Первый шаг в тайну
После напряжённого утра, словно по невидимому уговору, они больше не возвращались к разговору о кольце.
Лина, не произнеся ни слова, аккуратно положила его в маленькую резную шкатулку и спрятала в шкафчике подальше от чужих глаз.
Металл, который ещё недавно жёг её ладонь, теперь казался обычным — как будто кольцо само решило затаиться и ждать своего часа.
Вечер прошёл на удивление оживлённо.
Ветер крепчал, гнал «Ветрокрыл» вперёд, и каждый нашёл себе занятие: кто-то помогал матросам с канатами, кто-то проверял запасы.
Расмус же, как всегда, стал душой команды — он шутил над каждым порывом ветра, изображал строгого капитана и даже пару раз нарочно «спотыкался» о канат, чтобы рассмешить Люси.
Десятилетняя девочка визжала от смеха, а он с театральным поклоном подмигивал ей, будто они давно были лучшими напарниками.
Их смех раскатывался по палубе так звонко, что даже Рипичип, стараясь казаться серьёзным, едва сдерживал улыбку.
На рассвете, когда первый луч солнца коснулся мачт, впереди показался тёмный силуэт земли.
Сначала это была просто тень на горизонте, но по мере приближения контуры вырисовывались всё чётче: невысокие холмы, густой туман у берега и что-то, похожее на строения.
Чуть дальше виднелись крыши и тонкие башни — целый городок, спрятанный в мягком утреннем мареве.
— Город? Здесь? — удивлённо прошептала Сьюзен, вглядываясь в дымчатый берег.
— На картах его нет, — Расмус быстро подпрыгнул на месте, перегнувшись через штурвал. —
А это значит, что впереди либо клад, либо чудовище... Лично я надеюсь на клад. Или хотя бы на пирог.
Он расплылся в широкой улыбке и, подмигнув Люси, добавил:
— Ну что, моя маленькая соратница, держись крепче — приключение пахнет завтраком!
Питер, стоявший чуть позади, невольно усмехнулся, но взгляд его оставался настороженным.
— Или это ловушка, — тихо заметил он, не сводя глаз с острова. — Слишком уж... мирно.
— Может, это просто забытый порт, — мягко сказала Аврора, шагнув ближе к борту.
В утреннем свете её лицо казалось бледнее обычного, а в глазах отражалось не то тревога, не то любопытство.
Она невольно коснулась руки Питера, и он, не отводя взгляда от берега, едва заметно сжал её пальцы — жест короткий, но полный скрытой поддержки.
Каспиан, наоборот, выглядел воодушевлённым.
— Зато какой шанс найти что-то ценное, — произнёс он с лёгкой улыбкой и тут же вскинул руку, словно давая невидимую команду. —
Надо проверить берег. Даже если это мираж, мы обязаны убедиться.
Все один за другим поднимались на палубу, будто не желая пропустить момент.
Морской воздух был свеж и немного холоден, от влажного тумана паруса казались серебристыми.
Лина встала у борта рядом с Эдмундом — их плечи почти соприкоснулись, но никто не сказал ни слова.
Глаза всех были прикованы к странному, тихому острову, который словно сам звал их приблизиться.
Даже Рипичип, обычно неугомонный, замер на перилах, прикрывая лапой глаза от восходящего солнца.
— Что ж, друзья, — наконец произнёс он с ноткой театральности, — похоже, нас ждёт маленькое приключение.
Или... большая тайна.
Лёгкая дрожь прошла по палубе, когда «Ветрокрыл» вошёл в прибрежные воды.
Ни единого звука с берега — только мерное дыхание моря и далёкое эхо, будто сам остров затаил дыхание в ожидании их первого шага.
Когда «Ветрокрыл» мягко ткнулся носом в мелководье, команда почти без слов принялась спускать трап.
Море здесь казалось странно тихим — ни резких волн, ни криков чаек.
Только редкое плескание воды о камни и ровное дыхание ветра.
— Красиво... и слишком спокойно, — пробормотал Питер, но спрыгнул на берег первым, проверяя грунт.
Остальные последовали за ним почти одновременно: Лина, Эдмунд, Сьюзен, Аврора, Каспиан, Люси и, конечно, Расмус, который едва не спрыгнул в воду, чтобы с хохотом «поймать приключение ногами».
