untouchable » damon salvatore [rus]

БЫТЬ ВЫРУБЛЕННОЙ В ПЬЯНОМ СОСТОЯНИИ — не самое приятное впечатление для Леа. Особенно когда она проснулась на заднем сиденье спортивной машины Стефана. Той самой, на которой он нёсся по дороге, а Елена сидела на переднем сиденье.

— Стефан? Что происходит? — сонно спросила я, и тошнота быстро разбудила меня, когда я почувствовала скорость, с которой ехала машина.

— Что ты делаешь, Стефан? — спросила Елена, когда он не ответил на мой вопрос.

Я почувствовала, как мой телефон начал звонить. Я достала его из кармана и взяла трубку, увидев, что это Деймон. Прежде чем я успела что-то сказать, Стефан выхватил телефон у меня из рук. Это также заставило его резко вильнуть на дороге, и я ударилась головой о заднее окно.

— Ой! — сказала я, прикрывая ушибленное место. — Зачем...

— Алло, Деймон, она сейчас немного занята, — сказал Стефан.

— Я делаю свой следующий ход. Позволь спросить тебя кое о чём... Что сделает Клаус, если не сможет создавать больше гибридов? — продолжил Стефан, и у меня внутри всё упало от его нестабильного поведения.

— Что?! — одновременно сказали мы с Еленой. Какого чёрта он собирается с нами сделать?

Стефан вдруг опустил стекло и выбросил мой телефон из окна.

— Какого чёрта, зачем ты это сделал! — закричала я с заднего сиденья. Стефан снова вильнул, отчего у меня закружилась голова.

— Что ты делаешь? Стефан, выпусти нас из машины. Ты слышишь меня? Выпусти нас из машины! — потребовала Елена, но, к сожалению, всё было тщетно, потому что Стефан проигнорировал нас.

— Так каков план, Стефан? Какой большой ход ты делаешь? — спросила Елена.

— Я забрал семью Клауса, чтобы заставить его страдать. Я не позволю ему создать себе новую, — сказал Стефан, и я нахмурилась.

— И что ты собираешься делать? Держать нас запертыми в какой-нибудь пещере и держать в заложниках? — спросила Елена. Я всё ещё пыталась массировать голову. Слишком много всего происходило.

— Может быть. Может быть, я просто превращу вас двоих в вампиров, — сказал Стефан. У меня перехватило дыхание, когда он это сказал.

— Что с тобой не так? Ты собираешься убить нас всех из-за своих недоотношений с Клаусом?! — я была в ярости, даже несмотря на боль в голове. Как он мог. Это был не Стефан, и я не была уверена, осталось ли в нём хоть что-то от прежнего.

— Останови машину, Стефан! — потребовала Елена.

— Останови машину! — закричала я. Опять глухие уши. Вместо этого он достал телефон и кому-то позвонил.

— Скажи своим гибридам убираться из города, Клаус. — значит, он говорил с Клаусом. То, что Стефан сказал дальше, сломало меня. — Ладно, я собираюсь сбросить твой источник крови и Лею с моста Уикери.

Я почувствовала, как у меня участился пульс.

Через несколько секунд Стефан прокусил себе запястье и силой влил кровь в рот Елене, затем отпустил руль и повернулся, чтобы схватить меня. Он быстро схватил меня за голову и прижал своё запястье к моему рту, заставляя меня проглотить полные рты крови. Как только он убрал руку, я выплюнула столько, сколько смогла, на Стефана. Потому что, чёрт возьми, меня сейчас вырвет.

— Я только что напоил их своей кровью. Больше никаких гибридов, если они станут вампирами. Ни Елены, ни запасной Леа, — сказал Стефан. Поэтому он думал, что Клаус заинтересован во мне? Справедливости ради, я не рассказала ему в полной мере, насколько хорошо я знала Клауса до того, как узнала его.

— Правда? Попробуй, потому что твои гробы — следующие на очереди. Попрощайся со своей семьёй, Клаус, — зловеще сказал Стефан, значительно увеличивая скорость.

— Стефан, сбавь скорость! Пожалуйста! — закричала я с заднего сиденья. Я точно умру от удара, задняя часть этой машины была не очень надёжной.

