По тонкому льду. Турбо.

ТГК: Лина Джеймс | начинающий писатель

Жду ваши комментарии и звёздочки, всех обнимаю❤‍🩹 приятного чтения! ❤️‍🩹

___________________________________________

Сегодня я проснулась разбитой из-за ночных кошмаров, что преследуют меня уже 2 года. Каждый раз одно и то же, мне снится то мама, то брат, но как только я во сне понимаю, что на самом деле их уже нет, происходит что-то страшное или они исчезают и я просыпаюсь в слезах. Это происходит не часто, но надолго оставляет след. К тому же такое состояние опасно. Во сне вполне можно задохнуться от собственной истерики и не проснуться.

Взгляд падает на лампу, стоящую у меня на столе. Странно, что она не включена, хотя я ясно помню, что вчера её принёс Турбо и включил. Обычно в мою комнату никто не входит, когда я сплю. Ну ладно. Я встаю и, шаркая тапками по полу, плетусь на кухню. Сегодня мне никуда не нужно, но я обязательно куда-нибудь уйду. Анастасия с утра уже наверняка ушла, а отец уже вернулся со смены. Если он не спит, мне может снова влететь ни за что, так что лучше мне просто слинять из дома.

С этими мыслями я вхожу в кухню и застываю от удивления. На меня уставились три пары глаз: отец, Валера и Кощей. Взгляд отца, как всегда, холодный и неприятный. Кощей смотрит с теплом и интересом, а Валера с беспокойством, в глазах читается уйма вопросов, которые он не задаст. Уж точно не сейчас, не при всех.

А - доброе утро, - неловко проговорила я, бросая взгляд на чашки на столе, - накормить вас завтраком?

К - доброе, сестрёнка, мы уже позавтракали.

От - иди себя в порядок приведи и тоже садись поешь,- мм фальшивая забота, папочка не хочет, чтобы пацаны узнали, как он на самом деле со мной обращается?

Надеюсь, по моему лицу пацаны не увидели, мою истинную реакцию на скрипучий голос отца, от которого у меня бегут испуганные мурашки по коже. Понимая, что на мне надеты короткие шорты, я переминаюсь с ноги на ногу. Нет, я не стесняюсь, просто вчера было темно, Валера не видел мои ноги сзади. А если сейчас я повернусь, то пацаны увидят на моих бёдрах следы от скакалки, что ещё не до конца зажили. Возможно, и не заживут, некоторые полосы были глубокими и могут оставить шрамы. Я глупо улыбаюсь и, стоя лицом к парням, закрываю дверь на кухню, быстро сбегаю в ванную.

После душа я выхожу в коридор, дверь в кухню все так же закрыта, поэтому я облегченно вздыхаю. На мне снова та же пижама, разгуливать в полотенце было бы совсем стрёмно, а одежду я взять не успела, поэтому бегу в комнату переодеваться. Закрыв за собой дверь, понимаю, что сбежать мне не удалось. На кровати сидит Валера, бездумно теребя край моей подушки. Внимательный взгляд зелёных глаз сверлит мои голубые.

Т - ты в порядке? Тебе было плохо ночью?

А - всë нормально, красивый, сон плохой, ничего страшного, - я натянула привычную усмешку, за которой не всегда скрывалось веселье, - спасибо, что помог.

Т - что тебе снилось?
А - не важно. Сейчас-то уже всё хорошо. А Кощей че пришёл? Я думала с утра сбежишь, а вы оба здесь. Что-то случилось? - это действительно меня насторожило, надеюсь, это, не очередные проблемы.

Т - всё нормально, он к тебе пришёл, а я решил поговорить, не уходить сразу.
А - тогда говори, раз решил, - я улыбнулась и села на кровать рядом с Валерой, сохраняя некую дистанцию.

Т - лучше ты говори. Я не отстану, пока не узнаю, что с тобой происходит. Синяки, ночные приступы, приколы из прошлого, которые вылетают, как черт из табакерки. Ася, что с тобой?

