3 часть
— Урок окончен. Хороших выходных, ребята!— проговорила учитель географии, перед тем, как выпустить нас в коридор.
Все наши одноклассники направились в сторону кабинета литературы. Это был единственный урок, который нравился Трэвису. Хоть и литература, которая давалась нам в учебниках не была такой уж и интересной по сравнению с современными писателями, но это было куда лучше, чем читать очередную Библию в толстой кожаной обложке.
Мы с друзьями направились в сторону кабинета, где должен проходить следующий урок. Последний урок. А потом два дня выходных. Клево же! В этот раз я сел рядом с Эшли, а Ларри с Тоддом.
— Эх, скучно как то,— вздохнул я.
— И не говори. Я вот например читаю современного писателя. Стивен Кинг, может знаешь,— Эшли начала мне что то бурно рассказывать, а вернее рассказ про главных героев какого-то очередного романа, который по её словам был в несколько раз интереснее, чем школьная литература. Я слушал её, стараясь вникать в каждое слово, но на мгновение сбивался, видя, как меня слова сверлит взглядом Трэвис.
— Довольно, мистер Фишер и мисс Кэмпбелл, болтаете весь урок! Меня уже это в край достало! Никакого уважения к учителю!— стала ругаться учительница,— Фишер, садись к Трэвису.
— Хорошо...— я тихо вздохнул и сел рядом с Трэвисом.
— Хах, чудила, что ты снова натворил? Неужели опять болтал со своей подружкой Кэмпбелл о чем-то девчачьем?— стал смеяться надо мной он.
— Слушай, тебя это волновать не должно. Мы просто общались. Ты вообще, зачем пристал то?— закатил глаза я.
— Наверняка обсуждали какая юбочка, кому больше подходит,— вновь засмеялся Трэвис.
— Очень смешно, Трэвис.— огрызнулся я.
— Ну ты ж у нас с хвостиками. Прям как девчонка,— предъявил блондин.
— Вообще-то мы живем в свободной стране. Почему я не могу носить, что хочу? Это обязательно должно подходить по нормы своего пола? Если ты до сих пор застрял в былых временах, где все было строго, то пожалуйста! Я хочу быть самим собой. Не предъявляй мне свои старые стереотипы,— вновь огрызнулся я,— Хотя... Что я говорю? Ты ж у нас девочек бьешь, значить точно застрял где-то давно, где мужчина был главнее женщин. Прости, солнце моё, но сейчас у всех права равны. Бить женщин — глупо и неуместно. Так ведут себя только настоящие абьюзеры.
— Они сами меня доводят.— закатил глаза блондин.
— Ну конечно. Некоторые может и реально доводят, но не все хотят с тобой вступать в ссоры. Как минимум там без жертв не обойтись,— прояснил я.
— Слушай, Фишер, заткнись, а. И без тебя хорошо живётся. Не делай вид, что ты такой весь белый и пушистый,— вновь закатил глаза Трэвис.
— Я просто говорю свое мнение,— объяснял я.
— Мне твое мнение на хрен не сдалось.
— Знаешь, хотел бы я подружиться, но...— я не успел договорить, как он меня перебил.
— Я с педиками общаюсь,— откинулся на спинку стула он.
— Понятно. Ну я предлагал,— сказал я.
— Мне не нужно общение с тобой и этой кучкой твоих друзей гомосеков.— вновь огрызнулся он.
— Кроме Тодда у нас нет гомосеков,— заступился я за своих друзей.
— Слушай, чудила, заткни свой рот и не мешай мне сосредоточиться на учёбе. Не хватало, чтобы из-за тебя у меня успеваемость упала,— с равнодушием произнёс Трэвис.
Я отвел взгляд в сторону. Решил не смотреть на него. Раз уж я его так бешу, то не буду усугублять ситуацию, а просто промолчу. Вдруг я увидел небольшую тетрадку. Она была черного цвета. Я поднял с пола эту вещь и на первой же странице увидел корявый почерк. Хмм... Чья это тетрадь? Я внимательно рассмотрел её и стал читать.
