Глава 97. В пасти дракона.
Холодный мрамор Гринготтса ударил по нервам сильнее, чем гермиона ожидала.
Хотя перед Гарри и Роном она пыталась выглядеть спокойной, внутри всё сжималось.
Дрожали пальцы — совсем чуть-чуть, под плащом, неразличимо для постороннего глаза.
Но она чувствовала это.
Страх.
Огромный, густой, липкий страх.
Её шаги отдавались почти болезненным эхом в пустом зале.
Каждый гоблин казался вдвое внимательнее обычного.
Каждая тень — глубже.
Шаг вперёд — ещё можно остановиться.
Шаг к стойке — путь назад закроется.
Она подошла к ближайшему гоблину.
Тот что-то быстро выводил пером на длинном, узком пергаменте, не обращая на неё ни малейшего внимания.
— Прости... — начала было Гермиона слабым, человеческим голосом.
И тут же мысленно ударила себя по лбу.
Беллатриса Лестрейндж никого никогда не «простит».
Гермиона резко выпрямила плечи, вскинула подбородок и нарочито громко кашлянула:
— Кх-кх-кх!
Гоблин вздрогнул.
Поднял голову.
Его острые глаза распахнулись шире, когда он увидел знакомые чёрные кудри и безумный холод во взгляде.
— Да? — спросил он, приподняв бровь так, будто между ними всегда была война.
Гермиона, стараясь не моргнуть, собиралась заговорить...
Но в этот момент грохот разорвал зал.
Двери банка захлопнулись, будто ударом молота.
Её сердце ухнуло вниз — чисто рефлекторно.
Она резко обернулась.
И сразу же выдохнула...
не от ужаса.
А от облегчения.
— Малфой... — проскользнуло в её голове почти с теплом.
Он вошёл в Гринготтс быстрым, уверенным шагом, словно шёл не в самое опасное место в мире, а просто догонял её в коридоре Хогвартса.
— Мерлин, тётушка, — громко протянул он, изобразив вежливую раздражённость, — я же просил вас подождать!
Он улыбнулся ей — коротко, почти скрытно, но достаточно, чтобы она всё поняла.
Он здесь ради неё.
Чтобы прикрыть её.
Чтобы всё прошло без риска.
И Гермиона почувствовала, как напряжение внутри ослабло.
Это был не враг.
Не помеха.
Это был он.
Малфой повернулся к гоблину и, как будто вовсе не происходило ничего необычного, сказал:
— Мы здесь для проверки банковского хранилища моей тётушки, Беллатрисы Лестрейндж.
Гоблин прищурился
Драко слегка наклонился вперёд, приподняв бровь так, будто говорил о пустяке.
— Такая шумиха вокруг... сами понимаете.
Ведь мы все помним...
Он выдержал эффектную паузу.
Гоблин резко нахмурился и уставился на них.
— ...историю с хранилищем номер семьсот одиннадцать, — закончил Драко. — Там, где один раз уже имел место крайне неприятный инцидент с кражей очень ценного предмета.
Гоблин скривился — это попадание было точным.
Философский камень.
Провал охраны.
Позор на весь Гринготтс.
Гоблин сжал пергамент так, что он чуть не рвался.
Драко продолжил мягко, но в голосе его звучал ледяной металл:
— Хранилище семьи Лестрейндж — как и каждого члена рода Малфоев — имеет огромное значение.
И мы... — он бросил на Гермиону короткий, многозначительный взгляд, — ...не потерпим если что-то вдруг пропадёт.
Гермиона не отвела от него взгляда.
Он знал, что она придёт.
И не мог оставить её одну.
Гоблин медленно поднялся, глаза стали опасно узкими.
— Вы... хотите заявить о проверке доступа?
Сейчас?
Без предварительного запроса?
Драко улыбнулся так, что Гермиона поняла — он наслаждается каждым мгновением.
— Конечно же сейчас.
И, думаю, вы понимаете... что мы не уйдём, пока не убедимся, что всё в порядке.
Он слегка наклонил голову.
— Ведь если что-то окажется... пропавшим... ответственность за это будет колоссальной.
Гермиона стояла, не двигаясь.
Она больше не чувствовала страха.
Только тихое, тёплое уверенное чувство в груди:
Он рядом.
И он на её стороне.
Но вслух она лишь холодно вздёрнула подбородок, словно полностью поддерживала его слова.
Гоблин вздохнул — резко, раздражённо, как будто им обоим удалось испортить ему день.
— Очень хорошо, миссис Лестрейндж... мистер Малфой.
Следуйте за мной.
Драко галантно отступил в сторону, жестом приглашая «Беллатрису» идти первой.
Гермиона шагнула вперёд, чувствуя, как тяжёлый подол мантии Беллатрисы скользит по мраморному полу. Но на секунду позволила себе задержать взгляд — совсем чуть-чуть, едва заметно.
А он уже смотрел на неё и в этот миг так быстро, что даже гоблины не успели бы заметить — чуть улыбнулся ей.
Коротко, едва заметно уголком губ.
И подмигнул.
Гермиона почувствовала, как сердце дрогнуло.
Она не могла улыбнуться в ответ — Беллатриса не улыбается.
Но внутри всё стало легче, теплее, стабильнее.
Она едва заметно повела плечом, будто принимала его молчаливую поддержку,
и шагнула дальше — вглубь банка, в тень коридора, туда, где их уже ждал гоблин.
А Драко пошёл следом — спокойный, уверенный,
как будто не заходил в логово дракона,
а просто сопровождал девушку, которой...
которой давно уже принадлежал его взгляд.