А - а ты правда думаешь, что если насобирать побольше вопросов, то я сразу начну отвечать? Оптом брать решил? - я не могла рассказать ничего, поэтому приняла оборонительную позицию.

Т - ты всегда по утрам такая сучка? - с улыбкой спросил Турбо, сбивая меня с толку своим очарованием. - доиграешься со мной, Ася, - вгоняя меня в самый настоящий шок, Турбо просто притянул меня в объятия и прижал к груди. Он не держал меня крепко, я могла в любой момент высвободиться из объятий, но мне и самой хотелось побыть ближе к нему хоть немного.

А - ну и с чего вдруг эти телячьи нежности? Ты думаешь, это сработает и я всё тебе расскажу?

Т - я думаю, что если ты не расскажешь, мне придётся узнать самому, а тогда это плохо кончится.

А - это в любом случае плохо кончится, - я отстранилась, - я сама свои проблемы решу. - снова холодный тон и убийственный взгляд. Нельзя нам быть с ним так близко, это неправильно. Если мы теперь "родственнички", то свои чувства я должна засунуть куда подальше.

Т - ты своё "я сама" будешь кому-то другому говорить. Услышала? - Турбо поднялся кровати и направился к двери, но в последний момент обернулся и заметил следы на бёдрах. Ничего не сказал, лишь плотно сжал челюсти и вышел.

Переодевшись, я вернулась на кухню. Пацанов уже не было. Я растерялась, потому что сейчас мне было страшно оставаться с отцом один на один.

От - ушли они. Сказали тебя подождут. И где они ждут? Ты шалавишь уже с двумя сразу?

Я не могла спорить. Не хотела, каждое блядское утро должно приносить мне проблемы? Отец взял скакалку на вешалке для верхней одежды в коридоре и снова набросился на меня. В его глазах не было ни капли жалости к собственному ребёнку, ни капли разума, что мог бы заставить его обдумать, больше пользы или вреда от его действий. Он раньше говорил, что это всё воспитание, а сейчас просто бездумно лупил меня.
Я уже не пыталась прикрыться руками просто стояла и ждала, пока ему надоест. Тем временем скакалка беспощадно рассекала мою кожу даже сквозь одежду. По моим щекам катились слезы от боли и отчаяния, в которое я впадала с каждой секундой всё больше. Но мои страдания не могли продолжаться вечно. С размахом входная дверь открылась и влетела в стену.

Внутри меня вспыхнул огонёк надежды, что тут же потух от ужаса. Валера набросился на отца и начал его избивать. Кроме того, что Турбо был сильнее и быстрее, отец не мог сопротивляться, ему хватало духу лишь на то, чтобы поднимать руку на меня, я ведь не давала отпор..

Сейчас мне стало по-настоящему страшно. Только сейчас пришло осознание того, что я не боюсь за отца и мне его больше не жаль, для меня он умер давно. Но я понимаю, что агрессия Турбо ничем хорошим не обернётся. Я кричала, просила его остановиться, пыталась оттащить его, и всё бесполезно. Следом в квартиру забежал Кощей, они с Турбо видели моё странное поведение из окна, потому что ждали меня на улице. Валера сразу пошёл проверить, а Никита понял, что его долго нет и ринулся следом.

Только Кощею хватило сил оттащить Валеру от отца, что уже плевался кровью лежа на полу. Он уже не был таким смелым, как 5 минут назад, когда избивал меня.

К - че ты делаешь, Турбо? Смотри на меня, остановись! - Кощей кричал, пытаясь заставить брата смотреть ему в лицо, чтобы тот отвлёкся и остыл, но он упорно вырывался и кричал на моего отца.

Т - ты мразь, я убью тебя, не смей её трогать. Никто не смеет её трогать!

Понимая, что Никита не сможет долго удерживать Валеру, я вмешалась. Влезла между двумя кудрявыми, мышь против бульдозера, каковы у меня шансы помочь?