"Дорогой дневник, как же меня уже задолбало всё. Этот педик Ларри и его дружки меня задолбали! Все было бы замечательно, но кажись Салли..."
Не успел я дочитать, как вдруг кто-то забрал из моих рук этот дневник. Это был Трэвис. Походу это его вещь. Он зло на меня посмотрел, а потом стал ругаться на меня.
— ТЫ ИДИОТ, ФИШЕР?! ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО В ЧУЖИХ ВЕЩАХ ЛАЗИТЬ НЕЛЬЗЯ?!— вдруг резко стал орать на меня Фелпс.
— Прости... Я думал он на полу лежит, хотел прочитать и узнать владельца вещи и...— я не успел договорить, как тут же получил удар в лицо.
Удар был настолько сильный, что я чуть пошатнулся и не упал со стула. Я еле успел опомнится, как почувствовал, что капля крови скатилась по щеке. Даже не капля, а струя крови скатилась по щеке и стала капать вниз. Я боялся, что запачкаю кого-то или что-то еще своей кровью.
Я пришел в себя только через несколько секунд. Затем не заметив у себя салфетки я отпросился в медпункт. Мня естественно отпустили.
В быстром темпе я зашагал в сторону медпункта, а когда дошел до туда мне дали салфетку. Я вытер руки. Меня попросили снять протез. Я послушно сделал то, что просили и мне обработали рану. Оказывается это старый шрам разошелся и вот так появилась кровь. Я был немного напуган, но меня быстро успокоили, словами, что скоро рана заживёт и крови не будет. Так же сказали немного подержать салфетку у место удара, чтобы алая жидкость не запачкала, что-то ещё. Во время того, как я сидел в медпункте уже прозвенел звонок. Все наши одноклассники стали собираться домой и за дверью я услышал обычный гул перемены. Я вышел из медпункта и направился в сторону шкафчиков. Моя рация пискнула.
— Да?— спросил я в рацию.
— Чувак, все хорошо?— спросил Ларри.
— Да, не переживайте. Можете идти домой, меня не ждите. Я еще долго,— ответил я.
— Лады, только ес чо говори. На связи,— ответил ларри и отключил рацию.
В руках у меня была полностью окровавленная салфетка. Я решил сходить и выбросить её, но вдруг возле мусорки я увидел бумажку, которую кто-то по сей видимости недокинул до мусорки. Я развернул сверток и стал читать. В письме было написано про любовные чувства к анонимному человеку. Я заметил, что почерк был таким же корявым, как и в дневнике Трэвиса. Неужто наш задира влюблён? Затем я услышал тихие всхлипы в последней кабинке.
— Эй, все хорошо?— спокойно спросил я.
— Отъебись, педрила,— я сразу же осознал кто это. Но видеть его зареванным было непривычно.
Обычно этот человек представлял собой холодного, равнодушного, агрессивного человека. Но сейчас я увидел его в совсем ином свете.
— Трэвис? Ты чего? Что случилось?— беспокоясь спросил я.
— А тебе разве не наплевать?!— снова огрызнулся блондин.
— Не знаю, я тебя впервые вижу таким... Расскажи, что случилось,— я пытался помочь.
— С чего это вдруг ты стал такой неравнодушный ко мне?!— спросил задира.
— Не знаю. Может потому, что я хочу тебе помочь?— предложил я.
— Мне не нужна помощь от тебя, чудила,— тихо сказал он.
— Чувак, я не считаю тебя плохим. Я знаю, почему ты такой злой и агрессивный. Я хочу тебе помочь. Я не собираюсь высмеять тебя. Пойми, всем нужна помощь и поддержка, надо только попросить.
— После всего, что я сделал ты продолжаешь думать, что сможешь подружиться со мной?! Как это глупо и наивно, кромсали...— посмеялся Трэв.
— Я знаю, почему ты такой агрессивный. Твой отец. Он ужасен.— высказался я.
— И без тебя знаю.— закатил глаза он.
