Глава 2
Октавия
Уже как месяц я усердно готовлюсь к гонкам по несколько часов. Да, безусловно, я слышу слова о "прогрессе" в этом, но я его не вижу. Но я сама выбрала себе в хобби мотогонки.
Я знала, что это не будет легко. Постоянные тренировки, падения, ошибки, усталость — всё это часть пути. Но иногда мне казалось, что я застряла на одном месте. Я выходила на трассу, заводила мотор, чувствовала, как вибрация проходит сквозь тело, но время на круге почти не менялось.
Сегодняшний день не стал исключением. Я снова отрабатывала повороты, ускорение, работу с газом. Инструктор сказал, что я стала увереннее, но мне этого было мало. Я хотела скорости, я хотела чувствовать контроль над каждым движением мотоцикла.
Когда тренировка подошла к концу, я села на обочину, сняла шлем и провела рукой по вспотевшему лбу. Сердце всё ещё билось быстро, адреналин кипел в крови.
— Недовольна? — раздался голос.
Я подняла голову. Передо мной стоял один из более опытных гонщиков, наблюдавший за моей ездой.
— Просто кажется, что я стою на месте, — призналась я.
Он усмехнулся и присел рядом.
— Ты видишь только то, что не получается. А если взглянуть со стороны, разница огромная. Ты стала увереннее входить в повороты, меньше теряешь скорость. Я тебя понимаю,я таким же был. Ты это перерастёшь,я тебя уверяю.
Я молча смотрела на него, обдумывая сказанное.
— Просто продолжай, — добавил он. — Иногда прогресс не бросается в глаза, но это не значит, что его нет.
Я глубоко вдохнула, чувствуя, как напряжение в плечах немного уходит.Я снова выйду на трассу, потому что иначе не могу. Ошибки, усталость, разочарование — всё это меркнет перед ощущением скорости, перед мгновением, когда ты и байк становитесь единым целым.
На следующий день, надев перчатки и застегнув шлем, я заняла стартовую позицию. Двигатель загудел, вибрация отдалась в ладонях. Глубокий вдох, выдох — и вот я уже несусь вперёд.
Ветер пронизывает насквозь, трасса мелькает под колёсами, но сегодня всё иначе. Я не думаю о времени, не жду ошибки. Я чувствую дорогу, слушаю байк, двигаюсь интуитивно.
Повороты больше не пугают, а становятся частью ритма. Я наклоняюсь, вывожу мотоцикл на прямую и ускоряюсь.
Когда я, наконец, сбавляю скорость и съезжаю к пит-лейну, инструктор наблюдает за мной с едва заметной улыбкой.
— Вот это уже другой разговор, — говорит он.
Я снимаю шлем, вдыхая воздух полной грудью.
— Кажется, теперь я понимаю, о чём ты говорил, — отвечаю я, впервые ощущая настоящий прогресс.
После очередной тренировки я, как обычно, села в машину, выдохнула и на несколько секунд прикрыла глаза. Усталость давила на плечи, мышцы ноюще напоминали о нагрузке, но внутри всё ещё оставался приятный отголосок адреналина. Очередной день, очередной заезд, но ощущение скорости всё так же захватывало дух.
Дорога домой прошла на автомате — я почти не замечала, как сменяются улицы за окном, погружённая в собственные мысли. В голове крутились моменты тренировки: где я сделала ошибку, где можно было выжать больше скорости, а где, наоборот, следовало сбавить газ.
Как только я зашла в дом, отец даже не дал мне толком разуться.
— Завтра ничего не планируй, — сразу сказал он, стоя в дверях гостиной. — Ты будешь занята, у меня на тебя есть планы.
Я удивлённо посмотрела на него, скидывая куртку.
— Какие ещё планы? — спросила я, с подозрением прищурившись.
Отец лишь ухмыльнулся.
— Завтра узнаешь. Будь готова с утра.
Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Хотя лёгкое волнение уже закралось внутрь.
Я подняла бровь, но спорить не стала. Зная отца, если он что-то задумал, то всё уже решено, и переубедить его бесполезно.
— Ладно, — выдохнула я, проходя вглубь дома. — Но хоть намёк дашь?
— Нет, — ухмыльнулся он. — Просто выспись.
Я закатила глаза, но промолчала. Ладно, посмотрим.
Поднявшись в свою комнату, я первым делом скинула обувь и куртку, а потом плюхнулась на кровать. Тренировка вымотала меня, но мысли о завтрашнем дне не давали полностью расслабиться. Отец редко вот так заранее предупреждал о чём-то. Обычно он был человеком момента — что придумал, то сразу и делал.
Я потянулась за телефоном, проверяя сообщения. Пара друзей интересовались, когда я снова вырвусь на тренировку, но я лишь ответила: «Пока не знаю».
Время приближалось к полуночи, а я всё ещё размышляла. Может, это связано с гонками? Или вообще с чем-то, о чём я даже не догадываюсь?
С этой мыслью я отключила телефон и легла, зарывшись в одеяло. Завтра всё станет ясно.