А - Никита, забери отца.

К - отойди, малая, он убьёт тебя! - закричал старший брат, но я не слушала, я обхватила лицо озверавшего Валеры руками, и потянула немного вниз, чтобы он оказался ближе ко мне.

А - делай, что говорю! Он меня не тронет, слово даю, - Кощей послушался, когда заметил, что Валера стал вырываться не так активно и отступил, поднял отца на ноги и увёл в спальню.

А - Валера, смотри мне в глаза, я прошу тебя, в глаза, - он уже не дергался, потому что не видел объект своей ненависти, но всё ещё не смотрел на меня. Я поднялась на носочки и аккуратно поцеловала его в лоб, после чего прижалась к нему своим. Он стал дышать ровнее, стал искать мои глаза, - мне страшно. Пожалуйста, не надо, я правда боюсь, - стоило мне сказать это, его взгляд прояснился. Он положил горячие руки мне на талию и посмотрел в глаза уже осознанно.

Теперь его гнев отступил, его новой задачей стало успокоить меня. Я обхватила его обеими руками под грудью, внутри меня завязался узел тепла, я слышала бешеный стук его сердца, что успокаивалось очень медленно. Руки Валеры снова стали гладить меня по спине, как и ночью, я ощущала, как страх сменяется спокойствием и ощущением защиты. Слезы снова покатились по моим щекам, впитываясь в свитер Валеры. Заметив это, он немного отстранился и повернул моё лицо к себе, удерживая за подбородок.

Сейчас я снова почувствовала себя безоружной перед ним, но уже не боялась этого.

Т - ну чего ты, кроха, всё хорошо уже, - мне показалось, что его лицо приближается, по крайней мере, зелёные глаза точно поглощали меня. Как же неправильно это было, но как же меня к нему тянуло. Даже сейчас, когда с его ладоней капает кровь из-за того, что он избил моего отца. За моей спиной раздался навязчивый короткий кашель Кощея, мы оба посмотрели на него, совсем позабыв о том, что всё ещё обнимаем друг друга.

К - эй, родственнички, романтика потом, уматываем отсюда.

А - я тебе такую романтику устрою за твой длинный язык, будешь на Вахита причёской похож, - я съязвила, но отстранилась от Турбо, - как он?

К - вернулась моя сучка сестра, а я думал всё, потеряли девку. Давай одевайся быстро и пошли, жить будет, к вечеру оклемается. А завтра они уезжают.

Т - я не оставлю мать с этим уродом, пусть Асе спасибо скажет, что жив до сих пор, - Валера снова начинал злиться.

А - Валер, он не трогал её никогда. Только меня, - я видела, что его это не успокоило, кажется, при напоминании о том, как отец со мной обращался, он снова дернется его добить, - Послушай, пожалуйста.

Я снова прикоснулась ладонью к щетинистому лицу и он ответил на мой взгляд.

А - ехать ей всё равно придётся. Но нельзя, чтобы она до конца командировки узнала о том, что здесь произошло. Мы обезопасим её, но волновать не станем, хорошо?

К - я решу это. Есть выход на начальника Анастасии, её поселят с кем-то другим. Наедине с ним не оставят. Ситуацию замнем до их возвращения, потом разбираться будем.

Т - с чем разбираться? Я сейчас прям пойду и разберусь! - Валера хотел рвануть из кухни, но Кощей загородил проход, а я крепко схватила его за запястье, но конечно сил удержать его мне не хватило бы, - отойди, Никита, он мою красавицу трогал, я не прощаю такого и мать тронуть не позволю.

А - что ты сказал? - я услышала прозвище, хотя последнюю фразу он говорил тихо, сердце болезненно сжалось. Турбо понял, что сказал и осёкся.