— Стефан, остановись! — умоляла Елена. Я почувствовала, как по моему лицу потекли слёзы, когда он ускорился ещё больше, и я узнала, как близко мы были к мосту.

— Стефан! Стефан! Остановись! — кричала Елена.

— Стефан! — закричала я, теперь видя мост прямо перед собой. Тот самый мост, с которого я упала вместе с родителями. Неужели это действительно то, как я умру?

Я закрыла глаза, когда мы выехали на мост, прежде чем почувствовала, как моё тело резко дёрнулось вперёд. Визг шин Стефана разносился повсюду. Он тормозил. Когда его машина наконец остановилась, я заметила, как близко мы были к обрыву.

Всё вернулось разом. Я немедленно согнулась и опорожнила желудок на заднем сиденье его машины. Потому что, чёрт возьми. Я даже не пыталась выйти, чтобы вырвать. Закончив, я выбралась из машины.

— Возвращайтесь в машину! — потребовал Стефан.

— Держись от нас подальше! — закричала Елена.

— Как ты мог! — закричала я на него. — Наши родители погибли на этом мосту, я чуть не погибла на этом мосту. Ты знал это! Ты тот, кто спас меня! — я не могла сдержать слёз.

Елена плакала рядом со мной. Её не было в машине той ночью, но это повлияло на неё так же. Оба наших родителя погибли.

— Слушайте, он должен был поверить, что я это сделаю, хорошо. Ваш страх продал это, — попытался он. Я была в ярости.

— А если бы он не поверил?! — сказала Елена.

— Поверил, — бесстрастно сказал Стефан.

— Что ж, а если бы не поверил?! — снова спросила Елена, на этот раз громче.

— Он поверил, Елена! Он отступил! У него есть слабость! Если я знаю его слабость, я могу уничтожить его! — закричал Стефан на нас.

— После всего этого только это имело значение? Уничтожить Клауса? — спросила Елена, её голос звучал сломленно.

— Уничтожить Клауса — это всё, что у меня осталось, — сказал Стефан.

— У тебя была я! — сказала Елена, теперь полностью плача.

— Я потерял тебя в ту минуту, когда уехал из города с ним. Ты просто не хочешь себе в этом признаваться, — сказал Стефан, и я покачала головой.

— Ты это делаешь? Пытаешься заставить меня ненавидеть тебя? — спросила Елена.

— Мне всё равно, что ты обо мне думаешь теперь, Елена, — сказал Стефан.

— Я даже не знаю, кто ты теперь. Ты ничем не лучше Клауса, — сказала я. Стефан безучастно посмотрел на меня и пожал плечами. Я сорвалась.

— Ты ублю... — начала я, бросаясь на него и нанося ему сокрушительный удар по лицу. Удар, несомненно, причинил мне больше вреда, так как я осталась морщиться и держаться за кулак. Стефан выглядел невозмутимым, когда направился обратно к своей машине.

— Наслаждайся моей блевотиной, козёл! — крикнула я ему вслед, когда он уехал.

— Не могу поверить, что это только что произошло, — сказала Елена, плача.

— Я правда думала, что мы умрём, — сказала я, тоже проронив пару слезинок. Я обняла Елену и начала направлять нас к нашему дому.

— Можешь кому-нибудь позвонить? Этот кровяной наркоман выбросил мой телефон из окна, — устало сказала я. Я злобно посмотрела на мост, когда мы уходили.

— Я уничтожу этот мост однажды, — поклялась я. Елена издала неприятный смешок, но больше ничего не сказала.

Мы шли около пятнадцати минут, прежде чем Деймон приехал за нами. Я села на заднее сиденье. Я не хотела сейчас разговаривать. Елена, должно быть, чувствовала то же самое, потому что всю дорогу до дома мы молчали.

Деймон проводил нас до крыльца, и Елена сразу зашла внутрь. Деймон задержался, давая мне понять, что хочет поговорить на минуту.

— Спасибо, что приехал за нами, — сказала я, прислоняясь к перилам крыльца.

— В любое время. Ты будешь в порядке? — искренне спросил он.

— Выживу, — сказала я с пожиманием плеч. Казалось, в этой игре больше не было «порядка».

