8.
Следующее утро.
Дом семьи Пак, строгий и вылизанный до блеска.
Сонхун спускается в столовую в обычном виде: чёрная водолазка, аккуратные брюки, волосы собраны на затылке.
Спокоен. Сдержан.
Но не один.
На его губах — слабо заметный оттенок.
Не естественный.
Чужой.
Слишком тёплый. Слишком живой для его лица, будто принадлежал не ему, а… тому, кто оставил след.
Отец сидит за столом, читает газету, как всегда.
Не смотрит.
Но, когда Сонхун садится напротив, медленно опускает газету и пристально смотрит на сына.
— Что это? — просто, сухо.
— Что?
— На губах.
— …Ничего.
— Это не «ничего». Это помада.
Ты ненавидел косметику. Я прекрасно это помню. Ещё в детстве кривился, если мать подходила с бальзамом.
Сонхун не меняется в лице.
Он отрезает кусочек омлета. Жуёт.
Спокойно. Холодно.
— Люди меняются.
Отец медленно откладывает вилку.
— Это женская?
— Нет.
Тишина сгущается.
Отец сужает глаза.
— Ты издеваешься? Это — глупая выходка? Или…
Он не договаривает.
А Сонхун медленно поднимает взгляд.
Их глаза встречаются.
— Я не обязан тебе объяснять, что на моих губах.
— Пока ты живёшь в этом доме — обязан.
Сонхун откидывается на спинку стула.
Взгляд становится ледяным, почти угрожающим.
— Тогда давай сразу. Ты боишься не того, что я крашу губы. А того, чей след я ношу, верно?
Отец хмурится.
— Ты играешь с огнём, Сонхун.
— Я давно горю.
Он встаёт.
Без лишних слов.
Подходит к зеркалу у выхода. Смотрит на свои губы.
Помада всё ещё там.
Слабый оттенок — от Джейка.
Он не стирает.
Не маскирует.
Он поворачивается к отцу, бросает через плечо:
— Это не помада.
Это метка.
И я выбрал, чья она.
---
Тем временем в доме Шим:
Шим-старший просматривает фотографии с мероприятия, присланные ему пресс-службой.
И на одном снимке —
Пак Сонхун.
В профиль.
С неестественным оттенком на губах.
Он щурится.
Приближает.
И чувствует, как кровь стынет в венах.
— Джеюн…
— М? — отзывается сын из соседней комнаты.
— Иди сюда. Немедленно.
Джеюн появляется с телефоном в руках, небрежно зачесав волосы.
— Что такое?..
Отец разворачивает экран.
— Посмотри.
Джеюн подходит.
Видит фото.
Сонхун. С его помадой.
На секунду он бледнеет.
Затем сглатывает и выпрямляется.
— И что?
— Ты хочешь сказать, что это — совпадение?
— Может быть.
— Ты что-то скрываешь?
— А если да? — неожиданно резко.
— Джеюн! Это сын Пака!
— А я — сын Шима! Что дальше?
И впервые голос Джейка звучит твёрдо.
Он уходит, захлопывая дверь, а отец остаётся с фото.
С доказательством того,
что его страх начал сбываться.
---
И вот, по разные стороны города,
два мальчика с чужими следами на коже
начинают больше не прятаться.