— Это из-за него ты расстроился?— спросил я.
— Нет. Сказал же — отъебись, а!
— Трэв, я не думаю, что ты плохой. Выговорись, тебе станет легче. Поверь,— пытался я его поддержать.
— Я ЖЕ СКАЗАЛ, НЕТ! ЧЕ ПРИСТАЛ?!— стал кричать на меня Трэвис.
— Успокойся, прошу.
— ПОКА ТЫ НЕ УЙДЁШЬ НЕ УСПОКОЮСЬ. ЧЕ ТЫ ВАЩЕ ПРИСТАЛ КО МНЕ?! ИДИ ДОЁБЫВАЙСЯ ДО СВОИХ ДРУЖКОВ ГОМОСЕКОВ!— вновь огрызался он.
— Трэвис...
— ОТСТАНЬ!
Я тихо вздохнул.
— Хорошо, можешь не рассказывать, но только успокойся.
— Ты че? Даже не обиделся?— удивился моей спокойности Трэв.
— Нет. Просто успокойся.
— Ладно.
Я решил сесть на пол, оперевшись о его кабинку спиной.
— Знаешь... Я не считаю тебя плохим человеком. Даже нет. Вовсе нет. Я знаю, что у твоей злости есть почва. Откуда все это дерьмо берётся...— неожиданно начал я.
— Тебя это ебать не должно, что у меня происходит в семье. Просто отстань от меня. Свали уже куда.— вновь начал свой выговор Фелпс.
— Грубо...— тихо сказал я, — Кстати, признаваться в любви это не стыдно. Попробуй поговорить с этим человеком о своих чувствах.
— ЧТО? Ты о чем?!
— Ну как же о чем... Письмо с признанием в чувствах... Не припоминаешь?— напомнил о его письме я.
— Нет. Это был не я. Я никого не люблю,— голос трэвиса чуть дрогнул о упоминании письма.
— Ну как же не ты? Твой почерк. Я знаю твой почерк, не придумывай,— ухмыльнулся я. — И кто же эта таинственная незнакомка? Наверное красивая раз САМ Трэвис её полюбил.
— Не понимаю о чем ты, чудила...— все еще пытался отрицать блондин.
— Трэв, я прекрасно понимаю, что это ты писал. Можешь даже не признаваться, что это ты, просто я хочу сказать одно: любить кого-то — это нормально. Это очень даже хорошо. Не думай, что это как то стыдно или тому подобное. Думаю, если ты признаешься, то все будет хорошо. Даже если это будет не взаимно, то это нормально. Просто попытайся. Я верю в тебя.
Трэвис замешкался. Он ведь любил одного. Тот, кто сейчас стоит в нескольких шагах от него и пытается поддержать. Сердце Трэвиса разбивалось на несколько частей. Он снова подчинялся своему холодному рассудку и пытался отвергнуть синеволосого парнишку. Почему? Не понятно. Он слишком сильно не доверял людям. Хоть и хотел извиниться за удар и прошлые издевательства, но что то будто управляло им, говоря, чтобы он не поддавался чувствам, а соблюдал своему статусу, по которому его знали все. А именно: холодный, бессердечный и агрессивный. Хоть и хотелось показать себя в хорошем свете, но при одной мысли о том, что он может быть слабым и уязвимым у него не получалось. Даже самому от себя ему было противно из-за всех издевательств над другими людьми, которые даже ни в чем не виноваты. Порой ему стыдно от издевательств над тем, кто даже не проронил ни слова при моменте его издевок. В те моменты его мучает совесть. Например так же, как и перед Тоддом он чувствует вину, ведь этот тихий парниша ему и слова никогда не говорил, но всегда получал при первой же возможности. Трэвису становилось стыдно от осознания, что Тодд — беззащитный парень, а он так жёстко обращается с ним. Вскоре, естественно, Трэвис перестал его задирать. Даже смог подойти и извиниться, не смотря на свой статус.
— Мне не нужна твоя поддержка,— тихо прошипел Фелпс и прижал колени к груди.