— Знаешь, Стефан сегодня выиграл этот раунд для нас. Он довёл Клауса до предела, и Клаус моргнул, — сказал Деймон, звуча почти впечатлённо.

— Правда? Что именно в том, что он чуть не убил нас с Еленой, было хорошей стратегией? Ты думаешь, что нашими жизнями можно рисковать, чтобы заставить Клауса делать то, что ты хочешь? — спросила я, мой гнев нарастал. Я не только всё ещё переживала все те эмоции, через которые только что прошла, но теперь и Деймон меня бесил.

— Нет, я просто говорю, что Клаус всегда командовал, а Стефан обыграл его в его же игре. Он был лучшим злодеем, — попытался объяснить Деймон. Его ответ только разозлил меня ещё больше. Я усмехнулась, зажала переносицу и выдохнула.

— Какая бестактная вещь, — сказала я в неверии. Когда я пойму, что, возможно, у нас с Деймоном никогда не получится, потому что ему плевать на человеческую жизнь? Возможно, это было из-за эмоционального потрясения, но я чувствовала, что наконец вижу другую перспективу.

— Я не пытаюсь быть бестактным...

— Вообще-то, я в порядке, — сказала я, перебивая его. — У меня было столько, сколько я могу вытерпеть, и даже больше. Так что я пойду. — с этими словами я направилась внутрь. Как только я закрыла дверь, я сделала глубокий вдох.

Я сразу пошла в комнату Елены и нашла её рыдающей. Я присоединилась к ней на кровати и обняла её. Долго не прошло, как я тоже начала плакать.

Было уже поздно, когда мы вернулись, и Джереми с Дженной спали. Так что мы с Еленой провели ночь вместе, плача, жалуясь и просто разговаривая.

На следующее утро мы проснулись рано. Все в доме проснулись. Мы с Алариком и Еленой пытались втиснуть последние моменты с Джереми и Дженной. Это было грустно, но в то же время трогательно. Прошло так много времени с тех пор, как мы все сидели и наслаждались едой вместе.

— Эй, это моё! — сказал Джереми, отгоняя мои руки от своей тарелки.

— Я просто хочу кусочек твоего блина! Пожалуйста? — спросила я. Он выглядел так, будто собирался отказаться, но неохотно кивнул. — Ура! — закричала я.

— Знаешь, я могла бы просто сделать тебе один? — спросила Дженна.

— Я просто хочу кусочек, разве это неправильно — хотеть кусочек, а не целый? — я не странная.

— Нам стоит сделать фотографию, чтобы запомнить этот момент, — предложила я, и Джереми странно на меня посмотрел.

— Знаешь, это мило, — сказала Дженна.

— Да, так чей телефон? — спросила я.

— А что с твоим? — спросила она.

— О, забавная история, на самом деле не моя вина. Стефан выбросил его из машины. Не волнуйся, он купит мне новый, — сказала я. Новый телефон должен был прийти либо от Стефана, либо от Деймона, либо от Клауса.

— Ага, конечно, — усмехнулась Елена, она всё ещё была обижена на прошлую ночь, и правильно делала. Я тоже была обижена. Усмешка была скорее недоверчивой.

— Я умею быть очень убедительной, — гордо сказала я. В итоге мы сделали фотографию на телефон Елены.

Завтрак закончился слишком быстро. Мы с Еленой и Алариком стояли внизу лестницы, ожидая Джереми и Дженну. Я уже плакала.

— Обычно я более эмоциональная, — сказала Елена, а я закатила глаза.

— Подай на меня в суд за то, что я переживаю, — сказала я, вытирая слёзы уже влажной салфеткой.

— Они даже ещё не ушли, — сказала Елена, и я нахмурилась на неё.

— Перестань быть стервой, я знаю, что ты начнёшь плакать, когда увидишь сумки. — И я была права. Елена начала плакать, как раз когда Джереми и Дженна спустились со своими сумками.

— Я начну загружать это, — сказал Аларик, помогая им с сумками.

— Иди сюда, — сказала Дженна, обнимая нас с Еленой. — Вы двое, звоните мне. Лея, убедись, что позвонишь мне, когда получишь новый телефон, — сказала она, и я кивнула.

— Мы будем скучать по тебе, — грустно сказала я.