Лишь когда они прошли несколько шагов по мягкому песку, кто-то заметил очевидное.
— Мы... без оружия, — Сьюзен резко остановилась и обернулась на остальных.
Лук остался на корабле, мечи и кинжалы — тоже.
— Так и есть, — хмыкнул Эдмунд, оглядывая пустые руки. — Отличное начало.
Он бросил взгляд на Лину, словно проверяя её реакцию, но та лишь прикусила губу, вглядываясь в туманную улицу впереди.
— Может, так даже лучше, — весело заявил Расмус, дернув плечом. —
Местные решат, что мы мирные гости.
Хотя... если кто-то решит нас съесть, я буду громко кричать.
Он изобразил театральный взмах руками, и Люси прыснула со смеху, хотя сама держалась ближе к Сьюзен.
Они двинулись вглубь острова по узкой тропинке, ведущей между невысокими кустами.
Туман постепенно рассеивался, и перед ними открывалась странная картина:
улица, вымощенная серым камнем, тянулась между домиками такой необычной архитектуры, что казалось, будто их строили разные народы одновременно.
Одни дома были крошечными — двери в половину человеческого роста, крохотные окна и миниатюрные заборчики.
— Для гномов... или мышей, — прошептала Люси, удивлённо округлив глаза.
Рипичип гордо выпрямился на её плече.
— Приятно знать, что кто-то здесь понимает настоящий масштаб, — прокомментировал он с видом эксперта.
Но были и другие постройки: высокие, с узкими окнами и странно изогнутыми крышами, будто их гнули сильные ветра или магия.
Некоторые выглядели почти сказочно, а один дом и вовсе напоминал небольшую церкву.
Серые каменные стены, узкие витражные окна и остроконечная башенка придавали ему торжественный вид, как будто он был не просто зданием, а сердцем всего этого забытого городка.
Аврора остановилась и невольно сжала руку Питера.
— Он кажется... живым, — прошептала она, глядя на тёмный вход церкви.
— Или давно мёртвым, — пробормотал Каспиан, сдерживая желание подойти первым.
В его голосе звучало и любопытство, и настороженность.
Лина замерла чуть позади, ощущая, как сердце бьётся быстрее.
Слишком знакомое чувство — будто кто-то невидимый наблюдает за каждым их шагом.
Она поймала взгляд Эдмунда, но ничего не сказала, лишь крепче сжала пальцы в кулак.
Расмус, наоборот, выглядел так, будто только этого и ждал.
Он обернулся к остальным, его глаза азартно блестели.
— Ну что, друзья... идём смотреть, кто тут хозяин?
И, не дожидаясь ответа, сделал первый шаг к таинственному городку, в котором камни, казалось, хранили слишком много тайн.
Когда они двинулись по узкой каменной улице, Расмус, как обычно, не мог удержаться от своих шуточек.
Он то наклонялся к маленьким дверям и театрально стучал, приговаривая:
— Есть кто дома? Обещаю, я съем только половину завтрака!
То, размахивая руками, изображал невидимого хозяина города:
— Добро пожаловать, о великие странники! Ваш пирог уже готов!
Люси держалась за живот от смеха, а даже Рипичип, стараясь сохранять достоинство, пару раз тихо хихикнул.
Сьюзен, напротив, шла с прямой спиной и всё больше хмурилась.
Наконец, когда Расмус в очередной раз сделал театральный поклон перед «гномьей» дверцей, она резко остановилась.
— Расмус, — голос её прозвучал холоднее утреннего тумана, — скажи честно, ты хоть когда-то был серьёзным?
Хотя бы раз в жизни?
Он расправил плечи и сделал вид, что глубоко задумался, драматично приподняв брови.
— Был, — протянул он после короткой паузы. — Но это было так скучно, что я решил больше не повторять.
Люси прыснула в ладошку, а Питер только покачал головой, скрывая улыбку.
Даже Лина невольно выдохнула со смешком, хотя внутри оставалась тревога — этот город казался слишком тихим для их весёлого шествия.
Сьюзен лишь тяжело вздохнула, но больше ничего не сказала.
В её взгляде мелькнуло что-то вроде уважения, хоть и тщательно спрятанного под раздражением — как будто в глубине души она понимала, что именно лёгкость Расмуса помогает остальным не поддаваться страху.