Рассказ дальше пойдёт от лица Трэвиса.
Ну вот! Снова вместо слов извинений он отверг его. Казалось, что Сал — последний вагон с предложением дружить, а я вот так беру и отвергаю его, не зная приедет ли еще один такой поезд с предложением дружить или стоит хвататься за последний шанс?
— Если я тебе понадоблюсь всегда можешь подойти ко мне. Я не буду против общения,— вновь мягко сказал Сал.
— Мгм.— ответил я с частичкой замешательства.
Я услышал, как Салли вышел из туалета. Я не мог так взять и растоптать его надежды на дружбу, да и самому бы не помешало пара новых знакомств.
Я вышел из туалета, ища глазами голубоволосого, а затем увидев его возле шкафчиков подошёл и обнял того, прижимая к груди. Тогда я следовал за чувствами, а не за обыденным холодным рассудком.
В этот момент мне хотелось сказать ему, что это он тот, о ком говорится в письме, но подумал и решил, что расскажу об этом потом, когда сам буду морально готов.
— Ты чего?— тихо спросил протезник.
— Да так, спасибо. И... Ты прости меня, ладно? Я вел себя как мудак. Я не заслуживаю твоей доброты. Я бил тебя и издевался. У меня характер такой — всем насолить. Просто извини, хорошо?— снова извинился я, ведь если бы я этого не сделал, то до конца воскресенья убивал бы себя мыслями, что мог бы все исправить.
— Хорошо. До понедельника. Хороших выходных!— тихо пожелал мне Сал, а затем быстро ушел домой.
Я тоже несколько секунд стоял и осознавал, что только что обнял объект своего обожания. О Господи! Надеюсь он не злится на меня.
Я быстро собрал вещи и направился в сторону выхода из здания, как вдруг увидел своего одноклассника, с которым у нас часто бывали разногласия.
— Ну привет, Трэвис,— безнапряжно улыбнулся Мэйсон, который направлялся ко мне.
— Чё тебе надо?— я закатил глаза и скрестил руки на груди.
— Перейду сразу к делу,— затем он слегка откашлялся.— Я тут заметил одну странную картину... И сфоткал её на свой телефон.
— Я кажись догадываюсь, что ты сделал...— ответил на его загадки я.
Он скорее всего со своими дружками сфоткали нас, пока я обнимался с Салли.
— Удали фото.— потребовал я,— Ты знаешь, что без разрешения нельзя фотографировать?
— Как то не волнует. Я не море, чтобы волноваться,— усмехнулся Мэйсон.
— Да чё тебе нужно, а?
— Ничего. Просто, не знал, что ты гомосек. Скоро об этом все узнают...— манипулировал мной мой ненавистник.
— Только попробуй!— пригрозил я.
— Попробую,— усмехнулся над моими угрозами он.
— Ты... Жалкий ублюдок! Отдай телефон!— потребовал я.
— Не, мне и так хорошо.— усмехнулся он.
Я не выдержал и вдал ему по челюсти. Он не стал отступать и тоже ударил меня, только уже по животу. Между нами завязалась драка. После получаса избивания друг друга, нас разняли его дружки — Дэрэк и Кевин.
— Попадись мне только на глаза!— снова стал злиться я.
— Радуйся, это твои последние выходные без насмешек над тобой. Удачных выходных, Трэвис!— язвительно сказал Мэйсон, а затем скрылся выходом здания.
Я взял свой портфель и направился в сторону выхода. Когда шел домой из носа текла кровь, под вторым глазом тоже синяк, а еще и губа разбита. Ну супер!
По пути домой, я шел медленно. Не хотелось вновь возвращаться в это ужасное место, которое называлось "дом". Не хотелось вновь видеть лицо разъярённого отца из-за очередной мелочи. А если он узнает, что я подрался, то мне точно не жить...
––––————————————————
Ну что ж, приветик снова! Глава получилась большой и надеюсь вас было интересно её читать. Спасибо за внимание!