— Я тоже буду скучать по вам. И это ненадолго, — оптимистично сказала Дженна.

— Ненадолго, — сказала Елена, и я кивнула. Я перешла к Джереми и крепко обняла его.

— Тебе придётся отпустить меня когда-нибудь, — сказал Джереми, обнимая меня в ответ.

— Никогда, — сказала я со смехом. — Будь в безопасности, хорошо, и пиши мне, звони мне когда угодно, — сказала я, наконец отпуская его.

— Да, ладно, хорошо, мне пора, Дженна ждёт, — сказал Джереми, прежде чем уйти.

Я смотрела, как он направился к машине, прежде чем заметила Бонни, идущую к нему. Она не расскажет Джереми о принуждении, я знала, что она всё ещё любит его и хочет, чтобы он был в безопасности.

Бонни и Джереми быстро обнялись, прежде чем Джереми сел на пассажирское сиденье машины. Я улыбнулась и помахала, когда они уехали, и остановилась только тогда, когда машина скрылась из виду.

— Бонни, подожди, — сказала я, увидев, что она направляется обратно к своей машине. Я подошла к ней. — Привет.

— Привет, — ответила она.

— Я хотела извиниться. За то, что я сказала прошлой ночью. Я знаю, что ты любишь Джереми, даже если вы больше не вместе. Я настаиваю на своём решении, но моя подача была грубой, и то замечание о том, что ты не заботишься о нём, было неуместным, так что прости, — сказала я. Бонни кивнула, затем взяла меня за руку.

— Я тоже прошу прощения, я была слишком осуждающей и думала только эмоционально. Поспав, я поняла, что это небезопасно, пока Клаус ищет свои гробы, — понимающе сказала она. Я обняла её.

— Я рада, что мы в порядке, — сказала я. — Может, устроим девичник? Мы можем пригласить Кэролайн и устроить ночёвку, — предложила я.

— Я бы хотела этого, — сказала Бонни.

— Я тоже, — сказала Елена из-за меня. У Елены и Бонни был свой разговор, прежде чем мы позвонили, чтобы пригласить Кэролайн.

Можно с уверенностью сказать, что всем нам было нужно отвлечение. И эта ночёвка была очень нужна. Они планировали прийти ближе к вечеру, что дало мне время сделать кое-какие дела. Мы с Еленой разошлись, она хотела пойти на мост Уикери и устроить похороны для своей старой версии, как мы делали для Кэролайн прошлой ночью. Я решила не участвовать, так как это не имело для меня значения. Я не была застрявшей, потому что всё ещё пыталась быть той девушкой, которой была до аварии.

Вместо этого я пошла в дом Сальваторе. Я постучала в дверь и подождала снаружи. Я знала, что они не запирают дверь, но мне нравилось создавать им неудобства. Не прошло много времени, как входная дверь открылась.

— Мой бывший лучший друг, что привело тебя, — сказал Стефан, и я прищурилась. Я видела, что он пытается понять, испугали ли его действия прошлой ночью меня. Возможно, это должно было меня напугать, но не напугало. Если я не боялась Клауса, то отказывалась бояться Стефана.

— Мм, я фактически предупреждаю тебя. Прошлой ночью ты забрал мою собственность и выбросил её из окна движущейся машины. Конверсия, загугли, это основание для иска. Так что ты либо купишь мне новый телефон, либо возместишь ущерб за тот, который уничтожил. Если ты решишь не делать ни того, ни другого, я подам на тебя в суд. И это может стать неприятным. Ты не только уничтожил мою собственность, но и причинил серьёзный эмоциональный вред и мне, и Елене, о, и незаконное лишение свободы, не могу забыть это. Я даже не знаю, сколько ещё правонарушений ты совершил прошлой ночью, так что либо купи мне новый телефон, заплати за старый, либо мы идём в суд, приятель, и я вижу, что получу более пятисот тысяч с хорошим адвокатом, — сказала я, самодовольно глядя на него.

Бьюсь об заклад, никто никогда не угрожал Стефану судебным иском. И, возможно, пришло время. Блефовала ли я? Конечно. Я имею в виду, я не собиралась проходить через всё это только ради нового телефона, я просто хотела, чтобы он знал, что я могу и что я сделаю это.