Т - ничего, - разозлился сам на себя и ударил кулаком в шкафчик на стене, дверца покосилась, слетая с одной петли, послышался звон дрожащей посуды внутри. Валера схватил Кощея за воротник и прорычал старшему в лицо, - если что-то пойдёт не так, я убью не только его, но и тебя, брат.

С этими словами он вышел, хлопая дверью. Я хотела его догнать, но Никита остановил меня.

К - Ась, в таком состоянии не надо его трогать, он не хочет навредить тебе, но может. Он себя не контролирует в такие моменты. Иди одевайся, я сделаю пару звонков и вместе пойдём в качалку к пацанам, с нами побудешь, сегодня. С Анастасией я поговорю.

А - а Валера?
К - успокоится твой Валера скоро, не первый раз.

А - не мой... - тихо сказала я и вышла из кухни. Пошла переодеваться и взять с собой пару вещей. Сегодня мне лучше не возвращаться сюда, наверное, останусь у Наташи или пойду к Вадиму.

По дороге в качалку мы молчали. Кроме короткого обмена парой фраз.

К - ты че мне раньше не сказала-то?
А - потому и не сказала. Видел же сам, что Турбо сделал. Вы бы его под землю укатали, а жить с этим потом как? На свиданки бегать к вам в тюрьму?

К - Турбо вспыльчивый, мне или Жёлтому сказать надо было, решили бы по-другому. Но это мой косяк, я упустил это сам, теперь буду заглаживать, - я лишь кивнула, не хотелось больше это обсуждать, - а с Турбо у вас что?

А - а с Турбо у нас ни-че-го, - заключила я опустив глаза, - и быть ничего не может, потому что он теперь типа мой брат.

К - вот именно, что типа. Не родственники вы да и всё. Узнали друг друга только что, об этом не думай, о себе думай. Любишь его?

А - ты тоже мне не родственник, но всё равно брат же, - я намерено проигнорировала последний вопрос, потому что сама не знала на него ответ.

К - ладно, малая, я в ваши дела не полезу, но ты не терзай себя. Всегда ко мне прийти можешь.

В качалке меня встретили крепкие и тёплые объятия теперь уже близкого друга. Зима, видимо, уже знал о случившемся, поэтому сразу бросился меня поддержать.

А - а где Валера?
З - в каморке. Успокоился уже, - я ещё раз коротко обняла Вахита.

Сама зашла в комнату. Кощей сделал вид, что ему надо поговорить с Зимой. Турбо сидел на диване прикрыв глаза. Когда я вошла, бросил на меня взгляд и кивнул на диван напротив.

Т - поешь, - холодно и сухо, снова.

На столе стоял мой любимый вишнёвый пирог. Наверное, Вадим рассказал, что я всегда ем его, когда грустно. Я села напротив, но к угощению не притронулась.

А - злишься на меня за что-то?
Т - нет. - судя по интонации, ещё как злиться. Или же ему снова на меня плевать.

А - верни мой нож, - возвращая ему его же холодность сказала я, только теперь он заглянул мне в глаза.

Т - набегалась уже, Амазонка. Он тебе не нужен.
А - это память. Нож Олега и он важен для меня.

Валера кивнул и выложил складной нож из кармана на стол, я молча взяла его и вышла. Сейчас мне очень плохо, всё ещё остался осадок после кошмаров, потом очередной всплеск ненависти отца, ярость Валеры и переживания о том, что они совершат непоправимое, а теперь его холодность, что стала последней каплей.

Я вышла из качалки, на улице курили Зима и Кощей. Последний подхватил меня за руку, когда я быстрым шагом проходила мимо.

К - и куда ты пошла, Царевна?
А - не лезь, Кощей. Сейчас лучше меня оставить.

К - зубки спрячь и машину садись. Отвезу, куда хочешь.
А - к Вадиму. С ними побуду сегодня. Иначе я здесь сорвусь и придушу кого-нибудь.

Кощей кивнул Зиме, предупредив, что скоро вернётся и мы уехали.