Тропинка, заросшая солёной травой, вела к странным домикам, укрытым ракушками и морской пеной. Одни были крошечные и круглые, словно для гномов, другие — вытянутые и узкие, будто в них жили мыши. В этом причудливом поселке всё выглядело будто из сна, но в воздухе чувствовалось невидимое напряжение.
Первым сигналом стали тонкие серебристые звонки — из песка, из-под камней, из каждой щели. И вдруг из-под прибрежных валунов, шурша лапками, появились крысы-советники. Их усы блестели в первых лучах солнца, глаза-бусины внимательно скользили по каждому из гостей. Крысы перешёптывались тонкими голосами, окружая незваных путников плотным кольцом.
Из-за ближайших скал поднялись гномы-стражи — низкие, коренастые, с тяжёлыми сапогами и длинными, почти до земли бородами. В их руках не было обычного оружия, лишь огромные молоты и посохи, которые выглядели скорее как символ власти, чем как средство нападения. Один, с алой косой бороды, шагнул вперёд и ударил посохом в песок — звук разнёсся эхом по всему берегу.
— Кто вы такие, что дерзнули ступить на землю Великой Заманки без поклона? — прогремел он, и даже волны замерли.
Расмус, вечно первый на слова и шутки, сделал шаг вперёд и картинно поклонился.
— Простые путники, уважаемый хранитель, — сказал он с озорной улыбкой. — Мы ищем лишь приют и, если судьба позволит, немного чудес.
Крысы зашевелились ещё громче, словно споря между собой. Гномы мерили гостей тяжёлыми взглядами, в которых читалась не угроза, а древняя проверка.
Питер сдержал порыв положить руку на невидимый меч, которого при нём не было. Аврора крепче сжала ладонь Люси, её глаза тревожно блуждали по крышам, где в тени будто что-то шевелилось. Эдмунд невольно встал ближе к Лине, чувствуя, как каждый шорох будто зовёт к скрытой опасности. Сьюзен держалась чуть позади, холодно наблюдая, как Расмус продолжает улыбаться, будто нарочно дразня гномов и крыс.
Вдруг ветер донёс с глубины острова тихий перезвон колокольчиков и далёкий женский смех — лёгкий, но странно тянущий. Казалось, сама Великая Заманка уже знала о гостях и ждала, когда они сделают первый шаг в её древний праздник.
Крысы шептались между собой и, словно получив команду, начали вести путников по узкой тропинке, петляющей между причудливых домиков и скал. Гномы следовали рядом, внимательно наблюдая за каждым шагом, а ветер доносил тихие колокольчики и едва слышные напевы Заманок.
Вскоре они подошли к небольшой месной церкви, стоявшей на пригорке, увитой морской пеной и коралловыми растениями. Внутри царила полумрак: свечи на каменных подставках отражались в витражах, отбрасывая разноцветные блики на холодные стены. В центре, за высоким столом из черного коралла, сидел Маг Древнего Корала — старый, величавый, с бородой, заплетённой в сложные узлы, и с посохом, в котором, казалось, шумел сам океан.
Маг внимательно изучил новых гостей. Его глаза узнали тех, кто был знаком с королевскими домами Нарнии: он кивнул, когда встретил взгляд Короля Эдмунда, Питера и королев Люси и Сьюзен, словно их репутация предшествовала их шагам.
Но когда взгляд мага встретился с Линой, Каспианом, Расмусом и Авророй, он нахмурился. Он чувствовал силу и важность этих путников, но их имена и предназначение оставались для него загадкой.
— Интересно... — пробормотал он, качая посохом, и голос его звучал как шум далёкого прибоя. — Вы пришли вместе, а всё же среди вас есть те, чья история мне неизвестна. Кто же вы такие?
Расмус сделал шаг вперёд, пытаясь снять напряжение лёгкой шуткой, но маг лишь улыбнулся тонкой, загадочной улыбкой. Он чувствовал, что этим новым гостям предстоит пройти собственное испытание, прежде чем он сможет понять их роль в судьбе острова.
Крысы шуршали вокруг, словно подтверждая слова мага, а гномы слегка сжали руки на своих молотах — охрана была готова к любому развитию событий. И пока маг наблюдал за всеми, за стенами церкви тихо звенели колокольчики, напоминая о том, что Великая Заманка уже знала о появлении незваных гостей.