— Серьёзно? Из-за телефона? — спросил Стефан, теперь прислонившись к дверному косяку.

— О, я очень серьёзна. Чем дольше ты ждёшь, тем больше обвинений я добавлю, — прошлой ночью я глубоко погрузилась в изучение законов в интернете. Никогда не приходи на переговоры с пустыми руками.

— Ладно, как хочешь, ты не стоишь хлопот, — сказал Стефан, проходя в дом. Я последовала за ним.

— Ты рано, — сказал Деймон, заметив, что я вошла.

— Да, Джереми только что уехал, у меня было несколько дел, это одно из них, — сказала я.

— Что, вытряхиваешь деньги из Стефана? — пошутил Деймон.

— Вытряхиваю из него деньги, ты знаешь, что он выбросил мой телефон из окна машины прошлой ночью, да? Вы, ребята, просто плывёте по жизни, не думая ни о чём, кроме себя? — Почему все думали, что это шутка, я была реально зла из-за всей этой ситуации. Что давало Стефану право избавляться от моего телефона? Правильно — ничего.

— Я пошутил, — сказал Деймон, теперь выглядя более серьёзным.

— Может быть, не всё всегда должно быть шуткой, — сказала я пренебрежительно.

— Держи, — сказал Стефан, появляясь рядом со мной с большой пачкой наличных. Я странно посмотрела на него.

— Ты торгуешь наркотиками на стороне или что-то в этом роде? Почему у тебя так много наличных при себе? И это примерно семь айфонов в наличных... — сказала я, глядя на стопку денег.

— Возьми, мне это не нужно, — сказал Стефан с пожиманием плеч. Я имею в виду, мне это тоже не было нужно, я была более чем способна купить себе новый телефон, но дело было в принципе.

— Возьму, потому что, в некотором смысле, ты мне должен. Намного больше этого, но я соглашусь на это, — сказала я. Я собиралась побаловать себя и своих девчонок сегодня! — Твоё сотрудничество признаётся, — сказала я. Чувствовала ли я себя удовлетворённой? Да.

— Как...? — спросил Деймон в неверии. Он выглядел таким растерянным.

— Угроза судебным иском, не знаю, почему я не делала этого раньше, — сказала я. — Что ж, оставлю вас двоих наедине с... — я замолчала, оглядываясь вокруг, прежде чем снова посмотреть на них, — ...чем бы вы там ни занимались.

Сразу после этого я пошла в ближайший магазин, где можно было купить айфон. Я взяла новейшую модель с максимальной памятью. К счастью, я смогла восстановить всё, что было на моём старом телефоне.

Как только мой телефон получил всё обратно, на меня посыпались сообщения с прошлой ночи. Большинство было с номера, который я не сохранила, так что я знала, что они от Клауса. Я не собиралась перезванивать. Я сделала крюк, чтобы купить закуски, прежде чем забрать Кэролайн.

— Привет! — сказала она, садясь на пассажирское сиденье.

— Привет, как ты? — спросила я, хотя знала, что прошлой ночью её укусил Тайлер, в нашем общем чате было короткое сообщение от Кэролайн. Я смотрела на телефоне Елены, так как мой был уничтожен где-то на обочине дороги.

— Мне лучше, больше не умираю от укуса оборотня, — с благодарностью сказала она.

— Да, единственный раз, когда я благодарна Клаусу, — сказала я, передёргиваясь. Мне стало противно говорить о нём что-то хорошее. Это отбросило меня к тому времени, когда я знала его раньше. Я всё ещё никому не рассказала об этом, возможно, сегодня вечером.

— Точно! Минус в том, что у него есть доступ к моему дому, — с опаской сказала Кэролайн.

— Это нехорошо, но думаю, у тебя всё будет в порядке. Он пытается завоевать доверие совета. По крайней мере, так сказал Деймон. Но он намекнул, что пытается обосноваться здесь несколько дней назад, — сказала я, громко вздыхая.

— Вообще-то, давай не будем говорить об этом сегодня, — устало сказала я.

— Согласна, сверхъестественная драма запрещена. Если только это не связано с парнем, должно быть романтически, — сказала Кэролайн, и я замолчала, обдумывая её слова.

