.
Прежде чем я смог пошевелиться, он схватил меня за рубашку и толкнул к книжной полке. Библиотекарь отчаянно набирает охрану, девочки кричат, а парни начинают образовывать вокруг нас поддерживающий, беспорядочный круг.
- Ну же, - ухмыляюсь я. - Ударь меня. Сделай это.
Зеленые глаза Рена пылают, его мышцы слишком крепкие для человека, который не посещает спортивные клубы. Я слежу за его кулаком, и как только вижу, что он размахивается, Рен отпускает меня и рычит:
- Нет. Это именно то, что ты хочешь.Видимо, кто-то уже размолол тебя в кашу, и теперь ты хочешь, чтобы я это усугубил, потому что ты - эгоцентричный, мазохистский придурок.
- Ты не знаешь, о чем говоришь, - смеюсь я. Рен кивает, быстро и сильно.
- Ты прав, не знаю. Но я знаю, что до нее ты был мертв, внутри и снаружи, расхаживая вокруг как зомби. Любой мог это увидеть. А затем появилась она, и ты загорелся, как гребаная свеча. И это тоже мы смогли увидеть. Все. Даже София.
- Закрой рот, - рычу я.
- Поэтому Эми сейчас тебя игнорирует? - смеется Рен. - Потому что она поняла, что София много для тебя значит, а с ней ты просто дурачился?
- Я никогда… никто никогда…
- Именно это ты и делал! - кричит Рен. - Ты, черт побери, сделал это, Том! Она прошла через многое дерьмо, через столько не должна проходить ни одна девушка, и ты подарил ей надежду! А потом она встретила Софию и ты, черт возьми, ее разрушил!
- Я не…
- Как она могла конкурировать, идиот? - голос Рена становится еще громче. - Просто воспользуйся своим огромным проклятым мозгом на две секунды, ты отдал Софии все. Ты посылаешь ей письма. Вы вместе со средней школы. У вас была Талли, и Эми, черт возьми, знает и об этом тоже…
Мой разум проясняется, в задней части черепа поднимается ужасный пронизывающий шум.
- Она что?
- Эми знает! Она ее видела! Сама пошла и нашла ее, потому что она - Эми, и это то, что она всегда делает!
Что-то во мне молниеносно падает.
- Что делать? - шепчу я, собственный голос удивляет меня тем, насколько он хриплый. Глаза Рена становятся ярче.
- Ты расскажешь ей правду. Прежде чем это сделает отправитель письма и увлечет ее глубже.
- Ты забываешь о том, что она больше не признает мое существование.
- Я позабочусь об этом, - отвечает Рен. - Просто пообещай мне, что расскажешь ей, когда я предоставлю тебе возможность.
- Ты стал вполне маленьким диктатором, - усмехаюсь я.
- Я им и был, - он сжимает кулак. - Со времен побега. Я каждый раз убегал, когда кому-то причиняли боль. Но не на сей раз. На этот раз я не убегу.
Он разворачивается и уходит, прежде чем я могу ответить ему и поставить на место.
***
Я наблюдаю за Эми с парковки, каждой частичкой ощущая себя сталкером, но решаюсь изучить ее лицо в новом свете. Она знает, что я сделал той ночью. Именно поэтому она меня игнорирует. Эми слишком умна, чтобы не сложить дважды два. И она знает о Талли.
Теперь в ее руках мои самые большие секреты. Вот так просто, как и то, что я знаю ее месяцы. И у меня месяцами был ее номер телефона, но я ни разу не написал ей и не позвонил. До сих пор. Мои большие пальцы порхают над клавиатурой.
«Мы квиты».
Я вижу, как она останавливается и достает телефон, Кайла что-то бессмысленно ей говорит. Эми поднимает голову, осматривая парковку, и на одно мгновение наши глаза встречаются. На одну секунду теплый янтарный оттенок поглощает меня, и я позволяю.
А затем я отпускаю это и отворачиваюсь.