— Я почти уверена, что это всё равно будут те же люди, — сказала я, и мы обе рассмеялись. Вскоре мы уже были у меня дома. Бонни приехала вскоре после этого.

Я отвела девчонок в салон в городе, чтобы сделать маникюр.

— Что хотите, девчонки, всё за мой счёт, — сказала я, когда мы сели на свои места.

— Ладно, подруга, тебе не нужно повторять дважды, — сказала Кэролайн, начиная просматривать варианты всех процедур. Елена и Бонни вопросительно посмотрели на меня.

— Я зашла к Стефану и потребовала, чтобы он заплатил за мой новый телефон, раз он выбросил мой из машины, и он дал мне намного больше, чем мне было нужно. Сказал оставить себе, так как ему это не нужно. У меня возник вопрос, чем он занимается на стороне, когда нас нет рядом, — сказала я, и Елена закатила глаза.

— У него, наверное, много денег накоплено, раз он живёт так долго, — сказала Елена.

— Да, наверное. Знаешь что, в следующий раз, когда он облажается, я начну разговаривать с IRS. Подозреваю, что он никогда не платил налоги, — начала я строить планы. Мы провели в салоне много времени, каждая получила маникюр и педикюр и ещё кое-что. Это была отличная идея, всем нам это было нужно.

Поздним вечером мы все разлеглись по моей комнате и делились проблемами.

— Я просто не знаю, что делать, понимаешь. Он укусил меня прошлой ночью, потому что Клаус сказал ему, — поделилась Кэролайн.

— Не считая всей этой связи сирства, я не против того, чтобы ты была с Тайлером, — сказала я, и Елена кивнула.

— Но это довольно серьёзная вещь, — указала Елена.

— Да, но должно быть какое-то решение, — предложила Бонни.

— К сожалению, ни одного, которое мы знаем, — вздохнула Кэролайн. Я прочистила горло.

— Ребята, мне нужно вам кое-что сказать... — медленно начала я, нервно теребя руки.

— Что случилось? — спросила Бонни.

— Так, эм, помните прошлый год, когда меня не было в той частной школе? — спросила я, и они все кивнули. — Клаус нашёл меня, только он представился как Ник, и это было до того, как я узнала что-либо о сверхъестественном. В общем, я не знала, что он Клаус или что-то ещё, только то, кем он притворялся, и я знала его несколько месяцев. Мы стали друзьями и как бы тусовались, я думаю. — все выглядели удивлёнными, когда я рассказывала эту историю.

— Подожди, значит, ты встретила Клауса до того, как узнала Клауса? — спросила Кэролайн.

— Да, типа того. Он притворялся нормальным, — сказала я с пожиманием плеч.

— Значит, он знал о двойнике-человеке, о том, что она жива, ещё до жертвоприношения? Почему он не сделал всё это раньше? — спросила Бонни.

— Не знаю, он никогда мне не говорил. Но он задавал много вопросов о моей жизни, насколько я помню. Я рассказала ему о своей семье, включая Елену. О своей жизни, много о Мистик Фоллс, — нерешительно сказала я, боясь, что они обвинят меня в том, что Клаус появился в нашей жизни.

— Ты не знала, Леа. Это не твоя вина, — успокоила Елена.

— Ты знала, что это он, когда увидела его? — спросила Кэролайн.

— Нет, он принудил меня забыть о нём. Он позволил мне вспомнить только летом, когда мы были в Чикаго, — быстро сказала я.

— Да, Леа, это не твоя вина. Ты не знала, — сказала Бонни, и Кэролайн кивнула в знак согласия. Я вздохнула с облегчением.

— Итак... Он тебе нравился? — спросила Кэролайн. Я посмотрела на неё с неверием. — Что? Я единственная, у кого есть глаза? Да ладно, он горячий, да, он плохой парень, но он горячий. И если бы ты не знала, что он злой, было бы вполне нормально иметь влюблённость, — пояснила она.

— Не знаю, я имею в виду, может быть, но я не знаю. Трудно отделить воспоминания, которые он принудил меня вспомнить, от тех, которые у меня уже были. Мы много времени проводили вместе тогда, и после того, как он заставил меня вспомнить те воспоминания, там уже было много плохих, — сказала я. Все они понимающе кивнули.

— Вау, что ж, теперь немного понятнее, почему Клаус был так зациклен на том, чтобы Стефан тоже защищал тебя. Я просто думала, что он хочет запасного двойника на случай, если ему понадобится снова провести жертвоприношение, — сказала Елена.

— Не думаю, что это сработало бы. Он уже гибрид и использовал тебя для жертвоприношения. Он пытался использовать мою кровь, чтобы превратить Тайлера в гибрида, но это не сработало. Так что я думаю, что только твоя кровь может создавать гибридов, — сказала я, потому что много думала на эту тему с тех пор, как Клаус сказал Стефану присматривать за мной.

— Наверное, но это всё равно не объясняет этого, это, должно быть, какая-то странная влюблённость в тебя. Зачем ещё ему заботиться о том, жива ты или мертва, если вы были просто друзьями? — объяснила Бонни свои мысли. Я действительно не хотела никому рассказывать о поцелуе, и это решение не изменилось до сих пор. Это могло выглядеть очень плохо для меня.

— Может быть, я не знаю. Наверное, все в меня влюблены. Если бы только это был Элайджа, правда? — пошутила я, но никто не засмеялся. Я неловко кашлянула. — Так никто больше не считает его горячим? Почему здесь стало так неловко?

— Знаешь, в нём действительно было что-то от старого шарма, — наконец согласилась Кэролайн.

— Жаль, что он мёртв, — сказала я, думая о том, как всё было бы, если бы он не был мёртв. Ну, обездвижен. Мм, да, я скучала по его сексуальному акценту. И по его лицу.

— Думаю, Деймона бы смутила твоя влюблённость в Элайджу, — прокомментировала Кэролайн.

— О, заткнись, я уверена, Тайлеру не понравилось бы знать, что ты... считаешь Клауса горячим, — сказала я. Подожди, они даже не знали о моём поцелуе с Деймоном той ночью... Чёрт.

— Так, ещё кое-что, это случилось недавно, — сказала я, затем легла и закрыла лицо. Я действительно не хотела видеть чужого осуждения, когда признаюсь. — Деймон поцеловал меня той ночью, не прошлой ночью, а позапрошлой. Я не знаю, что делать, потому что это было ошибкой... — Бонни остановила меня.

— Ты думаешь, это было ошибкой? — спросила она.

— Я имею в виду, да? Это просто сложно с ним, знаешь, как обычно, он непредсказуем, и в последнее время казался гордым, что Стефан чуть не сбросил нас с моста Уикери, чтобы заставить Клауса что-то сделать. Просто кажется, что он не обращает внимания на мою жизнь, а я хочу чувствовать себя в безопасности с кем-то. Я не хочу, чтобы мне разбили сердце, а он может. И список всех плохих вещей, которые он сделал, длиннее, чем должен быть, — объяснила я все пункты, которые мешали мне просто следовать за своим сердцем, как нас учили в Диснее.

— Я согласна со всеми этими пунктами, — сказала Бонни, замолка на мгновение. — Но чувства к кому-то не должны быть чисто логическими. Иногда любовь — это противоположность логики, — заключила она.

— Я слышу, что ты говоришь, что мне не следует думать об этом логически и просто быть с ним? Потому что если ты это говоришь, ты должна знать, что я не могу. Для меня логика превыше всего, — сказала я. Хотела бы я, чтобы моя личная жизнь была проще. И чтобы любой из мужчин в моей жизни был ближе к моему возрасту. Бонни попыталась объяснить, что она имела в виду, по-другому, но для меня это звучало одинаково.

— Итак, что я поняла из всего этого: ни у кого из нас личная жизнь не процветает. Я имею в виду, Елена, Стефан только что пытался нас убить... Моя ситуация с Деймоном, Бонни, мой брат только что уехал, прости. И Кэролайн, Тайлер чуть не убил тебя прошлой ночью. Может быть, нам всем стоит попробовать встречаться с кем-то из другого города, — предложила я, потому что перечисление всех наших личных жизней было действительно трагичным.

Остаток ночи прошёл отлично, мы все болтали до поздней ночи и тусовались, как раньше. Это был один из моих любимых вечеров за последнее время.